Плохая Курама

      Наруто привел свою возлюбленную в небольшой ухоженный парк, полный цветущих цветов и раскидистых деревьев. На газон можно было заходить, но только босиком, потому блондин скинул сандалии и ступил на сочную зеленую траву.       - Зачем мы сюда пришли, Наруто-кун? - спросила принюхивающаяся лисица.       - Полежать на травке, отдохнуть... - джинчуурики подхватил удивленную биджуу на руки и отнес ее под небольшую липу. Удерживая себя в вертикальном положении с помощью чакры в стопах, парень трепетно опустил нелегкую ношу на землю и лег рядом. Кьюби несколько раз втянула носом воздух и легонько улыбнулась, прикрыв глаза.       Узумаки не мог оторвать взгляда от своей биджуу — даже скрытая под иллюзией, она сводила его с ума одним лишь своим видом.       - Ты такая величественная, такая грациозная, у тебя прекрасная осанка и умопомрачительно длинные ножки, - Кьюби едва не лопнула от гордости и широко улыбнулась.       - О-ох, как это мило... - кицунэ провела ладонью по лицу паренька и поцеловала его. - Ты такой смелый, такой добрый, такой умный, такой заботливый, у тебя почти безграничное терпение, - блондин смущенно покраснел, за что был награжден умиленным вздохом кицунэ.       Джинчуррики повернулся на бок и подобрался поближе к Кьюби, после чего начал нежно гладить ее волосы.       - Знаешь, я так волновался за тебя - тебе пришлось столько всего перенести за последнюю неделю... - блондин вздрогнул, урчащая кицунэ прижала его к себе и легла на спину, пристально глядя в голубые глаза. Редкие прохожие удивленно поглядывали в сторону необычной парочки, но потом шли по своим делам.       - Ты слишком заботливый, Наруто-кун. Тебе нужно поучиться у своего друга быть эгоистичной сволочью.       - Это нереально, пока ты такая красивая... - джинчуурики поцеловал кицунэ в лоб, нос, обе щеки и, наконец, в губы. Девятихвостая недовольно напыжилась.       - Раз я такая красивая, почему ты не хочешь меня? - блондин тяжко вздохнул, подняв на Девятихвостую тревожный взгляд. Кьюби мигом прекратила строить из себя обделенную вниманием принцессу и насторожилась.       - Курама-чан, я боюсь, очень боюсь того, что тебе надоест быть сиделкой никчемного инвалида. Я даю тебе все, на что я способен - любовь и ласку. Но мы занимаемся сексом почти каждый день, уже третий месяц к ряду. Наши отношения развивались быстро, очень быстро, молниеносно, и, чаще всего бывает, что подобные романы заканчиваются столь же быстро, как и начинаются. Если ты захочешь уйти, я не смогу и не захочу тебя остановить, и тогда я погибну. Я пытаюсь хоть как-то сохранить твой интерес ко мне, снижая частоту наших любовных утех, но это вовсе не потому, что ты некрасивая.       Курама, вначале было умилившаяся стенаниям своего джинчуурики, под конец его монолога стала предельно серьезной.       - Малыш, ты должно быть до сих пор не до конца понимаешь, с кем имеешь дело. Мне тысяча лет, но по уровню развития я сравнима с тобой, человеческим подростком, если даже не детенышем. Я живу и воспринимаю этот мир совершенно иначе, то, что надоедает тебе за неделю, будет мне интересно даже через десятилетие. Я бессмертна, и для меня главное - стабильность. Ты действительно любишь меня, несмотря на все мои недостатки, и я чувствую, что твоя любовь не угаснет, и даже через тысячу лет мне по-прежнему будет так же приятно с тобой, как и сейчас. Твоя травма - моя собственная вина, и даже из банальной солидарности я попросту не имею права тебя бросить, или даже чего-то от тебя требовать, - с каждым словом кицунэ глаза джинчуурики все выше лезли на лоб, а под конец его губы растянулись в широкой улыбке.       - Курама-чан, спасибо тебе. Если все действительно так, как ты говоришь, то я готов исполнить любой твой каприз. Ты хотела, чтобы я целовал тебя в попку? Хочешь сделаю тебе римминг, как в книжке Джирайи? - Кьюби, до этого вещавшая с каменным лицом, едва не закашлялась от шока.       - Нет, малыш, это уже перебор. Я не посмею подвергать тебя таким унижениям, - строго ответила лисица. Блондин улыбнулся еще шире, положив голову на груди кицунэ.       - Я же сам предлагаю, радость моя. Для меня ты вся прекрасна, и твоя попочка - не исключение, - джинчуурики положил руку на ягодицу Девятихвостой и начал медленно поглаживать ее.       - Нет! - возмутилась кицунэ, оттолкнув руку удивленного блондина.       - Ну нет так нет, - ответил паренек, немного обидившись на столь грубый отказ.       Через минуту молчания, Девятихвостая снова задумалась о насущных проблемах.       - Обещаю, мы найдем способ продлить твою жизнь, - Курама потерлась щекой о золотистую шевелюру и положила руку на грудь Узумаки.       - Еще бы, ведь теперь у тебя появился еще и пополиз, - блондин противно хихикнул, за что был укушен в уцелевшее ухо.       - Ай! Плохая лиса! - парень потер покрасневшее ухо и посмотрел на Кьюби возмущенным взглядом.       - Вкусный джинчуурики, - парировала кицунэ и гордо задрала нос.       Блондин не выдержал и кинулся на нее, биджуу ответила взаимностью.       - Моя прелесть, иди ко мне, дай я тебя потискаю! - Кьюби сгребла паренька в охапку и опутала его невидимыми хвостами, уложив блондина себе на живот. Кицунэ удивилась его миниатюрности.       - Наруто-кун, ты слишком тощий! - джинчуурики фыркнул.       - Когда ты спишь с биджуу — это весомое преимущество.       - Почему?       - Я неаппетитный, - блондин потрогал пальцем кончики острых клыков, едва заметно выпирающих из-под губ Девятихвостой.       - Дурень, я же клялась тебе, что никогда тебя не съем, помнишь?       - Ага, только вот две недели назад ты едва не перекусила меня пополам, - Кьюби смущенно затихла.       - Прости.       - Блин, это твое любимое слово, да? - Наруто уже начинало бесить это вечное «прости».       - Нет, просто моя совесть пока еще не издохла, но когда-нибудь ты меня окончательно разбалуешь.       - Еще как разбалую, ведь такой прелести просто невозможно отказать, - блондин уткнулся лицом между двух грудей и начал поглаживать их руками. Кицунэ довольно заурчала — каждое его прикосновение было безумно приятным и возбуждающим. Отстранившись, Узумаки слез с лисицы и сел на траву.       - Курама-чан, хочешь, я тебе ножки помассирую? Я читал, что такой массаж улучшает работу всех внутренних органов, и как ты говорила — это теперь тоже мое дело, - Узумаки улыбнулся и нежно погладил животик Девятихвостой.       - Если ты предлагаешь, то почему нет? - кицунэ положила ноги на колени блондину и тот принялся с наслаждением тискать ровные пальчики и мягкие пяточки. Кицунэ тихонько заурчала и прикрыла глазки, едва заметно ухмыльнувшись.       - Почему-то мне кажется, что ты получаешь от этого еще большее удовольствие, чем я.       - Ты раскусила мой коварный замысел... - джинчуурики широко улыбнулся. Кьюби и думать забыла обо всех проблемах. Биджуу закрыла глаза и откинулась на ствол дерева, как на спинку кресла, блаженно улыбаясь и тихо урча. Наруто поймал себя на мысли, что он без всяких сомнений расстался бы еще с парой лет жизни, но уже через пару секунд разум взял верх над тем, чем обычно думают озабоченные мужчины. Блондин чертыхнулся — он опять забыл кое-что важное.       - Курама-чан, напомни мне попросить у Какаши документы, это очень важно, - лисица приоткрыла один глаз и ухмыльнулась.       - Не вопрос, а сейчас не смей останавливаться, а то покусаю, - блондин улыбнулся, после чего кицунэ самодовольно фыркнула и вновь закрыла глаза.       Через полчаса, когда солнце уже закатилось, а биджуу задремала, джичнуурики выпустил ножки Девятихвостой из рук и разбудил ее.       - Спасибо большое, мне очень понравилось, - Кьюби поцеловала паренька, после чего тот отыскал сандалии и парочка отправилась домой. Вечерний курортный городок буквально кипел жизнью — все гости, привыкшие поздно просыпаться, высыпали на улицу и зависали в различных барах.       - Наруто-кун, а ты сводишь меня в ресторан? - с надеждой спросила Девятихвостая.       - Если только еда будет для галочки, хорошо? У меня осталось мало денег.       - Я согласна.       - Но только давай не сегодня? Я хочу спа-ать, - джинчуурики широко зевнул.       - Ну ладно уж, соня, - обиженно буркнула лисица. Через пять минут, парочка пришла в гостиницу и обнаружила, что ключ остался в номере.       - Пыпець... - обреченно вздохнул Наруто, направляясь к окну. Кицунэ последовала за ним, после чего шиноби и биджуу, цепляясь чакрой за стену, таки забрались в номер. Блондин хмыкнул, вспомнив свой утренний полет.       - Курама-чан, обещай мне, что больше не будешь меня бить.       - Вообще-то ты первый начал, - зловеще протянула кицунэ.       - Хорошо-хорошо, это я во всем виноват, а ты у меня просто золотце, - открестился Узумаки, падая на кровать. Кьюби ухмыльнулась и рухнула сверху, подмяв паренька под себя. Наруто сдавленно захрипел.       - Это будет моя маленькая месть, - тихо шепнула лисица, накрывая их обоих пушистыми хвостами. Отныне она поклялась себе ничего не делать со своим малышом без полной уверенности в его безопасности.