«Хочу»

POV Джонхен Я зашел в общую квартиру Шайни, не рассчитывая кого-либо встретить в ней. Кибом и Минхо уехали к родителям на время новогодних праздников, Тэ со своим другом Каем рванул в Японию, а Джинки сейчас как раз должен нежиться на солнышке в Малайзии, снимаясь в очередном развлекательном телешоу. Я давно уже не был в этой квартире, с тех пор как в апреле прошлого года попал в аварию. Пока проходило мое восстановление, я предпочел жить в родительском доме, да так и не вернулся. Там мне было спокойней. - А, Джонг! Это ты? – в дверном проеме самой дальней комнаты показалась взлохмаченная голова причины моего беспокойства. Когда он, интересно, успел вернуться? - Я, - спокойный и тихий ответ. - Ждал кого-то другого? - Подумал, менеджер вернулся, - кивнул парень и снова скрылся в своей комнате. Вот так? Даже ни единого намека на удивление, а ведь я уже более полугода не появлялся здесь. Я снова почувствовал ЭТО. Волну раздражения к Лидеру группы Шайни, такому безупречному, заботливому (особенно по отношению к Темину), всегда выполняющему чужие просьбы (и чаще всего Кибома), вечно улыбающемуся и смеющемуся над глупыми шутками (особенно Минхо). Ну же, Джонхен, успокойся. В первый раз, что ли, тебя игнорируют? Ему всегда было важнее носиться с Темином, как с писаной торбой, обеспокоенно выискивать Кибома, постоянно пропадающего в магазинах, на вечеринках или чужих гримерках. Я понимал, что это все глупо. Пора было уже смириться. Но за все эти годы, начиная с тех пор, когда нас сформировали в одну группу, а Джинки объявили лидером, я был зол. Завидовал, чувствовал несправедливость своего положения, ведь это я должен был стать лидером. Я лучше пою, мой характер жестче и лидерские качества намного ярче. Так почему именно он стал тем, кем я мечтал? Как это непутевое создание, вечно падающее, все роняющее и собирающее все углы, от которых тело покрыто непроходящими синяками, может руководить нами, вести нас за собой? Он первый, кто нуждается в постоянном присмотре. Но как оказалось, его ненавязчивая забота очаровала троих парней безвозвратно. Они готовы были выполнять все его указания, лишь бы мягкая ладонь Лидера потрепала их по макушке в знак одобрения. Но только не я. С уверенностью готов заявить, что он прекрасно видит мое отношение. Было бы странно, если бы всё замечающий и вечно понимающий Лидер до сих пор ни о чем не догадался. Но он и вида не подал за все это время, просто улыбался и отшучивался, таким образом стараясь избегать проблему, не вступая со мной в открытый конфликт. Но мало того, что не я лидер группы, так еще и Джинки не обращает на меня внимания, полностью сосредотачиваясь на других мемберах. А я что, не часть группы? Я делал все, чтобы вывести его из равновесия, хотел заставить реагировать на себя хоть как-то, если уж его интерес и забота были полностью отданы другим участникам группы. Но все мои попытки были похожи на то, как дистрофик пытается сдвинуть танк голыми руками. И тут фансервис оказал мне ощутимую помощь. Все началось с небольших мимолетных прикосновений, фальшивых нашептываний на ушко на глазах у фанатов. Он отличный актер, если и был удивлен, то никак это не показывал, продолжая широко улыбаться и играть на камеру. За кулисами же все возвращалось на круги своя, а на сцене я продолжал, пытаясь вызвать у Джинки что-то посущественней, чем еле заметные вздрагивания от моих прикосновений и покрасневшее ухо от моего шепота. Но эти мелочи – единственное, что мне удалось вытянуть из непробиваемого Лидера. Я чувствовал себя охотником, постоянно провоцирующим свою жертву. Стал зависим от этого и с нетерпением ждал, когда он сломается. Лишь совсем недавно, замученный постоянными камбэками, только что отошедший после серьезной травмы шеи, он потерял на мгновение бдительность и ярко отреагировал на мою близость не как обычно с наигранной веселостью и глуповатым выражением лица. Это вышло случайно. На сцене я прошел совсем рядом, едва не задевая его нос своим. Джинки испуганно дернулся назад, но уже через секунду, он снова взял себя в руки. Я даже отойти не успел. Фанаты запечатлели этот момент на камеры, и позже, дома, я смог хорошенько рассмотреть эту сцену со стороны, прокручивая видео раз за разом. Такой яркий испуг мне еще не приходилось видеть у Джинки. Он боится меня. Но осознание этого факта не принесло мне никакого удовольствия. Наоборот, сердце тревожно забилось. Я не хотел, чтобы он меня боялся. Я всего лишь желал внимания. В ту ночь я просмотрел еще множество видео с нами. А вдруг я что-то пропустил, и такая реакция была не единственной? Но на всех фанкамах и вырезках из различных телешоу, интервью и прочего, в ответ на мои шутки и подколы Лидер сохранял спокойствие и неизменную улыбку на лице, иногда подыгрывая, превращая очередную несдержанную выходку в якобы запланированный элемент шоу. Дальше я перешел на фотографии, введя в строку поисковой системы наши имена. Одна из них заставила мое сердце замереть. Мы сидим вдвоем у стены в концертных костюмах при полной боевой раскраске, я смотрю куда-то вверх, а Джинки, улыбаясь, на меня. В тот день перед выступлением я решил выйти к фанатам и пообщаться с ними, и Лидер потащился следом. Тогда и была сделана эта фотография. Я, как дурак, почти час пялился на фото, впитывая в себя улыбку и взгляд Джинки, направленные только на меня. Этот момент не выходил из головы почти месяц. С тех пор я много думал о Джинки, постоянно наблюдал за ним, заново открывал для себя каждое привычное движение руки, наклон головы, теперь казавшиеся чем-то новым, наполненным не замеченной раньше притягательностью. Я радовался, когда мы вместе танцевали Everybody, потому что мог чувствовать его спину, или когда на фотосессии я смог подобраться к нему поближе и положить руку на его плечо. Но мне было этого мало. Теперь я не дразнил, теперь я всем нутром стремился к нему. Хотел, чтобы он относился ко мне, как к другим членам группы. Я хотел исправить свои ошибки, но не знал как. - Чего ты там застыл? – снова выглянул Джинки из своей комнаты. – Забыл где твоя комната? – и опять скрылся из вида. Я разулся и прошел вдоль длинного коридора, направляясь прямиком к комнате Джинки. Он что-то мурлыкал себе под нос, разбирая свою сумку и складывая туда другие вещи. У него было на редкость хорошее настроение. Я стоял в дверном проеме и наблюдал за его сборами, а он меня не замечал, продолжая летать где-то в своих мыслях. На нем были шорты до колен, открывающие ноги, покрытые синяками, и простая белая футболка. Джинки сильно похудел. Я тоже за прошедший год скинул приличное количество килограмм, но он сбросил значительно больше. И теперь, при каждом наклоне к сумке, футболка очерчивала выступающие позвонки и ребра. Мое присутствие он обнаружил только когда развернулся к шкафу. В удивлении он застыл, держа в руках сложенный свитер. - Ты что-то хотел? – напряженно спросил Джинки. - Где собираешься встречать Новый год? - Что за вопрос? - фыркнул парень. – Конечно, у родителей. Ты, кстати, почему не со своими? Я и сам не мог толком ответить. Зачем я пришел сюда, предполагая, что никого не увижу? Может быть, хотел побыть здесь один, побродить по комнатам, представить, что нет этого прохладного отношения Джинки ко мне, и мы на самом деле друзья, а не просто коллеги, у которых и тем общих для разговора нет кроме как о работе. - Нужно забрать кое-что отсюда, - обманул я. - Ну, так забирай. Чего стоишь? Мне стало неуютно от его слов. Словно, он говорил сделать поскорей свои дела и уходить. Видимо, поздно я опомнился для восстановления наших отношений. Я злобно глянул на Джинки: - Ты меня прогоняешь? - Нет, - потерев переносицу, ответил парень. Он всегда так делает, когда врет. – Просто не понимаю, почему ты стоишь здесь и смотришь на меня, если пришел что-то забрать. - А, может, я соскучился, - мои губы тронула кривая ухмылка. Я наблюдал, как вытягивается от удивления лицо Джинки. - Так виделись несколько дней назад, - пробормотал он, быстро складывая свитер и заталкивая его в сумку. - Четыре дня прошло, - я подошел к нему ближе. Теперь между нами была только кровать. – Я успел соскучиться. - И что с того? – фыркнул Джинки и подозрительно глянул на меня - Может, выпьем вместе? – вздохнул я, устало опуская плечи. Джинки замялся. Мое предложение оказалось для него полнейшей неожиданностью. По его глазам, наклону головы и плотно сжатым губам я прочитал отказ. - Ладно. Забудь. Я развернулся и прямиком направился на кухню. Там где-то в шкафчиках должен был быть припрятан алкоголь. Но за время моего отсутствия все тайники были раскрыты, а их содержимое исчезло. Я прошел в комнату Минхо. Под кроватью в одной из коробок отыскал бутылку вина, которую подарили ему фанаты во время съемок в дораме. На ней было выгравировано имя его героя, и он хранил эту бутылку, как самое дорогое свое сокровище. Если Минхо узнает, что я взял его вино, он мне этого не простит, но сейчас у меня только одно желание - напиться. На кухне, открыв бутылку и налив ароматное вино в кружку, я устроился за столом таким образом, чтобы мне было видно Джинки, когда он будет уходить. Зачем я остался здесь, если мог пойти в какой-нибудь бар и там спокойно выпить? Все просто, мне нужно было потравить себе душу. Увидеть еще раз его безразличие и понять, что мой поезд ушел, и я на него не успел по собственной вине, а все мои попытки наладить отношения теперь обречены на провал. Я пил вино и слышал возню Джинки в соседней комнате. Через двадцать минут он был уже переодет в светлые джинсы и черное худи, безразмерным мешком висящим на его плечах. Проходя мимо кухни, он заметил краем глаза меня и остановился. - Джонг, иди домой, - мягко и доверительно произнес он. - А разве я не дома? – хмыкнул в ответ. – Или за то время, что меня здесь не было, ты перестал думать, что это и мой дом тоже? Джинки понимал по более чем на наполовину пустой бутылке вина, что лучше не заводить со мной спор. У меня уже наступило опьянение и то чудесное состояние, когда кажется, что все под силу, а мир крутится только вокруг меня, и не дай Бог кому-нибудь усомниться и сказать, что это всего лишь головокружение. - Не передергивай, - он опустил сумку на пол и подошел к столу. – Это вино Минхо? – его брови взлетели вверх. - Ты же меня не сдашь? – заговорщицки подмигнул я. Он лишь вздохнул и, забрав мою чашку, убрал бутылку со стола. - Что с тобой происходит? Вот это неожиданность. Неужели за столько лет Джинки решил поинтересоваться моими проблемами? - Давай только честно, - прищурившись, я поставил локоть на стол и уперся щекой о кулак, слегка наклоняя голову на бок. - Тебе интересно, или ты просто не смог проигнорировать так откровенно напивающегося одногруппника? Ведь, пройти мимо в такой ситуации, оставив меня одного не поинтересовавшись причиной, было бы полнейшим свинством. А для ответственного и заботливого Лидера это неприемлемо. Джинки пристально разглядывал меня, а я наслаждался этой ситуацией, как маленький ребенок, который наконец-то смог заинтересовать своих вечно занятых работой родителей и безраздельно завладеть их вниманием. И неважно, что добился я этого путем не самого примерного поведения. - Ну, так что ты мне ответишь? Тебе действительно интересно или просто обязанность такая? Губы парня плотно сжались, он вздернул подбородок и развернулся, намереваясь уйти. Неужели, он снова сбегает? Только не в этот раз. - Стоять! – я рявкнул так громко, что, наверное, даже соседи услышали. Удивительно, но он послушался. Не отрывая взгляда от слегка сутулой спины Лидера, я медленно подошел к нему. Мои руки легли на его плечи. - Уйдешь, так и не узнав о моей проблеме? – прошептал я, уткнувшись лбом где-то между лопаток. Джинки напрягся, но не оттолкнул меня. Осмелев, я провел руками по его бокам и, положив их на живот, прижался ближе к чужой спине. Так мы и простояли некоторое время. - Ты расстался с девушкой? – Джинки первым нарушил тишину. - М? – успокоенный чужим теплом, я не расслышал вопрос. - Я спрашиваю: ты с девушкой расстался? - С чего ты взял, что она у меня есть? - У тебя всегда кто-то есть. - Нет, мы не расстались. Я немного повернул голову, и теперь, каждый раз моргая, щекотал ресницами кожу шеи Джинки. - Джонг, может, ты меня отпустишь, мы сядем и поговорим? На его просьбу я лишь сильней прижался, не желая прерывать объятие. Мы впервые находились так близко друг другу. Ни перед камерами, ни перед фанатами, а наедине. И мне это жутко нравилось. - Мы можем и так поговорить. - Ладно. Руки Джинки легли поверх моих, начиная успокаивающе поглаживать их. - Ты поругался с нуной? – продолжил мягко спрашивать Лидер. - Нет, - тихо ответил я. - С мамой? - Нет, - еще тише. - Ру заболела? - Нет, - почти шепотом. Джинки тяжело вздохнул. - Тогда что случилось? - Я уже говорил. Я просто соскучился. - Не понимаю… - А что тут понимать? – вскипел я, отрываясь от спины Джинки и резко разворачивая его к себе лицом. Его щеки горели ярким румянцем, глаза метались и смотрели куда угодно, но только не на меня. Он был взволнован, хоть голос и оставался спокойным все это время. С тревожно бьющимся сердцем, я взял в ладони его лицо и требовательно произнес: - Посмотри на меня. Он не послушался. - Джинки, мать твою, смотри на меня, - сквозь зубы прошипел я. Медленно его взгляд встретился с моим. - Ты боишься меня, - я не спрашивал, а констатировал факт. – Почему? - Тебе кажется, - его голос охрип. - Не бойся, - единственные слова, пришедшие в голову, не казались убедительными даже для меня самого. Но не это меня волновало. Я стремительно терял связь с миром от пьянящей не хуже алкоголя близости Джинки. Остались только он, его испуганные глаза и ощущение мягкой кожи под ладонями. Я приближался к Джинки неотвратимо, словно меня притягивало что-то с сумасшедшей силой. Когда между нами оставалось всего несколько сантиметров, я с трудом заставил себя остановиться, но заметив, как Лидер задержал дыхание и посмотрел на мои губы, отпустил последние тормоза и коснулся его губ своими. Тысячи электрических разрядов пробегали по телу от губ до кончиков мизинцев на ногах. Мои руки дрожали, дыхание сперло, голова закружилась с новой силой, в животе как будто образовалась черная дыра. Я просто ощущал его обветренные губы, не смея пошевелиться, боясь, что одно неверное движение и поцелуй прервется, а мир вокруг рухнет. Но он все-таки рухнул, по крайней мере, мне так показалось, с оглушающим грохотом, или это был стук моего собственного сердца, когда губы Джинки шевельнулись, приоткрываясь и обхватывая мою нижнюю губу. Я глухо застонал. Джинки испуганно отпрянул от меня. Виноватый взгляд и отчаяние на его лице сбили меня с толку, что дало ему время развернуться и схватить свою сумку. - Куда собрался?! - крикнул я и кинулся вслед за спешащим к двери Джинки. - Ты пьян, тебе нужно проспаться, - тараторил Лидер, быстро обуваясь и срывая свою куртку с вешалки. Я вырвал ее из его рук, швырнул в сторону и через секунду прижал ничего не понимающего Джинки к двери. Сумка с глухим стуком упала на пол. Он пытался сопротивляться, даже ударил пару раз, но наши силы никогда не были равны. Несколько минут безуспешной борьбы завершились моей безоговорочной победой, и я крепко прижимал его руки к стене. - Я не настолько пьян, чтобы не отвечать за свои действия. Находясь так близко к Джинки, я чувствовал, как его сердце сильно бьется, а грудь быстро вздымается, тесно прижимаясь к моей. - Столько лет я пытался привлечь твое внимание, и теперь, когда никого рядом нет, и ты, наконец, не смотришь на меня, как на пустое место, хочешь сбежать? – я укусил его за нижнюю губу, Джинки ахнул. – Не выйдет, мой хороший, - носом я провел по щеке, вдыхая запах его кожи. Мои действия не казались мне чем-то странным и непонятным. Наоборот, для моего опьяненного мозга все выглядело до безобразия естественным и желанным. Чего не скажешь о Джинки. - Остановись, Джонг. Ты будешь жалеть об этом. - Я? – несдержанный смешок вырвался из груди. - А что на счет тебя? – я продолжал свое увлекательное занятие «занюхать Джинки, пока есть возможность». - Мои чувства – это последнее, что тебя когда-либо волновало, - отклоняясь от моих прикосновений, он пытался спрятать лицо, но вышло только хуже для него. Теперь в моем полном распоряжении была его соблазнительная шея. – Даже сейчас ты думаешь только о себе. Ты эгоист с завышенной самооценкой. Считаешь, что все вокруг тебе должны поклоняться. Не принимаешь чужого мнения, если оно не совпадает с твоим. Только ты можешь быть прав, а окружающие для тебя просто куски мяса, не способные думать и высказывать свое мнение. Именно поэтому не ты лидер группы. Слова Джинки словно отрезвили меня. Я отстранился, заглядывая в карие глаза и опуская руки. - Привлекал внимание? Не смеши меня, - решительно продолжил Джинки, гневно смотря на меня. Видимо, он решил высказать все, что обо мне думает. – Проверял на прочность мои нервы – в это я охотнее поверю. Но этого тебе оказалось мало? Ты придумал новый способ, как поиздеваться надо мной? - Я не издеваюсь. - Тогда что ты делаешь? А действительно, что я делаю? Зачем целую, зажимаю Джинки около входной двери? Мне настолько необходимо его внимание, что решил действовать так низко? О, да. Я, безусловно, добился своего, но в кого при этом превратился? И все из-за него. Мне мало того, что я имею. Хочется большего. Хочется, чтобы он был моим, и ни с кем не делиться. Хочу, чтобы в первую очередь он обращал внимание на меня, а не на Кибома с Минхо. Хочу, чтобы на сцене невидимые пылинки он сдувал с моего плеча, а не Тэ. Хочу, чтобы он улыбался мне как на той фотографии, но не в присутствии посторонних, а только передо мной. Хочу его только себе. Он говорит, что я эгоист, и это правда. Но такой я только с ним. Я вел себя с Лидером именно так, как он только что и сказал. Я открыл рот, чтобы ответить, но ни единого звука не вырвалось из меня. Я просто не знал, как ему объяснить все свои «хочу». - Ты и сам не знаешь, - ответил за меня Джинки. Он смотрел с жалостью. – Просто прекрати уже это все. Он наклонился за своей сумкой и взялся за ручку двери. - Возьми куртку. Холодно, - на автопилоте выдавил из себя. Он обошел меня, подобрал свою куртку и, аккуратно прикрыв за собой дверь, ушел. *** Работа меня спасала от разъедающих нутро мыслей. Теперь я был занят новым проектом с Тэен и вел ночное шоу на радио, и дни не казались мне такими уж бесконечными. Мы виделись с Джинки только во время подготовки к предстоящему сольнику. Вокруг нас всегда было множество людей, и поговорить с ним у меня так и не получалось. Но случай подвернулся совершенно неожиданно. Меня вызвали поучаствовать в рекламной акции, организованной известным брендом спортивной одежды, на которой должны были быть только Минхо, Темин и Джинки. Но Лидера не было. На мой вопрос: «Где он?», Темин сказал, что в больнице. Сердце в тот момент ушло в пятки, а по спине пробежал холодок. Тэ сказал, чтобы я не переживал, ведь это всего лишь простуда, и он сам отправился к доктору. Пока длилось мероприятие, я был как на иголках. Хотел увидеть его и самолично убедиться, что он в относительном порядке. Как только мероприятие закончилось, я рванул к своей машине. В квартире было тихо. Темин с Минхо еще не приехали, а Ки был то ли на съемках, то ли на своей репетиции. Стараясь не шуметь, я зашел в комнату Джинки. Завернувшись в одеяло до подбородка, он спокойно спал. Я присел на корточки и коснулся волос Джинки. Мягкие. Он чутко спит, и такого легкого прикосновения хватило, чтобы разбудить его. - Привет, - улыбнулся я, не зная как себя вести. Я так спешил сюда, что даже не задумывался о том, что скажу ему, ведь, с последней нашей встречи мы и десятком слов не перекинулись. - Уходи, - прохрипел в ответ он, – ты можешь заразиться. - Ты волнуешься обо мне? - Я волнуюсь о будущем концерте. Будет много проблем, если оба главных вокалиста слягут за несколько недель до его начала. Улыбка сползла с моего лица. Он снова это делает, снова ни во что меня не ставит. Волна гнева, распаляемая чувством несправедливости, росла во мне с ужасающей скоростью. - Проблемы? – я склонился над ним. – Я покажу тебе, что такое настоящие проблемы. Я впился грубым поцелуем в губы Джинки. Он был ослаблен болезнью и все еще сонным из-за лекарств. Неужели я воспользуюсь ситуацией, когда он такой беспомощный? Я же не за этим сюда пришел. Но здравые мысли никак не могли пробиться сквозь дикое желание обладать Лидером. Он был горячим, у него явно высокая температура. Я продолжал целовать его, покусывая губы, не закрывая глаз, следя за его реакцией. Но он просто лежал и никак не реагировал. Меня такое положение дел не устраивало, и левой рукой я забрался под одеяло. А вот так уже лучше. Когда я коснулся его паха, глаза Джинки распахнулись от испуга, а руки вцепились в запястье, пытаясь избавиться от давления в интимном месте. Я только сильней сжал пальцами его член сквозь ткань домашних брюк. - Нет, Джонг, - протест я быстро заткнул языком, врываясь в горячий рот. Он дрожал и извивался. Я причинял ему боль и не собирался останавливаться. Моя рука скользнула вверх под свободную футболку и сжала правый сосок. Хриплый вскрик потонул в поцелуе. На мгновение я оторвался от сладких губ и взглянул на Джинки. Он был прекрасен как никогда. Глаза наполнены бессильной злостью, щеки разрумянились, губы опухли и кое-где на них виднелись следы от моих укусов. Одеяло было скинуто с кровати, футболка задрана, а штаны опасно низко сползли на бедра. Разве раньше он был столь же сексуален? И почему я этого не замечал? Здесь и сейчас он беспомощен передо мной. Я мог сделать с ним все, что угодно. - Прекрати немедленно, - его строгий голос должен был по идее остановить меня, но я только и мог, что смотреть на движения его губ. Мне вспомнилось как в прошлый раз лишь на секунду, но он ответил на поцелуй. Я хотел почувствовать это снова. - Хочешь, чтобы я прекратил? – моя рука легла на подбородок парня, крепко сжимая его пальцами. – Тогда поцелуй меня, мой хороший, и я отстану от тебя. И лучше тебе хорошенько постараться, чтобы мне понравилось. Джинки колебался. Выбор невелик: или он целует меня, или я сделаю кое-что похуже, а в таком состоянии оказать сопротивление он не сможет. Его положение было невыгодным, и я нагло пользовался этим. Рука несмело приподнялась и коснулась моей щеки. Легкое, почти невесомое прикосновение вызвало во мне трепет. Он потянулся к моим губам, прижался к ним на несколько секунд и снова лег на подушку. Этого определенно недостаточно. Я снова завладел его губами, на этот раз он ответил мне. А вот теперь то, что нужно. Поначалу робко и неуверенно, но вскоре не уступая мне по пылу. Меня затягивало. Я скользил губами по влажным губам Джинки, с причмокиванием посасывал попеременно то нижнюю, то верхнюю. Наши языки касались друг друга иногда лишь кончиками, а иногда проникая глубоко в рот. То, что сейчас происходило в комнате, было невероятным по своей силе возбуждения. Меня уносило на волнах желания все дальше из реальности. Теперь все мое сознание было сосредоточено лишь на горячих губах и тихих вздохах Джинки. Пока входная дверь громко не хлопнула, возвестив нас о прибытии Темина и Минхо. Я отпрянул от Джинки, как ошпаренный. Мы несколько секунд смотрели друг на друга. Его губы еле заметно подрагивали. Он был шокирован. Опустив глаза ниже, я понял чем: Джинки был возбужден не меньше меня. Подняв с пола одеяло, я накрыл его, чтобы скрыть следы нашей возни, и, не говоря ничего на прощание Джинки, вышел из его комнаты. Минхо и Тэ, не ожидавшие встретить меня, были удивлены моим появлением. На последовавшую лавину вопросов от неугомонных младшеньких я с трудом находил правдоподобные ответы и только через пятнадцать минут они позволили мне уйти. Через три дня с простудой слег я. Менеджер был в ярости. Подготовка к концерту срывалась. Только Джинки стало лучше и он смог приходить на репетиции, как заболел я. На радио отнеслись с пониманием к такой неожиданной новости и заверили, что поставят запись, подготовленную заранее, а дальше были выходные и я мог спокойно лечиться. Менеджер названивал каждый час, доставая расспросами о моем самочувствии. Ребята ограничились сообщениями. Только от Джинки не было ничего слышно. Видимо, я окончательно все испортил. Зато, наконец, все мои «хочу» собрались вместе, обретая четкое очертание и показывая истинную причину моего идиотского поведения за все эти прошедшие годы. Поздно вечером, когда у меня получилось забыться поверхностным сном, дверь в мою комнату тихонько открылась, будя меня, и я расслышал мамин шепот: - Только не шуми, у него сегодня голова сильно болела, и он совсем недавно уснул. Вскоре наступила тишина. Чья-то прохладная ладонь легла на лоб, забирая часть того жара, что вызвала во мне болезнь. Было приятно. Когда рука исчезла, я хотел было возмутиться, чтобы ее вернули обратно, как услышал вопрос шепотом: - Спишь? С трудом признавая в этом шепоте голос Джинки, я продолжал притворяться спящим. Мне было страшно смотреть ему в глаза, я был не готов к нашей встрече и даже немного обрадовался этой болезни, которая позволила отсрочить ее. В своих-то чувствах я разобрался, но как теперь вести себя с Джинки, понятия не имел. - А кажется что нет. У тебя глаза закрыты. Вот оно великое заблуждение о том, что Ким Джонхен спит с открытыми глазами. Один раз засветился в шоу, и теперь клеймо на всю жизнь. Я чуть не раскрыл себя, когда почувствовал чужое дыхание на лице. Он видимо совсем близко наклонился ко мне. Боже, только бы не сорваться, только не сорваться. - Действительно спишь? «Да сплю я, сплю!» - хотелось выкрикнуть недогадливому Лидеру в лицо, но нужно было продолжать играть. - Ладно. Так даже лучше. Продолжай и дальше делать вид, что спишь, мне будет проще рассказать тебе одну историю, - он сел на пол около моей кровати, опираясь об нее спиной. Я понял это по тому, как его голос изменился и теперь раздавался снизу и немного приглушено. - Почти восемь лет назад, - начал он свой рассказ, - пятерых парней созвали вместе и объявили, что они станут группой, и им нужно упорно трудиться, чтобы достойно дебютировать. Тогда же и было объявлено кто станет лидером, и когда планируется первый выход в свет. Лидером группы стал самый старший. Все пятеро не понимали почему, ведь у другого парня было куда больше лидерских качеств. Со временем четверо из них смирились с таким положением вещей, но вот пятый никак не хотел. Каждый раз, когда ему было тяжело или плохо, Лидер все видел и хотел подойти к нему, оказать поддержку, помочь, но он боялся. Парень был слишком своенравным, и, делая шаг навстречу, Лидеру казалось, что он видит ненависть в его глазах. Несколько лет назад он стал замечать изменения в поведения того парня. Стараясь не придавать этому значения, старший продолжал делать вид, что его это абсолютно не заботит, что это не, - Джинки запнулся, - не его сердце так быстро стучит, когда на сцене парень подходит слишком близко, что это не его тело сходит с ума от неслучайных прикосновений, что это не он бросает украдкой взгляды на парня, пока скидывает пылинки с плеча младшего участника группы. Казалось, тот парень видит его насквозь, знает о его чувствах и именно поэтому продолжает издеваться над ним. Лидер не мог понять, чем себя выдал. Парень никогда не прятал своих девушек от участников группы, громогласно заявляя раз в несколько месяцев о новой барышне. Старший мог только стиснуть зубы и терпеть. Тот парень нравился ему, вопреки его поведению. Он видел его талант, восхищался им и тайно радовался его успехам. Он давно смирился, что даже друзьями им не быть, а единственная причина, по которой он мог к нему прикоснуться, была работа. В эти мгновения он был счастлив. Только на публике он мог насладиться его вниманием. Когда же рядом никого не было, он снова видел ненависть и раздражение в любимых глазах. Лидер прожил так несколько лет, пока под Новый год тот парень не пришел в их общую квартиру и не заявил, что соскучился. Старший не поверил. Он был уверен, что издевательства перешли на новый уровень и теперь парень в открытую будет бить по самому больному. Сначала он засомневался, когда увидел его пьяным, подумал, что с ним что-то случилось, ведь парень редко выпивает, и ему нужна помощь. Но очень скоро понял, что ошибался. Лидеру было ясно: пока он будет сохранять свой статус, ничего не изменится. Но он устал, - тяжелый вздох прервал рассказ. Я затаил дыхание, забывая, что нужно продолжать притворяться спящим. - Последняя выходка истратила оставшиеся крупицы самообладания. Он больше не может это терпеть. Ему слишком больно. Сегодня он записался на личную встречу с руководством компании, чтобы просить сделать лидером группы другого человека. Через несколько лет его заберут в армию, а там уже недолго останется подождать до окончания действия контракта, и Лидер не собирается его продлевать. Все чего он просит у того парня, чтобы он дал ему возможность спокойно доработать это время. Джинки замолчал. Я смотрел на его поникшую голову и с ужасом понимал, что же наделал. - Так что ты мне ответишь, Джонг? Он не поворачивался ко мне, продолжая сидеть в той же позе. Я бесшумно протянул руку к его голове, желая коснуться волос. Но могу ли я теперь так запросто прикасаться к нему, после всего, что натворил? Как я мог допустить такое? Почему никогда не задумывался о последствиях своих действий? Мое эгоистичное «хочу» заставило дорогого мне человека страдать. Сам не замечая, я топтался на его чувствах столько лет. Он думал, что я все знаю и действую целенаправленно. Но это не так. Что мне теперь делать? Я так и застыл с протянутой рукой, не закончив движение. В носу очень некстати защекотало, предупреждая о предстоящем чихе. Я успел схватить бумажную салфетку с прикроватной тумбочки и прикрыть ею нос и рот, перед тем как оглушительно чихнуть. Приведя себя в относительный порядок, я прямо взглянул в глаза Джинки. - Во-первых – спокойно доработать я тебе не дам, - жестом я попросил уже хотевшего возразить мне Джинки не перебивать. – Во-вторых – я ничего не знал о твоих чувствах и не врал, когда говорил, что соскучился. В-третьих – я сожалею о своих поступках, но хочу еще раз поцеловать тебя. Много раз. В-четвертых – я не разрешаю тебе идти на встречу с руководством компании. Отмени ее. В-пятых – после всего, что ты мне сегодня наговорил, ты просто обязан стать моим, и только попробуй снова меня игнорировать. Я задушу тебя собственными руками. Джинки смотрел на меня огромными глазами. - Не правда ли забавно вышло? Жуткий эгоист по уши влюблен в своего мягкого и милого Лидера. - Обхохочешься просто. По его глазам было видно, что он мне не верит. И не удивительно. - Джинки, - я придвинулся поближе, вкладывая в свой голос все те чувства, что испытывал к нему, – верь мне. Я положил голову на плечо Джинки. Он не отстранялся и не шевелился. Проведя рукой по шелковистым волосам, я коснулся губами виска, даря легкий, почти невесомый поцелуй. - Я люблю тебя, - прошептал на ухо так и не отмершему Лидеру. По тихому всхлипу и крепко обнявшим меня рукам, я понял, что мне поверили. Он тоже любит меня. Это понимание делало меня невероятно счастливым и в то же время вызывало тревогу. У меня появился шанс. Джинки, сам того не подозревая, дал его мне, признавшись в своих чувствах. И я не собираюсь его упускать. Ни за что на свете.