Рисуя звёздами в ночи

- …Кроме повышения налога на воду ожидается ещё и введения нового для улучшения жизни наших граждан, - продолжало нагловатый глашатай с каким-то портфельчиком в руке и огромным свитком в руке. – Так как наш новоизбранный правитель… - Эй! – возмутилась Гроттер, не в силах не подать голос из толпы. – Лично я за него не голосовала, и большинство здесь присутствующих – тоже! У нас вообще выборов нет! - А кого это волнует? – удивился глашатай. – Если что, я могу дать в долг, - половина присутствующих готова была уже в долг дать помидор, причём гнилых, и доправить их прямиком в переносицу вредному глашатаю, но отчего-то подобная тактика удачной не оказалась; овощи решили беречь для правителя. – Так вот, заботясь о нашем великолепном народе, великий правитель Герман Дурнев вводит новый налог, который должен принести невероятную пользу современному государству и позволить нам ступить на новый путь к развитию и получить невероятные доходы… Толпа вновь недовольно загудела – особо возмущалась дамочка, которая до этого бегала по улице в поисках массажного салона. - Я, между прочим, заплатила за массаж деньги, а вы тратите моё время! – возмущалась она. – Прелюдия здесь неуместна, приберегите её для другого времени! - С вами, мадам, на прелюдиях можно было бы неплохо заработать, - заметил глашатай, - потому что с такой коровой целоваться будет разве что сумасшедший. Гражданка зашипела, закричала, но опять-таки ничего не смогла поделать с вредным и наглым представителем власти, поэтому попросту расфыркалась и стала жаловаться соседке по очереди на новые налоги. Вторая женщина беседу активно поддержала, ещё и включила в неё свою закадычную подругу. - Так вот, вводится новый налог на магию! – наконец-то закончил глашатай. – Каждый, кто обладает даром, обязан уплатить двести золотых в казну! Гроттер испуганно повела плечами – это была не просто баснословная сумма, которую просто нереально собрать, а целое состояние, за которое она, пожалуй, смогла бы позволить себе купить отдельный домик и спокойно прожить там жизнь, лишь изредка подрабатывая. Золотыми здесь вообще практически не рассчитывались, как минимум по той причине, что монета эта была весьма относительная. Эдакий небольшой, практически крохотный слиток в двадцать граммов дефицитного здесь и практически недоступного золота. Признаться, даже чисто физически такие деньги никто наскрести не сможет, потому что золото на руки никто никому не давал, берегли, чтобы ничего не произошло… - А иначе – кара в виде заключения в тюрьме, - закончил зачитывать своё приговор глашатай, улыбаясь так радостно, словно ему навредили все без исключения волшебники этого мира. Гроттер стало не по себе, но сдаваться она не собиралась. Впрочем, конечно, было бы невероятной глупостью сейчас заявлять о себе, поэтому, грустно склонив голову, хотела было уйти, а после вдруг поймала на себе насмешливый взгляд соседа и моментально подбоченилась. Естественно, Таня прекрасно знала, что и у Глеба нет подобных денег, да и почти ни у кого нет, даже если несколько магов из торговой улицы сложат вместе свои сбережения, вот только это радости отчего-то Гроттер не добавляло. - Чего грустишь? – уточнил язвительно некромаг, по привычке прокручивая в руках свою трость и планируя, вероятно, остановить сердце противному глашатаю. – Собираешь свои вещи в тюрьму, иль как? - Тебе. Дорогой, придётся сидеть там самому, - возразила Гроттер, - потому что я найду другой способ проведения времени! - Это как же? – хмыкнул Бейбарсов. – Сомневаюсь, милая, что твои три железные монетки, заработанные за эту неделю, смогут немного поправить ситуацию! Таня лишь недовольно повела плечами, словно пытаясь продемонстрировать, насколько ей всё равно, что там говорит Глеб. И пускай это было совсем не так, девушка спешила продемонстрировать своё абсолютное безразличие к происходящему. - Ты зря так спокойно относишься ко всему, некромаг, - протянула рыжеволосая. – Потому что кто из нас и попадёт за решётку, так это ты! - Да неужели? – удивился Бейбарсов. – В отличие от кое-кого, я смогу оттуда телепортировать, милочка. - Блоки прекрасно ставятся, - пожала плечами Гроттер – хорошо Глебу, он хоть не строит иллюзий по поводу собственной свободы, которая явно никому из них не светит. – Так что сидеть тебе – не пересидеть! - Блоки можно обойти, - фыркнул Бейбарсов. – А ты, бездарь, не сможешь даже банальную искру выпустить, когда за тобой солдаты придут. - А никто за мною и не придёт! – возмутилась Татьяна и, повернувшись к соседу спиной, направилась домой, где, собственно говоря, её и ждали те самые три монетки, заработанные за последнюю неделю… А, нет, не три, две, потому что она умудрилась вчера потратить треть своего состояния. И какого чёрта ей вчера надо было вообще есть?

***

Гроттер устало посмотрела на небольшую баночку, на дне которой покоились все её деньги – здесь не наберётся, пожалуй, даже на сотую того самого баснословного золотого, что уж говорить о том, чтобы набрать целых двести! Проблема была в том, что раньше Таня экономить не собиралась. Заработанные гроши она тратила на зелья-ингредиенты, ну, или изредка на саму себя, вот только никак не откладывала в небольшой сундучок, в котором можно было насобирать хотя бы на маленькую отсрочку собственного заключения. Ведь как оттуда выбраться? Может, у Глеба-таки есть что-нибудь? Гроттер никогда не была воровкой, потому что считала, что это – низко, но не сдержалась и всё-таки отправилась в комнату некромага. Естественно, она не собиралась там ничего брать, но было всё-таки жутко интересно, есть ли там хоть что-то, что помогло бы соседу остаться на плаву. Будь они в более хороших отношениях, то, может, можно было бы и одолжить что-нибудь, скажем так, в долг, вот только и без того ясно, что Бейбарсов чисто на зло ничего никогда ей не даст. А Таня, если честно, никогда в жизни даже не попытается попросить что-то у человека, который прогоняет её клиентов и создаёт ей просто-таки жуткую репутацию! Но у Бейбарсова не то что сундучка, а даже и той самой железной монетки нигде не оказалось, как подсказал девушке поиск – зато она увидела тот предмет, на который и ушёл последний заработок бедного некромага. На кровати валялась чёрная папка, уже знакомая Тане – впрочем, она до сих пор так и не выведала, что именно Глеб в ней прятал, да и прикасаться опасалась, потому что чувствовала сильное магическое поле, - а ещё какие-то очередные средства для рисования. Интересно, тратя последние деньги на искусство, Бейбарсов вообще карандаш в руке держать умеет? А то нарисовал бы хоть какую-то рекламку для своей работы… Нет, не нарисует. Погрустив, Татьяна вернулась-таки в свою комнату и бросила в небольшую сумку, последнее своё приобретение, единственное платье, которое можно было ещё нормально носить. Привычные туфли сменились на жаркие сапоги, потому что идти в них было удобнее, а нести на себе было достаточно трудно, используемая же ранее обувь отправилась в платью – Гроттер даже не позаботилась о том, что одежда её будет грязна, но, вспомнив о наличии нижнего белья, всё-таки завернула далеко не хрустальные туфельки в бумагу. Всё-таки, правила гигиены никто не отменял. Туда же последовали и деньги, которые было решено отложить до лучших времён и потратить на проживание где-то, а не на баснословный налог, за ними отправились и несколько бутылочек с лечебными зельями. Рыжеволосая, призадумавшись на несколько минут, забрала ещё и часть еды – всё, что принадлежало Бейбарсову, она упорно не трогала, считая, что это низко – вот так обворовывать человека, который жил рядом с ней. Глеб, наверное, согласился бы с данной мыслью. Забросив узелок на плечо, Таня планировала уже выходить, но вовремя осознала, что при свете дня, да ещё и с вещами, она будет смотреться довольно странно, поэтому, удалившись в свою комнату и закрывшись на ключ, Гроттер призадумалась, как бы это сподручнее было бы незаметно сбежать. План в голову упорно не приходил. Прыгать было не особо-то и высоко, поэтому – Татьяна рискнула и, пролетев несколько метров да припомнив несколькими смачными словами Бейбарсова – потому что какой идиот выращивает магией под окнами чёрные розы? – попыталась подняться. С первого раза не вышло. Несколько цветков, словно красивые украшения, запутались в волосах девушки, но с ними сражаться Таня не собиралась, тем более что аромат роз ей всегда нравился. А вот со всем остальным… Решив не колдовать, а то мало ли что, вычислят ещё и в тюрьму бросят, Гроттер направилась медленно по городам, присваивая с чужих грядок (а путём перепрыгивания через невысокие заборы она умудрилась добраться до весьма злачного местечка) себе то капустину, то морковку. В самый последний момент вспомнился кот, симпатичный, рыжий, как и она сама, и такой горячо любимый. Гроттер и рванулась уже назад, а после, вспомнив о том, что чёртов некромаг уже, наверное, пришёл, повернулась спиной к своему дому и поскорее зашагала к виднеющемуся впереди лесу, планируя как можно скорее спрятаться под его ветвями. Там будет безопаснее.

***

- Гроттерша! – громко позвал Бейбарсов, проскользнув в дом. Ответа не последовало – некромаг недовольно передёрнул плечами, а после отправился на второй этаж и постучал в дверь в комнату Гроттер. - Танька, выходи, - вновь повторил Глеб, уже активнее стуча, но Татьяна почему-то не собиралась отвечать и открывать. Передёрнув плечами и недовольно фыркнув, некромаг отправился к себе в комнату – ему же лучше будет, если рыжеволосая не станет мешать. Бейбарсов, признаться, не собирался ждать солдат и искать способы сбежать из тюрьмы, ведь намного легче будет отправиться в бега сейчас. Вот некромаг и решил испытать счастье. Собираться, собственно, смысла не было, поэтому единственным, что прихватил с собой Бейбарсов, это была единственный существующий у него запасной комплект одежды да незаменимую чёрную папку с карандашами. Не с ума же со скуки там сходить! Уходить собирался Глеб тоже через окно, потому что другого хода, собственно говоря, не было, но ему упорно мешали. На этот раз – немаленький рыжий кот. - Ах ты ж тварь огненная! – возмутился Бейбарсов, оглянувшись в поисках собственного питомца и подхватив чёрную кошку да закинув её к себе на плечо – не оставлять же здесь. Хорошо хоть на глаза вовремя попались… Рыжий мяукнул и, спрыгнув на пол, потёрся о ногу Глеба. Тот вообще-то животных терпеть не мог, но к котам испытывал особенно тёплые чувства, поэтому, присев на корточки, улыбнулся и потрепал питомца Гроттер по пушистой шерсти. - Что, не кормила хозяйка? – уточнил он. – И меня она тоже не кормит, кричит, что не нанималась, хотя на самом деле готовить просто не умеет. Бейбарсов усмехнулся собственным мыслям, подумав о том, что Гроттер, пожалуй, перевернёт это место с ног на голову, потому что сама она совершенно не умеет поддерживать порядок. И кота своего будет забывать кормить, наверное, пускай она и так ревнует его, когда питомец отправляется к Глебу на подкормку. Ну, не умирать же бедному! - Слушай, рыжий, - хмыкнул некромаг. – А пойдём со мной? Вообще-то это было бы лишней проблемой – тащить с собой двоих котов в лес, - вот только Бейбарсов сейчас о проблемах совершенно не думал, он почему-то испытывал желание прихватить с собой ещё что-то на память о Гроттер. Кот был прекрасным вариантом. Рыжешерстный согласно мяукнул и попытался запрыгнуть на плечо к Бейбарсову, но тот, прекрасно зная, сколько весил питомец Тани, сам подхватил его на руки, усадил на подоконник и подтолкнул. Пусть хоть до земли сами на лапы приземляются. Было уже достаточно темно, но рыжий кот всё так же оставался заметным в темноте, будто бы он светился изнутри. Его же чёрная кошка с красноречивым именем Роза (в честь того же цветка, не зря же Танька своего с какой-то радости хотела назвать Мальвой, а потом одумалась и окрестила Васильком?) практически сливалась с землёй, но Бейбарсов прекрасно знал – сама ни за что не уйдёт. Глеб же достаточно легко приземлился рядом со своими новоявленными спутниками – и заметил помятый куст роз. - Что она сюда выкинула? – возмутился Бейбарсов – вообще-то завтра утром куст будет уже в своём прежнем состоянии, ибо он магический, но всё равно жалко. И с каких это пор он стал садоводом-любителем? Отмахнувшись от немного смешных мыслей, Глеб уверенно подхватил кошку на руки, махнув Васильку – тот засеменил рядом, словно и забыл о Тане. Леса ещё видно не было, но зато складывалось впечатление, словно по огородам их соседей пробежалось монголо-татарское иго, как в старинных преданиях. С пристрастиями к моркови. И к капусте. Небось опять какой-то воришка. Покачав головой, Бейбарсов лишь ускорил шаг, подумав, что под покровом ночи следовало бы уйти как можно дальше, ведь темнота позволяет остаться незамеченным… Грядке со свеклой, за которую некромаг зацепился, носом повстречав землю, проворчал не совсем цензурное слово и побрёл дальше, навстречу собственной судьбе… - Что же, Глеб, - пробормотал он себе под нос. – Вы живёте хорошо? Так живите плохо!