Плохая Курама

      Доев орешки, Наруто смял пакетик и кинул его на свои штаны, куда за пару минут до этого отправилась апельсиновая куртка. Кицунэ радостно мурлыкнула и поцеловала паренька, джинчуурики ответил на поцелуй и крепко обнял демонессу, тихо постанывая и гладя ее по спине. Отстранившись через несколько секунд, блондин широко улыбнулся.       - Хочешь массажик?       - Очень! - кицунэ навострила ушки в предвкушении, Наруто осторожно слез с ее коленей и сел рядом.       - Повернись ко мне спинкой, моя красавица, - Девятихвостая мгновенно выполнила инструкции. Джинчуурики положил руки на плечи своей биджуу. Накопив богатый опыт в использовании протеза, Наруто орудовал механическими пальцами практически столь же ловко и нежно, как и настоящими.       Сильные, но заботливые и трепетные руки джинчуурики сжимали и растирали плечи кицунэ. Девятихвостая уже через несколько секунд разразилась громким урчанием, от которого вода вокруг ее груди пошла крошечными волнами. Девятихвостая поражалась, но сейчас ей было куда приятнее, чем два дня назад с полным пузом свежей человечины.       - Ути, какая урчалочка, ути, какая пусечка, - Узумаки не удержался и начал тереться лицом о мокрые рыжие волосы. - Моя прелесть, моя радость, мое счастье... - тихо шептал паренек, продолжая массировать плечи Курамы. Из уголка алого глаза поползла одинокая слезинка, скатившаяся по точеному личику и приземлившаяся в воду, оставив после себя расходящиеся во все стороны круги.       - Спасибо тебе, Наруто-кун, - едва шевеля губами шепнула Кьюби.       - Что ты, я еще только начинаю, моя лисонька! - джинчуурики продолжил массировать плечи кицунэ, та в свою очередь продолжила тихонько урчать. Неописуемое удовольствие получали оба. Через несколько минут, приспособившись к ласкам, Девятихвостая решила поговорить со своим малышом наедине.       - Наруто-кун, а за что ты меня любишь?       - Нельзя любить за что-то, Курама-чан, - тихо ответил Узумаки.       - А все же, что во мне тебе нравится?       - Твоя заботливость и искренность, честность и прямолинейность, - с каждым словом, кицунэ все сильнее смущалась. Ни одним из вышеназванных качеств она похвастаться никак не могла. Она предполагала, что лишь ее красота привлекала Наруто, но он ни словом о ней не обмолвился. - Ты стала моей семьей, лишь благодаря твоей поддержке я не повесился, - блондин замолк и опустил руки. Девятихвостая обернулась и увидела пустые голубые глаза, таращащиеся в одну точку.       - Наруто-кун! - обеспокоенно воскликнула Курама. Парнишка тряхнул головой и улыбнулся.       - Да, моя лисонька?       - Ты меня напугал, не делай так больше, - с облегчением выдохнула лисица.       - Ути, какие мы пугливые... - Наруто поцеловал Девятихвостую и поскреб пальцем пушистое ушко. Кьюби захихикала и задергалась от щекотки.       - Наруто-кун, а в истинном облике я тебе нравлюсь?       - О, Курама-чан... - джинчуурики приблизился к кицунэ и начал шептать ей в самое ушко. - Будь ты размером с человека, я бы не устоял и трахнул тебя.       - Да ты извращенец! - возмутилась Девятихвостая, но по ее лицу было видно, что для нее это был самый желанный комплимент.       - Ты самое прекрасное существо на свете, в любом обличье, - джинчуурики поцеловал кицунэ, та взорвалась довольным урчанием.       К несчастью, именно в этот момент в дверь раздался стук.       - Два часа прошло, через десять минут освободить помещение!       - Хорошо! - с сожалением крикнул Наруто, отстранившись от лисицы.       - А почему так мало? - начала капризничать кицунэ.       - Потому что дорого, к тому же, это не последний наш визит. Тебе хоть понравилось?       - Еще бы, мне было так приятно, как никогда в жизни! - блондин улыбнулся и нежно провел ладонью по скуле Девятихвостой.       - Я рад, что теперь моя лисичка сытая, помытая, обласканная и довольная.       - А ты-то сам как? - Кьюби почувствовала себя неудобно - она опять ничегошеньки не делала и вполне точно подходила под звание «эгоистичной сволочи», которым Наруто наградил Саске.       - Я наконец-то помылся и поел, мне выпала честь наслаждаться твоим прекрасным телом, как я могу быть недоволен?       - Я так счастлива...       Кицунэ запищала и стиснула паренька в объятиях. Наруто сдавленно выдохнул и начал гладить Девятихвостую по спине. Выпустив джинчуурики через минуту, Кьюби посадила его на бортик и сама запрыгнула сразу на пол, оттолкнувшись от дна ногами и хвостами. Блондин поднялся и удивленно поцокал языком, после чего дошел до вешалок и взял пару полотенец.       Кицунэ распушила хвосты и начала трясти ими, забрызгивая все помещение. Отфыркивающийся от теплых капелек паренек набросил на пушистые канаты полотенце, вызвав возмущенный взгляд красных глаз. Блондин рассмеялся и с удовольствием наблюдал, как прекрасная биджуу сосредоточенно вытирает мохнатые хвосты. Через несколько минут, парочка вышла из купальни.       Джинчуурики положил руку на талию кицунэ, та же опустила кончики пальцев на его плечо. Прохожие зубоскалили при виде такой пары, в которой парень едва достает девушке до груди. Однако, встретившись взглядом с алыми глазами, люди словно сдувались и семенили прочь, глядя в землю. Что-то до безумия древнее и жуткое скрывалось в этой миловидной прелестнице, и не нужно было быть сенсором, чтобы это почувствовать.       Наруто нежно поглаживал попку Кьюби через иллюзию, почесывая основания хвостов. Кицунэ не смогла сдержать легкой улыбки.       - Озабоченный маленький извращенец!       - Ой, кто бы говорил! Парочка вошла в гостиницу, Девятихвостая начала сосредоточенно принюхиваться.       - Еда! - биджуу безошибочно пошла в столовую, джинчуурики семенил за ней. За дверью обнаружился большой зал с длинными столами у стен, на которых были разложены самые разнообразные яства. Постояльцы ходили кругами, набирали полные тарелки и присаживались за накрытые белой скатертью круглые столики.       - Ого, а гостиница дорогая не просто так!       - Что ты имеешь в виду?       - Можно есть сколько угодно — все включено в стоимость номеров!       - Сколько угодно... - у Девятихвостой перехватило дыхание, джинчуурики понял, что сказанул лишнего.       - Веди себя прилично! Пошли... - Узумаки взял лисицу за запястье, вручил ей поднос и повел к первому столу.       Девятихвостая схватила три тарелки и начала насыпать на них горы суши, куриных ножек, данго, сыра, ветчины, колбасы, хлеба, жареной свинины, говядины, солонины и вообще всего, до чего могла дотянуться.       - Хватит! - зашипел на нее Узумаки, отталкивая кицунэ от стола. Сам парнишка взял лишь одну тарелку с суши, ну что поделаешь — любил он их и все. Так же под руку попались кувшинчик с морсом и пара стаканов.       Недовольно ворчащая Девятихвостая с десятью кило еды на подносе, сопровождаемая шокированными взглядами всех присутствующих, прошествовала в самый дальний угол.       - Курама-чан, не выделяйся! Любой мало-мальски серьезный шиноби поймет, кто ты на самом деле.       - Да пусть хоть запонимается, окажется на этом подносе! - Кьюби взяла в руку куриную ножку и за несколько секунд сожрала ее... вместе с костью!       - Охренеть... - выдохнул джинчуурики.       - Ну что опять не так?!       - Какие у тебя острые зубки...       - Ах это... Ну да, есть немного... - кицунэ снова перекусила кость пополам.       Через несколько минут, когда Наруто закончил есть, а кицунэ затолкала в свой ненасытный желудок почти всю ту прорву жратвы, которую она притащила с собой, дверь распахнулась, и в зал вошла седьмая команда. Наруто увидел друзей и приветственно махнул им рукой. Заметив розоволосую куноичи, Девятихвостая раздавила в руке свиное ребрышко, превратив кость в труху. Когда шиноби сели за соседним столиком, Сакура презрительно фыркнула, глядя на вновь обожравшуюся кицунэ, ноздри которой трепетали от бешенства. Это было последней каплей.       Кьюби встала на ноги, взяла в руку кувшинчик с морсом и медленно, с наслаждением вылила его на голову громко визжащей и бесцельно машущей руками девушки.       - Своло-о-очь!!! - взвыла куноичи и врезала кицунэ в живот, тут же согнувшись пополам и сдавленно захрипев от боли. Курама не сдержалась и отрыгнула неаппетитного вида бурду на Харуно. Вопли усилились, а Девятихвостая злорадно расхохоталась. Узумаки схватился руками за голову и сдавленно застонал, Какаши повторил его жест. Все присутствующие заржали в голос, глядя на перемазанную в морсе и блевотине девушку. Рыдающая в три ручья Сакура пулей вылетела из столовой и заперлась в номере.       Терпение блондина лопнуло, он схватил биджуу за руку и потащил прочь из наполненной людьми залы. Когда они вышли в коридор, Наруто посмотрел на кицунэ уничтожающим взглядом.       - Курама, ты проклятая бездушная скотина! - Девятихвостая от шока не могла пошевелиться — еще никогда джинчуурики не повышал на нее голос, а уж такие гадости из его уст казались чем-то немыслимым. - Ты снова солгала мне! Тебе плевать на все, что я для тебя сделал! Самец... Тьфу на тебя! - блондин махнул на лисицу рукой и пошел в номер.       Кьюби рассвирепела и схватила его за шиворот, подняв невесомого для нее паренька в воздух.       - Слушай сюда, ты...       - Закрой пасть и поставь меня на пол!       - Да как ты смеешь...       - Я спас твою хвостатую задницу! Я всю свою жизнь посвятил тебе! - парнишка едва не кричал. Кицунэ с каждым словом все больше съеживалась, осознавая, что она натворила. Блондин с силой разжал ее пальцы и приземлился на пол.       - Пошли в номер, сегодня ты уже отличилась, - тихо сказал Наруто. Сдувшаяся, как проколотый шарик, Девятихвостая протопала следом за ним и заперла дверь. Саске и Какаши тяжко вздохнули и отправились успокаивать обблеванную сокомандницу.