Призрак

(отбечено)

Если с другом вышел в путь, веселей дорога…

Снейп пообвыкся, и даже более того, он начал находить в этом своем положении некоторые плюсы. Длительное состояние стресса, бывшее постоянным его спутником, расшатанное здоровье, да и другие «прелести» его прошлой жизни изрядно влияли на его настроение и характер. Да и терять ему теперь было нечего, и возможности изменить что-нибудь не было. И он смирился. А вот с этого момента жизнь, даже такая, заиграла для него новыми красками. Прежде всего, он определил границы своей свободы. Оказалось, что перемещаться он может достаточно далеко и легко, но через какое-то время возникало некое тянущее чувство, понуждавшее его возвращаться на площадь Гриммо. И чувствовал себя в старом доме лучше всего – более защищенным, что ли. А еще его магические возможности возросли многократно. Он простым «Эванеско» убрал здоровенную ржавую баржу, которая своей тушей портила прекрасный пейзаж. Он понимал, что у этой груды железа, наверное, имелся хозяин, но ему было все равно. Теперь - все равно. Он иногда улетал куда-нибудь просто проветриться, иногда пытался продраться сквозь заумь древней книги, а иногда болтался по дому, наблюдая за мальчишкой. Поттер был скучен, как маггловский учебник по сопромату, который некогда он нашел у своего отца. Каким образом попала к ним в дом эта книга, так и осталось неизвестным. Но даже ему, поглощавшему все, что можно было прочитать, эта книга показалась ужасно скучной. Прям как Поттер. Ни тебе веселых вечеринок, ни застолий с друзьями. Чаще всего он сидел на подоконнике комнаты Сириуса на третьем этаже и с тоской смотрел на улицу. Нет, друзья его не оставляли, и приходили почти ежедневно, а рыжая Уизли вообще вела себя как хозяйка: командовала Кричером, покрикивала на мальчишку. А чаще всего она усаживалась ему на колени и целовала так, как будто собиралась целиком поглотить его, и только недостаток времени не позволял ей этого добиться. Гарри смущался, краснел, старался как можно мягче отодвинуться от потенциальной невесты. Она этого в упор не замечала, или делала вид, что не замечает. Один раз, когда Поттер по своему обыкновению валялся в ванной утром, верные друзья героя завалились в гостиную. Рыжая послала Кричера готовить чай, и Северус стал свидетелем забавного разговора. Джинни вертелась у зеркала, оправляя складочки новой роскошной мантии, выгодно подчеркивающие ее зрелые прелести, Грейнджер не отрывала глаз от какого-то обшарпанного тома, а Рон Уизли с подозрением и недовольством оглядывал сестру. - Джинни, мама дала тебе ключ от сейфа совсем не для того, чтобы тратила деньги на тряпки, - недовольно заявил он ей. - Тебя забыла спросить, на что и как мне тратить деньги, - ответила Джинни, не отрывая глаз от собственного отражения. - Отдай ключ! – напряженно с нажимом потребовал Рон. - Да на, подавись, - разозлилась девушка. – Все равно все скоро станет моим! Попросишь у меня тогда чего-нибудь! - Что-то я не заметила, чтобы наш Гарри так торопился надеть тебе колечко на палец, - не поднимая глаз от чтения, не без ехидства заметила Гермиона. Это замечание повлияло на рыжую, как красная тряпка на быка. Она уперла руки в бока и завопила: - Вот уж не думала, что тебя это касается! А если хотите знать, ваш Поттер - импотент. Я с ним и так, и этак, а он – деревяшка. Чурка бесчувственная. Но он мне обещан, и он женится! Это понятно? Грейнджер улыбнулась неприятно и ответила: - Если ты будешь так орать, сомневаюсь! Джинни захлопнула рот, подбежала к двери, буквально задевая пышным подолом Снейпа, выглянула в коридор и облегченно вздохнула. - Фу, пронесло! Это ты специально меня провоцируешь! Но твой поезд ушел. Надо было в палатке его соблазнять, а сейчас уже поздно – он мой! - Больно надо, - скривила губы Гермиона. – Мне в мужчинах совсем другое нравится! Не их счет в банке, а совсем, совсем другое… - она послала Рону выразительный взгляд. Рон приосанился. - Ну, вы, подруги… поаккуратней в выражениях. Нас, между прочим, предупреждали, что и у стен есть уши, - он подкинул на ладони маленький ключик от сейфа и спрятал его в карман. Северус был удивлен. Да пожалуй, он был очень удивлен. Не столько словами Поттеровской команды, сколько пренебрежительным тоном, в котором велась данная беседа. Со стороны это все выглядело совсем по-другому. Первое, что он сделал, это призвал спорный ключик из кармана рыжего балбеса. «Незачем грабить друзей, даже если таковым себя почти и не считаешь», - подумал он брезгливо и, не удержавшись, поставил на новенькой мантии девчонки несводимое жирное пятно. Вы не подумайте, ему совсем не было жалко бестолкового гриффиндорца, который и друзей-то себе нормальных завести не смог. Но, как говорилось ранее, он считал, что у него есть вкус, а то, что происходило у него на глазах, оскорбляло его чувство прекрасного. И еще кое-что зацепило его внимание: кто предупреждал этих деток о том, что и у стен есть уши? Ведь за этими славными ребятами кто-то стоит? Недаром они таскаются сюда, как на работу? Додумать он не успел, в гостиную вошел Поттер. Северус удивился, какой мальчишка бледный и болезненный. Как натянуто он улыбается и какими тусклыми и безжизненными кажутся его глаза. Но друзья, похоже, ничего не заметили, стали его теребить, чего-то от него требовать и, измучив его окончательно, ушли. «Черт меня возьми! Что тут происходит? Неужели мне и в загробной жизни придется разбираться в проблемах мальчишки?! Мама дорогая, только этого мне и не хватало!»