Доктор двух миров

Высокий, рыжеволосый маг в темно-красной, форменной мантии прошел в кабинет адвоката Нортона. Симпатичная секретарша, провожавшая молодого волшебника к начальству, открыла дверь и остановилась недалеко от нее. За массивным столом черного дерева сидел известный многим магам мужчина в строгом черном костюме. Пришедший несколько удивился маггловской одежде адвоката, но ничего не сказал. - Господин Нортон, к вам мистер Уизли, - произнесла темноволосая ведьмочка. - Благодарю, Ромильда, - кивнул Джон. - Подайте нам чай. - Конечно, господин Нортон, - секретарша улыбнулась и вышла из кабинета, плотно притворив за собой дверь. - Добрый день, мистер Уизли, присаживайтесь, - Джон указал на стоящее перед столом кресло, разглядывая своего будущего клиента. - Добрый день, мистер Нортон. Благодарю вас за то, что согласились рассмотреть мое дело, - слегка смутившись под пристальным взглядом старшего мага, произнес Рон и присел в кресло. - Не стоит благодарить, мистер Уизли. Меня об этом попросил мой друг, иначе вас не было бы в этом кабинете, - холодно ответил Нортон, показывая младшему магу, что он ему безразличен. - Но это не значит того, что ваше дело будет проиграно. - Вас попросил Гарри, да? - спросил Рон, почувствовав одновременно неприятный холодок, промчавшийся по коже от тона Нортона и теплоту в груди оттого, что Гарри вновь позаботился о нем, как это было раньше. В магическом мире разве что слепой или глухой не знал о том, что Джон Нортон является поверенным и адвокатом родов Поттер и Блэк, которые возглавлял Победитель Волдеморта. И только они же не знали, что Нортон входит в узкий круг близких друзей молодого лорда Поттер-Блэка. Рон не был исключением и прекрасно понял, кто именно попросил адвоката заняться бракоразводным процессом. Гарри никогда не бросал друзей, взять хотя бы проблему с леди Лонгботтом и Скитер. Когда она возникла, именно Гарри нашел целителя, вернувшего разум бабушке Невилла, а Джон Нортон тонким слоем раскатал Риту Скитер в зале суда, которую туда доставили несколько Авроров, в числе которых был и Рон Уизли. Ретроспектива. "Ежедневный пророк" славился скандальными статьями акулы прытко-пишущего пера Риты Скитер. Эта пронырливая журналистка всегда была первой, кто извещал общественность о происходящих скандальных событиях в магическом мире. Правда, сами события не всегда были скандальными, но уж Скитер умела делать их таковыми раздувая до глобальных размеров и не было никого, кто мог бы совладать с этой стервозной ведьмой. Пиком карьеры Скитер были годы обучения Гарри Поттера в Хогвартсе и война, случившаяся на последнем курсе Мальчика-который-выжил. О, сколько грязи она тогда вылила на молодого волшебника, сколько яда потратила на написание своих статеек. И как оказалось, все в пустую. Гарри Поттер, не только второй раз выжил после авады, но и окончательно уничтожил Волдеморта. Все тут же забыли о том, как Рита старалась, уничтожая репутацию мальчишки. Они восхваляли своего Героя, обожали его и готовы были носить на руках, в то же время плюясь в адрес Скитер и угрожая ей расправой, если она вновь вздумает очернить имя их любимца. Мисс Скитер, как бы не пыталась, не смогла добиться от Поттер-Блэка интервью, а на награждении еще и схлопотала персональное ведро грязи. Вот уж иностранные коллеги тогда вдоволь потешились за ее счет. И самое ужасное, что она больше не могла отомстить наглому мальчишке за это. Первая же ее попытка закончилась крайне плачевно для нее. Кто-то подстерег скандальную журналистку в темном переулке и хорошенько проклял ее, да так, что ведьма еще два месяца не могла не просто брать перо в руки, но и с трудом облекала свои мысли в слова. Казалось, что это конец ее карьеры. В аврорате отказались расследовать ее дело, аргументировав это тем, что мисс Скитер вновь раздувает из мухи слона, когда сама напортачила с чарами красоты. А заключение медиков как раз и звучало так: неумело наложенные косметические чары в состоянии алкогольного опьянения. Авроры, не скрываясь, смеялись над ней. Информация быстро стала достоянием общественности и у магов шутка о косметических чарах стала крайне популярной. Но в один прекрасный день, когда последствия покушения окончательно прошли, Рита решила прогуляться по Диагон-аллее, когда продавцы в лавках только-только начали свою работу. Мисс Скитер не готова была пока что показаться на глаза большому количеству магов. И случилось чудо - журналистка получила эксклюзивный репортаж, когда Августа Лонгботтом напала на одного из немногих ранних посетителей главной магической аллеи Британии. В редакцию Рита летела словно на крыльях, еще бы она лично присутствовала при таком позоре благородного рода. Статья и колдографии, которые журналистка сделала благодаря воспоминанию взорвали затишье, наступившее в магическом мире. Рита Скитер ликовала, она вновь была на гребне популярности. Но... Праздник гнилой души длился недолго. Ее вызвали в суд. Лонгботтома представлял Джон Нортон, личный цербер Поттер-Блэка, сама же Рита получила государственного защитника, потому что не нашлось смельчака, который смог бы пойти против личного адвоката Поттер-Блэка. Впервые ядовитая акула прытко-пишущего пера испытала страх. Кому как не ей было знать на что способен ЭТОТ адвокат. И верно, заседание длилось около двух часов, за которые Нортон представил суду столько компромата на Скитер, что те просто впали в ступор. А напоив журналистку веритасерумом с трудом сдерживались, чтобы не натравить на нее дементора еще до окончания суда. Морально уничтоженную ведьму, в глазах которой прочно поселился ужас, приговорили к пожизненному заключению в Азкабан на нижние уровни, лишили анимагических способностей и конфисковали все принадлежащее ей имущество, которое с легкой руки Невилла Лонгботтома перешло в фонд поддержки детей-сирот. Большая часть информации о суде была засекречена, а его участники принесли "Непреложный Обет" о неразглашении любой информации, кроме наказания. Зрителям же была частично подтерта память. Этот суд был одним из самых беспрецедентных во всей истории магической Британии и вызвал множество слухов, которые никто из участников не мог ни подтвердить, ни опровергнуть. Известно было лишь то, что Джон Нортон провел дело своего клиента так, что Рита Скитер получила более, чем просто по заслугам. Конец ретроспективы. Адвокат не ответил на этот вопрос Уизли, впрочем тому подтверждение и не было нужно. Он итак знал кому и чем обязан. - Итак, мистер Уизли, расскажите мне, почему вы решили развестись? - спросил Нортон, после того, как секретарша принесла чай. Рон некоторое время молчал, не зная с чего ему начать. Идя сюда, он продумал свою речь, но оказавшись в кабинете Нортона, растерял все мужество. Адвокат его подавлял, внушал иррациональный страх, молодому магу казалось, что тот видит его насквозь. Все же собравшись с мыслями, Рон попытался воспроизвести задуманную речь. Попытка частично провалилось, но Нортон его понял и... слегка оттаял? Выходя из кабинета адвоката, рыжий маг остановился в приемной и взъерошил себе волосы. - Трудный разговор, Рон? - спросила секретарша, рассматривая свои ногти. - Э-э-э, да, - кивнул Уизли, гадая откуда эта молодая, симпатичная ведьмочка его знает. - Господин Нортон такой, иногда он напоминает мне профессора Снейпа. Правда, такое бывает крайне редко. В мозгах рыжего мага что-то щелкнуло и он, наконец, сообразил, с кем разговаривает. - Вейн? Ромильда Вейн? - не веря собственным глазам, спросил Рон, открыто разглядывая девушку. - А я-то думаю, что ты такой пришибленный, - брюнетка смешно фыркнула. - А ты меня просто не узнал. Неужели так изменилась? - Ага, совсем другая, - закивал Рон. - Ну, после... школы мы все изменились, - мисс Вейн пожала плечиками и мотнула головой, прогоняя на мгновение появившуюся на лице тень грусти. - Да-а, война всех меняет, - Уизли посмурнел, вспомнив, что он потерял по ее окончании. - Давай не будем об этом, - попросила Ромильда. - Послушай, у меня через двадцать минут обед начнется, может посидим где-нибудь? Ты мне расскажешь о себе, чем занимался последние годы. - Давай. Я тогда у Фортескью тебя подожду. Согласна? - Согласна. * * * * * Катарина, радостно улыбаясь, спешила к гостям. Те в свою очередь неторопливо шли по дорожке, окидывая взглядом прилегающую к особняку территорию. Первыми шли высокие мужчина и женщина лет шестидесяти. Иссиня-черные волосы мага были собраны в низкий хвост бархатной лентой и кое-где в них поблескивали ниточки седины. С первого взгляда становилось ясно, что они принадлежат к самой верхушке аристократии. Гордая осанка, надменный взгляд, тонкие черты лица с характерными итальянскими признаками, шикарные наряды... Мужчина вел свою спутницу, поддерживая под локоть, она же сжимала в свободной руке поводок, прикрепленный к ошейнику маленькой собачки. Смешной хохолок на голове четырехлапого друга человека был заколот на вид дорогой заколкой с россыпью драгоценных камней, а на крошечном пиджачке красовался герб древнего рода Герцогов Флорентийских - Медичи. Позади них шли еще две пары, но более молодые, мужчины в которых были похожи между собой словно две капли воды и имели сильное сходство с впереди идущим брюнетом. Одна из дам несла на руках пушистого, белого котенка, который доверчиво прижимался к хозяйке и смешно подергивал розовым носиком, нюхая воздух. Вторая же поглаживала внушительных размеров живот и тяжело опиралась на руку своего спутника, видимо срок родов был уже не за горами. Последними следовали дети. Две маленькие девчушки, весело хихикая, тыкали пальчиками в незнакомые им растения, а паренек на несколько лет их постарше, снисходительно поглядывал на полных энтузиазма малышек. Иногда он что-то говорил, и девочки на пару секунд затихали, опасливо поглядывая в спину взрослым, но почти тут же принимались за прерванное занятие. Благодаря торопливому шагу Катарины, расстояние между ней и гостями стремительно сокращалось. Нежно-лиловые складки атласного платья тяжело колыхались, обвивая ноги женщины и не позволяя ей пойти еще быстрее. Легкий, фиолетовый плащ, расшитый серебристыми нитями, сбился и ажурного плетения серебряная пряжка оказалась на плече. Полы его развивалась от стремительного шага женщины и напоминали огромные крылья диковинной птицы. Остановившись в паре футов от прибывших, Катарина глубоко присела в реверансе, склоняя голову перед главой рода Медичи. - Герцог Маттиас, рада приветствовать вас на английской земле и в своем доме, - поприветствовала Забини, не распрямляясь. - Здравствуй, дитя. Встань и приветствуй меня, как члена семьи, - властный голос мужчины разнесся в наступившей тишине. Даже маленькие девчушки перестали веселиться и замерли за спиной своего кузена. Катарина, сделав глубокий вздох, поднялась и шагнула к старшему магу. Кто бы знал, что не смотря ни на что, она боялась его до дрожи в коленях. Слишком опасным человеком он являлся, слишком сильным магом был, слишком искусным в интригах, но только такой, как он и мог быть главой древнего рода Медичи. Мужчина отпустил свою спутницу и развел руки в стороны. Шаг и ведьма оказывается в его объятиях. Секунда и он целует ее в щеки. Наконец, леди Забини отступает назад. Волнение в груди постепенно успокаивается и она может свободно вздохнуть... * * * * * Блейз раскачивал бокал, заставляя янтарную жидкость биться о стенки. Ему нравилось наблюдать за тем, как жидкость отражает свет свечей и играет бликами. Сидящий напротив него Поттер был задумчив. В пальцах тлела зажженная сигарета, но мужчина не обращал на нее внимания до тех пор, пока она не обожгла ему кожу. Коротко выругавшись, Гарри уничтожил окурок и потянулся за новой сигаретой. - Так почему же они здесь? - задал вопрос Поттер, впиваясь взглядом в Блейза. - Тебе ли их бояться? - усмехнулся тот. - В конце концов, ты с ними уже общался и вернулся вполне себе живым и здоровым. - Не заговаривай мне зубы, - процедил Гарри. - Какого дьявола Медичи приехали сюда? - Мать будут охранять и тебя заодно, - вздохнув, все же ответил Блейз. - Охранять? От кого? - зеленоглазый маг удивленно вскинул брови, глядя на собеседника. - Странный вопрос. Сам разве не знаешь имена своих врагов? - в свою очередь удивился итальянец. - Так последних вроде закрыли в Азкабан еще пять лет назад. - Поттер, вот вроде бы вырос, а ума так и не набрался, - Блейз тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой. - Думаешь, что раз Герой, то все тебя любят? Или всем пришлась по душе ваша помолвка? Святая Мадонна, да твоим врагом может быть любой. Это в глаза тебе не решаются сказать ничего, а подставь только беззащитную спину и будь уверен - кинжал в нее тебе обеспечен. Есть рода очень сильно пострадавшие от падения Волдеморта. Немного, но есть. Хотя, думается мне, что первым все же ударит Дамблдор. - Почему ты в этом так уверен? - Ты еще спрашиваешь? Забыл, как в самый важный момент он свалил в свою берлогу и отсиживался в ней, пока другие платили кровавую дань войне? - Такое не забудешь... - А ведь все считали тебя его протеже, но после войны ты не наделил его славой, как своего наставника. Думаешь он забыл и простил тебе это? Вдобавок, ты общаешься в основном с чистокровными и сам являешься им, а суть войны в чем была? - Дать права и власть магглорожденным, - Гарри вздохнул. - Дамблдор не решится на меня напасть, слишком много власти он потерял со своей вымышленной смертью. - Лично - нет, а вот нанять кого-то - легко. Да и "орденовцы", кажется, не особо довольны твоим отчуждением от них. - Ладно, я понял. Но думаю, что защита Медичи - это лишнее. Да и какой им в этом прок? - Какой? Ну давай посмотрим. Ты - Глава двух древнейших родов, имеешь власть в этом мире, поддержку нескольких сильных родов. В конце концов, ты - сильный маг, дважды переживший смертельное проклятье. Ах да, совсем забыл, ты знаменит и уважаем не только в Англии, но и в других странах. Разве все эти плюсы могут пропустить мимо себя мои родственники? Ты - идеальная партия для матери. И хочешь - не хочешь, но тебя будут защищать от всех. И лучше тебе это принять и не сопротивляться. Герцог, знаешь ли, личность вредная и властная, не подчинишься сам - заставят. Тем более они ведь от тебя ничего не просят. - А вдруг попросят? - А тогда - как карта ляжет. Ладно, я пойду. Что матери сказать, где ты будешь? Гарри обвел взглядом небольшую, уютную гостиную особняка, который Катарина приобрела для их встреч и ответил: - Вернусь к себе. Хочу побыть один и отдохнуть от всего. Тем более завтра нам с Катариной нужно быть на свадьбе леди Августы... * * * * * Распахнувшаяся дверь громко стукнулась об стену. В небольшую комнату, большую часть которой занимала двуспальная кровать, звонко стуча каблучками вошла молодая, рыжеволосая ведьма. Окинув презрительным взглядом, разложенные то тут, то там книги, она плюхнулась на кровать, закинув ноги на выступающую, деревянную спинку. Хозяйка комнаты практически никак не отреагировала на вторжение и продолжала безучастно смотреть в потолок. Пару минут в комнате царило молчание, но оно не могло продолжаться долго. Рыжеволосые люди - как огонь - они не могут долго находиться в спокойствии и стремятся к действиям. - И долго ты собираешься тут лежать? - спросила рыжая. - Мне сегодня из адвокатской конторы пришло письмо о начале бракоразводного процесса, - невпопад ответила ее соседка по кровати. - Правда? Почему ты раньше не сказала? - удивленно спросила та. - А что бы от этого изменилось? - горечь отчетливо зазвучала в голосе Гермионы. - Он меня бросил. Как и Поттер! Не зря они дружили в школе. Два бладжера - пара. - Не напоминай мне об этом предателе! - тут же взвилась Джинни, пронзительно взвизгнув. - Слышать о нем ничего не хочу! На некоторое время вновь повисла тишина. - Как думаешь, Рон одумается? - тихо спросила пока еще миссис Уизли. - Не знаю, - Джинни небрежно пожала плечами. - Ты же знаешь, какой он упрямый. Я, собственно, зачем пришла. Мама просила передать тебе, чтобы ты начала подыскивать себе работу. Сама понимаешь, с деньгами у нас туго. А теперь и Рон ушел, он ведь хорошо зарабатывал... - Но куда мне устроиться? - Гермиона приподнялась на локте и недовольно воззрилась на сестру мужа. - Мне-то откуда знать? Ты ведь училась на кого-то там. В общем, я свое дело сделала, а ты решай...