Призрак

(отбечено)

Поговори хоть ты со мной…

Пыльные городские липы шелестели за окном, лунный свет едва пробивался сквозь узорчатую вязь листвы, укладываясь на натертый паркет причудливым узором. В камине перемигивались почти потухшие угольки, бросая на лицо юноши неяркие блики. - Присаживайтесь, сэр, – сказал Гарри просто. Несмотря на весь предыдущий опыт поведения в критических ситуациях, зельевар растерялся. - Э-э, м-м… добрый вечер, мистер Поттер! – взял себя в руки Снейп. - Прежде чем мы начнем нашу занимательную беседу, я хотел бы уточнить: не вам ли я обязан тем, что не могу воспользоваться вашим любезным приглашением в связи с отсутствием того, чем я мог бы усесться… По мере произнесения этой тирады профессор все более и более приходил в себя и закончил, совсем успокоившись. Гарри бледно улыбнулся и сказал: - Как любил говаривать наш уважаемый директор, и да, и нет. Северус медленно наклонил призрачную голову, как бы подтверждая, что именно так он и думал. - А поподробнее? - Это длинная история… - А я никуда и не спешу… хотя нет, спешу. У меня есть основания полагать, что утром миссис Уизли побежит к директору. Я хотел бы установить его местонахождение. - А чего его устанавливать? Я и так знаю, где он прячется! – спокойно бросил этот непостижимый мальчишка и отвернулся к умирающему огню. - Послушайте… Гарри, - с трудом выдавил из себя зельевар. – Я должен все знать… хотя бы для того, чтобы освободиться. - А вы хотите? Ну, освободиться? – впервые в голосе Гарри прорезалось что-то похожее на заинтересованность. Вопрос поставил зельевара в тупик. По идее, он должен был желать этого. Это было предсказуемо и правильно, но… не хотел… Безумно, нереально, глупо, наконец, но, только умерев, он начал жить. - Не знаю, - тихо ответил он. - Вы помните тот вечер, когда Лили рассказывала вам, как муж бросил ей в лицо горькую правду о том, что любил ее только до тех пор, пока не достиг желаемого. Колючая, строптивая и несговорчивая Лили влекла его безмерно, а привороженная и послушная была скучна и надоела очень быстро. Тогда он со смехом рассказал ей о «крови Лилит» и роли доброго директора. Вы ведь знали об этом с ее слов? - Я-то да! А откуда вы об этом знаете? – взволновался Северус. - Об этом я расскажу позднее, - помедлив, сказал Гарри. – В тот вечер вы брали у нее кровь, чтобы изучить новое зелье. Долго разговаривали, пользуясь тем, что аврор Поттер находился на суточном дежурстве, вспоминали прошлое. Мама понимала, что с ней происходит, но ничего не могла поделать. Искусственная привязанность для нее была настоящей… Вот такой парадокс. Он снова помолчал, а когда продолжил, голос его наполнился настоящей горечью: - Я не знаю, что двигало ею. Может, чувство вины, а может, она хотела защитить меня, но той ночью… она отдала меня вам. Совсем отдала, связав нашу магию, переплетя нити судьбы… Понимайте, как хотите. - Но… я ничего не помню такого! – возразил Снейп. - И не могли помнить, она была очень хорошей волшебницей! - Но… зачем? - Я думаю, об этом надо спросить ее. Скорее всего, что-то ей открылось, или просто она не доверяла никому, кроме вас. А может, она хотела таким образом помешать планам Дамблдора. Так что примите мои соболезнования, профессор, вы давно и глубоко женатый мужчина! Да еще и на не самом любимом человеке. А уж если быть совсем точным, на совсем нелюбимом. Хотя и это не так. Мама отдала меня, но вы никаких обязательств не принимали. Так что у вас есть муж, а вот у меня его нет… - Ради Мерлина, помолчите немного, это все надо еще как-то пережить! Если бы я уже не умер, я, наверное, получил бы инфаркт! - перебил его зельевар. - В таком случае, я рад, что вам ничего не грозит, - отпарировал Гарри, и если в его голосе была горечь, то она была совсем незаметна. - Это ж средневековый обычай, дикость какая-то! Так дочерей сговаривали. А если они, повзрослев, не устраивали по каким-то причинам своих мужей, им оставались две дороги: в монастырь или в могилу!!! - Что я слышу, профессор, вы сочувствуете гриффиндорцу? Неужели за окнами конец света? – протянул Гарри. - Ваш сарказм совершенно неуместен, - отчеканил Снейп. – И это совершенно не объясняет, почему я так и не умер полностью. Наши узы, конечно, вещь сильная, но, увы, они никого и никогда не спасали от смерти. - Ну, вы же… это… видели… ну… в ванной… - щеки Гарри вспыхнули румянцем. – Глупо, но… я и тут выделился. Директор не все смог просчитать, и теперь я вроде как «повелитель смерти», - скороговоркой произнес он. - Я не смог вас отпустить, просто не смог! Там, на поляне, я умер, и с этого все началось. Мне пришлось многое узнать. Слишком многое и сразу. Когда в школе вы утверждали, что я полный болван, так оно и было. Только болван мог не заметить, что его, как овцу, вели по жизни на убой. Но и вас тоже, только с той разницей, с вами возни было больше, вы же не тупой малолетний гриффиндорец, но они и вас уделали… - Это не объясняет, зачем вы это сделали, – скрестил призрачные руки на груди зельевар. - Ответ "из вредности и желания поиздеваться над вами" вас устроит? – с надеждой спросил Поттер. - Однозначно – нет! – отрезал зельевар. Чертов мальчишка вздохнул и сказал после небольшой паузы: - Ну, может потому, что мне, как и матери, некому больше было доверять? А может еще, мне просто хотелось узнать, кто вы, мистер Снейп. Мы же, вроде бы, не чужие друг другу, как оказалось… Кот, сидевший на коленях Гарри, забеспокоился, поднял голову и стал тыкаться носом в руки мальчишки. Тот подхватил его на руки, встал и пошел к себе, не оборачиваясь на застывшего зельевара. - И еще, профессор, не надо искать Дамблдора, еще не время, - сказал он перед тем как выйти. - Еще вопрос, пожалуйста! – крикнул ему вслед Снейп. - Вы знали про друзей, так почему ничего не предприняли? Не прогнали, не высказались напрямую? - Оттого, что я стал повелителем смерти, ничего не изменилось, профессор. Я по-прежнему тупой гриффиндорец. Я надеялся, - ответил Гарри и удалился. Беззвучно шевелились узоры от листвы на паркете. Угли в камине покрылись проседью. А посреди кухни парил призрак. Может, ему показалось, но Северус почувствовал, что вместе с мальчишкой из помещения ушло все тепло.