Та любит Ту, или я ненавижу тебя.

Лена. Нас не догонят….. Небо уронит, ночь на ладони, Нас не догонят, нас не догонят. Юля буквально вытолкала Лену со сцены, и тут же устремила на рыженькую ненавидящий взгляд. - Ты весь припев испортила! Такое чувство, что у тебя со связками проблемы, а не у меня. Раз решила снова петь, так делай это нормально! Лена нахмурила брови и оттолкнула ее в сторону. - Я помогала и вытягивала песню. Это ты хрипела как старый радиоприемник! Могла бы и спасибо сказать.- В отличие от Юли, она говорила спокойно, даже успокаивающе. Но это не помогло. - Спасибо?! – Юлия отвернулась от девушки, но тут же резко обернулась.- Да кто ты без меня? Если бы не я, ты бы так и пела в своем детском хоре. А теперь, когда у меня пропал голос, ты радуешься, что вся слава переходит тебе! На сцене ты можешь играть влюбленные взгляды, но не тут. Мир закулисья страшен, и ты это знаешь. Зря ты вернулась. Мы больше не сможем петь вместе. – зло заключила Волкова и пошла в свою гримёрную. Лена выдохнула и сжала руки в кулаки. Она снова чувствовала это. Щемящая боль в груди, дрожь в руках. Если бы эта эгоистка только знала, что влюбленные взгляды она вовсе не играла. Она любила ее и никогда не переставала любить. У рыженькой замирало дыхание от каждого ее слова, от каждого вздоха. С ней на сцене, она была самой счастливой на свете. Таких эмоций она не испытывала уже давно. С тех пор как они расстались. Разошлись из-за пустяка. Катина всхлипнула и закричала в пустой коридор. - И все равно, я люблю тебя! А затем ушла к себе. В гостинице было темно и тихо. Скорее всего, Юля уже вернулась. Да это и не важно. Надо выспаться, завтра снова концерт, думала Лена. Но, конечно же, уснуть у нее не получилось. Все ночь из ниоткуда раздавался голос темненькой, кричащей, «Я сошла с ума». Да, в те времена они сходили с ума. Но были счастливы. Эти мимолетные, детские поцелуи, громкие заявления, смешное осуждение людей. Это был кураж, это были чувства, это была музыка. Неужели этого никогда не повторится? Та, больше не любит ту? Всю ночь Лену мучали эти вопросы. Юля Весь концерт Юлия не могла собраться. Лена смотрела на нее таким взглядом, от которого пропадала всякая речь. А петь было и так тяжело. Они держались за руки иногда даже слишком долго. Они смотрели друг на друга и не замечали окружающих зрителей. Кто бы мог подумать, что спустя столько лет чувства не угаснут, но и вспыхнут с новой силой. Какой позор, взрослая женщина, мать двоих детей снова влюбилась в эту рыжую девчонку! Закончить этот концерт было просто жизненно необходимо. Иначе она бы точно не сдержалась и прямо на сцене набросилась на свою партнершу по дуэту. А потом, затолкав ее за кулисы, только и смогла, что накричать на Лену. Как она была растерянна, как ей было жалко ее. Но больше этому нельзя позволить случится. Они закончат этот тур и снова разойдутся. Она вернется к детям и улетит куда-нибудь подальше из России. Да, она готова бежать, лишь бы подальше от нее. И еще это дурацкое «Я все равно, люблю тебя!», эхом раздающееся коридору. Глупая девочка, она бы еще это на асфальте написала. Она сошла с ума. Давно сошла. Лет так в пятнадцать. Эти рыжие волосы, этот детский, пронзительный голос. Она так любила ее. Хотя и тогда имела привычку издеваться над Ленкой и уходить в загулы с парнями. Но это было несерьезно. Все ради того, чтобы видеть ее счастливый взгляд по возвращении, ее слезы и иногда даже гнев. Все ради нее. Волкова села в Феррари и на всех скоростях рванула к гостинице. Кровь внутри кипела, как вода на раскаленных камнях. Это все ее чертовы прикосновения на сцене. Она одновременно ненавидела ее за то, что заставляет ее так волноваться и сходить с ума. Это просто невыносимо. Но разве сможет она когда-нибудь по-настоящему возненавидеть ее? Нет, конечно, но отдаляться от нее надо, обязательно. Она мечтала, чтобы Лена терпеть ее не могла и не посылала эти влюбленные взгляды. Может, уходить бы ей тогда было легче. Да какой там, легче всего сейчас будет въехать в этот столб! Но и это ей не удалось, так как из ниоткуда появился полицейский и громко свистнул. Ой, точно, кажется, по Москве со скоростью двести километров в час ездить нельзя. Девушка с неохотой остановилась у обочины и решила закурить. Но, как всегда, в бардачке не нашлось сигарет. Вот блядь! Полицейским оказался молодой мужчина, весьма симпатичный. Даже слишком для такой-то профессии. - Нарушаем? Понакупят всяким курам права, а потом расплачиваются за вас ваши мужики. – Сказал он, начиная записывать что-то в блокноте. Но потом увидел правонарушительницу, и чуть не выронил ручку. Во-первых, это одна из солисток знаменитой группы, а во-вторых она чертовски красива. Вот и отлично, подумала Юля, такой мужчина отличный повод забыть про одну маленькую рыжую неприятность. - Капитан.- Певица разглядела на погонах множество звезд.- Зачем все так усложнять? Может, мы сможем провести вечер в более подходящей обстановке.- На последних словах ее голос упал до шепота. Полицейский был не очень-то против, но все как-то слишком хорошо. Такого не бывает. - Ой да ладно вам! Вы устали, всем нужен отдых. Даже постовой дорожной службе. Волкова притянула его за воротник к себе, а потом, у самых губ оттолкнула. - Ну, как хочешь.- Она уже собиралась давить на газ, как он ее остановил. - Хорошо, расслабимся, татушка.- Он усмехнулся и пригласил к себе в полицейскую машину. А затем, включив мигалку, они быстро поехали в ближайшую гостиницу. Лена Лена проснулась рано, от звонка мужа. Он был за границей, и похоже совсем забыл про существование часовых полюсов. А муж – был последним, кого хотелось слышать невыспашейся певице. Она умылась и немного позавтракала. Почти всю ночь она думала об этой Волковой, и уснула только под утро. И это-то при гастролях. Тут никакого энергетика не надо, дайте только Юлю. Из-за нее и сон может подождать пару суток. Через полчаса, у них запись новой песни в студии, от чего Катина была на седьмом небе от счастья. Конечно, Юлия будет срываться на нее по каждому поводу, но она привыкла. Волкова всегда была взбалмошной, и всегда под руку попадала она. Но и успокаивать ее было наслаждением. Только не сейчас. Певица спустилась вниз, и как бы между прочим прошла мимо двери своей партнерши по дуэту. Номер был закрыт, хотя она никогда не закрывает его после ухода для уборщицы. Она не ночевала тут? В душу девушки закрались страшны предположение. А вдруг с ней что-то случилось? Она же возвращалась с концерта совсем одна! Надо было ехать с ней. Бежать за машиной, все что угодно! А вдруг авария, а вдруг… Всякие сокрушающие мысли овладевали ей до самой студии. Но и там не оказалось Волковой. Однако страхи за возлюбленную были напрасны. Опоздав на полчаса на запись, она явилась. Во вчерашней одежде, с размазанным макияжем и растрёпанными волосами. «Эта мразь всю ночь трахалась с каким-то мужиком, а я тут за нее переживаю, чуть все больницы не обзвонила!» - Приходя в ярость, думала рыженькая. Она поднялась с софы и подошла к Юле. - Ты где шлялась? – Спросила Катина, подойдя ближе к партнерше. Та самодовольно улыбнулась, и одним взглядом высказывала презрение к Лене. - А тебя ебёт? – Грубо ответила она, и рыженькая тут же уловила запах мартини, исходящий от нее.- Нет? Вот и отлично. Темненькая уже собралась зайти в студию, как Лена остановила ее и развернула к себе. Затем, взяв белоснежный носовой платок, коснулась им глаз Волковой, протирая подтеки от туши. Та встала как вкопанная, не ожидая такой заботы. Пощечина и тирада, вот что она ждала. Но Лена никогда не переставала удивлять свою подругу. Затем, закончив протянула ей косметичку - На, приведи себя в порядок. А потом ушла к автомату с кофе, чтобы хоть как-то компенсировать недостающие для нормы шесть часов сна. Она старалась выглядеть беззаботно, не замечая многозначных взглядов взбалмошной татушки. - Ты хоть когда-нибудь меня возненавидишь?- С надежной спросила Волкова, теребя в руках белый платок. - Никогда. Юля -Никогда, никогда! – Разговаривала с зеркалом в туалете Юлия. Ее вид и правда был угрожающим. Она уже не помнила, когда последний раз позволяла себе подобные выходки. В юности да, это был протест против общества. А теперь против чего она протестует. Против себя, наверное. - Маленькая рыжая дрянь! – Воскликнула она, чуть не вырывая расческой клок волос.- Я все равно не сдамся тебе. И твоя забота мне не нужна. И глазами твоими серыми я не болею. И вообще в задницу иди! Ненавижу тебя! Потеряв над собой контроль, она бросила косметичку на пол и разбила тональный крем в баночке, а поверх его рассыпались тени. - Ебала я эту косметику! – Воскликнула Волкова, вылетая как пробка из дверей туалета, даже не удосужившись поднять с пола чужую косметичку. Да плевать она хотела на такие мелочи. В студии уже сидела на одном из стульев Лена и распевалась. О боже, этот голос… Лена. Она явилась быстро, и снова не в самом лучшем виде. Она была в ярости и без косметички. Эх, думала Лена, надо снова новую покупать. На протяжении всей жизни она в гневе била и ломала ее вещи. Даже сердце, как ни прискорбно. Она громко уселась на соседний стол и подтянула к себе микрофон. Звукарь что-то начал ей вторить через стекло, а в ответ она показала ему смачный такой фак. Звукарь, естественно заткнулся, а Катина засмеялась. Темненькая еле заметно покраснела. - Я разбила твой тональник и испортила тени. – Виновато промямлила Юля. - Я догадалась. – Ничуть не удивилась рыжая. Юля улыбнулась. Улыбнулась. Спокойная татушка даже не поверила своему счастью. Такую улыбку можно было увидеть лишь на сцене и то редко. Но Волкова взяла себя в руки и снова стала серьезной. И вот, они начали петь. И в эти минуты, они обо всем забывали. О расставаниях, о ссорах, о семьях, о проблемах. Они были одним целым, они сливались в одно. Голоса то звучали вместе, то расходились. По привычке они взялись за руки и смотрели друг другу в глаза. Но как только запись кончалась, все стало на свои места. Юлия первая поднялась со стула и пошла к двери. - Стой! – Крикнула Катина. Она обернулась. - Чего тебе? - У меня машина сломалась, а на метро ехать я не хочу. Подвезешь? - Идеально соврала Лена. Конечно, Волкова никогда бы не позволила ехать девушке в метро. Она конечно не самый добрый человек на свете, но если только прикинуть сколько опасностей может приключиться с беззащитным Рыжиком. - Быстрее только, мне бы хотелось поспать. И зачем она только на это согласилась. Где-то в душе, темненькая поняла, что совершила огромную ошибку. Катина поблагодарила за запись, со всеми попрощалась, пообнималась и исполнила прочие тому нежности. За это время Юля успела выкурить две сигареты. Точнее полторы, потому что вторую как бы нечаянно сбила Ленка. Они спустились вниз, и рыженькая с неким подозрением посмотрела в салон машины. - Успокойся, я тут ничем таким не занималась. Если ты об этом.- Заверила хозяйка Феррари усаживаясь за руль. Пассажирка пожала плечами и села в автомобиль. Вместе. Всю дорогу они молчали. Лишь пару раз водительница коснулась кистью коленки своей пассажирке, переключая скорость. И она довольно часто ее переключала. Наконец они доехали и поднялись на свой этаж. - Слушай, если на то пошло, давай поговорим.- Начала Лена, останавливаясь у своего номера. - О чем? – Голос Волковой еле слышно задрожал. О да, она была просто на взводе. Слишком долго она была рядом. Самоконтроль, твердила она про себя, самоконтроль. - О нас. Так больше не может продолжаться, Юль. Наши песни всегда строились на понимании и любви. А сейчас мы их коверкаем, играем перед людьми то, чего нет. Так нельзя. Я думала все получится, как-нибудь склеится. Но ничего не выходит. Я так больше не могу. Та не любит ту, и это просто невыносимо. Не знаю как для тебя, а для меня это точно. Давай прямо сейчас, прямо здесь разойдемся. Та больше не любит Ту. - Лена сделал шаг вперед, почти вплотную прижимаясь к Волковой. «Нет, слишком близко, слишком близко» - Зажмурилась Юля, не знаю как долго она сможет держать себя в руках. Ее запах, ее близость, это невыносимо. - Тебе не надоело?- Почти шепотом спросила рыженькая, полностью лишая разума свою возлюбленную. Все, что она держала в себе вырвалось наружу и она схватила ее за плечи. - Надоело. Еще как! – Ее глаза загорелись, и она впихнула Катину в ее же номер. Их тела громко ударились о шкаф, роняя с него картонные коробки. Но Волковой было так пофигу, что произойди вблизи ядреный взрыв, она бы не заметила. Она сжала рыженькую в объятиях, и поцеловала. В этом поцелуе была вся страсть, вся ненависть. Это не было похоже на их детские нежные поцелуи. Лена ответила и сильнее прижала к себе Юлю. Как они обе ждали друг друга. Как они терпели эти годы? Кое-как, по пути все роняя, но не прекращая поцелуя, они дошли до кровати и упали на нее. Белая рубашка Лены быстро покинула ее с помощью быстрых рук подруги, которые от нетерпения даже оторвали пару пуговиц. Черное короткое платье Юлии было снять с той же скоростью. Волкова начала покрывать поцелуями шею подруги, оставляя на них засосы. Катина гладила возлюбленную руками по спине, полностью ощущая все движения ее мышц. Как только тело темненькой прижало к кровати Лену, она уже полностью отключила разум и потеряла всякий контроль над собой. С ее губ срывались глухие стоны наслаждения. Рыжие волосы лозами расплелись по подушке. Расстегнув лифчик, Юля принялась ласкать грудь своей рыженькой, чем заставляя ее громче стонать. Как же она скучала по ней. По ее бархатистому телу, по ее голосу. Она желала, что вся Лена, принадлежала только ей. Лена на секунду пришла в себя, только для того, чтобы взять ее лицо в свои руки и еще раз поцеловать. Она прижала ее к себе ногами и руками, телом давая понять, что теперь никуда ее не отпустит. Она будет наслаждаться ее телом, ощущать тепло, запах, дыхание на своей шее. Губы, эти мягкие, настойчивые губы. Она будет вечно любить ее. Юля принялась ласкать Лену и пальцами проникла в мокрую промежность. Лена громко вскрикнула, но Волкова закрыла ей рот поцелуем, он был нежный, полный любви. По телу Лены побежали мурашки и жар. Она вся пылала. Перед глазами все было как в тумане, который не хотелось покидать. Каждый участок тела, к которому прикасались губы или пальцы Юли горели, их словно выжигали. Но как этот огонь был приятен… Катина решила, что эгоистично получать удовольствие одной, и принялась целовать ее грудь, покусывая за соски. Волкова вскрикнула, и они обе почувствовали, что на пределе. Пальцы Лены достигли клитора Юли и принялись массировать его, продвигаясь то вперед, то назад. Их тела соприкасались друг с другом, они слились в одно. Запахи, звуки, дыхание, все стало единым. И одновременно вскрикнув, они безвольно упали на шелковую постель. Они снова взялись за руки и заулыбались. - Все таки зря мы распались. – Проговорила Лена. - Все еще можно исправить. Да, рыжик?- Девушки засмеялись, и совсем забыли, что сегодня вечером у них концерт. Ох и попадет же им от продюсеров…