Он тот самый

Сижу в своей комнате на кровати. Сердце бешено колотится. Он должен уже совсем скоро прийти. Я предупредила маму, чтобы она на это буйно не реагировала. Мы же просто выполняем задание по биологии, а я так нервничаю, как будто он меня на свидание пригласил. Достаю из тумбочки блокнот и пишу все свои мысли. Это для меня что-то вроде личного дневника. Слышу за дверью какие-то шорохи. Стук. Дверь приоткрывается. Появляется мамина голова. — К тебе тут пришли. Дверь открывается шире и в комнату заходить Стайлз. Он, как всегда, прекрасен. Тёмная футболка, клетчатая рубашка, светлые джинсы. Волосы слегка растрёпаны. Я не могу отвести от него взгляд. Есть одно “но”: он выглядит очень усталым, как будто не спал уже неделю. Стайлз медленно подходит к столу, и садиться рядом с моей кроватью. Я всё ещё не могу отвести от него взгляд. А он спокойно достаёт тетрадь и ручку. Положив это всё на стол, поворачивается ко мне. — Ну что, займёмся биологией? — Да, конечно. Я тут же подскакиваю с кровати, и блокнот падает на пол. Стайлз тянется, чтобы помочь мне поднять его. Я опережаю его на долю секунды. Блокнот у меня, все секреты и переживания в безопасности. Улыбаюсь и сажусь рядом с ним. Мы выполняем задание. Через час нашей работы замечаю, что Стайлз почти спит. — Стайлз, всё хорошо? — Да. Просто немного устал. — Может чаю? — Было бы не плохо. — Сейчас принесу. Я быстро спускаюсь на кухню. Завариваю нам две кружки чая и возвращаюсь обратно. Осторожно открываю дверь и вижу чудесную картину. Стайлз, положив голову на стол, мило посапывает. Он ещё прекрасней, чем обычно. Ставлю чай на стол, беру плед с кровати и заботливо накрываю его. Я сама заканчиваю наше задание, пока он спит. Подписываю фамилии в конце. Чай уже остыл. Я выпила обе кружки. Внезапно Стайлз начал что-то говорить во сне. Сначала я не понимала, но позже начала разбирать. Это было что-то вроде: «Нет. Не трогай их. Зачем?» Ему явно снился кошмар. Я начала его трясти. Стайлз резко открыл глаза и посмотрел на меня, а затем огляделся вокруг. — Кэт. Может, прогуляемся? — Ну, если ты этого хочешь. Я доделала нашу работу. — Вот и прекрасно, пошли. — Я только переоденусь. Быстро переодеваюсь. Белая футболка с чёрным сердцем посередине, джинсовый комбинезон до колена. Откапываю где-то в шкафу ботильоны на невысоком каблуке. Наверное, мама когда-то дано купила. Когда я выхожу из комнаты, Стайлз внимательно осматривает меня с ног до головы. У него на лице появляется несвойственная ему ухмылка. Несильно обращаю на это внимание. Уже у выхода кричу маме, что я пошла прогуляться. Мы идём по улицам города. Стайлз попросил меня рассказать побольше о себе. За разговором я не заметила, как мы подошли к какому-то заброшенному складу. Мне стало страшно, а Стайлз шёл прямо к нему. —Стайлз, мы, что, пойдём туда? —Да. А что? Тебе не нравится? —Это место меня слегка пугает. —Вот и отлично, чувство страха подбадривает меня. —Нет. Я лучше пойду домой. Прости. Я уже развернулась, чтобы уйти отсюда, но он схватил меня за руку и потянул за собой. — Какая же ты упрямая. Теперь придётся тащить силой, — его голос звучал грубо. Я просто не узнавала того милого парня в которого была влюблена столько лет. Он сжимал мою руку с такой силой, что у меня начало темнеть в глазах. — Стайлз, пусти меня, пожалуйста. Мне больно… Стайлз. Стайлз. Прошу. Он силой затащил меня в этот склад. Теперь я уже плакала не от боли, а от разочарования. Я люблю его, а он так со мной поступает. Он посадил меня на какой-то стул. Завязал руки сзади. Достал телефон, сфотал и отправил это кому-то. — Если ты хочешь получить за меня выкуп, то мы очень бедная семья. — Ты даже не понимаешь куда попала, Кэт. Твоё фото я отправил МакКолу. Надейся, что он тебя спасёт. А иначе ты умрёшь. — За что, Стайлз? Что я такого сделала тебе? — Ты ничего мне не сделала и Стайлзу тоже. Мне просто надо заманить МакКола. Я не понимала, что происходит. Почему он только что сказал мне и Стайлзу. Это ещё больше пугало меня. Меня начало потряхивать от страха. Он всегда для меня был таким прекрасным. Я боготворила его. А он так поступил со мной. Сердце разбилось на осколки. Миллионы маленьких кусочков звенели от разочарования внутри меня. Никаких чувств, это просто орган, который качает кровь. Больше никаких чувств, Кэт. Отныне и навсегда ты — камень! И тут произошло то, чего я вообще не ожидала: Стайлз прикрыл мой рот ладонью и прошептал на ухо: — Поспи пока. Он осторожно надавил мне пальцами в области сонной артерии, и я отключилась.