Любовь до последней капли крови

      Леона медленно шла по узкому коридору и вспоминала все то, что произошло. Видение, кинжал, Субару, укус... - Не дай Бог, встретить Райто. – тихо произнесла Комори вздыхая.       Она не сделала и пяти шагов по направлению к себе в комнату, как вдруг выключился свет. Коридор окутала темнота. Ничего не было видно, даже своих рук. - Какого хрена?! - начинала злиться Леона. - В честь чего это? – сама себя спрашивала она. - Аккуратней, через час включим свет. - раздался голос Аято с первого этажа. - Аааааа! – послышался крик Юи. На девчушку полетело множество летучих мышей, и с визгом она повисла на шее кота.       Леона же плюнула на все и, подведя итог, приложила руку ко лбу: - Понятно. Ночка доброй не бывает.       Она дотронулась левой рукой стены и пошла на ощупь. - Хоть одно бы окошко... Твою ж мать! Я этим горе - электрикам бошки пооткручиваю и заряды в них пускать буду! Чертовы вампиры. - бурчала Лео, но вдруг нашла то что искала. - О!       Девушка опустила дверную ручку вниз и, открыв дверь, она вошла внутрь. Темно. Шторы закрывали окно, а значит, ничего невозможно разглядеть. Только еле видны очертания предметов. - Ну, блин. Я что, как кошка, в темноте видеть должна? - бубнила себе под нос девушка, но, сделав два шага вперед, услышала чье-то сопение. - Не туды. – тихо произнесла она.       Комори поняла, что попала не туда и, повернувшись, дошла до двери. Опустив медную ручку вниз и потянув дверь на себя, она не сдвинула дверь ни на сантиметр. Появилось чувство, будто кто-то стоит за спиной и с ухмылкой наблюдает за всем. По коже пошли мурашки. Леона медленно повернулась, но вдруг ее сильно толкнули к двери и схватили за запястья. Зеленые до боли знакомые глаза. Их обладатель и есть хозяин комнаты, куда забрела Комори. Глаза закрылись, и неожиданно кто-то лизнул шею. - М… Укус? - не ожидал хозяин. - Райто? - попытала счастье девушка, вспомнив, чей это голос. - Рр... - начал злиться парень и еще сильнее сжимал запястья девушки. - Это я должен задавать этот вопрос! - Больно... – проговорила девушка. - Рр... – так же злился парень.       Парень очень сильно злился и, швырнув девушку как куклу на кровать, он подошел к ней. - Райто… - очень тихо произнесла девушка. Она пока что не совсем осознавала что происходит. Парень присел на кровать, на его лице играла пошлая ухмылка но из-за того что в комнате было темно ее не было видно. Райто провел рукой по телу девушки, расстегивая ее жилетку и снимая ее с девушки. - Эй! Ты че делаешь?! Извращенец херов! – зло выкрикнула девушка. - Заткнись! – так же ответил парень, наклоняясь к девушке. Парень провел язычком по шее девушки, от чего по ее коже пробежала дрожь. Парень начал снимать свитер девушки, другой рукой поглаживая ее бедра. Леона слегка вздрагивала от каждого прикосновения парня. Вскоре она не выдержала всего этого. - Не трогай меня! Ты не посмеешь такого сделать со мной! – выкрикнула девушка, пытаясь оттолкнуть парня. - Хмхм стервочка…. я сделаю с тобой все что пожелаю... - произнес он, поглаживая рукой животик девушки. Девушка пыталась хоть как то вырваться из его пошлых лапок, но у нее ничего не выходило, так как парень зажал ей руки над головой. Райто поглаживал внутреннюю сторону бедер Леоны. И каждый раз девушка вздрагивала и издавала легкий тихий стон. - Мм стервочка ты такая возбужденная… я завожусь от каждого твоего стона. – протянул парень целуя девушку в шею от чего вновь послышался ее стон. Райто снял с девушки всю остальную одежду, проводя рукой от ее груди до низа живота. Лео вздрогнула, сейчас некий страх охватил ее. - Стервочка, чего боимся? Будет не больно… - ехидно произнес лисеночек. Парень снял с себя нижнюю одежду. Он лизнул мочку уха девушки, слегка прикусив ее. Райто резко вошел в нее. Леона выкрикнула от резкой боли внизу живота и слегка выгнулась в спине. - Больно... - тихо произнесла она. - Мм стервочка я лишил тебя невинности, прости меня... - с издевкой говорил парень. - "Ненавижу... убью гада" – со злостью подумала девушка. - "Почему? Почему именно я? За что мне все это?" - думала рыжеволосая лежа под парнем. Минут через пятнадцать ему все это как то поднадоело, парня стала мучить жажда. Леона уже не сопротивлялась, а зачем ей это? Все равно он все время будет использовать как куклу. Райто вонзил свои белоснежные клыки ей в шею и начал наслаждаться ее сладкой и горячей кровью. - "Промахнись хотя бы раз… я уже сдохнуть хочу…" - подумала Лео, слегка вздыхая. От всего этого у нее уже начали пропадать силы и через пару минут она просто отрубилась. А через часик горе - электрики включили свет.       Шу было скучно и батарея на телефоне, который дала Эмми, чтобы выполнить обещание, разрядилась. Ни музыки, ни сна. Вдруг парень увидел, входящего на кухню Канато. Мальчик светился от радости по какой-то причине. Это показалось очень странным. Канато подошёл к холодильнику и достал пакет зефирок. - Канато. - позвал брат. - Что? - Ты поймал жертву, между могил? Разве там уже все еще не прогнили? Или маленькая девочка потерялась и не сделала что ты хотел. - с ухмылкой спрашивал соня. - Не слишком маленькая, а скорее даже миленькая. - сказал Канато и уголки губ поднялись вверх расплываясь в улыбке маньяка. - И очень даже живая... Пока. - Хм?       Мальчик весело зашагал к себе в комнату, а Шу остался лежать на диване и думал, держа перед собой аккуратный черный сенсорный телефон Эмми и черные наушники. - Хм... странно, ведь смертные уже как пять лет не появляются здесь. А особенно к могилам... в сумерки.       Парень встал с бледно-желтого дивана и, взяв телефон и гарнитуру, пошел в то место, на которое натолкнула его мысль. Но он верил, что эта догадка будет неверна.        Эмми Комори пришла к себе в комнату и села на желтый пуфик перед зеркалом. Она долго смотрела на себя… на шею. Укус еще был, а значит, в скором времени соня заметит. Так еще одежда была вся в грязи, а значит надо придумать, что одеть. Девушка встала, выдвинув и открыв чемодан, девушка начала искать, во что переодеться. Кремовый шарфик, черные джинсы, белая блузка с белым аккуратным бантиком на шее из атласной ленты, черная джинсовая жилетка и черные с белыми носами конверсы. Когда она оделась, то встала перед зеркалом и стала смотреть на все это вместе. Вдруг дверь комнаты открылась и, повернув голову, брюнетка увидела соню. А ведь недавно вспоминала. Парень прищурился и окинул девушку острым взглядом знатока, не упустив ничего вплоть до сережек в ушах. Он заметил, что бинт, который завязывал вчера, уже был весь в крови и в воздухе был этот сладкий аромат. Сакамаки подошёл поближе к хомячку, но она отстранилась от него. Девушка, как рак, пятилась назад и глупо улыбалась. Брюнетка беспокоилась о том, что соня все от Канато и не хотела, чтобы парень приближался к ее шее. Но, настигнув Эмми, Шу опустил голову вниз и, взяв ее правую руку, начал медленно развязывать бинт. Аккуратно, чтобы не причинить ей боль. Пульс от волнения был сильно учащенными вампир это заметил. - Что случилось? – безмятежно спросил Шу. - Ты о чем? - спросила Эмми. - Канато весь светится. Соня посмотрел ей в лицо, но девушка как будто призрака увидела. - И что?! Мне какое дело? - с безразличием сказала она и повернула голову направо. Брюнетка была в замешательстве. Шу заботится о ней, а она нагло врет, и выкрутиться пытается. - Да нет, ничего. - сказал парень и перевел взгляд на шею брюнетки. - Ты замерзла? - Соня, с чего ты это взял? - Шарф. - коротко отвел Сакамаки и снял бинт. - А... это. Просто так одела. - глупо улыбаясь, сказала Эмми. Парень потянул было руку к ее шарфу, но девушка быстро перевела тему и сделала шаг назад. - А почему у вас зубы кожу прокусывают? - "Блин, клыки!" – пронеслось в ее голове - А? Хи-хи. Кхм... А почему тебя это интересует? - "Это очень странно. Она не хочет показывать мне шею. Не иначе Канато... " - Нет... Ничего... Не надо. - сказала Комори, быстро схватив его руку. Сакамаки фыркнул и напустил на себя вид оскорбленного превосходства. Он просто хотел все узнать, и Эмми должна была понять, что соня дорожит ей. Парень вышел и резко закрыл дверь. Брюнетка вздохнула. Ей хотелось вернуть время назад. Рука начала ныть и Комори посмотрела вниз. Бинта не было, а рана кровоточила. Она подошла к тумбочке и, достав новый бинт кремового цвета, перевязала руку. В это время Юи спокойненько занималась зубрежкой. История, география, химия и множество других уроков. Перед девушкой на столе лежал блокнот и фото, которые сестры нашли в этом особняке. Она все время думала, зачем их отцу собирать девочек вместе... их. Крольчонок, хомячок и лисичка. "Десять лет назад. Маленькая девочка, лет четырех сидит на детской площадке перед церковью в песочнице. Светлые короткие волосы заплетены в две маленькие аккуратные косички. - Крольчон, а ты что лепишь? - спросила только что подошедшая девочка лет пяти, жующая пирожок с малиной, в розовеньком сарафанчике. Коричневые волосы до плеч, были завязаны в хвостики. - Почему ты меня называешь так? - не поняла блондинка, смотря на девочку. - У меня есть имя. - Она не крольчонок, - раздался голос из-под беседки. Внутри на лавочке сидела пятилетняя девочка и читала какой-то журнал. Рыжие волосы опускались локонами и были длиной чуть ниже плеч. – это, блин! Хи-хи. - Я не блин! - возразил крольчонок. - Я Юи! - Она крольчонок! - спорила брюнетка. Это была маленькая Эмми. - Ладно, ладно. - согласилась маленькая Лео. - А почему я... - начала было Юи. - Сколько, много вопросов! - не выдержала Леона. - Ты трусиха! Не я же под кроватью тряслась от страха. - Но Эмми тоже... - Эмми-хомячок! У нее другая история. - Ага. - подтвердила Эмми. - Лисичка, а это не тот журнал... Девочка подошла поближе к кузине и заглянула в журнал, но Лео быстро его закрыла перед её глазами. - Любопытному хомячку лиса шкуру сняла, выпотрошила и съела! - с ухмылкой сказала Лео. - А я все скажу папе! Ты снова смотришь непристойные журналы. - Ябеда! - А ты папу не слушаешь! - Он мне почти никто! У меня есть мама, которая меня скоро заберет из этого дурдома. - Да, да, да. Пока кулон у тебя ты веришь, что она тебя спасет. А вдруг все изменилось! - Рр... Не твое дело! - крикнула Лео и убежала. - Ну и беги! Ты одна и кроме нас у тебя никого нет! - крикнула Эмми вслед Леоне. - Сестренка, смотри. - сказала Юи, потянув кузину за рукав сарафана, и показала куличик из песка. - Очень мило, Юи-тян. Скоро мы будем не разлей вода. - сказала брюнетка и улыбнулась." - Да. Мы уже не разлей вода, Эмми-тян. - сказала Комори и улыбнулась. - О чем ты думаешь, оладья? - спросил Аято, стоявший за спиной девушки. - А-а-аято. - заикаясь, сказала Юи и повернулась к нему лицом. - Привеееет. - протянул, широко улыбаясь, кот и, приближаясь к шее девушки, сказал. - Я пришел поесть. - Не сегодня! - громко сказала блондинка, ударяя парня по лицу первым попавшимся учебником и, забежав в ванную комнату, закрыла дверь. - Чегооо?! А ну, открывай! - кричал Аято и пытался открыть дверь. - Я есть хочу! - На кухне поешь! - Не наглей, оладья! У нас еще не появился холодильник с вечным запасом крови. - Я жить хочу! - Жрать больше надо! Сама виновата, что малокровием страдаешь. - Чего?! Я виновата? - Да! Вдруг дверь открылась, неожиданно для Юи ,и девушка упала. Перед ней стояла злая Эмми в костюме горничной с большим тортом и вазочкой с клубникой на подносе, а на полу в отключке лежал Аято. - Эмми-тян, привет. - улыбаясь, сказала блондинка. - Рр... Ты какого хрена мямлишь?! Раньше не могла его уложить в царство Морфея?! Одни хернёй страдают, стоны в радиусе десяти километров слышны,а другие ругаются! - злилась брюнетка. - Я не виновата. - оправдывалась сестра. - Крольчонок, давай тогда ему сразу кровь, а не разыгрывай комедию! - Нет! Я не крольчонок! Я могу за себя постоять! - крикнула из-за всех сил Юи. - Хе... - улыбнулась Эмми и сказала - Ты меняешься, Юи-тян. Раз ты не хочешь оставаться кроликом, наточи свой коготки. Дай ему по ебалу и между ног! Хук слева, хук справа и он в нокауте! Хи-хи. Знай, у каждой розы есть шипы, так же как и у животного есть коготки. - А? Эмми повернулась и медленно, выйдя из комнаты, пошла, искать Шу. Надо рассказать все. Соня лежал у себя в комнате на кровати и что-то рисовал карандашом на листе. Дверь была открыта и Эмми мимо не прошла. Просторная комната почти ничем не отличающаяся от комнат девушек, правда, только... Кремовые шторы чуть прикрывали окно. Комплект постельного белья в зеленых тонах. Шкафы, тумбочки, пара комодов и много... МНОГО... скомканных листов бумаги на полу. - Свинтус. - сделала вывод для себя брюнетка и вошла внутрь. - Привет,снова. - Ты... что-то случилось? - пряча листы под подушку, спросил парень. - Это для вас. - сказала Комори и поставила поднос на тумбочку рядом с кроватью. - В честь чего это? - холодно спросил он, не сводя глаз с девушки. - Я хотела бы загладить то что произошло утром. - виновато сказала Эмми. - Хм... Навряд ли это поможет. - сказал Шу и, плюхнувшись снова на кровать, повернулся к окну. - Что?! Я старалась, а ты... - Мило. - А? - не поняла брюнетка. - Костюм горничной... тебе идет. - Понятно. - сказала девушка и покраснела. - Ладно, я отнесу это тому кто оценит мой труд. Эмми взяла поднос, повернулась лицом к двери как вдруг... -Стой! Вдруг со спины кто-то обнял ее, и через минуту она уже лежала на кровати. - Отпусти! - кричала брюнетка. - Так и знал. - сказал с иронией Шу и провел кончиками пальцев по следу от укуса. - Ай! Больно... Соня наклонил голову и сказал с еле сдерживающейся злостью на ушко девушке: - Хомячок, я же сказал что - никто кроме меня не должен пить твою кровь! - Но... - Ты смешна...Хомячок, ты провинился. - И каковы будут ваши действия? Жирной обзывать будешь, соня?! - Нет. Ты будешь терпеть другое наказание, пока не поймешь, что кроме меня ты никому не нужна! - сказал парень и укусил Эмми. Девушке было очень больно. Садист он и есть садист, но она готова это вытерпеть. Комори выла от боли и слезы текли из глаз. Шу ненавидел себя за то, что приносит ей боль, но не мог остановиться, ведь злость, постоянно сдерживающийся голод и ревность-это страшная смесь. Когда Эмми уснула, Сакамаки перенес девушку в ее комнату. А на тумбочке оставил чашечку, кувшин с клюквенным соком и вазочку с пироженными. Соня вернулся к себе в комнату и, убрав мусор с пола, убрал свою подушку. Под ней лежало много рисунков, на которых были изображена Эмми, и тот желтый бинтик, пропитанный кровью, своей дорогой любимой куклы.