Броня для сердца

Погода с самого утра не радовала: тяжелые капли барабанили по подоконнику, а в открытую форточку дул сильный ветер. В комнате было холодно. На двухместной гостиничной кровати спало трое подростков, девушки лежали под одеялом. Умостившись с краю и обхватив руками подушку мирно, сопела Джувия. Люси закинула на подругу руки и, приобняв ее, что-то бормотала себе под нос. Нацу же храпел на всю комнату, но никого это, видимо, не смущало. Беленький телефон на прикроватном столике завибрировал, после чего из динамика начала звучать стандартная мелодия звонка. Драгнил повернулся лицом к источнику шума и, продрав глаза, шумно сглотнул, сопя в макушку Хартфилии. — Нацу, — хриплым голосом простонала Люси, еще сильнее зажимая в охапку Джу, — не бросай меня. Слегка опешив от еле различимого шепота, парень решил, что тронулся умом. Но потом он вспомнил события прошлой ночи, и как он здесь оказался. Драгнил привстал и начал осматриваться: бежевая пастель на стенах, плазменный телевизор напротив огромной кровати и пара кресел в углу. Рядом стояла лампа и мини-бар. Девчонки выбрали небольшую и дорогую комнату. — Доброе утро, — в комнату вошел Грей, не отрывая глаз от газеты и держа в руках картонный стаканчик с кофе с эмблемой отеля. — Они еще не проснулись, — как можно тише Нацу встал с кровати и подошел к телефону, чтобы выключить. Грей поднял глаза на друга, затем осмотрел девчонок. С недовольным вздохом Фуллбастер подошел к кровати. — Ты хоть когда-нибудь начнешь следить за Люси? Я ей уже начинаю сочувствовать. — А что не так? — не понял Драгнил, наблюдая за действиями Грея. — Она наверняка простудилась, — Фуллбастер взял рукой край одеяла и натянул на голые ноги Хартфилии. — Форточка всю ночь была открыта, погода холодная. На улице не май месяц. — А ты-то какой заботливый, твоя девушка, между прочим, дров вчера наломала! — вспылил Нацу, подойдя ближе к другу. Внутри Грея что-то вспыхнуло, но внешне он оставался невозмутимым. — Она не моя девушка, так что не надо. — Да? А чего ж ты тогда сто пятьдесят километров за ней из другого города фигачил? — Говорил же, что предчувствие! И, как видишь, не подвело! — Грей тыкнул указательным пальцем в друга и начал контратаковать. — Я, между прочим, твою девушку тоже спас, так что не заливай! Вдруг на кровати началось движение, оба парня повернулись к проснувшимся барышням. Зрелище было не из самых красивых: девушки с размытой по лицу косметикой и тотальным беспорядком на голове синхронно сели на кровать и подняли непонимающие, сонные глаза на парней, у которых такая картина вызвала умиление. — Люси, иди умойся, ты после вчерашнего рыдания разукрашена, как Джокер из фильмов про Бэтмена, — засмеялась Джувия, посмотрев на подругу. — Кто бы говорил, у тебя на голове будто макаронная фабрика взорвалась, — ответила Хартфилия и сразу же схватилась рукой за горло. — Ну я же говорил, что простудится, — глотнув немного кофе, сказал Грей, присаживаясь на край кровати. — Вы вообще как? Этот вопрос обращался больше к Люси, нежели к Джувии. И тут внутри Нацу и Локсар начал фыркать колючий ежик. — Я? В порядке, — заикаясь и туго соображая, почему Грей сейчас так близко к ней, хриплым шепотом ответила Хартфилия. — Правда горло немного болит. — Да я уж слышу, — нагло спихнув Грея с кровати, Нацу уселся на его место и взял Люси за руку. — Может, тебе что-то принести? — Сбегай попроси на ресепшене два халата, два полотенца и две пары тапочек, — подымаясь с пола, начал говорить Грей. — А я закажу завтрак. Люси — обязательно что-то горячее и чай с лимоном. Или ты малину предпочитаешь? — Лимон, — живо ответила Люси, откинув одеяло в сторону, чтобы встать с кровати. Все присутствующие, в первую очередь Хартфилия, выпали в каплю. Первой опомнилась Джувия и, накинув обратно одеяло на подругу, бросила стоявшую на тумбочке статуэтку в Грея. — Куда пялишься?! — Да, точно! — подорвался Нацу, буравя взглядом своего друга. — Глаза выбить? — На ресепшн иди, тупица. Хоть не забыл, что я тебе говорил? — Тапочки, полотенце и халаты, — выплюнул ему в лицо Драгнил. — Вот и скатертью дорога! Девчонки примут душ, и мы сразу едем домой, а то мне уже Мира звонила. Сегодня контрольная по литературе, и только наша четверка не присутствует в школе. Фрид в ярости, уважительной причины у нас нету. Следовательно, по возвращению домой ожидайте порцию пиздюлей от Джастина. Дальше утро прошло в полной суматохе: Драгнил ускакал за полотенцами и прочей мишурой, Люси, как только зашла в ванную и увидела свое отражение, визжала на всю гостиницу, забыв о жуткой боли в горле, Грей заказывал завтрак, причем столько, чтобы троглодит Нацу наелся, а Джувия преспокойно валялась, читая газету. На первой полосе был заголовок "Сеть магазинов "Just Juwi" выпустил новую коллекцию", а ниже располагалась фотография ее родителей. Таких счастливых и успешных. Не выдержав этих фальшивых улыбок на серой бумаге, девушка перевернула страницу и вычитывала колонку с погодой по всей стране. Дверь противно скрипнула, вошел Фуллбастер. Парень присел на кровать рядом с Джу, заложив за ушко прядь синих волос. Локсар моментально отбросила газету на пол. — И что это было? — Ты о чем? — холодно и непонимающе спросила девушка. — Зачем ты сунулась туда? Прекрасно понимала ведь, что в этом клубе творится. Более того я уверен, что ты знала, какой опасности подставляешь и себя и Люси, — Грей опустил глаза на скомканное одеяло, чтобы еще раз не разочаровываться в Джувии. Но сделать это пришлось. — Знала, — на выдохе ответила девушка и опустила голову, будто сожалела о содеянном. — Я хотела заглушить ту боль, которую мне причинили самые близкие люди. — Это очень эгоистичный поступок, ты совсем не подумала о Люси... — Да что ты заладил с самого утра "Люси-Люси"?! — Джувия поднялась с кровати и начала нарезать круги по комнате. — Печешься о ней с самого того момента, как она проснулась! — и, увидев, что Грей хочет возразить, перебила парня: — Я не ревную! Если меня предали родители, то как в этом мире можно хоть кому-нибудь доверять? Как?! Парень продолжал сидеть, опустив глаза на пол. Нет, Грей не боялся их поднять, просто не хотел видеть сейчас ее пустые, разочарованные глаза. Доказывать, что она не права, смысла нету. В таком состоянии до Джу не дойдут слова Фуллбастера. Но применить одну попытку он все же решился: — Люси отключила телефон, чтобы побыть с тобой рядом, чтобы вам не мешали. Она пошла за тобой туда, куда ты захотела, чтобы не оставлять одну, — Грей все же поднял темные глаза на Локсар и, словно контрольный в голову, молвил: — Она тебя любит, заботится о тебе и бережет. Не винит тебя в случившемся, хотя и ты, и я знаем, чья вина в произошедшем. Ты бы подумала о ее чувствах, что она пережила вчера ночью. Помнишь же, какая истерика случилось? Сколько Нацу пришлось ее успокаивать? — Ты меня не успокаивал, — уже прекрасно понимая, до чего довел ее собственные эгоизм, Джувия обиженно посмотрела на Грея. — Не видел смысла. Ты совершила все осознанно. — А ты, — девушка упала на колени, впервые за долгие годы так разрыдавшись, — единственный, кто меня понял. И отворачиваешься. Грей опешил от такой реакции. Он даже не думал, что можно одними словами довести такую сильную характером девушку до абсолютно разбитого состояния. Джувия поджимала под себя ноги, уткнувшись лбом в колени, и издавала тяжелые всхлипы, иногда подрагивая. Парень стоял неподвижно. Дверь отворилась, в комнату вошел как всегда веселый Нацу, но, увидев эту картину, улыбка сразу стерлась с лица. Драгнил отбросил полотенце на кровать и присел на корточки рядом с рыдающей девушкой, немного потормошив ее рукой. — Джувия, что случилось? — обеспокоенным голосом спросил парень, затем бросил грозный взгляд на Грея. — Что ты натворил? Фуллбастер лишь фыркнул, развернулся и ушел из комнаты. Снаружи парень был невозмутимым, но покидал комнату с совершенно другими мыслями. Вся дорога домой прошла в абсолютном молчании. Люси, которая как раз слышала разговор Грея и Джу, немного обижалась на подругу. Конечно, Хартфилия догадывалась о таком развитии событий, но тешила себя мыслью, что Локсар сделала это на подсознательном уровне. И сил обижаться на Джувию не было, ведь Люси ее очень сильно любит, но какой-то неприятный садок все-таки остался. Самой Локсар было ужасно стыдно. В первую очередь перед подругой. Во вторую очередь перед Нацу, ведь именно ему пришлось успокаивать ее в момент слабости и отчаянья. И в третью очередь перед Греем. Но это скорее была смесь стыда и разочарования. Нацу, уставший за последние сутки от роли валерьянки и психотерапевта в одном флаконе, просто сидел спереди, жевал мятную жвачку и смотрел на дорогу, чтобы его, не дай Бог, не стошнило на глазах у девушек. Грей, как всегда, выжимал под сто шестьдесят километров в час, таким образом выдавливая всю ненависть к себе и к своему тупому характеру. Ну вот почему Нацу может так легко упасть рядом, обнять за плечи и просто успокоить? Почему Грей не может пройти этот простой рубеж? — Да ты просто боишься быть привязан к людям, — еле слышно сказал Драгнил, подперев голову рукой, и продолжил смотреть на дорогу. — В этом твоя проблема. И да, сбавь скорость, ты почти до двухсот дошел. *** — Спасибо, Грей, что довез, — спокойно поблагодарила Люси, выходя из машины. — А ты куда? — недоуменно переспросил Фуллбастер, когда открылась вторая задняя дверь. — Я с ней, — коротко кивнула Джу, захлопнув дверь. Люси лишь обернулась и грустно посмотрела на подругу. Машина выехала из двора Хартфилии, а девушки продолжали молча стоять. — Люськ, — тихо простонала Джу, опустив голову. Хартфилия вздрогнула, ведь ее так называли только в моменты великого откровения. От Джу она этого никогда раньше не слышала. — Ты прости меня, дуру, за то, что я так поступила. И подумала ведь, но все равно поступила глупо. Я правда не хотела, чтобы так вышло. — Все нормально, — неожиданно даже для самой себя сказала Люси. После небольшой заминки продолжила: — Я знаю, что ты не хотела навредить мне, ты не понимала, что делаешь. — Понимала, Люси, я все прекрасно понимала, — Джувия уже говорила на всхлипах, повернувшись лицом к Хартфилии. — Ты хочешь мне навредить, желаешь зла? — подойдя чуть ближе к подруге, спросила Люси. Джувия только и смогла, вновь роняя слезы на пальто, отрицательно мотать головой. Без лишних слов Хартфилия ее обняла, прошептав только одно: "Я не держу на тебя зла, я люблю тебя." Как им обеим не хватало этих слов. Если раньше и были какие-то преграды, недоговоренности и разногласия, то сейчас между ними полная гармония и взаимопонимание. Они проведут этот холодный, дождливый, но прекрасный день за просмотром фильма в пижамах, поеданием сладостей и шутками о парнях. Но, к сожалению, вечером на телефон Локсар пришло смс и, решив принять бой, Джувия с гордо поднятой головой пошла домой. Квартира встретила Грея привычной пустотой, но уже такой невыносимой, что хотелось сразу покинуть свою обитель. Не без труда проигнорировав этот позыв, Фуллбастер в обуви поплелся в комнату. Из-за незакрытого окна, которое Грей вчера оставил, чтобы проветрить квартиру, и сегодняшнего ливня на дорогом ковре красовалось огромное мокрое пятно. Глубоко вздохнув, парню пришлось взять на себя роль домохозяйки. Однако брюнет настолько увлекся, что опомнился лишь вечером, когда квартира блестела, мусор был вынесен, а постель выстирана. Благо не руками, а всего лишь стиральной машинкой, которой Грей нашел применение спустя два года с момента ее покупки. Раньше парень относил все вещи в химчистку. Идеальный порядок в квартире, отсутствие интересных людей на Мурклубе, полная ересь по телевизору заставили Фуллбастера буквально сбежать из дома. Была одна мысль: встретиться с Джувией, но сначала нужно определить, где она. Один звонок Люси все решит. Набрав номер, который в его телефоне давно подписан, но ни разу так и не применялся, Грей приложил трубку к уху, закурив сигарету. — Да? — высокий женский голос на той стороне ответил спустя пару гудков. — Люси, это Грей. Джу с тобой? — Грей? — удивилась девушка такому звонку. — Нет, она домой поехала. А что? — Ничего, спасибо. Просто хочу с ней встретиться и поговорить. — А, ну тогда ладно, — как-то отстранено ответила блондинка, после чего коротко добавила: — Удачи. — Спасибо, — сказал Грей и, снова затянувшись сигаретой, отключился. После этого короткого и несодержательного разговора было какое-то странное ощущение. Но оба знали наверняка: они подружатся, без сомнений. Они уже друзья. Джувия вышла из такси и, сделав отрезвляющий глоток холодного воздуха, пошагала к особняку. Уже на крыльце девушку встретила ее мать с виноватым выражением лица. Руки женщины были сложены в замочек, на лице играла виновато-усталая улыбка, а глаза пустые. Джу прошла мимо, даже не бросив взгляд на маму, но зайдя в холл — остолбенела. Женщина зашла за ней. — Это что? — растерянно спросила девушка, наблюдая за людьми, которые переносили вещи. — А хотя мне плевать, я пойду в свою комнату. — Джу, ее больше нет, — тихо произнесла миссис Локсар, придержав свою дочь за руку. — Куда они выносят мой рояль? — растерянно спросила Джу, наблюдая, как четверо мужчин выносят ее любимый огромный белый инструмент. — Раньше твой отец был под подпиской, но сейчас его вину доказали. Десять лет с конфискацией имущества. И это минимум. — За что?! — в голосе девушки была смесь растерянности и злости. Но ее мать даже не дрогнула. — За распространение наркотиков на международном уровне, Джу. Мы бы не открыли свой бизнес, имея за плечами один только талант и идею. Нужны были деньги. И хотя мы замяли это дело — ФСБ уже давно вело твоего отца по следу. Он потратил все силы, чтобы обезопасить меня, и получилось: я вне подозрения, но ему за это больше светит. — Да какая разница?! Почему все так спонтанно разрушилось? Мы же идеально жили, почему все рухнуло?! Абсолютно все! — Джу, успокойся, — мама подошла к ней и провела рукой по синим локонам, но девушка отстранилась. — Я тебя не брошу. Мы с тобой переедем в столицу, в мою квартиру. — Жить с матерью-предательницей и твоим ублюдком?! — истерически расхохоталась Джувия, просверлив женщину убийственным взглядом. — Да я скорее в канаве сдохну! С этими словами девушка развернулась и ушла в неизвестном даже для нее направлении. Просто шагала по дороге, мать не стала ее останавливать. Унимать слезы она не хотела, да и не видела смысла. Просто шла по шоссе, вытирая щеки холодными озябшими руками. В лицо слишком ярко засветили фары. Джу замерла. Подняв глаза, девушка увидела прямо перед собой черную BMW. Хлопок открывающейся двери, и ее тело, такое хрупкое и уставшее, прижимают холодной кожаной куртке. Но внутри разливается тепло. — Наконец-то, я тебя нашел, — сверху прошептал тихий, но родной, голос. — Все начало рушиться с того момента, как в моей жизни появился ты, — проглотив огромный ком, Джувия сама испугалась своей догадке. — Грей, мне некуда идти, не на что жить. Я одна. В огромном мире. Фуллбастер, чувствуя, что теперь может с легкостью стереть эту грань, отделяющую ее и Джу, прижал девушку еще сильнее и, немного смущенно, но все же уверенно, прошептал: — Мы вдвоем одни в этом огромном мире.