Только начало

Том любил подобные вечеринки ровно в той степени, в какой они могли помочь сделать ему дальнейший шаг в карьере. Выгодные знакомства нужны всем, и он не видел ничего зазорного в том, чтобы пользоваться уже имеющимися или завести еще парочку. В конце концов, кто-то точно также пользуется им самим. Хотя эту вечеринку трудно было назвать обычной. За окном стоял декабрь, неумолимо приближалось Рождество, и сэр Кеннет Брана праздновал свой день рождения, созвав на вечеринку почти всех, с кем когда-либо работал в последнее время или был хорошо знаком. Народа набралось немало, затеряться было легко, и Том с радостью это сделал: шумиха вокруг выхода второго «Тора» еще не улеглась, и только ленивый еще не спросил его, куда же дели Одина. Том уже устал придумывать шутки в ответ и все больше отмалчивался, скрипя зубами и считая до десяти. Впрочем, Хэмсворт отлично перетягивал внимание на себя. Сегодня он вообще был звездой вечера на пару с Беном. Кажется, они оба решили свести Тома с ума. Том перехватил почти возмущенный взгляд Эльзы, направленный на него, и пожал плечами. В конце концов, Крис – ее муж, и его внимание, обращенное на кого-то другого – не его, Тома, проблема. И если она хочет, чтобы Том увел Бенедикта с собой, то может не рассчитывать на его помощь. Во время съемок и промо-тура она неплохо потрепала нервы и ему, и Крису, и теперь Том чувствовал себя почти отмщенным. Это было низко, Том отлично это понимал, но ему хватало косых взглядов Бенедикта, чтобы еще терпеть истерики чужой ему женщины. Да, у них с Хэмсвортом отличные отношения, они могут говорить сутками, а домыслы фанатов – только домыслы. И если Эльза этого не понимает, то это тоже не его проблема. Том поддерживал Криса, как мог, тот отвечал ему мягкой, ненавязчивой заботой и все были довольны. Ну, почти все. Том сделал глоток и отвернулся, почти с тоской оглядывая зал. С Кеннетом он уже пообщался, Бен его оставил одного ради любезной беседы с Крисом, которого на самом деле еле терпел, и мысль о том, чтобы уйти все чаще посещала голову Тома. - Мистер Хиддлстон? – незнакомый голос окликнул его, и Том развернулся, радуясь возможности отвлечься. Несколько секунд он изучал мужчину перед собой, а потом улыбнулся, протянув руку. - Кристофер Пайн, - чуть хрипло произнес он, глядя в яркие глаза. - Вы меня знаете? – еще один Крис чуть смущенно улыбнулся, пожимая руку. - Я смотрел «Стар Трек». К тому же вы работаете с Кеном. Так что да, я вас знаю. Крис рассмеялся с видимым облегчением, и Том не сдержал улыбки. - Тогда я могу признаться в том, что почти влюблен в вашего Локи. - Только не спрашивайте меня, куда он дел папашу. - О, - в глазах Пайна засияло понимание. – Достали, да? - Еще как, - Том вздохнул, чувствуя, как настроение неумолимо поднимается. И даже немного странный, слишком внимательный взгляд Пайна ничуть не мешал и не тревожил. - Тогда я не буду спрашивать. Хотя и хочется, - он улыбнулся и кивнул в сторону открытой двери на террасу. – Немного воздуха? На улице было холодно, но после духоты зала Том был рад сменить место дислокации. – Я рад, что наконец познакомился с вами. Кеннет много рассказывал о вас. Говорил, что вы – один из лучших его актеров. Это заставляло меня стараться больше. Том рассмеялся: - Это его обычная практика. Здоровая конкуренция и все такое… Очень стимулирует на самом деле. - Я так и понял, - Крис отразил его улыбку, оглядываясь на зал. – Но он был не первым, от кого я услышал о вас. Том проследил за его взглядом. - Бенедикт? - Да, - Пайн просто кивнул. – Рядом с ним я всегда чувствовал себя, как под рентгеном. Он мало с кем общался, отыгрывал почти все с первого дубля и был объектом зависти всех нас. И он говорил о вас. Ничего особенного, просто рассказывал о работе у Спилберга, о «домашних этюдах», тренировках и репетициях. И, знаете, я вам почти завидовал тогда. Нечасто можно услышать, как один мужчина с такой теплотой отзывается о другом. - Ну… - Том невольно смутился. – Мы старые друзья. - Да, конечно, - Пайн перевел взгляд на него, и Том невольно нахмурился воцарившейся в потемневших глазах пустоте. Словно Крис был где-то не здесь, а там, где он был – только холод. – Извините, кажется, мне пора прекращать пить. Спасибо, что составили мне компанию, - поймав его взгляд, Крис смутился и отвел глаза. Улыбка получилась почти вымученной. – Мне на самом деле было приятно познакомиться с вами. Надеюсь, это не последняя наша встреча, - Крис протянул ему руку, и Том принял ее с удовольствием. - Я настаиваю на том, чтобы она была не последней, - Хиддлстон на мгновение стиснул его пальцы и отпустил. - Договорились, - негромко рассмеялся Пайн и, кивнув, вернулся в зал. Оставшись один, Том поежился и решил последовать его примеру. Все-таки на улице было холодно, а он – недостаточно тепло одет. Надо сказать Бену, что он уходит и вернуться домой. Завтра репетиция с утра, нужно выспаться хоть немного. - Еще один голубоглазый в твою коллекцию блондинов? – голос Бенедикта был спокойным, даже слишком. - Он не блондин, насколько я успел разглядеть, - возразил Том. Обернулся, окинув быстрым взглядом высокую фигуру, застывшую у стены рядом с дверью и пожал плечами. Еще одна вспышка ревности. – К тому же это ТВОЙ блондин. - У Пайна есть свой цербер, - Бен подошел ближе и вытянулся за спиной, почти касаясь грудью его спины. – Со странным именем, странным вкусом в одежде и идиотской привычкой проверять крепость его нервов. - Кажется, я знаю о ком ты, – Том поежился снова. Тепло, идущее от Бена, отправило сотни мурашек маршировать по телу. - О чем вы разговаривали? Вместе вы смотрелись… почти мило. - Вы с Хэмсвортом выглядели не хуже, - не удержался от шпильки Том, зная, что этим только разозлит Бенедикта. Проклятое настроение… Слишком лиричное и горькое. Словно привкус на губах после разговора с Пайном. – Очаровательно просто. Давно не видел Криса таким веселым. Бенедикт качнулся вперед, обнимая его и прижимаясь к спине. Том дернулся, вспомнив, где они находятся, но Бен держал его крепко, а сопротивляться всерьез Хиддлстон не стал, боясь привлечь внимание. - Отпусти. - Что такое, Том? Ревнуешь Хэмсворта? – дыхание обожгло холодную кожу щеки, и Том невольно вздрогнул. - Чушь! - В самом деле? – Бен провел ладонью по его животу, груди, касаясь губами шеи. Том сглотнул и снова попытался освободиться, но в результате неловкой возни оказался прижатым грудью к холодной стене. Зашипел от мгновенно продравшего тело холода, но Бен только навалился сзади, не давая отстраниться. - Бенедикт Тимоти Карлтон Камбербэтч, немедленно отпусти меня, - почти прорычал Том, но Бен только рассмеялся, отправив жаркую волну по всему телу. - Знаешь, все это время я пытался понять, что ты нашел в Хэмсворте, что твои фанаты нашли в нем. Забавен, добр, мил и похож на большого плюшевого мишку. - Отличный диагноз, Крис будет счастлив, - Том дернулся назад, но только вжался в Бена еще сильнее. - Тшш… ты же не хочешь, чтобы нас застали в такой позе, - Бен языком провел влажную дорожку по его шее, сжал губами мочку уха, и Том невольно застонал. От страха быть обнаруженными, от дикого контраста холода стены и жара прижимающегося тела, от алкоголя и близости Бена его безбожно вело. - Ты пьян? – почти прохрипел Том и стиснул зубы, когда руки Бена стали слишком наглыми. - Не больше обычного, когда ты рядом, - Бен сжал его подбородок и, заставив повернуться, впился губами в губы Тома. Застонал еле слышно, когда тот позволил ему углубить поцелуй и выдохнул жарко в шею. Том сглотнул, пытаясь собраться с мыслями или хотя бы вернуть почти утраченный контроль. Бен никогда не вел себя так вызывающе, агрессивно и нагло. Он давал почувствовать свой голод, ощутить его, но всегда были границы, которые он сам себе установил, а Том принял. Но сейчас все было по-другому. Том слишком хорошо чувствовал растущее возбуждение Бена, как и немного грубую ласку его рук, торопящихся добраться до обнаженной кожи. Но Том все равно не верил, что Бен пойдет дальше. Даже когда щелкнула пряжка ремня и вжикнула молния. Только когда его начавший наливаться кровью член оказался в сильных пальцах, до него дошло, что все это по-настоящему, наяву. Он охнул скорее от шока и удивления, чем от волны удовольствия, прокатившегося по телу, и вжался задом в пах Бена, стремясь уйти от бесцеремонной ласки. Бен за его спиной зашипел, грязно выругался и прикусил мочку уха. - Не дергайся… Не шевелись даже, - голос, от которого сходили с ума фанатки и Том, ломался, хрипел. – Иначе я возьму тебя прямо здесь. - А не пошел бы ты… - Том еле слышно застонал, и Бенедикт, снова выругавшись, накрыл его рот ладонью. Том тут же вцепился в его руку и, пойманный внезапным удовольствием, откинулся назад всем телом, дыша тяжело, урывками. Бен ласкал его жадно, сильно, властно, не церемонясь и не жалея. Узкие брюки мешали, но мысль спустить их пониже в голову никому из них не пришла. Холод приятно ласкал обнаженные участки тела, но жар, кипящий внутри, остудить был не в состоянии. - Ты мой, Том… - Бен прижимался к нему все сильнее, беспорядочно целуя то открытую шею, то скрытое тканью пиджака плечо. Говорил зло, быстро, глотая окончания. – Хочу тебя. Всего. До конца, Том. Том зажмурился, мотнул головой в отчаянной попытке избавиться от руки, закрывающей его рот, и обмяк, когда большой палец Бена прошелся по чувствительной головке. Музыка лилась через неплотно прикрытую дверь на балкон, свет падал на каменный пол, в любую секунду сюда могли войти. Адреналин кипел в крови, мысли давно превратились в желе. Рука на члене, то, как терся пахом о его ягодицы и бедра Бен, как стонал в ухо еле слышно… В какой-то момент всего это стало слишком много. Том забился, и Бенедикт тут же отпустил его. Рывком развернул лицом к себе и плавно опустился на колено, стискивая бедра и накрывая ртом напряженную плоть. Том вскинулся и сам прижал к губам ладонь, почти падая спиной на ледяную стену. Зажмурился, всхлипнул от слишком сильных ощущений и кончил в горячий жадный рот. Застонал жалобно от того, как язык Бена вылизал его, и обмяк, чувствуя, как трясет Бенедикта, и краем сознания отмечая его тягучий, приглушенный стон. - Спасибо, - спустя долгую минуту молчания Бен тяжело поднялся и прижался к губам, делясь с Томом его же вкусом и неожиданной нежностью. Сглотнув, он неторопливо привел одежду Тома в порядок. - Ты псих, ты в курсе? – Том смотрел на него сквозь ресницы, пытаясь понять, что изменилось между ними и изменилось ли. Бенедикт может пожалеть о своем порыве. - Подозреваю, что ты прав. Иначе почему я играю психов с таким постоянством, - Бенедикт обнял его, вжавшись лицом в плечо. – Только не Пайн, Том. Хватит одного Криса в… твоей жизни. - Дурак, - устало вздохнул Том, чувствуя себя донельзя усталым. Он с удовольствием бы сейчас немного поспал. – У этого Криса болит сердце, и точно не я тому причина. - Просто я знаю твою дурацкую привычку помогать всем несчастным и обездоленным. Не лезь в его жизнь. - И не собирался, - Том легко погладил кончиком пальца его висок. – Нам пора, Бен. - Я знаю, - Бенедикт разжал руки и отступил. Застегнул пиджак, чтобы скрыть расползшееся на брюках пятно и чуть нервно улыбнулся. – Это ведь не конец, Том? Нас с тобой. - И не мечтай, - бросил Том, поправил волосы и шагнул к выходу в зал. Бенедикт слабо улыбнулся и вышел следом, натянув свое самое суровое выражение лица. Это не конец. Это только начало.