Плохая Курама

      Придя на базар, Наруто начал расхаживать мимо стендов с мясом, уклоняясь от столкновений с недобро поглядывающими на джинчуурики прохожими. Курама высунула язык и во все глаза наблюдала за картиной, которую ей транслировал мозг Наруто — столько еды она не видела уже много лет.       - Ну, что ты хочешь, моя лапочка?       - Все, вместе с покупателями и продавцами, и еще десять раз по столько!       - А если серьезно?       - Ну... Даже и не знаю, все выглядит очень аппетитно...       - Тогда я возьму говядину — она дешевле, и ее можно купить больше за те же деньги.       - Надо же, ты постигаешь азы математики!       - Еще бы, с таким гениальным профессором в голове, и не мудрено.       - Я уже говорила тебе, что ты маленький подлиза?       - Говорила... - Наруто протянул удивленному продавцу целых сто ре и взял аж десять кило говяжьей вырезки, завернув ее в плотный бумажный пакет.       - Зовешь друзей на барбекю?       - Ну... Можно сказать и так, - блондин широко улыбнулся, продавец хмыкнул и Наруто пошел домой по пыльной многолюдной улице, держа груз на сгибе локтя, слегка припадая на один бок от тяжести.       - Надо было взять два пакета, не дай бог, ты спину потянешь... - обеспокоенно ворчала лисица. Джинчуурики лишь улыбнулся — ему удалось заставить сильнейшую из биджуу волноваться за него, как родную мамочку.       Наруто пришел домой с заветным свертком, Курама в подсознании прыгала от нетерпения, взрыхляя грунт огромными когтистыми лапами. Парень сложил печать, прокусил палец, зарекшись придумать уже менее болезненный способ добыть свою кровь, и перед ним в белом облачке дыма появилась девушка с мохнатыми лисьими ушками и девятью пушистыми хвостами.       - Мясо-мясо-мясо!!! Дай!!! - Кьюби вырвала пакет из рук парнишки, тот силой дотолкал ее до кухни и усадил за стол. Кицунэ уже почти достала говядину из пакета, когда парень вырвал ее из рук лисы и понес разделывать. Кьюби зашипела и хотела было наброситься на Узумаки, но сдержалась, хотя и с трудом.       - Лучше отдай по-хорошему! - тихо прорычала Курама.       - Потерпи, моя лапочка... - Наруто разделил вырезку на три части, нарезал мясо аккуратными полосками, положил в миску и принес его нетерпеливо размахивающей хвостами лисице. Кьюби тут же принялась горстями закидывать мясо в рот, проглатывая его не жуя и громко урча от удовольствия. Блондин с умилением наблюдал за ней, положив голову на сцепленные в замок руки. Курама опустошила первую миску меньше, чем за полминутки, тихонько рыгнула и довольно поглаживала округлившийся животик — мясо за такое время даже ей было не под силу переварить.       - Вкусно?       - Мр-р-р!!! - перемазавшаяся в крови кицунэ лишь широко улыбнулась и зажмурилась от удовольствия. Блондин снова набрал полную миску мяса и поставил на стол. Кицунэ уже не кидалась на него, как бешеная, потому парень передвинул стул и сел рядом с ней. Кьюби медленно открыла глаза и с благодарностью посмотрела на него. Наконец-то, она дождалась нормального ужина.       - Хочешь, я тебя покормлю?       - Очень... - лиса легла на колени джинчуурики, тот нежно погладил пушистые ушки, взял ломтик мяса и медленно опустил в ротик кицунэ. Курама блаженно зажмурилась и тщательно разжевала бесценный источник энергии. Наруто положил вторую руку на мягкий животик демонессы, всей ладонью ощущая тепло, граничащее с жаром. Вторая миска прожила уже куда дольше, опустев лишь через полчаса. Кьюби едва не плакала от счастья — никто и никогда не был с ней так нежен, как Наруто.       - Аригато... - прошептала кицунэ.       - Хочешь еще?       - Мр-р-р... - через еще полчаса, последний кусочек мяса исчез в ротике Кьюби. Кицунэ облизнулась и заурчала.       - Моя ненасытная хищница... - Узумаки нежно погладил пушистые ушки.       - Хочешь стать десертом? - мурлыкнула Курама, не открывая глаз.       - Все может быть... - блондин поцеловал окровавленную кицунэ в лоб, та лишь дернула ушками, не придав значения его словам.       - А теперь, пошли мыться... - Наруто осторожно взял ее на руки и понес в душ. Блондин поставил Кьюби в кабинку и включил теплую воду. Лисица стояла с отсутствующим видом под струями воды, прижав ушки и блаженно улыбаясь. Наруто разделся, взял мочалку и залез в кабинку, стараясь не наступить на распластавшиеся по кафельному полу хвосты. Узумаки повернул Девятихвостую лицом к себе и предельно нежно тер ее мочалкой, отмывая все кровавые подтеки. Через несколько минут, решив, что еще немного, и кицунэ начнет скрипеть от чистоты, Наруто убрал мочалку, нежно поцеловал Кураму и дал ей зубную щетку, показывая пример, что с ней делать. Биджуу несколько мгновений соображала, чего от нее хотят, но потом почистила зубы. Блондин выключил воду, взял полотенце и принялся насухо вытирать Кьюби, особенное внимание уделив хвостам, ушкам и волосам. Наруто взял пребывающую в нирване Кураму на руки и положил на кровать.       - Ляг на животик, я тебе массажик сделаю... - Кьюби мурлыкнула и перевернулась, нетерпеливо размахивая все еще влажными хвостами. Наруто коснулся нежной спины одними лишь кончиками пальцев и провел руками вдоль хребта кицунэ. Затем, блондин начал делать сильные, но предельно нежные круговые движения руками, чувствуя вибрацию от довольного тарахтения Курамы. Лиса и думать забыла о том, что она запечатана, что она на деле огромное чудовище, что ее презирает и ненавидит весь этот мир, и каждый человек считает своим долгом убить ее. Она прекрасно чувствовала эмоции окружающих, и то, что сейчас испытывал Наруто, было для нее дороже жизни. Она не была одинока, у нее был тот, кто никогда ее не предаст, тот, кто никогда не сделает ей больно. Но... Что же будет, когда он умрет? Она снова останется одна? Курама всхлипнула, но Наруто надавил на какую-то точку и кицунэ обессиленно обмякла, не в силах бороться с неземным удовольствием.       Через сорок минут, Узумаки перевернул на спину разомлевшую лисицу и взял в руки ее ножку. Наруто любовно потерся щекой о гладкую нежную кожу и поцеловал коленку кицунэ. Она была его, только его маленькая, беспомощная биджуу. Да, она размером больше дома, но она была одна, против всего человечества. Крохотная, беззащитная кицунэ в огромном жестоком мире.       - Ты больше никогда не будешь одна... Я всегда буду с тобой, обещаю... - прошептал Наруто и начал массировать ступни Курамы, нежно тиская аккуратные пальчики и почесывая розовые пяточки. Лисица высунула язычок и прижала ушки, тихо урча от удовольствия.       Когда за окном стемнело, Наруто отпустил ножки едва не отрубающейся от кайфа Кьюби и лег рядом. Кицунэ лениво повернула голову и посмотрела на него, легонько улыбаясь. В алых глазах было столько нежности и тепла, что джинчуурики захотелось сделать последнее, что он мог.       - Я хочу ублажить тебя, моя прелесть... - Кьюби удивленно вздрогнула, широко улыбнулась и игриво завиляла хвостами — ее еще никто и никогда не ублажал. Наруто заметил ее реакцию и попытался вспомнить все то, о чем он читал в книгах Джирайи.       Узумаки нежно целовал коралловые губки, поглаживая упругие груди, медленно провел кончиками пальцев по мягким бокам демонессы, облизал вновь ставший плоским живот и самое сокровенное. Кьюби удивленно округлила глаза, но ничего не сказала, лишь легонько замахала хвостиками. Наруто робко лизнул плотно сжатые губки, лишь самым кончиком коснувшись клитора, но затем осмелел и тщательно заработал языком, периодически меняя угол атаки на заветную кнопочку и нежно пощипывая губами покрасневшую промежность кицунэ. Его руки, тем временем, нежно поглаживали внутреннюю сторону бедер демонессы. Курама откинулась на подушку и уставилась в потолок, стиснув в ладонях голову блондина и оплетя хвостами все его тело, изредка вздрагивая и тяжело дыша. Через четверть часа, Кьюби застонала и вдавила лицо Узумаки в свою киску. Наруто слизал все до последней капли и лег рядом с Курамой, крепко обняв ее и прижав к себе.       - А как же ты? - спросила пришедшая в себя Девятихвостая.       - Сегодня все для тебя, моя прелесть...       - Аригато... - прошептала лисица. Наруто погасил свет и через несколько минут засопел.       - За что? Боги, за что... - тихо прошептала кицунэ. Вскоре, разомлевшая от целого дня ласк, Курама закрыла глаза и десять раз пожалела об этом. Щемящие душу мысли о возможной потере ставшего дороже жизни человека превратились в навязчивые, до ужаса реалистичные кошмары.       Курама и Наруто бежали навстречу друг другу по изумрудному лугу, весело смеясь. Солнце ярко светило, птички пели, и ничто не предвещало беды. Вдруг, полосатое лицо начали покрывать глубокие морщины, золотистые волосы седели на глазах, бег замедлялся, постепенно сходя на шаг. Кьюби сменила облик и побежала так быстро, как только могла с ужасом осознавая свое бессилие. Узумаки сделал последний шаг и замер, его иссохшая кожа, напоминающая пергамент, начала лопаться, тело скрутило дугой, после чего ветхая плоть осыпалась кучкой праха, которую развеял по полю порыв свежего летнего бриза. Курама рухнула на землю и пропахала глубокую борозду, уткнувшись носом в посеревший скелет Наруто. Лишь пустые глазницы, в которых когда-то были ясные, как небо, глаза, взирали на Кьюби с немым укором. Кости на глазах трескались, заметались пылью веков и рассыпались невесомым тленом. Лиса взвыла, схватилась за голову и залилась горькими слезами отчаяния.       Кьюби широко открыла глаза и резко села в кровати, но увидела, что Наруто в полном порядке и затихла. Курама сделала глубокий вдох и прижалась к спине блондина, оплетя его тело пушистыми хвостами и обхватив руками. Узумаки недовольно заворчал, но продолжил свое увлекательное путешествие по царству Морфея. Нужно обязательно придумать, как спасти его от старости... Но как?! Люди ведь любят описывать свои никчемные жизни в книгах, может быть, там будет что то полезное? Определенно, нужно попросить Наруто научить меня читать, думаю, мне он не откажет... Решив, что утро вечера мудренее, кицунэ закрыла глаза и вновь погрузилась в кошмары, хватаясь за надежду на мудрость человечества, как за спасательный круг.