Мы

Утром они опять проснулись в одной постели, но уже голые. На этот раз Джессика всё-таки встала первая: и Лиза удобно улеглась — можно было выпутаться из её рук-ног и тела, да и спала брюнетка так, что не разбудишь от нескольких прикосновений. Джесс уже была в ванне, когда раздался громкий телефонный звонок. Казалось, сам телефон передавал настроение звонившего. Лиза сонно, ещё особо ничего не соображая, подняла трубку и пробормотала что-то невнятное. — Где вас носит, черт возьми?! — Эмили* была не просто зла, она была в бешенстве. — Мы выезжать должны через час! — И тебе, доброе утро, — Лиза плюхнулась обратно на подушку, поглубже прячась в огромном пространстве ещё теплого одеяла. — Лиза! У вас съемки! — менеджер голосом выделила и «у вас», и «съемки» — было не понятно: то ли Эмили уповала на то, что не у неё, а именно у Лизы и Джессики были съемки, то ли на то, что у близняшек были съемки, а не прогулка по саду. — Если через полчаса вас не будет в столовой, я поднимусь к вам и спущу за шиворот сама! — пригрозила девушка, и Лиза знала, что в случае чего, Эмили действительно это сделает. — Да, хоро..., — Лиза зевнула, одновременно кивая трубке, — ...шо. Мы скоро будем. Отложив куда-то в сторону прикроватной тумбочки телефон, но так и не удосужившись посмотреть, попал ли несчастный на место своего назначения, Лиза ещё раз сладко зевнула и отвернулась от навязчивого аппарата, подтянув под себя ноги. И вот тут она внезапно поняла, что она голая. Абсолютно голая... Это явилось настолько шокирующим откровением, что Лиза даже подняла одеяло убедиться, не глюк ли это, но, почувствовав, что под одеяло тут же заползает противный холодный воздух, сразу опустила обратно. Она постаралась вспомнить, что же произошло... Медленно и аккуратно к ней пришли воспоминания о том, что было ночью. Джессика гладила тело Лизы, пока младшая приходила в себя. Лиза мелко содрогалась ещё некоторое время, но смогла выровнять дыхание и расслабиться. Во всём её теле чувствовалась тяжесть. Но под действием адреналина и всех остальных гормонов, оказывающихся в организме после хорошего секса, Лизу практически сразу потянуло в сон. — Сестренка, а ты прям профи... — прошептала она уже в полудрёме. — Мужчины редко доводили меня до такой силы оргазма. — Уровни чувственности разные, — довольно улыбнулась Джессика Лизе, — И понимание что, где и как нужно делать... Когда Джессика вышла из душа, кутаясь в теплый халат, она увидела, что Лиза смущенно кутается в одеяле, пытаясь встать с кровати. Брюнетка была похожа на большую белую гусеницу, которая неловко дергалась на тонкой ветке. Вот только кровать не была тонкой веткой... — Что ты делаешь? — выгнула бровь Джесс, наблюдая за потугами сестры. Лиза быстро глянула на Джесс и, даже не успев сказать то, что она хотела, — так как она отвлеклась от своего интересного занятия, она не смогла соблюдать равновесие, — с грохотом упала с кровати на пол, окончательно запутавшись в огромном количестве ткани. Пока брюнетка спешно освобождалась, Джесс успела подойти ближе. Лиза автоматически приняла протянутую руку, встала... И ещё больше покраснела, потому что именно этого она хотела избежать — именно для того, чтобы не представать перед Джессикой голой, она пыталась в одеяле добраться до своего халата, скромно лежавшего в дальнем углу — он оказался там в процессе вчерашних развлечений. Джессика, заметив смущение Лизы, усмехнулась и, подняв одеяло с пола, стала пристраивать его на кровати. Убедившись, что Джессика не обращает на неё внимания, Лиза практически бегом кинулась к халату и мигом натянула его на себя. — Эмили звонила, — брюнетка попыталась придать своему голосу безмятежность, — Шантажировала, что если мы не спустимся через полчаса, то она придет за нами... Джессика прыснула. Интересно, как бы отреагировала Эмили застав их обеих голых в кровати?... — Если ты сейчас пойдешь в душ, то мы, может быть, успеем, — улыбнулась Джесс, разглаживая складки покрывала.

***

Девушки нашли нужный стол быстро больше потому, что он был самый многочисленный и самый громкий. Как только близняшки оказались на пороге столовой, им было обращено всё внимание коллег (мужчин разумеется) громкими воплями вроде: «С добрым утром!», «Вот и наши девочки!» — сопровождаемыми, естественно, активной жизнерадостностью. — А я уже хотела идти за вами, — Эмили вдохновенно откусила блинчик, политый медом, и запила его кофе. — Вы опоздали на семь минут! — после внимательного изучения часов на своем левом запястье, менеджер изрекла это, как судья оглашал приговор в суде. За столом в большом обеденном зале отеля сидела вся основная команда группы, включая водителя и ещё пары помощников. Лиза и Джессика старались не отделяться от тех, кто работает с ними, чтобы сохранить хорошие отношения, а значит и располагающую для совместной работы атмосферу. — Всем доброе утро, — улыбнулась Лиза. — Доброе, — Джессика не могла не пройти мимо Эмили и легонько не дернуть её за локон, — Эми, не будь такой занудой. Это всего лишь несколько минут! — Вы мне деньги платите за то, что я занудничаю, и считаю эти «несколько минут», — важно заявила Эмили. — У вас четверть часа, — вновь скользнув взглядом по часам, предупредила она. — Потом мы должны ехать на съемочную площадку...

***

Если кто-нибудь когда-нибудь вознамерится прийти или "поучаствовать" в больших профессиональных съемках, то он обнаружит, что на любой съемочной площадке, какой бы она не была (фото или видео), всегда крики, оры, злобные или беззлобные колкости, шпильки. Нет, никто не ругался, если под «руганью» понимается привычный диалог в трехэтажных словах (хотя и такое иногда бывает). Но атмосфера съемок всегда нервная. Режиссеру всё всегда не нравится, и всегда нужно кучу раз переснимать одно и то же. Фотографу не удается заснять нужный кадр, поэтому он изгибается во всех возможных и невозможных позах, чтобы поймать именно «тот самый ракурс». Модели стесняются, не могут войти в роль, или не могут выйти из неё.. Ломается какая-нибудь декорация, или расходится по шву платье. Отваливается камушек украшения или колесо старенькой раритетной машины... А сложнее всего приходится команде, когда нужно снять особо драматическую, романтическую или серьезную сцену... Ибо такие сцены, в свою очередь, сопровождаются обязательным диким и неудержимым смехом актеров, которые, понимая какими же нелепыми они сейчас выглядят, не могут придать своему лицу особую одухотворенность и сделать всё так, как надо... Сейчас была абсолютно аналогичная ситуация: из-за подколов Джессики в сторону «прекрасного зада младшей сестренки» Лиза не могла сосредоточиться — что, по сути, не мудрено, после такой-то ночи! Но блондинка откровенно хихикала и не проявляла ни малейшего признака смущения, в то время как щеки Лизы от разоблачения спасал профессиональный грим. Сейчас они снимали для музыкального журнала, и когда эта съемка закончится (а точнее, они освободятся только через несколько часов), они будут снимать для портфолио группе, которое Эмили предложила создать на основе этого тура. И вот когда это! свершилось — отснятый материал удовлетворил строгие притязания не дающего поблажек режиссера — девушек отправили переодеваться. Джессика с кем-то заговорила и отстала, а поэтому брюнетка в гримерке переодевалась сама. В то время как Лиза пыталась снять с себя платье, чтобы тут же влезть в другое, её голову занимал самый важный вопрос: «Что будет в отношениях с сестрой дальше?!». Да, они переспали. Точнее,... хм... как переспали... Джессика её... Хм... Ладно, не важно. Сверх этого Джесс сказала: «Я люблю тебя. И как сестру, и как человека, и как девушку...». А это означало, что когда блондинка добивалась Лизы, Джессикой руководило не телесное влечение (скорее, «не только телесное влечение»), или же блондинка никогда на это не решилась. Но Лиза не была против — ей понравилось то, что произошло. Она не испытывала к отвращение к самому понятию «девочка+девочка», к тому же её возбуждала Джессика, её прикосновения, поцелуи. Вопрос мог бы возникнуть если ставить его: «Сестра+сестра» - это аморально!». Но такового не стояло, потому как... Ладно, будем честными — непонятно почему, но не стояло. Но с другой стороны ни сама Лиза, ни Джессика не подали вида, что произошло что-то сверъестественное. Что-то, что могло бы стать решающим фактором их взаимоотношений. Точнее... Лиза ориентировалась на поведение Джессики, а старшая сестра не вела себя странно или по-новому. И это вызывало второй вопрос: а почему Джессика делает вид, что ничего не произошло, если убеждала, что для неё случившееся так важно?... Всё это никак не могло уложиться в понимании младшей близняшки, и она решила пока оставить этот вопрос до лучших времен. — Я помогу, — раздался за спиной тихий голос. Лиза вздрогнула — её обнаженной спины (ох, уж эти элегантные платья, застегивающиеся на спине!..) коснулись тонкие пальцы Джессики. Она мягко, практически невесомо, и, казалось бы, совсем случайно провела пальцами по позвонку сестры и медленно (очень медленно) застегнула молнию. Лиза не сжалась, но эти долгие секунды не дышала. Джесс стала часто заставать её врасплох. Щелчок молнии позволил брюнетке выдохнуть и вдохнуть вновь. Однако сестренка не дала ей расслабиться... — Тебя настолько сильно смущает то, что случилось между нами? — теплое дыхание коснулось затылка и шеи Лизы. Джессика мягко обняла девушку за талию, прижимая к себе. — Эм... — из-за нахлынувших ощущений Лиза не сразу поняла, что это был вопрос, и на него нужно ответить. Хотя даже когда она это сообразила, данный факт не слишком поспособствовал внятному, вразумительному ответу. Девушка повернула голову, пытаясь взглянуть на блондинку. — Да, есть немного... Просто это ново и... Джессика нежно коснулась губами изящного изгиба шеи. Лиза в миг умолкла. И когда Джессика подняла свой взгляд, она встретилась с затуманенными глазами Лизы. Лиза прикрыла глаза, но только лишь на секунду. В Джессике читался тёмный огонь, который-то и заставлял чувствовать одновременно и смущение, и возбуждение. Этому огню было невозможно сопротивляться. Невозможно противостоять тому, чего ты желаешь. — Лиз... — губы Джессики коснулись уголка рта брюнетки, но Лиза сама подалась вперед, и вскоре целомудренное прикосновение переросло в жгучий поцелуй. Джессика прижала к себе сестру ещё ближе, её руки заскользили по спине сестры, Лиза обвила руками шею Джес, с тихим стоном податливо выгибалась в её руках... Шаги в коридоре заставили их чуть ли не отпрыгнуть друг от друга. Зато когда на пороге появилась девушка-стилист, близняшки, стоя у своих зеркал, сосредоточенно рассматривали смазанную помаду...

***

«Лиз... что теперь с нами будет?» — именно такой вопрос всем своим существом хотела спросить Джессика. Она боялась признаться себе в том, что сбылась одна из самых больших её мечт. Она желала Лизу уже давно. Она не хотела её отпускать, она не хотела даже подумать о том, что до сестры может дотронуться кто-то другой... Она видела смущение брюнетки и утром, когда та, будучи голой, куталась в большую простыню, и на съемочной площадке, когда Лиза не могла толком прикоснуться к Джесс, потому что (Джессика была уверена в этом) вспоминала события ночи в их номере... Вроде бы сегодняшний день показал, что Лиза тоже не против совершить «грех» — младшая сестра не просто отвечала на поцелуй, Лиза поддержала инициативу... Однако... Дело ведь не только в Лизе. Им придется скрываться. Да, конечно, им намного легче держаться за руки и не вызывать подозрения, но... Если кто-то узнает, нужно будет срочно действовать. Придумывать, что сказать прессе, родным в конце концов! Джесс не могла сказать точно, но предполагала, что девушки-лесбиянки, спящие с друг другом, не так страшны в представлениях семьи, как близняшки-лесбиянки, спящие с друг другом,... И это было бы очень страшно — оказаться осужденным семьей, покинутым близкими людьми, потому что твой выбор пал на определенного человека определенного пола и возраста... Сколько же в этом мире условностей, несправедливостей, огорчений, осуждений!.. Слишком много для одного человека. А Лиза была для неё ближайшим, самым-самым близким человеком во всём этом мире. Ведь они не просто с рождения находились вместе, а ещё намного-намного раньше... И поэтому сестра была необходима Джессике, как воздух. Без преувеличений. _____________________________ Эмили* - честно говоря, я не знаю, как зовут их менеджера, и женщина ли это вообще, но возьму на себя вольность о свободной трактовке :З Поэтому у меня это девушка, и её зовут Эмили =)