С гордо поднятой головой...

POV Тсуны Мм, как же болит голова. Кое-как разлепив глаза, я обнаружила над собой потолок своей комнаты, что меня немного порадовало. Поморщившись, я попыталась двинуть рукой. Попытка, к сожалению, не увенчалась успехом. Спина нестерпимо заболела, отчего я болезненно выдохнула — о том, чтобы встать уж на ноги можно и забыть. Как же больно.…Только собравшись позвать хоть кого-то, дверь открылась и в комнату вошла мама. — Ма, — все, что я смогла выдавить. Слабость была во всем теле, и хотелось снова спать, но я стоически терпела — не сейчас. Пока я не узнаю все, что произошло после. А что была до этого? .. — Ох, Тсу-чан, ты уже очнулась! У тебя что болит-то? Я так за тебя волновалась! — защебетала мамочка, не обращая внимание, что ее восклицания только бьют по ушам — и так плохо. Но я не скажу ей об этом, она ведь обо мне беспокоится… — Голова сильно болит и спину жжет… — пожаловалась я. Беспокоить маму совсем не хотелось, но эту боль, пронзающую все тело, терпеть было невозможно. — Ох, можешь, пожалуйста, повернуться на живот, а я полечу твою спину, — мамочка, как я это сделаю! Но я справлюсь, я смогу. Скрипя зубами и давя в себе болезненные стоны, перевернулась, а мама так и продолжила говорить. — Это же надо было так упасть с дерева! Чтобы больше не лазила туда! — А, да, хорошо, — немного удивилась от такого напора. Нет, не так все было… — Мам, а кто принес меня? — и почему тогда рядом никого не было? .. — Тебя без сознания принесли Гокудера-кун и Ямамото-кун. Они были так взволнованы, а потом ушли задумчивые и отказались почему-то остаться. И все же, надо ж было тебе так упасть. Если б не тот хороший врач, благодаря которому у тебя все так быстро заживает, неизвестно, сколько пролежала бы ты без сознания. Та~к, как его там звали? Машал или Шамал? Или все же как-то по-другому? Но, все равно, надо будет его поблагодарить, и будем обращаться к нему еще. — Мм, вот как… Значит, благодаря москитам этого извращенца моя спина заживает быстрее. Ну, хоть какая-та польза от него. Но, все же, спину рубанул кастетами мне Доминик не слабенько. Иллюзия. Я была так уверена, что уже получше разбираюсь в них. Но из-за этого я отвлеклась и… Проиграла. Так позорно проиграла. Интересно, кто-то заметил удара иллюзию? Ох, надо будет поблагодарить ребят за помощь. Да и, похоже, они не стали говорить маме о драке, а придумали про дерево и падение. Но что заставило их так задуматься, и они не захотели даже остаться? .. И где пропадает Реборн? До начала поединка я его не видела — он вполне мог где-то скрываться. — Ай-яй, больно-то как! — закричала я от неожиданности. Мама выдернула меня из раздумий ужаснейшим способом — зеленкой по ране. За что?! это скорее в стиле Реборна… — Терпи, будь героем! — я и терплю. Героем. Как же я не люблю, когда мне говорят такое. Не люблю, когда Реборн заставляет меня быть «боссом». Точнее, заставлял… Я ведь больше не являюсь кандидаткой на пост Десятого Босса Вонголы. Значит, и работа Реборна здесь закончена и он… Уедет. Я вроде и должна радоваться, ведь закончатся его адские тренировки, но почему тогда так гадко на душе? .. Я не хочу, чтобы он уезжал, как и ребята. Они мне так дороги, они мои дорогие друзья… Невольно, слезы начали накатываться на глаза, и я издала тихий всхлип, после чего до боли закусила губу и отвернулась от лица матери к стене. Я не хочу, чтобы она видела мои слезы. Мне и так невыносимо больно понимать, что ничего не рассказывая, приношу ей боль. Так невыносимо причинять боль человеку, который был и поддерживал тебя с самого детства, еще с тех времен, когда ты была так открыта и все без утайки рассказывала матери. У меня так и было. А сейчас тяжело носить все в себе и скрывать очень многое от нее. Впрочем, отец скрывает и не меньше правды… Я ненавижу лжецов, но в то же время являюсь таковой. От этого становится еще скверней на душе. — Ну, я закончила, Тсу-тян. Теперь отдыхай, тебе это не помешает! Мама как обычно и как может только она, так по-доброму и поддерживающее поцеловала в лобик и вышла из комнаты, унося адские лекарства. А мне хочется реветь. Реветь от всей души, излить все то, что мне так надоело и приносит боль. И закричать. Закричать вовсю, надрывая глотку. — Не смей реветь. Я ненавижу слезы, особенно моих учеников, — неожиданно раздался детский голос в комнате. Вздрогнув, я повернула голову к окну, я увидела силуэт больно знакомого малыша в черном костюме. — Реборн? — столько надежды было в моем голосе, что сейчас засмеет. — А что, ждала кого-то другого? — хмыкнул малыш, спрыгивая с подоконника и устраиваясь возле меня. — Если да, то тебе стоит отменить свиданку, так как сейчас прибудут Хранители. Сегодня вечером новый кандидат улетает в Италию. Хранители, наконец, должны предъявить свои решения. — А ты, ты тоже улетишь? — чуть приподнявшись на локтях, я спросила то, что давно меня волновало, и скрыть дрожь в голосе не удалось. — Все потом, они уже прибыли, — нахмурившись, отмахнулся Реборн, вызвав у меня горькую улыбку. В комнату довольно громко вошли почти все Хранители, но они тихо и не умеют. — Привет, Тсуна, — поприветствовали меня зашедшие друзья, неуверенно поглядывая на меня. — А где Хром и Хибари-сан? Они не придут? — кажется, я сказала это несколько обиженно. — Ку-фу-фу, Наги, не пришла, так как на ее месте я, да и ведь именно я официальный Хранитель Тумана, — внезапно, как и всегда, появился Мукуро. — Вот как. А… — мой голос предательски дрогнул и предательские слезы навернулись на глаза. Но почему так грустно, ведь Хибари-сан никогда не… — Пф, и почему я должен принимать участие в этом сборище травоядных. Малыш, я отдаю тебе это чертово кольцо. Не хочу отказываться от возможности оборвать какие-либо связи с этими травоядными. В проеме окна сидел Хибари-сан. Всегда было интересно: почему там, как он там оказывается и как спускается. Хотя, спрыгнуть через окно для Хибари-сана со второго этажа вполне возможно. Сняв с пальца, похоже, так ненавидимое кольцо, Облако кинул его Реборну. Мне показалось или тот усмехнулся. Нет, наверно все же показалось. И стало вдруг так тяжело на душе. Я не понимаю, больше не понимаю… — Хм, я и не сомневался в этом. Теперь ты свободен, поздравляю. А что насчет вас? — спросив, малыш повернулся к все еще столпившемся в проходе ребятам и чуть стоящего в стороне Рокудо. — Ку-фу-фу, я, конечно же, остаюсь на так ненавистном мной посту. Моей главной целью было уничтожение Вонголы, а затем и всей мафии. Она ею и осталась. Поэтому я отправлюсь в Италию, а точнее Наги, несмотря на то, что малышка против перелета, а потом, когда меня освободят, я захвачу тело нового Десятого. От жалкой девчонки мне никакой пользы, ку-фу-фу. Поэтому и нет смысла оставаться. Почему-то я и не сомневалась в том, что он это скажет. Но… Хром. Я точно видела, что ей не нравится Доминик. А теперь ее насильно повезут в Италию только потому, что она медиум Мукуро. А я так надеялась с ней хорошо подружиться… — Мда, в тебе я уж точно не сомневался. Ну, теперь самое интересное. Что насчет вас, Ураган, Дождь и Солнце? — Реборн испытующе посмотрел на ребят. — Мы, — голос Такеши дрогнул и я, занервничав, подняла глаза и посмотрела на друзей, — останемся на своих постах. Прости, Тсуна. Шок. Ужас. Боль. Как же так! .. Они ведь обещали! ..Почему? Я, не веря в происходящие, смотрела на парней. На Гокудеру, который стоял понурив голову. На Ямамото, который не улыбался как обычно. На Рехея, который не блистал своим экстримом. Вот как… — Ну, тогда удачи вам, — непривычно для себя, спокойно проговорила я. — Надеюсь, что Доминик станет хорошим боссом и вы не пожалеете об этом. Я вру. Снова вру. Он не достоин стать Десятым Боссом Вонголы. Слишком самоуверен, зол и безумен. Хотя… Скорее всего, им именно такой Босс и нужен, а не какая-то жалкая и хилая девчонка Но… Издав короткий хмык, Реборн заговорил первым. — Тогда вы можете отправиться собираться, потому что тоже едите в Италию, теперь уже как Хранители Доминика. — Ну что ж, тогда я возвращаюсь назад. Хром и так знает, какое решение я принял. Пока-пока, Тсунаеши-чан и удачи. Она-то уж тебе точно понадобится, ку-фу-фу. К тому же помни, из мафии уходят вперед ногами, — пролепетал Рокудо, помахав мне ручкой, но я не особо его слушала, находясь в некой прострации. — Прости, Тсуна. Я надеюсь, что мы еще встретимся. Я ведь буду приезжать к отцу, ха-ха. До встречи… — проговорил Ямамото. Он пытается выглядеть веселым и улыбаться. Глупый, я ведь знаю, интуиция. — Да, конечно. Мы ведь все еще друзья. Не знаю, кому я это соврала, ведь ребят уже в комнате не было. Да мы больше и не встретимся. Теперь, я совсем одна. У меня никогда не было друзей. Но появился Реборн с этой чертовой мафией и я наконец нашла их. Но мафия забрала то, что так любовно отдавала. Хотя, может, мы и никогда не были друзьями. Как же гадко от этого. И пускай, Хибари-сан остался, но… Он ненавидит меня, и думаю, не зря — я действительно жалкое травоядное. К тому же тот уже исчез, как и всегда. Странно, но впервые, за все это время, тихо звенящая интуиция замолкла. Все закончено. А я, вместо того чтобы прислушаться, проигнорировала. Идиотка… — Б-босс… Не плачьте, пожалуйста, из-за нас. — А… Хром? Откуда ты здесь? — я удивленно смотрела на нее, смаргивая непрошеные слезы. Не хочу ее беспокоить. — Ну, Мукуро-сан может приходить сюда благодаря моему телу, поэтому… — девочка смущенно потупила взгляд. Действительно, не подумала. — Прости, прости, я знаю. Просто ты так неожиданно заговорила. И я не плачу… — Сейчас нет, потому что вы сильная, босс. Но ведь… Они были вашими лучшими друзьями, а теперь покинули вас! Босс, я не хочу вас покидать! — Хранительница подошла ко мне и дрожащими пальчиками коснулась моей руки. — Но я ведь не сделала для тебя ничего особенного, чем ты для меня, — как-то обреченно ответила я. — Хотя и не отказалась бы стать твоей подругой… — Нет, вы мне очень дороги, босс, — уперто говорила девочка, смотря прямо мне в глаза. — Вы не отвернулись от меня и приняли такой, какая я есть… Спасибо, — густо покраснев, проговорила все это Хром и отпрянула от меня, — я-я обещаю, что мы еще обязательно встретимся! — Я буду этого ждать… — слабая улыбка скользнула на моем лице. — Тебе ведь уже пора. Желаю удачи и… Надеюсь, у вас всех будет все хорошо. — Иди, Хром, тебе уже пора. А мне, пока есть время, нужно немного поговорить с Тсуной. Я невольно вздрогнула. Реборн. Мой бывший репетитор все еще не ушел, хотя я думала, что он уйдет вместе с ребятами… Однако, он все это время был рядом и все слышал. — Д-да, Реборн-сан, — помахав мне рукой, Хром исчезла в пламени Тумана. — Почему ты все еще не ушел? И что ты хочешь сказать? — повернув голову к бывшему репетитору (скорее мучителю), дрожащим голосом поинтересовалась я. — Во-первых: я должен забрать кольцо, а во-вторых… Молодец. — Что? — удивленно воскликнула я и не веря взглянула на Реборна. Он никогда меня не хвалил, да и за что? — Только что ты повела себя как настоящий босс. Ты не показала своих чувств, не разревелась при всех. Все же, я не зря тренировал тебя. Хоть чуть-чуть, но ты стала менее никчемной, — от слов Реборна я постепенно входила в шок и… Было неимоверно приятно, —, но ты все равно остаешься «Никчемной Тсуной», — он не изменим. — Вот как. Спа… Ай-йай, ты чего? — хорошенький удар по голове не оставил ни капли мнения, что «дорогой учитель» стал лучше ко мне относиться. — Не смей зазнаваться и давай уже кольцо. К сожалению, я вынужден буду тренировать нового кандидата. Ну и хранителей тоже. Вздрогнув, я посмотрела на кольцо, что стало для меня уже… Таким привычным. Немного посмотрев на него, я дрожащими руками сняла кольцо с цепочкой и отдала Реборну. Теперь без него как-то неправильно, что ли. Вздохнув, малыш в костюме спрыгнул с моей постели и проследовал к двери. Теперь, уйдет и он, а я останусь… Нет, я не буду плакать при нем. Не буду. Снова, как и в случае с мамой, закусив губу до боли, я отвернулась от двери, поэтому не видела, как уже в проеме двери, аркобалено Солнца повернулся ко мне и, спрятав глаза за полями шляпы произнес «Надеюсь, мы еще встретимся, Савада Тсунаеши», но, все же, я услышала краем уха. В конце концов, мои нервы сдали, и я расплакалась как маленький ребенок, в итоге заснув через какое-то время.

***

Прошло чуть больше половины месяца с момента, как уехали «друзья» и Реборн с Хром. Все это время я никогда не плакала при других людях, все также улыбаясь им, но в душе… Все кричало от отчаянья и боли. В один миг стало так одиноко и холодно. Я, как обычно посещаю школу, бываю в тех же местах, где и всегда, хожу по любимым магазинам. Но раньше я была не одна. Всего лишь за каких-то полгода я так привязалась ко всем, хотя раньше была одна. Одна, из-за того, что не доверяла людям. Я была уверена, что они принесут мне лишь боль, да и тогда мне хватало только мамы. Но с появлением Реборна, моя жизнь совершила не слабенький кувырок и незаметно для себя, я очень сильно привязалась к этим людям. Очень сильно. В итоге после их ухода было больно вдвойне, чем раньше, когда меня обзывали «Никчемной» и били. Но те люди были для меня никто. Я злилась на себя после всего случившегося. Говорила же, не доверяй, но все же доверилась… Сейчас, я приду в школу и, как обычно опоздаю. Меня поймает Хибари-сан, поговорив снова о своей любимой дисциплине, будет готов избить меня, но недовольно цыкнув, отпустит и презрительно бросит вслед «травоядное, иди уже на урок». Теперь это обыденно. После неудачного и нудного дня, я приду домой где меня встретит мама и поприветствую ее дежурной вымученной улыбкой. А в ответ получу изучающий и грустный взгляд. Гадко. Гадко от этого. Я обманываю ее уже столько времени, а сейчас своим пренебрежением приношу ей еще больше боли. Но пройду мимо в последнюю комнату, встретив по дороге Ламбо, И-Пин и Фууту. Взглянув на них, я резко отверну голову и в ответ получу непонимающие взгляды. Они ни в чем не виноваты, просто напоминают о прошлом. Они всего лишь хотели остаться здесь, ведь для них моя мама стала как родная. Ненавижу себя. Я ненавижу лжецов, а я вру. Значит, и себя тоже ненавижу. Зайдя в комнату, я снова наткнусь взглядом на перевернутую рамку с фотографией. Хочу, наконец, ее все же выбросить, но… Не могу, Рука, дернувшаяся в направлении фотографии, обессилено опуститься. И я заплачу. Заплачу как обычно, вечером, после тяжелого дня, который сопровождался натянутыми улыбками и Снова вспомню слова Занзаса, когда он интересовался, почему я так готова умереть ради этого, как бы он сказал, «мусора». Тогда, уходя, он сказал, что не сомневается в будущем предательстве и приказал мне не реветь как ненормальная, если это произойдет. Он знал. Знал лучше меня то, что произойдет. И моя интуиция предупреждала. Но я верила им. И от этого так горько. Сидя на полу, я снова прокручу последнюю неделю нашего общения. Хотя, какое там общение. Еще с приезда Доминика, они начали отдаляться от меня. Или же мы никогда не были близки? Да, скорее всего, именно так. А тот бой сделал свое дело. Во мне окончательно разочаровались. И снова, снова я зареву из-за этих лжецов, которых я так ненавижу. Но почему-то не получается ненавидеть их, но они ведь еще те лжецы. Но уж кого я точно ненавижу, так это нового кандидата. Лицемер и лжец. Пускай, его иллюзии не так идеальны, как у Мукуро, но тот не лгал о мести мафии. А этот лжет всем и вся. И он из мафии. Из этой чертовой мафии, которая все уничтожает. Сначала дает, а потом самым жестоким способом забирает. За что? Почему именно я? Я всего лишь хотела жить самой обычной жизнью «Никчемной Тсуны». Такая жизнь меня больше бы устраивала, чем жизнь мафиози или же такая, как сейчас. И снова, проплакав целую ночь, я обессиленная засну под утро, просплю и опоздаю в школу. Все будет так же, как и все это время с уезда Хранителей Вонголы и Реборна. Мне так надоело это слово «снова». Но все же… Все это время я не видела, что за дверью, когда я плакала, были все те, кто остался и все же мне очень дороги. Те, кто очень сильно волновались за меня все это время. Мама, Ламбо, И-Пин и Фуута… Простите меня…

***

Проснувшись снова с опухшими глазами и бардаком на голове, я кое-как встала на ноги, и устало вздохнула от ноющей, тягучей боли в суставах. Спина тоже не давала о себе забывать. Как-никак рана, нанесенная в поединке, была серьезная и, несмотря на москитов Шамала, заживала она болезненно, а если еще спать черт знает как, то что можно ожидать. Отправившись в ванную и приведя себя в порядок, а также переодевшись, я сонная отправилась вниз. С удивлением, я заметила, что на кухне и в других комнатах никого не было. В доме царила тишина. Куда мама и дети могли исчезнуть с утра? Подойдя к столу, я обнаружила записку. «Тсу-чан, не беспокойся, мы с детками пошли в обучающий центр. Там сегодня будут какие-то познавательные уроки. Думаю, они не помешают ребятам. Завтрак на столе. И не опоздай в школу!». Пожав плечами, я уселась за стол и пододвинула завтрак к себе. Хм, что за центр для детей, работающий с такого раннего утра? Да и зачем мама повела их туда? Если Фууте там, может, и будет интересно, но уж никак не Ламбо. Эх, это еще то неугомонное дитя. Невольно, так за раздумьями я не заметила, как уснула. Скорее всего, это все недосыпания и тишина, что умиротворяла. Но впервые за это время я заснула спокойно и не в рыданиях. О том, что мне достанется за прогул от Хибари-сана, я как-то не задумывалась.

***

Тепло и умиротворенно. И мягкие, успокаивающие приглаживания по голове. Давно так не было. Не хочу просыпаться. Пожалуйста, еще пару минут… Но интуиция так отчетливо зазывает это сделать. Может, меня хочет кто-то убить. Нет, не хочу об этом думать в такой момент… Приоткрыв глаза, я обнаружила над собой потолок своей комнаты. Дежавю… Точно помню, как я завтракала. На кухне. И заснула там. Значит, меня кто-то сюда принес. Скорее всего, мама. Но как она меня донесла? Эх, ладно… Что было удивительно, чувствовала я себя выспавшейся и находилась в хорошем расположение духа. И отчетливо чувствовала, что меня кто-то гладит по голове, как во сне. Пока я продумывала о том, как аккуратно повернуть голову, этот человек заговорил. — Смотрю, ты уже проснулась. Как себя чувствуешь? Ничего не болит? Привстав и часто-часто моргнув пару раз, я повернула голову туда, откуда доносился заботливый голос, и обомлела. У меня на столе сидел малыш с черными волосами, заплетенными в косичку, в красном китайском одеянии с соской на груди. Такой же, как и у Реборна, только красной. — А вы кто? — почему-то я обратилась на Вы к малышу, глупо хлопая ресницами и сидя с открытым ртом. По неизвестной причине, я думала, что к нему надо обращаться именно так. От него веяло мудростью, спокойствием и добротой, в отличие от Реборна, при котором присутствовало только жгучее чувство опасности. — Меня зовут Фонг, и как я понимаю, только что меня невольно сравнили с Реборном. Вспыхнув, я смущенно пробормотала «Простите». — Ничего, ничего, — улыбнулся малыш. — К тому же мы и, правда, немного с ним похожи. В плане сосок и, — аркобалено на секунду задумался и закончил, — возраста. — А зачем вы прибыли? И что вам от меня понадобилось? — Я учитель И-Пин и прибыл по ее просьбе, поэтому отказать никак не мог. Да и И-Пин так часто писала о тебе в письмах, — удивившись, я вопросительно посмотрела на малыша. — Тебя ведь что-то гложет? Моя ученица и все остальные за тебя волнуются. Ты можешь мне рассказать, если хочешь. Мое лицо помрачнело. Вся красота этого утра испарилась и снова вернулись воспоминания из прошлого. Снова, невольно слёзы начали стекать по щекам и поэтому я вздрогнула от прикосновения маленькой ладони к моей голове, которая так по-доброму гладила. — Прошлое все еще тебя держит. Отпусти его, отпусти их. Не выдержав, я все же рассказала все то, что накопилось за последнее время, рассказала о прошлом. И снова плакала. Но в этот раз с каждым словом и слезой боль в душе отступала, а маленькая ладонь, которая, не прекращая меня гладить по голове, успокаивала. Под конец рассказа я уже не плакала, а лишь с грустной улыбкой заканчивала историю. Как и говорил Фонг, мне и правда стало легче. — Значит, они просто не являлись твоими Истинными Хранителями. Но ты обязательно найдешь настоящих друзей. А сейчас, знаешь, тебе все же стоит рассказать матери. Она видит, что тебе плохо и ты от нее многое скрываешь. Расскажи ей все. Как и тебе, так и ей станет легче, несмотря на всю горечь правды. А ведь и правда. Я такая эгоистка. Думала о том, как мне плохо и совсем забыла о других. Они ведь волновались обо мне. Кое-как встала на ноги и потянулась, обдумывая, как все расскажу. Собравшись с мыслями, я поблагодарила Фонга и сообщила о своем решении, на что получила одобряющую улыбку и теплый взгляд. Он действительно очень сильно отличается от Реборна. Спускаясь по лестнице, моя уверенность все становилась слабее, но Фонг, сидящий у меня на голове, продолжал поддерживая гладить и это вселяло мне уверенности. Спустившись, я услышала довольно явные голоса. Значит, уже вернулись, хотя, скорее всего, это просто я довольно долго проспала. Зайдя на кухню, неуверенно посмотрела на маму, которая по-доброму улыбнулась и поинтересовалась насчет моего состояния. — Нормально, не беспокойся. Мам, мне надо с тобой поговорить. — А, хорошо. Тогда я заварю чай, ведь предстоит долгий разговор, Тсу-чан? — немного удивленно проговорила мама. — Да… — неуверенно ответила я. Стоило мне присесть за стол, Фонг тут же спрыгнул с моей головы и сел на соседний стул. Интересно, его мама впустила или он сам зашел? Хотя, скорее всего, первое. Пока мама крутилась вокруг плиты и ставила чашки на стол, Фуута аккуратно вывел Ламбо и И-Пин в другую комнату, за что я ему была искренне благодарна. — Ну, я закончила. Теперь готова тебя слушать, Тсу-чан. И я поведала. Поведала все, что происходило со мной, с появления Реборна. Рассказала про мафию, Вонголу, Хранителей, банду Кокуе, Варию, про Реборна и про пост, который я должна была занять. К сожалению, я рассказала и про отца. Также про то, почему больше ребята не приходят к нам, а Реборн с Бьянки уехали. Рассказала все, без утайки. Закончив рассказ, я облегченно выдохнула. Тяжелый груз, наконец, был скинут с сердца, но… Неуверенно подняв голову, я увидела добро улыбающуюся маму, однако глаза ее выдавали. Столько боли и горечи было в них, что я снова уставилась на свои колени и кое-как удержалась, чтобы не расплакаться. — Я рада, что ты мне все рассказала. Спасибо тебе и… Я не злюсь, Тсу-чан. Но Емитсу… Я всегда была уверенна, что он работает на шахте, а на самом деле все это время я была обманута. Что ты собираешься делать дальше, Тсу-чан? — Я не знаю, не думала еще над этим… Но благодаря разговору с Фонгом и тобой мне стало намного легче. Прости, что скрывала все… В комнате повисла тишина. Фонг заговорил первым. — У меня для тебя есть одно хорошее предложение, Тсунаеши. Я предлагаю тебе стать моей ученицей и путешествовать вместе со мной по миру. К тому же мафия так просто не отпускает. Она все равно тебя будет преследовать, как и воспоминания этого города. Но тебе решать, хочешь ли ты этого. Я была удивленна и в замешательстве. Частично, но была уже не против и готова согласиться, однако тогда мама… — Поезжай, Тсу-чан. Тебе и правда не помешает развеется. — Но как же ты? — воскликнула я. — Мама, ты ведь останешься совсем одна! И школа? — Нет, с чего ты так решила. Со мной будут Ламбо-кун, И-Пин-чан и Фуута. Не беспокойся. А документы из школы ты можешь забрать хоть завтра. — А… Хорошо, согласна, — выдохнула я. — Вот и отлично. Думаю, через несколько дней можно будет отправляться., — заключил аркоболено и эта тема была закрыта. На следующий день, я пошла в школу, чтобы забрать документы. Хоть и воспоминания еще гложили меня и хотелось плакать, я держалась и искренне улыбалась тем, кто был рядом. Случайно, столкнулась уже при выходе из школы с Хибари-саном. Тот собирался закамикоросить меня, но успев убежать и попрощаться с ним, я уже не увидела его удивленный взгляд мне вслед.

Я буду сильной всем чертям назло! Не сдамся ни за что, и не сломаюсь! И пусть сейчас мне очень тяжело, Я всё равно смеюсь и улыбаюсь! Вот чёрная прервётся полоса, И счастье постучится в мои двери. Спасибо всем, кто поддержал меня! Всё будет хорошо! Я в это верю!

Я не знаю, что ожидает меня впереди, но всегда буду идти и идти вперед, навстречу новым приключениям и… Знакомствам. Я уверенна, что найду своих настоящих друзей и не разочаруюсь!