Призрак

(отбечено)

От улыбки станет всем светлей…

Кот вошел в кухню, задрав то, что вообще-то должно было бы называться хвостом. Кричер на серебряной тарелочке подал ему куриную печень и отошел в сторонку. Котяра с подозрением понюхал угощение, а потом вцепился в печенку и низко и утробно завыл, то ли угрожая, то ли разгоняя возможных соперников. - Подойдет, - удовлетворенно сказал Кричер, наклоняя ушастую голову к плечу. - Что подойдет? – спросил вошедший Гарри. – О, кот! А откуда он взялся? - Кошки! – лаконично ответил старый домовик, словно это все объясняло. Будто кошки заводятся в дому от сырости, например. - Понятно! – не стал уточнять юноша. – А он ничего себе так, симпатичный! Кричер с сомнением хмыкнул. - А как мы его назовем? – поинтересовался Гарри. - Мы назовем его Тори! – важно заявил домовик. - Тори так Тори, - согласился Гарри. – Злющий какой! Настрадался… - протянул юноша и улыбнулся. Эта его улыбка не осталась незамеченной. Кричер бросил быстрый взгляд на замершего у двери зельевара и лихо подмигнул ему. Напрасно эти двое думали, что Гарри ничего не видит. Он давно заметил и эти взгляды, и внезапно прекращающиеся при его появлении разговоры, но пока ему было не до этого. Юноша всеми силами старался закончить войну в своей душе. Пережить, переварить ее, чтобы жить дальше. Пока у него получалось не слишком хорошо. Мертвые держали его крепко. Он все время проигрывал в своем сознании произошедшие события, снова и снова пытаясь понять, что он сделал не так. И что можно было бы предпринять, чтобы избежать потерь. Надо сказать, что затея была заранее обречена на провал. История не знает сослагательного наклонения, но мальчику пока еще просто нужно было повариться в этом. Ведь как ни крути, он и сам убийца, а за все в этой жизни нужно платить. - Ну, ладно, Кричер, - сказал Гарри. – Пусть живет, может мышей в доме переловит. А то шебуршат повсюду. У меня вообще создается впечатление, что эти мыши за мной ходят и смотрят в спину, - пожаловался он. - Мыши, они такие, – не стал спорить Кричер. – Хозяин хотел что-нибудь? Хозяин мог бы и позвать старого Кричера! - Хозяин уважает старость, - хмыкнул Гарри. – Налей мне, пожалуйста, чайку, и я пойду обратно к себе. - Идите, я принесу! Уважает он! Не так уж Кричер и стар, чтобы до кабинета с чашкой чая не дойти! – проворчал домовик. Может, этот странный кошак действительно принес что-то в дом, а может, просто время пришло, но мальчишка снова светло улыбнулся и пошел по лестнице к себе. Кот, к этому времени прикончивший печенку, отправился за ним. - Ты видел? – спросил Северус у Кричера. – Он улыбался. - Видел, - ответил довольный Кричер. – Кажется, дело пошло на поправку, только бы дружков его не принесло. Испортят ведь все, аспиды! - Знаешь, что мне показалось странным, Кричер? – задумчиво произнес Северус. – Он рисует всех, и не по одному разу… только почему среди этих рисунков нет изображений покойного директора? Он ведь так привязан был к Дамблдору? Старый домовик не ответил, только суеверно сплюнул через плечо и потащил чай хозяину. **** Старый домовик как в воду смотрел. К вечеру друзья Поттера завалились в дом. Пока Джинни и Гермиона разговаривали с Гарри в его кабинете, Рон ползал по гостиной на четвереньках, что-то разыскивая. - Потерять что-то изволили? – проскрипел Кричер. - Не твое дело! – грубо ответил Рон. – Вали отсюда! - Кричер, подай нам что-нибудь закусить и сливочного пива! – приказала появившаяся Джинни. - И пошевеливайся, старый урод! - Как прикажет молодая госпожа, - невозмутимо ответил Кричер и аппарировал. Как только он исчез из вида, Джинни тихо зашипела брату: - Нашел? Рон удрученно покачал головой. - Мо-ло-дец! – процедила она. – Я всегда говорила, что тебе и кнат доверить нельзя. Интересно, как ты теперь оправдываться будешь. Теперь только на меня и надежда! За столом веди себя правильно. И смотри не испорти все опять! Они идут… вставай, придурок! О, Гарри! – запела она. – Мы опять к тебе! Лето на дворе, а ты все сидишь взаперти, как заколдованная принцесса. Может, по пиву? Я уже распорядилась! Гермиона и Джинни с двух сторон, подхватили героя под руки и потащили в столовую, Рон поплелся за ними, все еще рассматривая пол под ногами. Северус тоже последовал за ними, буквально наплывая на Рона. В столовой уже вовсю суетился Кричер, накрывая на стол. - И давай вали отсюда! – приказала ему Джинни, - дальше мы сами! - Джин, зачем так грубо? – спросил Гарри спокойно. - А разве ты не помнишь? – взвилась девчонка. – Он же урод! Тут вмешалась Гермиона, затянув песню о несчастных созданиях, порабощенных и униженных, и тема была исчерпана. И только Северус заметил, как на секунду в глазах у Гарри мелькнуло что-то недоброе. Застольная беседа тянулась ни шатко ни валко, когда вдруг Рон кинулся на шею Гарри и стал говорить что-то о том, как он скучает и как хочет, чтобы снова они бы все были бы вместе. Северус насторожился. Рука Джинн потянулась к карману и нащупала там некий флакончик. А дальше произошло то, чего никто не ожидал. Странный котяра вцепился девчонке в бедро. Та заорала диким голосом. Рон выпустил из дружеских объятий Гарри. Благоприятный момент был упущен окончательно. - Что это за дикая тварь? – орала взбешенная Джинни. – Тебе урода домовика мало?! Он же бешеный! - Он здоровый! - заупрямился Гарри. – Ты, наверное, на него наступила! И вообще, ты пока еще не хозяйка в этом доме и будь добра, попридержи язык! В пылу ссоры никто не заметил, как пузырек из ее кармана самостоятельно полетел куда-то в сторону. - … раз ты так, я ни минуты не останусь в этом доме! - бушевала невеста героя. - Как пожелаешь, - не остался в долгу Гарри. Возглавляемые разозленной Джинни друзья потянулись к выходу, бросая на Поттера укоризненные взгляды. - Кричер, закрой, пожалуйста, дом от всех, - попросил Гарри. Он не выглядел ни расстроенным, ни опечаленным. Просто сидел, потягивал сливочное пиво и поглаживал Тори, устроившегося на его коленях.