Искушение Грелля Сатклиффа

Губы Корвина Блэка такие мягкие… От его поцелуев кружится голова, и кровь приливает к паху, Грелль тянется к демону за очередным поцелуем, но тот отстраняется и растворяется в туманности наступающего утра, исчезает, словно сладкий сон… Без него сразу становится одиноко и неуютно, Грелль обиженно стонет во сне, ворочается с боку на бок и, наконец, просыпается от пронизывающего холода и гадкого ощущения сырости. За провалом окна едва брезжит бледный утренний свет, слышится щебетание птичек, обитающих в кронах растущих у кладбища деревьев. Все еще ничего не понимая, Грелль поднимается в постели и оглядывается вокруг: серые полуразрушенные стены, пыль и паутина вокруг, а сам он сидит на набитом соломой тюфяке, сыром и почти истлевшем. От алой комнаты, в которую его привел вечером Корвин, остались лишь приятные воспоминания. Как, впрочем, и от самого сладострастного демона. Чуть не плача от обиды, Грелль с отвращением стряхнул с себя ветхое подобие одеяла, собираясь встать и начать поиски своей одежды, но тут… взгляд его зацепился за яркое пятно на лежащей рядом подушке — то была свежая роза, алая, как кровь, благоуханная, с еще не просохшими капельками росы на нежных лепестках. Обиды как не бывало! Широко улыбнувшись, Грелль бережно взял ее в руки и поднес к губам, легонько поцеловав и прижав к груди. Глаза его радостно засияли. Демон, конечно, поступил некрасиво, сбежав и оставив его одного, и мороку, тумана напустил в его глупую голову, заставив Грелля увидеть то, что тот захотел видеть — нехитрая демоническая уловка, которыми они обычно дурачат простых смертных. Но за незабываемую ночь и прекрасную розу влюбленный жнец готов был простить ему все! Все еще улыбаясь, Грелль оделся, рассеянным взглядом повел вокруг — дэс! В этих развалинах даже зеркала не оказалось! И лента его таинственным образом исчезла, сколько он ее не искал, так и не смог найти. Ну ничего, у него еще будет время зайти домой, там он и приведет себя в порядок перед работой. Одевшись, Грелль ловко выскочил через оконный проем, плавно приземлился и с облегчением вздохнул, оказавшись на свежем воздухе после сырой затхлой атмосферы замка. Утро встретило его свежестью раннего лета, росой на траве и пением птичек. Улыбаясь, и что–то напевая себе под нос, он легкой походкой пошел через кладбище к скрытому меж деревьев порталу в мир жнецов.