Это помешательство

Цепи, тяжелые и немного ржавые из-за высокой влажности и своей вековой эксплуатации, буквально пригвоздили совсем юное тело к облупившейся, древней стене. От каменного пола тянуло таким холодом, что зубы бились друг о друга, выстукивая странноватую мелодию. Тяжелые железные оковы, вдоль и поперек исписанные магическими символами, обхватывали изящные женские запястья. Кованый ошейник обвил лебединую шейку, натирая белую и чересчур тонкую кожу, оставляя след. А кандалы сжимали предплюсну, не давая возможности даже пошевелиться, размять затекшие мышцы. Изорванная и окровавленная одежда ничуть не согревала. Да и не должна была. Герой пала. Герой проиграла. Герой ни жива, ни мертва. Дышит. Соленые слезы безысходности небольшими, горячими каплями стекали по измазанному грязью лицу. Искусанные и потрескавшиеся губы размыкались только для того, чтобы дать очередному болезненному стону или всхлипу вырваться на свободу. Когда-то истинно-алебастровые волосы превратились в серую, иссушенную солому. Синяки, ссадины, порезы ныли, нуждались в лечении. Но кто, черт возьми, будет обращать на пусть и не простого, но, все же, пленника внимание? Эмилия не желала подобного исхода. До конца верила в победу, в себя и… в Бога. А еще в счастливый конец, где князь Тьмы исправился и встал на путь Истинный. Не дано. Она подпустила Его слишком близко, на расстоянии выдоха. Позволила влюбить в себя, позволила завладеть сердцем… Идиотизм! Полный бред! В нем же нет ничуточки света, ни капли добра, лишь холодный расчет и вперед идущие планы. Браво, Мао, ты отличный актер! А как было бы романтично: Герой и Владыка Тьмы вместе, под венец. Наперекор всему миру, каждому живому и неживому существу. Просто потому что хочется. Просто потому что любят. - Ты не должна была мне доверять, - выдыхает Сатан… с печалью в голосе? Нет. Как можно жалеть и убивать человека одновременно? Исполин не понимала этого. Слишком прямолинейна, проста. Ей не дано строить коварные планы по захвату/освобождению мира. Глупая Герой проиграла. Глупая Герой не сдается. Глупая Герой все еще верит в чудо. *** Дьявол откинулся на массивную, украшенную драгоценными камнями спинку новоприобретенного трона. Золотого трона. Пафосно, дорого, но ему, Владыке Энта Исла, позволено. Титул и положение позволяет. Двадцать шестой день его правления. Величия в полной красе, множества слуг и последователей, а также и недоброжелателей. Но и тех, и других хватало во все времена. Двадцать шестой день он чувствует, что что-то идет не так. Не так, как ему хотелось бы. Вроде бы, получил желаемое, а удовольствия никакого. Эйфории и чувства удовлетворенности нет. Чего-то не хватает. Или кого-то?.. И почему Сатан ощущает себя последним ублюдком? Нет, он, конечно, всегда таковым был, просто тогда ему это нравилось, а сейчас?.. Мао не знает. Мао не хочет знать. В неведении – сила, в знании – боль. Так решил для себя Дьявол. - Они прячутся, - говорит Алзиэль, пробегая взглядом по желтоватому, старинному свитку. – Ищут и ждут Героя. Но их мало, мой господин. Ничтожное количество мятежников. Наши Всадники с легкостью разгромят людишек. - Ждут Героя, значит, - выдыхает Джейкоб, прикрывая кроваво-красные глаза. Длинные, едва скрюченные на конце рога привлекают внимание, заставляют бояться. Ибо они – символ власти, гордость демона величайшей династии. Тяжелая зеленая мантия и ало-черные доспехи, выкованные в лучших магических кузнях. Его ежедневное обмундирование. Он не видел Эми с того самого рокового дня. Не знал, как она, где именно ее держат. Не стал интересоваться, хотя хотелось. Безумно хотелось. - Навести ее, - тихий шепот и звук удаляющихся шагов. Задумался? И что за фамильярность, панибратское отношение? Да, плевать как-то. Не чужой же… демон все-таки. Друг, с которым пережил так много хорошего и так много плохого. Проведать Юстину, услышать ее голос и… уйму ругательств, ехидств и ироничных замечаний. Именно это ему нужно, так необходимо? Сколько же, черт возьми, вопросов! Выбросить бы из головы паршивые/счастливые воспоминания и жить, наслаждаясь вечным существованием. Изведать все семь смертных грехов в полной мере, захлебнуться в них. Как раньше. До нее. Какого хрена он отправился на эту чертову Землю, где встретил собственную душевную погибель? Совесть в лице одной седовласой бестии. Былое не вернуть и не исправить: жить в настоящем. *** - Отлично выглядишь, - хриплый шепот слетает с ее губ, а еще улыбка. Кривая, лживая, обвиняющая улыбка. Сердце Мао сжимается. Он замирает на месте, наблюдая разбитую и изломленную любовь на грязном полу подземелья. Такую отчаянно-красивую, изранено-трогательную, свою слабость. Но это не Эми Юса. Это – Эмилия Юстина. Нефилим и грозное оружие в руках Божьих. До последнего вздоха она будет сражаться, бороться до победного конца и зверски ненавидеть. Презирать Короля демонов. Потому что он – это он. Грязный предатель и ошибка всего магического мира. - Перейди на мою сторону. Ибо церковь проиграла. Ты проиграла, Герой. В ответ молчание. Сатан садится на корточки, напротив нее. Чувствует запах крови, пота, грязи. А затем глаза в глаза. Никто не смеет отвернуться, иначе проигрыш. И счет либо равный, либо «2:0» в пользу Мао. - Зачем ты пришел? Она не отстраняется, ощущая прикосновение его теплой ладони к своей щеке. Ждет, пусть и напрасно, чуда. - Я хочу, чтобы ты была на моей стороне. Сильный воин со стальной верой не повредит могучей армии Тьмы, - уверенный голос. - Зачем ты пришел? – снова повторила свой вопрос девушка. – Мне нужна правда, Мао. Джейкоб сглотнул - он не ведал ответа. Не знал, что сказать. В мыслях сплошная неразбериха, а взгляд, против воли, скользит по полуобнаженному телу, изредка останавливаясь на чересчур глубоких порезах. Она завораживает, притягивает, не позволяя отстраниться. Он гипнотизирует, вводя в транс. Будто удав, поймавший в плен своих оков крошечную, беспомощную мышку. - Все с тобой ясно, - усмехнулась Герой, касаясь затылком холодной каменной стены. Отчего-то по телу разливается непонятное, доселе неведомое ей тепло. Не то, которое исходит от огня, другое. Странное. - Будь моей, - шепчет Садао, почти дотронувшись своими губами ее, - раздели со мной трон, постель, вечность. Королева демонов, Царица звучит неплохо. - Дурак, - беззлобно ругает его Юстина, - предлагать такое воину Света? Самый настоящий идиот. Думай, прежде чем говорить. - Что не так? - Ты не равен мне, Мао. А я тебе. Мы – не пара. К тому же, ты протаранил мною пару бетонных стен, - весомый аргумент, самоуверенный тон. А за ширмой абсолютной непоколебимости страх и опаска. - Я хочу быть с тобой. «Я тоже хочу быть рядом с тобой. Всегда», - пролетело в мыслях. Секунда. Минута. Пять минут. Молчит, резко поддавшись вперед, дарит ему невесомый, легкий поцелуй. И тут же отстраняется, когда парень набирает оборот. - Уходи, - просит Герой, прикрывая глаза. – Пожалуйста, уходи. - Два дня на раздумья, Эми. Не больше. Дьявол ушел, скрипя зубами и сжимая пальцы в кулаки. Низ живота сковала тяжесть от какого-то недо-поцелуя! Насколько же сильно он жаждет получить ее? Безумно. *** - Она сбежала, - смешливо проговорил Люцифер, играясь с флик-лезвием, стыбринном с Земли. – Прямо из-под носа стражников-олухов. Владыка Тьмы хмыкнул, прикрывая глаза. Она хочет быть на равных – будет. Супругами или лютыми врагами – не важно. Да начнется же игра в «кошки-мышки»! Правда, кот, отнюдь, не есть будет свою мышку, а кое-что получше, пошлее и динамичнее. - Господин, сотрите с лица это извращенное выражение, у меня по коже мурашки бегут, - протянул Люц, поерзав в кресле. - Не твоего ума дела, - отмахнулся Сатан, облизнув в предвкушении губы. Тик-так, тик-так. Это помешательство.