Наказание для Прекрасных

Вечная надежда. Надежда, отравляемая горечью. Горечью в слезах, которые капали в скудную похлебку. Горечью в ежевечернем ожидании, когда она уже знала - заранее знала - что ляжет спать одна. Затушив свечу, с которой тоже стекали слезы. Но все же надежда жила. Ее нельзя было погасить, как ту свечу. Белль подметала свой жалкий домишко и напевала песню, которая не сходила с ее уст в Темном Замке. Когда-то - так давно, что она иногда думала, что это просто сон. Сон о том, как Красавица и Чудовище полюбили друг друга. А по ночам она видела другие сны. Золотистое сияние, в котором исчезал единственный человек - нет, не человек - который стал ее жизнью и ее счастьем. Счастье ушло, а жизнь... Разве это жалкое существование можно было назвать жизнью? Работа, сдабриваемая надеждой. Надежда, которую отравляла горечь. Так Белль и жила. *** И все-таки вечным ничто не бывает. Рано или поздно конец приходит всему. Даже надежде. Белль начала утрачивать веру в чудеса. Поэтому, когда дощатая дверь распахнулась, как от удара, и на пороге возник тот, кого она всегда ждала, она поверила не сразу. Точнее, решила, что это призрак. Он выглядел точно так же, как в тот день, когда пришел в ее замок, когда вился вокруг нее с ехидной улыбкой и говорил "Сделка есть сделка". Только теперь в его глазах было совсем другое выражение. Они сияли, как будто в них зажглись маленькие янтарные солнышки. Белль не двинулась с места. Она продолжала сидеть у слабо горевшего очага, спрятав между коленями натруженные руки. Ей так долго было больно, что никакой призрак уже не мог сделать хуже. - Белль, - видение протянуло руки. На его пальцах отпечатались знакомые крупинки золота, и они, эти пальцы, мелко дрожали. И казались материальными, сотканными из грубой плоти. - Белль! Она не отвечала. И ее бледное лицо, хранившее следы слез, было словно неживым. Только глаза растерянно смотрели... не узнавая? - Белль! Это же я! Я вернулся! - несколько шагов к ней, жесткая блестящая ладонь коснулась худого плеча, обтянутого серой тканью холщового платья. - С тобой все хорошо? Ты слышишь меня? Ладонь была настоящей. Живой. Теплой. И это прикосновение словно пробудило Белль от заколдованного сна. Она вскочила. Кинулась в раскрытые навстречу объятия. И сама обняла - крепко, обеими руками, плача и смеясь. И зная, что больше никогда не поверит в худшее. - Румпель... - чуть слышно шептала она, - ты вернулся, Румпель. *** - Меня перебросило в другой мир, - Румпельштильцхен сжимал ее лицо в своих ладонях и говорил, говорил, не в силах остановиться. - Темный не может убить сам себя, вот и я не умер - и даже моя магия сохранилась. Я нашел Бея. Он сказал, что оставил тебя на попечение Белоснежки и ее Принца... но вот я нашел тебя, узнал от жителей этой жалкой деревни, что случилось... Белоснежка и Принц бросили тебя, и последний год ты жила нищая, всеми покинутая... На этих словах голос Румпельштильцхена заледенел. Белль грустно улыбнулась и не ответила. Темный маг отпустил ее, отступил на шаг и быстрым взглядом окинул убогое жилище возлюбленной. Его глаза недобро сузились, губы плотно сжались. - Они... они были заняты собой... устраивали свою жизнь... к тому же я... - Белль старалась не смотреть ему в глаза. - Ты... что? - Понимаешь, ты всегда был для них злодеем... а я связана с тобой. Их... можно понять, - Белль попыталась взять Румпельштильцхена за руку, чтобы успокоить, но он, казалось, распалялся все больше. К тому же Белль прекрасно понимала, как неубедительно звучат все ее оправдания для Прекрасных. - Я спас их от Питера Пэна. Я всегда помогал Прекрасному и Снежке, когда эти двое прибегали ко мне и хотели, чтобы я их выручил из очередной беды. И тогда они считали меня злодеем, хотя еще ничего не знали про Проклятье! Это я свел их вместе! Я сделал безродного пастуха принцем, после чего он и встретил свою ненаглядную! Неблагодарные твари... - прошипел Румпельштильцхен с исказившимся лицом. - Но со мной ведь все хорошо! - Белль погладила его по плечу, пытаясь утихомирить гнев колдуна, но он тут же перехватил ее руку, посмотрел на твердые мозоли, покрывавшие когда-то нежные ладони. - Ты могла бы жить у них в замке припеваючи! Вместо этого они бросили тебя горевать и выживать в одиночестве! - Румпель... - Они наверняка думали, что я не вернусь. Но я вернулся. К несчастью для них. Слова одно за другим падали, тяжелые, как камни, и наполненные еле сдерживаемой яростью. - Румпель. Белль испуганно и безнадежно шептала его имя - неужели он опять оборотится чудовищем? Как тогда, раньше? И совершит что-нибудь ужасное? - Я заставлю их пожалеть о том, что они родились на свет, - тихо проговорил Темный маг. - Румпель! - и вот тут-то, видя страх Белль, он опомнился и обнял ее, снова обнял, да так, словно боялся, что их опять что-то разлучит. Слезы капали из глаз Белль. Крепко прижавшись к Темному магу, она чуть слышно бормотала с робкой надеждой в голосе: - Обещай, что ты не убьешь их. Не будешь пытать. Ты же не такой. Ты не чудовище. Наступила нелегкая для обоих, напряженная тишина, после чего Румпельштильцхен внезапно усмехнулся безо всякой злобы: - Я не убью их. И пытать не буду. Обещаю. Белль счастливо всхлипнула и зарылась лицом ему в грудь. Она не видела, каким мрачным ехидством заблестели глаза Румпельштильцхена. *** Прекрасный Принц сразу почувствовал, что творится неладное, когда неожиданно воскресший Румпельштильцхен не стал взыскивать с него и Белоснежки за то, что они оставили Белль. Признаться, Дэвид никогда особенно не задумывался о том, как невеста монстра поживает в заброшенной деревеньке. Он был занят тем, что строил новую жизнь для себя и жены. И жителей Сказочного королевства. В конце концов, именно из-за Румпельштильцхена все они были вынуждены возводить себе дома взамен прежних, разрушенных. Бороться за свое существование. С боем отгонять огров от вновь укрепленных границ. Белль, конечно, во всем этом не была виновата, но подсознательно Дэвид и Белоснежка относились к ней скорее как к тени Темного мага. И уж тем более не относили к своей семье. Как, впрочем, и Румпельштильцхена. Другое дело - та же Регина, ее Белоснежка готова была видеть у себя каждый день. Но бывшая королева не любила наносить визиты, держалась печально и отчужденно и, как понимали и Снежка и Принц, предпочла бы остаться с Генри в другом мире - если б только могла. Но вот Румпельштильцхен появился. Целый, невредимый, с магией и многозначительным выражением на лице. Он навестил Прекрасных в их летнем дворце, прямо в разгар приятного разговора о том, как эти двое любят друг друга. - Рад, что вы хорошо устроились, - ворковал Темный, расхаживая вокруг Прекрасного Принца и Белоснежки, на чьих лицах застыли напряженные улыбки, - мы ведь одна семья, ваше благополучие не может меня не радовать. Надеюсь, ваша жизнь удачно складывается? В ответ последовали смущенные кивки. Ни один из любимых родственников не осмелился спросить, как поживает Белль. - И в знак моего доброго к вам расположения вы получите от меня подарок, - все тем же благодушным тоном продолжил Румпельштильцхен. Прекрасный Принц хотел было отказаться, но колдун решительно замахал руками с выражением комичной мольбы на лице: - Ни в коем случае не отказывайтесь! Вы разобьете мне этим сердце. Белоснежка попыталась что-то робко пискнуть, но Румпельштильцхен обиженно заявил: - Вы оба даже не знаете, что я вам хочу подарить! Напряжение отчасти спало, на лицах Прекрасных одновременно появился слабый интерес. - И что же? - поинтересовался Дэвид. Румпельштильцхен подарил ему широкую, такую добрую и сияющую улыбку, что рука Принца сама собой чуть было не потянулась к мечу. - Я дарю вам возможность загадать любое желание. Абсолютно любое - что захотите. Однако Белоснежка все еще колебалась, и в улыбке Румпельштильцхена появилось нечто не совсем доброе: - Ты хочешь отвергнуть мой дар? Предложенный от чистой души? - Ладно, спасибо, мы его принимаем, - поспешно вставил Дэвид, решив загадать что-нибудь хорошее и замечательное, и сжал руку жены, стоявшей рядом. - Мы хотим всегда быть рядом... никогда не разлучаться! Услышав это пожелание, Белоснежка повернула к нему голову и тепло посмотрела своими темными глазами на мужа. Казалось, вокруг них разлился радостный розовый свет... Румпельштильцхен хлопнул в ладоши. - Так тому и быть! - весело провозгласил он. *** - Румпель, но ты же их расколдуешь когда-нибудь? - Белль все же не могла удержаться от смеха, глядя в зеркало, в котором отображались Белоснежка и Прекрасный Принц. - Когда-нибудь - очень растяжимое понятие, моя милая, - Румпельштильцхен обнял ее за плечи, увлеченно наблюдая за тем, как Дэвид и его жена безуспешно пытаются отлепиться друг от друга. Они намертво пристали друг к другу боками, и разлучить их теперь никому не было под силу. - А если бы они загадали что-нибудь другое? - Белль оторвалась от занятной картины того, как Прекрасных общими усилиями всех слуг пытаются посадить на двоих коней сразу - Белоснежка так любила верховую езду!.. - О, я бы что-нибудь придумал. Ты же меня знаешь, - с притворным смущением посетовал Румпельштильцхен. Один из коней тем временем вырвался из рук неуклюжего слуги, и Прекрасные кучей свалились на землю под испуганные возгласы... Определенно, сегодняшний спектакль в Темном Замке проходил под овации публики.