Это наверное судьба...

Глава 1. Фотографии. POV. МАРАТ. После стычки у дома этого малявки, я больше за ним не следил и даже почти забыл о его существовании. Почти. Потому что о нем не давал забыть мой отец, время от времени заводя разговор на подобие: «Ах, Кирюша, ах молодец», или «Марик, слушай, тут Кирюша…» и далее, далее, далее. Но я такие разговоры пресекал сразу. Одно упоминание о мальчишке жутко раздражало, но, видимо, раздражало только меня. Ведь после того, как отец не мог говорить со мной, он счастливым козликом скакал к маме, и она его слушала, восхищаясь «Кирюшей». Они еще бы его усыновили. Но вот прошло полтора года, и этот бесенок должен уже заканчивать школу. Надо бы наведаться и посмотреть на мнимого гения и на его подружку тоже. Она наверно сногсшибательной девушкой стала. В общем, я впервые решил вынырнуть из царства цифр, схем и логарифмов как раз за неделю до выпускного у этого шкета. И меня ожидало несколько изменений и сюрпризов. Первое изменение, которое я не заметил, оказался ремонт на первом этаже нашего особняка. Оказалось, что он был сделан полгода назад. Теперь у нас нежно-персиковая гостиная, пристроен летний сад и новая бело-оранжевая кухня. Быть честным, меня эти изменения порадовали. А то темные цвета давили на психику. Второе изменение ожидало меня в гостиной, где на полках стеллажа стояли семейные фотографии. И их там за эти полтора года прибавилось, причем значительно. Вперемешку со старыми снимками там стояли и новые, на некоторых был я: в институте на парах, выходящий из дверей, спящий в библиотеке у нас дома, снова спящий, только в своей комнате за столом. Эта фотография, где я сплю за столом, мне понравилась больше всего. Там я смотрюсь спокойным и умиротворенным, за моей спиной бело-голубые шторы, о, шторы новые. Полтора года назад были черные с фиолетовым. Значит и до моей комнаты добрались, ну, спасибо, родители. Хотя такая мелочь как шторы мне нравилась, я щепетилен к подбору интерьера, особенно того помещения, в котором живу. И вот я рассматриваю фото за фото, и удивляюсь все больше и больше. Потому что на них совершенно незнакомые мне люди, если быть точным, на них были два человека. Незнакомый мне высокий, широкоплечий блондин и пышногрудая красотка-брюнетка с шикарными волосами до бедер. Эти двое были совершенно мне не знакомы, точнее казалось, что они не знакомы. Хотя с другой стороны мне они казались похожими на знакомых мне людей. Но на кого я вспомнить не мог. Кроме этой фотографии, где парень с девушкой стояли в обнимку были и другие фотографии этой пары и каждого поодиночке. Вот они вместе сфотографированы в холле отеля на Багамах (я точно знаю, мы с родителями там были два года назад). Вот вторая фотография, где блондин лежит на песке, а у него не животе сидит брюнетка, улыбаясь и увлеченно заплетая свои длинные волосы, и правда длинные, почти до талии. Рядом с фотографиями курорта стояли фотографии из Парижа и Брюсселя, а вот еще и фотография на фоне Биг Бена и Тауэра. Так же были фото, где этот блондин в окружении мыльных пузырей смеется и как бы держит их на ладошках. Или фотография, где позирует брюнетка в сарафане цвета лета. Еще раз, осмотрев все фотографии, я решительно направился в кабинет к отцу. Зайдя туда, я увидел его, сидящим за столом, и маму, которая полулежала в кресле, перекинув ноги через подлокотник кресла, в руках у нее была книжка. Присмотревшись, я заметил, что это очередное молодежное фентези, я закатил глаза к потолку, - как ребенок прямо. Я постучал, обращая внимание на себя. - О, сынок! – Отец улыбнулся мне. – Наконец-то вынырнул из царства учебы в наш грешный мир. И кому мы обязаны явлением тебя? Я открыл было рот, чтобы сказать, что я хотел узнать о Кирилле, но поймал насмешливый мамин взгляд. Всегда ей удивляюсь, она словно мысли читает, но виду никогда не подает, вот и сейчас ничего не сказала. - Я хотел спросить о фотографиях, что стоят на полке.- Я вздохнул, замечая фото брюнетки у папы на столе. Там стояло четыре рамки: в белой рамке точно была фотография мамы. Я точно знаю, - в синей мое фото; в серебристой, что стояла с краю, было фото брюнетки модели. А вот третью большую золоченую рамку я не видел, но почему-то казалось, что там фото блондина. -О, сын так это же … - И тут отец резко замолкает, его глаза, как и мои, расширяются, потому что мама кинула в папу книгой, шипя на него и подмигивая. Отец видимо понял ее и улыбнулся. -Сынок,- начала мама, забирая у подошедшего мужа книгу. – Это дети наших друзей, ты их не помнишь уже, но однажды познакомишься. -Каких друзей, мам? - В эту версию верилось слабо, хотя я же откуда-то знаю их. – Имена их хоть скажи, может, вспомню? Мама улыбнулась и показала головой давая понять, что не скажет. Отец, продолжая улыбаться, вытянул маму из кресла и сам сел на ее место, усаживая маму к себе на колени. Эта картина меня умиляла, они были только лет в месте и продолжали любить друг друга. Сейчас родители улыбались и о чем-то разговаривали полушепотом. Я подошел к маме и с нежностью поцеловал ее в щеку, хотел было распрямиться, но меня поймали родители и поцеловали с двух сторон в обе щеки, заставляя покраснеть, - они так делали, когда я был маленький. -Мы любим тебя, цыпленок. - Сказала мама, обнимая отца за шею. Я выскочил за дверь, бубня о том, что я не маленький и тискать меня не обязательно. Но в такие моменты я счастлив, моя семья состоит из взаимной любви. Когда я ходил в садик, мой отец только раскручивал свой бизнес, работы было много, а времени на семью мало. На втором этаже был кабинет отца, а на первом библиотека, где всегда сидела мама. Приходя из садика, я всегда бежал к ней, забирался на колени и слушал сказки, которые мама с упоением мне читала. И всегда я наблюдал за папой, который прибегал к нам каждый час. Целовал маму и меня в щеку, замирал, обнимая нас, и, чертыхаясь, бежал обратно работать. Потом отец постепенно перебрался к маме в библиотеку, сначала просто с бумагами приходил, потом принес ноутбук и сидел в ногах у мамы, читая документы и прижимаясь щекой к ее ногам (как кот прямо). Теперь же здесь есть и нормальный компьютер, и рабочий стол. А в его бывшем кабинете обустроена музыкальная студия. Проходя по гостиной, я снова остановился у фотографии блондина окруженного мыльными пузырями, не знаю, зачем, но я сфотографировал это изображение себе на телефон и сделал фото заставкой экрана. Потом я набрал номер своего друга, который проходил стажировку в школе Кирилла. Но разговор с Сашкой ничего не прояснил. Оказалось, что Кирилл не учится в этой школе уже полтора года и его подружка Алиса тоже. И где они теперь учатся, никто не знает, знают только, что учатся вместе. -Ну и куда ты делся, гениальный засранец? Неужели спрятался от меня и отступился. Почему-то мне снова захотелось посмотреть на блондина, включив телефон, я смотрю на него и радуюсь, что это фото у меня есть. Хм, к чему бы это… *** Тем временем в небе над Москвой заходит на посадку самолет «Лондон-Москва» В бизнес классе сидят парень и девушка, привлекавшие к себе внимание на протяжении всего полета. Но, кажется, их это мало волновало. Девушка, одетая как модель модного лондонского журнала с поднятыми и забранными в высокий хвост темными волосами, слушала музыку, надев белые наушники, и улыбалась, смотря на облака. Парень же читал что-то на своем планшете, иногда писал и постоянно передвигался по вкладкам интернета. Но вот объявляют посадку. Юноша осторожно тормошит соседку и показывает, что надо снять наушники. Девушка подчиняется просьбе. -Элли, убери телефон, и наушники сними, заходим на посадку, - неожиданно для всех юноша отлично говорит на русском, хотя в Лондоне говорил на английском и без акцента. Девушка улыбнулась и сняла наушники, красноречиво поглядывая на его планшет, лежавший на коленях. Парень ухмыльнулся, закрывая вкладку с интернетом. На планшете на заставке было фото черноволосого юноши, спавшего на столе в светлой комнате. Парень, посмотрев несколько секунд на юношу, улыбнулся и выключил планшет, убрал его в сумку. И тут же его дернули за рукав, он повернулся к девушке. Она наклонилась и поцеловала в щеку, шепнув при этом на ухо. –Я люблю тебя, хоть и знаю, как важно для тебя это фото и этот придурок. Обняв девушку, блондин встал и вышел из самолета. В аэропорту их уже ждали: водитель с табличкой Кирилл Красновский и Алиса Науменко. Вот они снова дома, и вернулись вместе, как всегда с самого детства.