Альфа для одного

      С событий в больнице прошло уже пару дней. Дереку и Айзеку чудом удалось выбраться и укрыться от Девкалиона. Им помогли в этом пришедшие на помощь Скотт, Стайлз и Лидия. Также им удалось спасти Кору, младшую сестру Дерека. Хотя «спасти» - это громко сказано. Кора умирала. Каждую минуту в ее теле оставалось все меньше жизненных сил. Она не приходила в сознание и уже была похожа на мертвеца, заполненного формалином.       Дерек теперь все время проводил рядом с Корой. Он не мог снова потерять свою сестру, так и не почувствовав вкус греющего душу слова «СЕМЬЯ». Дерек почти не спал, отзываясь беспокойством на каждое движение Коры. Он был готов отдать все, чтобы поменяться с ней местами. Часы тянулись мучительно больно, Дерек опасался худшего. Старался не думать об этом,но все больше и больше погружался в паутину собственной бесполезности и ничтожности.       Но Дерек был не один. Почти все были заняты своими проблемами и переживаниями, не вспоминая о своем друге. Если вообще считали его таковым. И только один человек дежурил около Дерека, как верный пес. Айзек тенью присутствовал рядом со своим альфой. Пару раз он пытался разговорить Дерека, но это не увенчалось успехом. Айзек принял решение просто быть рядом, тем самым давая понять, что на него можно положиться.       Часами и днями находиться в полной тишине – это было невыносимо для Айзека, но лишь поначалу. Некоторое время спустя он стал глубоко погружаться в мысли, обдумывая свою жизнь, последние события, задаваясь вопросом, почему он все время старается проводить сейчас с Дереком? Да, Дерек - альфа. Создатель. Да, возможно, Айзек обязан ему жизнью. Но в этом ли ответ? Айзек чувствовал некое притяжение к Дереку: желание видеть его, ощущать, знать, что он рядом.       Ему было тяжело интерпретировать то, что творилось у него внутри, а может, он просто боялся признаться себе. Засыпая, Айзек видел часто сон про случай в лифте. Иногда сны полностью отражали реальность, иногда - заходили намного дальше. Зашуганный по жизни, Айзек отвергал любые мысли о возможном гомосексуализме, но сейчас все больше и больше возвращался к этому. Волк начал ловить себя на мысли, что засматривался на парней еще до обращения. Он не давал подобным мыслям волю, но с этим было тяжело бороться. Внутренняя борьба желания и принципов – Айзек не знал, к чему это приведет, но уже мог осознавать, что видит в Дереке не только создателя: объект вожделения и воздыхания – смириться с этим было нелегко, но назад дороги не было.       Наблюдать за мучениями Дерека было тяжело, с каждым днем Айзек все сильнее чувствовал страдания своего альфы. Связь между ними крепла. Молчание не мешало этому, а наоборот, делало эту связь нерушимой.       Дерек начал терять веру в возможность исцеления Коры. Его руки опускались, сердце разрывалось на множество мелких частей. Он не переживет очередную потерю. У Дерека щемило в груди, отчаяние подкатывало к горлу, мешая дышать, сковывая все движения. Он искал последнюю соломинку, за которую можно схватиться и выкарабкаться из этого сумрака. И такой соломинкой стал Айзек. Дерек и сам не заметил, когда непроизвольно схватился за Айзека. Никаких разговоров, никакого взаимодействия, но постоянное его присутствие давало Дереку осознание, что он не один. Альфа снова стал нащупывать почву под ногами. Он шагал по скользким неустойчивым ступенькам из пучины небытия, боясь оступиться и рухнуть вниз, но его незримо вел за собой Айзек. Он стал для Дерека путеводной звездой, которая вывела его на свет. Тот свет в конце туннеля, о котором все говорят, – это не жизнь после смерти – это второе дыхание. Возможность начать все сначала.       Оба они не осознавали, что делают друг для друга. Они просто были здесь и сейчас, даря друг другу уверенность в завтрашнем дне. Делились своими переживаниями без остатка, и слова для этого не требовались – связь, которая образовывалась между ними, превратилась в двусторонний канал, передавая каждую мелочь, подкрепляя желание жить и искореняя любое сомнение на корню. Просто однажды к обоим из них пришло осознание. Мысль, которая сейчас бегущей строкой мелькала в их головах: - Все будет хорошо! Теперь все будет хорошо!