Несносный хен

- Хосок не должен об этом узнать! - Юнги-хен не должен об этом узнать! Парни выкрикнули это одновременно и непонимающе уставились друг на друга. Судя по пришибленному виду, обоим было, что рассказать друг другу; оставалось только решить, кто начнет первым. - Давай ты, - вздохнул Чимин, когда Тэхен закрыл за ним дверь своей комнаты (сегодня местом их встречи стала квартира Кимов). - Когда я вчера от тебя возвращался, мне позвонил Хосок, - Тэхен выглядел немного смущенным, но при этом неприлично довольным, - Он был каким-то расстроенным, ну я и предложил ему зайти ко мне в гости. Он приехал, сначала мы долго разговаривали, а потом… - щеки Тэхена вспыхнули ярко-красным, - Он в 4 утра аж ушел, и то, только чтоб родители не засекли. - Вы..? – Чимин, кажется, покраснел еще сильнее Тэхена. Ему все еще дико было обсуждать такое. - Нет, - Тэхен хихикнул, мгновенно становясь похожим на девчонку, - Ничего такого. Ну, такого. Мы целовались. Ну, и немного… - Тэхен вдруг замолчал и внимательно вгляделся в лицо Чимина, - Это ничего, что я говорю об этом? Если тебе неприятно, скажи. Чимин, уже красный, как рак, пожал плечами, а потом махнул рукой. - Да ладно, не парься. Тэхен кивнул, а потом, как-то подозрительно глянув на дверь, быстрее подполз вплотную к Чимину и зашептал ему прямо в ухо: - Он сделал это рукой. Меня первый раз там трогал кто-то. Ну, кроме… сам понимаешь. Чимин шумно выдохнул и сглотнул. Он почему-то сразу же вообразил, каково это было бы, если бы руки Юнги похозяйничали у него там. Сразу же стало жарко, а дыхание Тэхена на его шее вызвало совсем не те ощущения, которые должно было бы. Чимин немного отодвинулся. - И как… оно? – неразборчиво пролепетал он, все еще не в силах поверить, что он обсуждает с Тэхеном такие вещи. - Обалденно, - выдохнул Тэхен, мечтательно улыбаясь. Чимин закусил губу и, встретив взгляд Тэхен, отвел глаза. Все это было настолько смущающе, стыдно, неправильно… но Чимин соврал тогда – ни капли не мерзко. - Кстати. А у тебя там что? – Тэхен вынырнул из своих мыслей и вспомнил, что Чимин тоже хотел что-то рассказать. - Я сегодня написал Юнги-хену, - Чимин смущенно почесал затылок, - Спросил, когда он приедет в следующий раз. - И что он ответил? Чимин заметно погрустнел и протянул Тэхену телефон с открытой эсемеской. «Никогда, наверное». Тэхен вздохнул. Этого следовало ожидать. Пусть Юнги ему не нравился и он все еще не был уверен, что это приведет к чему-то хорошему, от него уже, кажется, ничего не зависело. Юнги был влюблен и обижен, Чимин – влюблен и полон раскаянья. Ладно, Тэхен сейчас был готов забыть все свои претензии к Мин Юнги, хоть этому противному хену все равно будет непросто заручиться его доверием. Тэхен еще раз посмотрел на сообщение, потом – на Чимина. - И что ты будешь делать? Будешь же что-то? – последнюю фразу он произнес с нажимом. - Я… короче, автобус через три часа, - взгляд Чимина сделался испуганным, - Я узнал адрес его общаги, и, если он не выгонит меня, я постараюсь с ним поговорить. - Молодец, чувак, - Тэхен заулыбался и подмигнул другу, - Только подумай, как классно будет целоваться с ним. Чимин снова покраснел, а Тэхен весело рассмеялся, попутно вспоминая, что сегодня вечером Хосок снова обещал зайти. * * * Юнги психовал, злился и ненавидел весь мир. Он стал абсолютно невыносимым, и ему было наплевать – жизнь повернулась к нему жопой, за одно мгновение размолов его в омерзительную кашу; и какое ему теперь дело, что уже целую неделю он своими придирками начисто выносит всем и каждому мозг? Он ведь даже представить не мог, что такое может произойти с ним. В смысле, он едва ли рассчитывал на то, что Чимин, услышав его признание, тут же бросится ему на шею и они будут жить долго и счастливо, но такой реакции он, конечно же, не ожидал. Ведь Чимин, он… он казался не таким. Но он так смотрел тогда на Юнги… Сначала Юнги был слишком растерян и корил себя за ошибку. Если бы он только промолчал!.. Но потом он вдруг подумал: а было ли это ошибкой на самом деле? Если Чимин реально так думает, то не лучше ли, что это уже выяснилось? Среди друзей Юнги не место мудакам и идиотам. Ну, таким идиотам. И Юнги вроде даже вздыхал с облегчением, когда ему казалось, что смог убедить себя, что все к лучшему, но потом он опять вспоминал, как ему было хорошо с Чимином, и от этого хотелось выть. Да, он повел себя, как последняя сволочь, но этого было почему-то мало, чтобы старший мог просто забыть все. Чимин пытался дозвониться до него всю эту неделю. Он делал это настойчиво, но Юнги проявлял не меньшую упертость, игнорируя эти попытки. А все потому, что он абсолютно не мог за себя ручаться, и понятия не имел, как себя поведет, если услышит голос Чимина. Да и зачем он звонит? Добить? Поругаться? Господи, как же Юнги его сейчас ненавидит! Он ведь раньше никогда, НИКОГДА не позволял себе плакать – считал это слабостью, которая простительна разве что девчонкам. Он готов был засмеять каждого, кто распускает нюни. Но теперь ему впору было начинать гнобить самого себя – разрыдался в тот же день, когда все произошло. Еле добрался до дома, заперся в своей комнате и не мог успокоиться несколько часов. Это все ты виноват, Пак Чимин! А теперь вот это сообщение. «Когда ты приедешь?». Юнги психанул не по-детски, и телефон остался цел только благодаря своему металлическому корпусу (Юнги швырнул его в стену, едва написав свой категоричный ответ). Чимин пишет ему. Он просто берет и спрашивает, будто бы ничего не случилось. И будто заранее не знает, что ему могут ответить, если ответят вообще. И теперь Юнги готов просто взорваться от абсолютно безумной, кажется, злости, ненависти и жалости к себе. Ну и любви к бездушному Чимину заодно. * * * Чимин стоял под общежитием Юнги уже минут 40. Автобус приехал поздно, на улице стемнело и было невыносимо холодно, но какая-то невидимая сила не давала Чимину хоть как-то сообщить Юнги о себе. Он сжал в кулаки задубевшие пальцы и посильнее вжал голову в плечи, зарываясь носом в теплый шарф. Эта поездка – самое глупое, что он мог придумать. Он даже не спланировал, что он будет говорить и что делать, и он абсолютно точно растеряется, когда увидит Юнги. Если увидит Юнги. Чимин постоял еще немного и понял, что вот-вот расплачется. То ли от холода, то ли от безвыходности своего положения. - Эй ты! В красном шарфе! – вдруг окликнули его с балкона, - Ты еще долго тут торчать собираешься? - А? – голос Чимина явно охрип из-за долгого стояния на морозе. Парень на балконе рассмеялся. - Ты сталкер? – весело спросил он, прикуривая. - Нет. - Ждешь кого-то? - Мин Юнги, - Чимин тут же испуганно прикусил язык. Зачем он это сказал? А вдруг этот парень знает его? - Вот же ленивая задница! – пробормотал себе под нос студент и потушил почти целую сигарету, подтверждая опасения Чимина, - Ща, минутку. Он скрылся с балкона, а Чимину просто зверски захотелось сбежать. Что теперь будет? - Какого хрена ты тут делаешь? – раздался знакомый, но непривычно злой голос. - Хен… - растерянно пробормотал Чимин, уставившись на старшего – помятого, сонного, кое-как закутавшегося в поношенный пуховик. Они не виделись всего неделю – а ведь у них бывали перерывы и подольше – но Чимину показалось, что прошла вечность. - Что? Вали домой, - Юнги уже собрался нырнуть обратно в помещение, игнорируя удивленный взгляд позвавшего его товарища, но Чимину вдруг стало так страшно, что у него не будет еще одного шанса, что все остальные чувства и эмоции отошли на второй план. - Хен! – завопил он, - Не уходи! Подожди, хен! - Не ори! - огрызнулся Юнги, но снова подошел к перилам, - Чего ты хочешь? - Поговорить. Пожалуйста! Юнги покачал головой. Нежелание разговаривать с младшим было очень красноречиво написано у него на лице, и младший совсем отчаялся. - Хен, - быстро и сбивчиво затрещал он, - Хен, пожалуйста, хотя бы послушай! Прости меня! Я знаю, что виноват, я… - Закрой рот! – рявкнул Юнги и зыркнул так злобно, что у Чимина сердце кольнуло от страха, - Лучше просто свали. - Хен, ну пожалуйста! Пожалуйста! Знакомый Юнги никуда не собирался уходить, да и в других окнах, кажется, мелькнуло еще несколько любопытных физиономий. Юнги поморщился от этого ненужного внимания. - Стой там, сейчас спущусь. Он вышел через несколько минут и вблизи показался еще более злым. Но когда он глянул на совсем несчастного Чимина, его взгляд, кажется, даже смягчился на мгновение. - Задубел весь, - недовольно проворчал он, - Пошли. Целью их недолгой и молчаливой прогулки оказалось небольшое круглосуточное кафе. Они заняли неприметный столик в углу, и Юнги заказал им по огромной чашке сладкого чая. Они долго просто сидели, молчание давило на обоих, но никто из них не спешил начинать разговор. На самом деле, чай был уже почти выпит, когда Чимин решился. - Прости меня, - голос его звучал хрипло, слабо, едва слышно, - Я повел себя, как последняя сволочь, я знаю. Я не должен был всего этого говорить. - Ну почему же? – Юнги невесело хмыкнул, - Ты просто высказал свое мнение. - В том-то и дело, что я, кажется, так не думаю. - Кажется? - В смысле, тогда я думал, что думаю именно так, - Чимин сделал паузу, прокручивая эту фразу в голове и прикидывая, насколько глупо она прозвучала, - Но потом я понял, что это не так. Все… наоборот. Юнги непонимающе склонил голову набок. Чимин вздохнул и покраснел, абсолютно не к месту вспоминая поцелуи с Тэхеном. Вот это точно было ни капельки не мерзко, а Тэхен ведь тоже парень. - Юнги-хен, ты простишь меня? - Нет, - отрезал Юнги и отвел взгляд. Чимин вздохнул. А на что он, собственно, рассчитывал? Отделаться малой кровью после всего того, что он нес тогда? - Хен… - Чимин потянулся к руке Юнги, которая лежала на столе, но успел коснуться лишь вскользь – старший убрал руку, - Пожалуйста. Юнги опустил голову и прерывисто выдохнул. - У тебя есть обратный билет? - Есть. На утро. - Подождешь на станции. Идем, я провожу тебя, - Юнги поднялся и, заплатив за чай, двинулся к выходу, а Чимин так и остался сидеть на месте. Юнги остановился у самой двери и нетерпеливо оглянулся на младшего, - Ты идешь? Чимин медленно поднялся из-за стола и, словно бы через силу, подошел к Юнги. - Хен, прости меня. Юнги ухмыльнулся. - Измором решил взять? Чимин пожал плечами и опустил глаза. Выглядел он, наверное, жалко, и внимание всего немногочисленного персонала было приковано к ним. Юнги снова вздохнул, открыл дверь и отступил на полшага, пропуская младшего. Тот немного помялся, но все же вышел, отчаянно пытаясь придумать, что еще можно сделать, чтобы вымолить прощение хена. До станции было недалеко, поэтому они пошли пешком. Чимин, решив, что терять ему уже правда нечего, а на войне все средства хороши, взял хена за руку. Тот сразу попытался вырваться, но Чимин был настойчивым и крепко вцепился в пальцы хена, делая ему больно, но стараясь ни за что не отпустить. - Что ты делаешь? – прошипел Юнги после минуты молчаливой борьбы. - Хочу держать хена за руку, - ответил Чимин. Юнги нахмурился. - Я ничего не понимаю. Неделю назад ты, услышав, что я гей, обозвал меня мерзким и сбежал. А теперь вдруг хочешь за ручку прогуляться. Ты нигде там головой не бился? - Нет, - вздохнул Чимин, - Я… просто я много думал. Все это время. Думал и думал… В общем, я тогда испугался, но на самом деле все это фигня. Я не считаю тебя мерзким. Ты мне нравишься. Чимин снова отчаянно краснел, и это было очень хорошо заметно даже в тусклом свете фонарей. Юнги только покачал головой. - Все равно не понимаю. - Давай просто забудем тот разговор? Я тогда натупил, я знаю, но я многое понял с тех пор. Прости меня. Юнги вздохнул. - Как у тебя все просто. Ты же даже не знаешь, как я пережил эту неделю. Чимин низко опустил голову и какое-то время молчал, громко шаркая по асфальту. - Я тебе уже не нравлюсь, да? – наконец спросил он, не поднимая взгляда. Юнги зыркнул на него искоса. - В том-то и дело, что нравишься. Чимин посмотрел на старшего, и в его глазах снова появилась надежда. - Тогда давай и правда все забудем? Дай мне еще один шанс. Юнги пожал плечами и посмотрел куда-то в сторону. - Не знаю. А вдруг такое снова повторится? Чимин закусил губу и, даже не подумав перед этим нормально, быстро чмокнул хена в щеку, почти в самый уголок губ. После этого он быстро отвернулся и даже отпустил руку старшего, делая несколько шагов в сторону и стараясь не смотреть на Юнги. А тому понадобилась целая минута, чтобы снова заговорить. - Ты слишком сильно проштрафился, чтобы искупить все это одним идиотским чмоком. Но голос его уже звучал не так холодно, и Чимин широко улыбнулся, почувствовав, как теплые пальцы хена снова сжимают его собственные.