Regen

Наверное, ты слишком темпераментный, слишком живой. Слишком живой, даже для Жнеца. И глаза твои слишком долго уже горели. Ты лихорадочен во всех своих движениях. Что с тобой? Позволь мне тебя спасти? Сейчас, ты заходишь в мою лавку снова, пошло отшучиваешься, снова что-то рушишь. Но я знаю… Знаю, что ты не специально. Не смотри на меня так. Ты не виноват. Я как всегда предлагаю тебе печеньку – ты доверчиво берешь ее у меня. Я закрываю лавку. Мы остаемся одни. Капризно, как ребенок надуваешь губы… Нет, сегодня я тебя не трону. Сегодня я хочу тебя отпустить. Ты слишком долго мучаешься. Ты слишком долго любишь не того. Я подхожу к тебе, ты стоишь, облокотившись о крышку одного из многочисленных гробов, что мирно дожидались своих владельцев. Неудивительно, что ты выбрал именно алый. Закрываешь удивительные, полыхающие глаза. Те самые зеленые глаза, что таят в себе столько боли и страданий… Почему никто не хочет заметить, что за внешним сумасшествием, спрятана корчащаяся от боли душа? Наверное, мне стоит меньше вглядываться в твои глаза. Ведь я никогда не позволял тебе встретиться взглядом со мной. Никогда не понимал: зачем тебе это? Я очередной раз целую тебя. Мягко, трепетно нежно… А ты отвечаешь на поцелуй, и дыхание твое сбивается. Неужели, ты снова представил ЕГО?.. Ты не оставляешь мне выбора, мой дорогой. Мои руки ласкают твою шею. Мои руки обвивают твое горло. Мы уже не раз практиковали подобное, поэтому ты уже не пугаешься. Пальцы железной хваткой сжимаются по диаметру твоей тонкой шеи. И тут ты все-таки открываешь глаза. Боги, сколько ужаса в твоих глазах… Хрипишь, острыми ногтями царапаешь мне руки. Неужели, ты хочешь жить, мой Алый? Зачем? Он не полюбит тебя, как смог я. Он не полюбит тебя. Ты плачешь? Не смей, тебе немного осталось. Умри красиво. Ты жнец, и за тобой никто не придет. Я - твоя Смерть. За окнами шумит дождь. Не помню, когда он начался. Наверное, он плачет вместе с тобой. Ты так не думаешь? Нет, ты уже не думаешь. Ты свободен. От него, от меня… Ты свободен от нас всех. А мне, наверное, стоит сопроводить тебя в твой последний путь. Алый. Твой гроб будет алым. Ты сам того захотел. Я знал, что захочешь. Сколько себя помню, я берегу его для тебя. Отношу твое тело в свою «мастерскую». Импровизированную, если ты помнишь. Не один раз мы предавались своей страсти именно здесь. Кладу тебя на кушетку. Теперь я сам стал лихорадочным. Наверное, я умер, как ты. Только в душе. Мы одинаковы сейчас. Твое мертвое, бездушное, еще пока теплое, тело и я – бездушный маньяк, возомнивший себя живым. Стягиваю с тебя одежду, разве она теперь нужна? Не наблюдаю сопротивления с твоей стороны… Ах да, забываюсь… Я ведь убил тебя. Твои волосы… Они ведь тоже теперь ни к чему, верно? Срезаю их ножницами. Хватаю восхитительные алые пряди, вдыхаю их запах, едва ли не теряю сознание… Теперь все твои волосы вокруг кушетки… В моей мастерской. Где я – мастер своего дела. А ты – мое ремесло.