Одинокий вампир желает познакомиться

Неугомонная Мари в компании звонко смеющихся подружек, мало того, что весь день следовала за Агнет по пятам, то толкая, то подставляя подножки, так ещё и во время ужина специально задела её тарелку, стоило девушке отвернуться. С тоской посмотрев на кашу, растёкшуюся по полу, Агнет тяжело вздохнула и хотела уйти, как подскочившая учительница заставила убирать осколки и, в качестве наказания, лишила ужина. Рассерженная поступками преподавательниц и пансионерок, Агнет надела тонкое, латаное пальто и вышла в темноту улицы. Она знала, что после ужина двери закрываются, но у неё в запасе ещё было минут двадцать, чтобы подышать воздухом и успокоиться. Проходя мимо кованых ворот, уже запертых на замок, Агнет вцепилась пальцами в ржавые прутья и легонько их потрясла. Сбежать? Можно. Только перемахнуть через забор, и ты уже на свободе. Но куда бежать? Ближайший город находится далеко, да и на дворе почти ночь. Не зная дороги, заблудишься в два счёта. Без еды, денег и тёплой одежды сбегать полное безумие. — Да и кому я нужна? — шепнула Агнет, украдкой смахнув слёзы. Сунув руки глубоко в карманы пальто, она подняла голову и посмотрела на окна пансионата. Некоторые из них зияли пустотой, другие казались несуразными жёлтыми пятнами, внутри которых мельтешили смазанные тени. А чёрное небо, куполом накрывшее землю, было подёрнуто рваными тучами, среди которых сиял серебряный диск луны. Изо рта Агнет вырывались клубы пара, щёки начало щипать от мороза, но заставить себя вернуться в пансионат она не могла. У неё не было часов, но по ощущениям, минут десять в запасе ещё было. Обходя здание по едва заметной тропинке, обернувшейся вокруг облупленных стен плотным кольцом, девушка услышала тихие голоса и насторожилась. Замедлила шаг и испуганно высунулась из-за угла, приметив шагах в десяти от себя Эмили и Люси. Соседки по комнате говорили еле слышно, поэтому Агнет приходилось прислушиваться к каждому слову. — Эмили, ты сошла с ума! А если кто-то узнает? — взволнованно шептала Люси. — Но ты же не расскажешь? — Нет! — Ну и чего мне тогда бояться? — беззаботно отозвалась Эмили. — Ты понимаешь, я его люблю? — Но вы же не женаты! — Не будь старомодной, Люси! Голоса понемногу стали стихать. Агнет видела, как девушки подошли к крыльцу и скрылись за дверями, замок на которых тут же щёлкнул. — Только не это! — воскликнула она, бросившись следом. Безуспешно подёргав за ручку, Агнет удручённо села на холодные ступеньки и поёжилась. Перспектива провести эту ночь на улице не радовала — это ещё ужаснее, чем торчать в зале учебного корпуса или на холодном чердаке. Постучать девушка не решилась. Преподаватели и так её не любили, а если узнают, что она гуляла в неположенное время, опять посадят под замок. Одна надежда, что Эмили и Люси заметят её отсутствие и постараются найти. Хотя, судя по подслушанной беседе, — у соседок и своих забот хватает. Внезапно взгляд упал на старую часовню и решение пришло само собой. Агнет смело продиралась через сухой кустарник, раздирая в кровь ладони и щёки. Ноги вязли в грязи, шапка то и дело сползала на глаза, а зубы начинали стучать всё сильнее. Наконец она добралась до часовни и принялась медленно её обходить, ища хотя бы небольшую щель, чтобы забраться внутрь. К счастью, одна из досок висела на честном слове, и Агнет, втянув живот, смело юркнула в темноту. На середине она застряла и чуть было не запаниковала, но раздался треск ткани, и девушка рыбкой скользнула в глубину часовенки. Внутри было хоть глаз выколи, зато гораздо теплее, чем снаружи. Подслеповато щурясь и широко раскинув руки, Агнет кружила на небольшом клочке, боясь идти вперёд, — вдруг, в полу дыра, или мусор навален? Не хотелось стать калекой, поэтому она готова была улечься прямо у стены, как раздался едва слышный шорох. Девушка насторожилась, но списав шум на блуждания крыс или завывания ветра, попыталась поудобнее усесться. — Кто здесь?! — недовольный крик заставил Агнет испуганно пискнуть и шлёпнуться на прогнившие доски. В другом углу часовни загорелся огонёк, и испуганная девушка на корточках поползла к щели, через которую минутой назад пролезла, в попытке позорно сбежать. Как назло, сейчас все доски были плотны прибиты, и Агнет неумело царапала их ногтями, а шаги за спиной становились всё отчетливее. — Где же? Где она? — всхлипывала девушка, стараясь не обращать внимания на чужое дыхание за спиной. Когда же её схватили за воротник и легко приподняли над полом, Агнет и вовсе завизжала, тут же сдавленно охнув — рот оказался плотно запечатан чьей-то ладошкой. — Я тебя отпущу, если не будешь кричать. По рукам? — спросил незнакомец за её спиной. Агнет только и оставалось, что кивнуть головой. Через мгновение её ноги коснулись пола, но вот пальто по-прежнему было зажато в цепких пальцах. — Ты кто? — уже более доброжелательно поинтересовались у девушки. Закусив губу, она медленно обернулась и тут же затрепыхалась будто пойманная рыбка. — Отпусти меня! Пожалуйста! — умоляла она, размахивая руками. — Ты чего? — обиделся черноволосый парень, выпустив девушку и потирая ушибленный нос. — Это женский пансионат! Ты чего здесь забыл?! Здесь нельзя находиться мужчинам! — тарахтела Агнет. — Да знаю я всё! Просто мне негде ночевать, вот и остановился здесь, — развёл руками брюнет. — Так как тебя зовут? — Агнет, — чуть посомневавшись, ответила девушка. — Я здесь учусь. — Это я уже понял. Чонин! — широко улыбаясь, парень протянул широкую ладонь. — Пойдём туда — у меня есть плед и еда. Он с улыбкой подхватил с пола керосиновую лампу и повёл Агнет за собой. — Осторожнее, здесь доски, — предупредил он, помогая перебраться через гору мусора. — А ты почему не в пансионате? — Вышла погулять, а двери заперли на ночь, — с неохотой призналась девушка. — Да ты не бойся, я не кусаюсь, — задорно подмигнул Чонин, указывая на расстеленный плед. — Садись. Ты голодна? — Немного, — призналась Агнет. Парень сел рядом и полез в холщовый мешок. Недолго там порывшись, выудил тряпицу, внутри которой оказался завёрнут большой кусок пирога. — Ешь, — щедро поделился он. — Вот только молоко я уже выпил… Но он и без того вкусный, с черникой! Я сам её по лету собирал. Агнет благодарно поклонилась и с жадностью откусила кусок пирога, который и вправду оказался необычайно вкусным. Пока она ела, Чонин задумчиво смотрел на дрожащий огонёк и гнул пальцы, пытаясь придать отбрасываемым на стену теням некую форму. Девушка украдкой его разглядывала и понемногу успокаивалась. Парень выглядел совершенно нормально — высокий, худощавый брюнет с белоснежной улыбкой и смуглой кожей. Тёмно-карие глаза сверкали любопытством, а покрасневшие от мороза губы обветрились. Одет он был как типичный деревенский житель — тёплые меховые сапоги, с заправленными в них чёрными штанами, а поверх шерстяного свитера была накинута меховая жилетка. — Ты откуда? — съев пирог до крошки и даже облизав пальцы, решилась спросить Агнет. — Я в лесу живу, — ответил Чонин, будто только и ждал возможности поболтать по душам. — Моя бабушка потомственная ведьма. Она умерла прошлой зимой и передала все свои знания мне. Так что можешь считать меня ведьмаком. Парнишка гордо расправил плечи, а Агнет едва подавила улыбку, настолько воодушевлённым тот выглядел. — Мою бабушку звали Магда Спиртус! Слышала о такой? — Нет… — Пф! — оскорбился Чонин. — Её во всей округе знали и почитали! Снять порчу или сглаз, вылечить от болезней, нечистую силу отогнать, покойника отпеть — она всё умела! А как её не стало, мне приходится отдуваться. — Значит, она только хорошие дела совершала? — обрадовалась Агнет. — Ну почему. Могла и проклясть, и ту же порчу навести. Ведьмы они такие. Только бабушка всё равно была доброй. Я вот хочу её оживить, благо в оставленной бабулей книжечке нашёл один рецептик, — задумчиво почесал подбородок брюнет. — Осталось достать печень лягушки, глаз волка, перо мёртвой курицы и кровь девственницы! Девушка почувствовала, как от ужаса волосы на голове зашевелились. Вот же в переделку попала! — Да шучу я, ты чего! — захохотал Чонин, откинув назад голову. — Мне пора. — Ты куда? — парень дёрнул Агнет за пальто и усадил на место. — Сама же сказала, что пансионат закрыт до утра, а ночевать на улице — убийство! — Ты парень. Незнакомый, — тут же добавила девушка. — И что? Никогда с парнями не общалась? — усмехнулся Чонин. Агнет посмотрела на него, как затравленный зверёк, и опустила голову. Общаться общалась. Но вот о каком именно общении говорит этот юный ведьмак? — Ложись давай, поздно уже, — обольстительно улыбаясь, произнёс он. — И не смотри на меня так, приставать не буду. Но если захочешь погреться — всегда пожалуйста! Агнет уже хотела сказать, что лучше постучит обратно в пансионат, и плевать, если её за это вновь посадят под замок. Хотела, вот только на вытянутые ноги приземлилась пушинка, тут же исчезнувшая без следа. И ещё. И ещё. Девушка задрала голову и восхищённо замерла — через дыру на крыше было видно звёздное небо, с которого сейчас падал снег. Мерцающие снежинки залетали в часовенку, опускались на пол и плечи людей и тут же таяли, оставляя после себя крошечные капельки влаги. — Зима наступает, — улыбнулся Чонин, глядя вверх. — Зима, — с благоговением повторила Агнет. Им пришлось перебраться в другой угол, чтобы на утро не проснуться заваленными по уши в снег. Ведьмак щедро отдал плед, а сам плотнее закутался в жилетку. Почему-то Агнет перестала его бояться — может, виной были долгожданное тепло или накатившая усталость. — Если обидишь меня — пожалуюсь господину Бёну, — на всякий случай, пригрозила она. — Чего? — фыркнул Чонин, приоткрыв один глаз. — Нашла тоже, кем пугать. — Ты что, не знаешь, кто такой госпо… — Вот ты не знаешь мою бабушку, а я Бэкхёна знаю. Получше некоторых! — бесцеремонно прервал ведьмак. — Спи давай, мне на рассвете уже уходить надо. Агнет послушно закрыла глаза, вот только почему-то услышанные слова крутились в голове, совсем как снежные позёмки в феврале, и не давали покоя. Откуда ведьмак знает господина Бёна? Что их связывает? И куда он собирается уходить? — В лес. Избушка у меня там, лошадка своя, кошка не кормлена, — уже сквозь сон бубнил Чонин, отвечая на вопрос Агнет, ненароком заданный вслух. Она ещё многое хотела спросить, но ведьмак завалился на бок и засопел. Плотнее закутавшись в плед, девушка прислонилась к стене и сама не заметила, как задремала. И снилась ей улыбка прекрасного господина и его красивые пальцы, отчего-то сжимающие хрупкую девичью шею. Начав задыхаться, Агнет широко распахнула глаза и осмотрелась — Чонина уже не было рядом, а оставленный им плед надёжно согревал от рассветной прохлады.