Счастливая таблетка для forever alone.

Утром в номер постучали и Теян резко проснулся. Сингапур, Конрад отель – пронеслось в голове, вчерашний вечер, Сынри… Сынри, даже не проснувшись, лежал рядом под простыней, свесив ногу на пол. В дверь опять постучали, и Тэ вскочил, оборачиваясь одеялом вокруг бедер. Завтрак принесли вовремя, Теян поставил его на стол и со стеклянными глазами сел в кресло: осознание только начало приходить. Перед глазами на кровати мило посапывал Сынри с приоткрытым ртом. Все тело приятно покалывало, а мышцы мягко ныли. Это его первая ночь. Не первая с парнем, а вообще первая. И внутри появилось странное ощущение наполненности, будто, будто… он впервые в жизни не одинок. Когда Сынри проснулся перед ним на подносе стоял свежий кофе и вазочка с круасанами. Ри поморгал и с хмурым видом сел. Теян постарался улыбнуться как можно мягче: - С добрым утром. И затаив дыхание ждал реакции Ри на вчерашний день, свою он уже показал: улыбкой и завтраком в постель. Сердце стучало как бешеное, и он не знал, куда деть руки. - Хен… - Да? – тут же ответил Те. - Ты такой трогательный! - Что?.. – Те опешил. - Мне приснилось, что мы с тобой встречаемся. И это было очень трогательно. А-ха-ха! – и макне согнулся пополам от смеха. Теян чувствовал себя странно. Ри казался таким красивым сейчас, даже если стебался: что это? Почему каждый его жест кажется прекрасным? Ри отсмеялся и схватил круасан: Те облизал губы, смотря как он ест. От волнения потели ладони. - Во сне ты та-ак за мной ухаживал, будто я твоя первая девушка. Хотя постой, так оно и было, - и Ри заржал над собственной шуткой. - Не шути со мной, - немного дрогнувшим голосом ответил Теян. Ри перестал смеяться. Между ними витало что-то совершенно новое. - Хен, и что теперь будет? Те интуитивно неуклюже стер джем с губ Ри. И от этого действия оба выглядели шокированными. - Понятия не имею, - Теян чувствовал, что щеки горят. Ри откинулся на подушки. - Ладно… Только нас наверное уже потеряли, надо ехать. - Да… - Теян посмотрел на свои руки. – Я, кажется, влюбился. - Я уже понял… - отозвался с подушек Ри. - В тебя. - Ага… Последовала пауза. - Ладно, давай собираться… - Те встал, чувствуя жар внутри и горящие щеки. Внутри тонкими струйками растекалась что-то теплое, хотя и болезненно. Как будто та соседка, которую он любил в детстве, ответила «да» на свидание. Он ждал этого «да» слишком долго. Я не хочу больше быть один. На концерте их встретили как всегда с обожанием: среди толпы, словно цветы, выросли желтые короны. Теян наслаждался выступлением и энергией зрителей, улыбка не сходила с лица. На соло Сынри Те стоял за кулисами и не мог отвести от младшего глаз. Сынри допел и, тяжело дыша, вернулся за сцену, Теян тут же подал ему воду и накинул на голову полотенце. Жарко, а Сынри в классическом костюме... Теяну хотелось постоянно до него дотрагиваться, обнимать, гладить по волосам. Когда в очередной раз Тэ не удержался и притянул его за талию, Сынри мягко вывернулся. - Что? - И так жарко, хен… Теян позаботился о машине и кондиционере в ней. – Устал? Сынри свалился на заднее сиденье. - Хочешь что-нибудь? - Воды. Теян сбегал еще за двумя бутылками. Пока он ходил, к машине подошла девушка с блокнотом в руках и о чем-то оживленно болтала с макне. Блондинка. Младший уже не выглядел таким уставшим. - Интервью? – Теян понял о чем разговор, - К сожалению, мы не можем сейчас давать интервью. - Хен, ну ведь это не категорично, ведь хорошо, если о нас напишут? – говоря это, младший исследовал девушку взглядом, хотя обращался к хену. Атмосфера витала странная и в Теяне явственно вспыхнула ревность. - Мы не даем интервью, - отрезал он и девушка посерьезнела. - Ох, хорошо, извините… Сынри насупился - Теян же чувствовал себя намного сквернее. - Ну зачем ты так? - Я принес воды. Будешь? – напряженно ответил Тэ. - Ох, хен, ты чудо! – Сынри воспарял духом и Теян облегченно вздохнул. Вечером энергии в Сынри как будто прибавилось в тысячи крат. Он крутился в номере перед зеркалом, собираясь в клуб. Теяну хотелось остаться дома, провести тихий вечер перед телевизором, возможно в обнимку на диване, или повалятся на кровати, вспоминая прошлые выступления… глупость, конечно… Но Сынри хотел пойти, и Тэ не мог отпустить его одного. Теян не стал наряжаться, зато младший вышел при полном параде, благоухая цветочными духами. Этот клуб отличался от немногочисленных, в которых бывал Тэ в Сеуле: юбки – короче, вырезы – глубже, кожа – темнее; жарко, много людей разной национальности, часть танцпола под открытым небом; табачный дым, громкая незнакомая музыка, китайский язык. Сынри влился сюда как свой и завис на танцполе на несколько часов. Теян устроился у барной стойки, так, чтобы видеть младшего: он так и сидел с одним не допитым коктейлем «Сингапур Слинг» который час. Глаза слипались, а макне все крутил бедрами, он танцевал со всеми подряд девушками, но делал это в любимой манере: соблазняющее прищурив глаза и водя по телу рукой в паре сантиметров от кожи, не касаясь. Теян устало закрыл глаза, а когда открыл, Ри уже исчез. Те обескуражено встал, озираясь. Пробираясь сквозь потные тела, он обошел почти весь клуб, но не нашел его: появилась легкая паника – вдруг Сынри нарвался на неприятности? Теян побродил у места, где младший танцевал, и еще пару раз обошел внутренний зал, телефон не отвечал и паника возросла. Клуб находился на пляже и Теян, наконец, набрел на площадку под открытым небом и шагнул на песок. Спокойная вода тихонько плескалась, полная луна освещала окрестности, на горизонте вырисовывались силуэты танкеров. Теян шел по пляжу, утопая в песке, мимо не стройных рядов оставленных шезлонгов. В памяти всплыло воспоминание: как-то перед их первым концертом, он и Сынри почти целый месяц были неразлучны. Сынри готовил соло – свою дебютную песню на пианино, он попросил Теяна, который с детства играл, помочь. Так после тренировок, почти каждый день, они оставались в старой студии с роялем и, сидя на одной скамейке, отрабатывали ноты, пока не поднималась луна. Сынри каждый раз выключал лампу и комнату заливал лунный свет. В восторге они продолжали играть в четыре руки - вслепую. Почему Теян забыл об этом? Воспоминание было волшебным. Тэ замер: в плеске волн и отзвуке музыки за спиной, он услышал ахи и вздохи, чмоки и скрип шезлонга. Сомнений не оставалось чем занимались эти двое - Те не мог в темноте разглядеть их лица, но внутри похолодело. Девушка мелькала своими блондинистыми волосами и парень уверенно двигался. Теян сглотнул и осел на ослабевших ногах. Кто сказал, что Сынри теперь с ним? Ведь они же не молодожены, не давали друг другу обещаний, просто переспали вчера ночью в странном порыве. Сынри же ветреный, он быстро обо всем забыл. Теян заставил себя двигаться, словно заржавевший робот, он поднялся. Тогда, играя на пианино, Сынри казался таким сосредоточенным, таким внимательным. Те мог хлопнуть его по рукам или встать за спиной и сыграть за него… - Эй, парень! – сказал кто-то на английском, - Теян заторможено повернулся. Те вышел под свет фонарей и неоновых вывесок и побрел по дороге в неизвестном направлении, ноги несли сами, пока мозг находился там, на пляже с парочкой на шезлонге. Те не заметил, как чуть ли не врезался в кого-то. - Извините… - Хен, что с тобой? – его схватили за плечи и Теян сфокусировал взгляд на говорившем. Сынри. Это точно Сынри? - Я искал тебя везде, куда ты пропал? У меня села батарейка. Я, блин, отвернуться не успел, а тебя уже нет. Ты бы хоть предупреждал… Теян сам не понял как, но уже стоял, прижимая макне к себе. - Хен, ты опять пьян?.. Смотри, войдет в привычку... Ты знаешь, самолет уже через четыре часа, надо собирать вещи… - Да, извини… - Теян смущенно оторвался, в носу предательски защипало. Даже в такое время в аэропорту ждали фанатки, их было не много, но они подарили пакеты с подарками, и Теян автоматически расписался на буклетах их альбомов. Сынри даже сейчас был бодр и с радостью махал, пока они проходили контроль под наблюдением любопытных глаз и видеокамер. Теян сам не мог оторвать от него взгляда и все ловил за локоть или клал руку на плечо. В салоне самолета Сынри привычно устроился с краю, а Теян у окна. После взлета похолодало и Те укрыл Сынри покрывалом. - Спасибо, хен, но… не делай так больше. - Как? – Теян удивился. – Просто не хочу, чтоб ты замерз. - Раньше тебя такое не волновало, - Сынри посмотрел на свои руки. Самолет гудел, пассажиры в других креслах спали, за окнами иллюминаторов было темно. - Теперь волнует, - голос как-то осип и Теян закашлялся. Сынри долго молчал. Теян отвернулся, чувствуя, словно между ними расплываются серые тучи, но постарался скинуть это тревожное ощущение. Все хорошо. Теян задремал на полчаса, а когда проснулся, заметил макне, читающего газету. Похоже, даже несколько часов в клубе и концерт его не сморили. Младший действительно невероятен…Тэ взял его за руку. - Тебе нужно поспать… Сынри мягко освободился. - Не надо, хен… Ты…не заботься обо мне. Теян нервно улыбнулся: - Раньше не ты ли больше всех требовал заботы? Ри не улыбнулся в ответ и выглядел напряженным. Он так и не смотрел на хена, а уставился в газету. Наконец он заговорил, разрывая гнетущую тишину: - Мне не нужна такая забота, - он выделил слово «такая», – то, что произошло… я люблю тебя, очень, н-но как брата… как хена. В меня не нужно влюбляться… Я знаю, я первый парень, который…но… Каждое его слово камнем падало на сердце. Теян заранее догадался, что он собирается сказать, как только первые слова слетели с его губ, - по его выражению лица, напряжению между бровей -он знал макне слишком хорошо и не раз видел как тот объясняется с девушками, но от этого было не менее страшно. Волосы на затылке вставали дыбом: это происходило сейчас, как сотни лет назад, как с той соседкой…Теян думал, что никогда уже не будет чувствовать так остро, что он уже вырос. А Сынри все говорил, уставившись на руки. - Я прожил с тобой много лет, я знаю тебя много лет и мне не хочется делать тебе больно… Но я просто не люблю тебя как парня, такие отношения – это не мое. Мне правда не хочется делать тебе больно, но пойми меня… Пусть эта поездка останется просто воспоминанием… Я знаю что сам виноват во всем… Я… иногда такой идиот… и не думаю о последствиях… но просто я ведь не могу… я такой идиот… Теян отвернулся, чувствуя подступившие слезы. Последний раз он плакал, когда умер дедушка, так и не дожив пару дней до дебюта внука на телевиденьи. - Хен, - Сынри положил руку на плечо, - я хочу, чтобы наши отношения оставались прежними, я не выдержу, если тебя потеряю… я ведь люблю тебя почти как брата, ведь знаешь? Теян видел его хмурое и обеспокоенное лицо в окне иллюминатора. Те закрыл глаза и нашел в себе силы ответить: - Хорошо, все нормально, - голос почти не дрогнул. - Правда? – Сынри оживился. – Ведь не все так плохо, правда? Ты ведь не мог настолько в меня влюбится - ты гей всего месяц, - он нервно рассмеялся. Теян не ответил – просто не было сил, как будто весь день делал переливание крови. - Я правда рад, думал все будет намного хуже… - Сынри убрал руку с его плеча. Он говорил что-то еще, но Теян уже не слышал. Боль. Наверное, так называется это чувство. Теян отстраненно наблюдал за своими ощущениями. Сынри расположился за столиком напротив и воодушевленно болтал с двумя красивыми девушками. Теян сидел за столом с Джи и Топом, Чиен рядом курил с безразличным лицом, а Топ пил виски. Боль. Теян не пил ничего, и бесстрастно, словно на рекламу по телевизору, смотрел на людей за соседним столом. - Что, понравилась одна из девушек? – Чиен выдохнул струйку дыма, - Попроси у Сынри, он не жадный. Теян не ответил, но поднялся. Танцпол, поворот, барная стойка, поворот, коридор, поворот, дверь в мужской туалет, кабинка, щелчок задвижкой. Теян засунул руку в карман и вытащил маленький прозрачный пакетик с ладонь. Посредине в нем, словно пуговка, лежала таблетка. - Эй, парень! – сказал кто-то на английском, - Теян заторможено повернулся. Низенький китаец, лицо которого плохо было видно, поманил к себе. - Хочешь расслабиться? – он улыбнулся кривыми зубами, - Не дорого. Новая штучка - таблетка "счастья", забудешь обо всем! Теян вытащил таблетку и положил на ладонь, в туалете глухо была слышна корейская музыка с танцпола, играла последняя песня Биг Бенг. Сынри попрощался с девушками, записав их номера телефонов, и вернулся за столик к хенам. - А где Теян-хен? – обеспокоенно спросил Ри, чувствуя за него ответственность. - Пошел в туалет? – Топ потянулся. - У него пена изо рта!.. Господи, пена… - Те слышал голоса, но они были так далеко, словно он был в банке. Живот скрутило, тошнило, ломило тело. Он попытался открыть глаза, но не выходило. Во рту было гадко, и продолжались спазмы. - Енбэ, держись… Не смей… не смей… - голос Чиена. Голос Сынхена где-то там, бегающего с телефоном и вызывающего скорую. - Хен! – до смерти перепуганный голос Сынри, но подействовал как укол обезболивающего раковому больному. Сынри здесь, он рядом, скулит как собачка… На концерте, во время соло Сынри на пианино, Теян стоял за кулисами и смотрел на него. Он был прекрасен, уверен в себе, лучи прожекторов, словно лунный свет, освещали его и, казалось, он – ожившая мечта, таблетка счастья. Теяна переполняла гордость, что в этом есть часть и его заслуги. Сынри прибежал после концерта и широко улыбнулся: - Спасибо, хен! Постепенно становилось хорошо, уже не было так больно как сначала. Веки потяжелели… Навсегда одинок. Енбэ больше не хотелось быть одному… Счастливая таблетка для forever alone. Конец.