Оригинальная история оригинальной попаданки

Я очнулась от того, что не могла дохнуть. Вспомнились каменные объятия горных троллей. Постепенно возвращался слух. Я расслышала треск поленьев в костре и приглушённые голоса. Открыв глаза, я фактически уткнулась носом в меховое нечто. Я не могла пошевелить ни руками, ни ногами, не могла закричать. Хотя это и к лучшему, сейчас поймёте почему. После нескольких минут тупого созерцания этого нечто, я наконец поняла (вот это скорость!), что это целая кипа курток, картинно возложенных на меня и увенчанная шубой Торина, чей густой мех тыкался мне в лицо. Шубы, естественно, не Торина. Я повернула голову. Слева от меня горел костёр, вокруг него сидели гномы в одних рубашках. Понятно , что за гора курток на мне. Даже хоббит сидел без своего жилета. У кромки воды валялись пустые бочки, от них к костру вели следы. Ну это мягко говоря. На самом деле вся земля была перерыта, видимо до костра добирались ползком. Вернее не до костра , а до того места , где его потом развели... Ну , вы меня поняли! Я, как уже было сказано выше, повернула голову и увидела гномов, сидящих вокруг костра. - Эй, - окликнула я их, все резко повернули головы в мою сторону - Есть ли среди вас отважные гномы... и хоббиты, конечно, простите, мистер Бильбо, которые не побоятся освободить меня от этого монстра? Недоумённое молчание. Пришлось кивком указать на возвышающуюся надо мной меховую гору. Отважных гномов оказалось много. «Спасать» меня кинулись всей толпой, ну, кроме, конечно, Торина. В результате, на мне осталась только его шубейка. Он стоял и ждал, когда кто-нибудь её ему принесёт. Настроение у меня было великолепное, поэтому я быстро поднялась и, подхватив эту самую шубейку, напевая «Имперский марш», торжественно поднесла её подгорному королю. Торин хмыкнул и взял шубу. А до меня только сейчас дошло, что я нигде не вижу своего пса! Гений! - Наваг! - закричала я - Наваг! - Кого ты зовёшь? - спросил Фили. - Пёс! Вы его видели? Он был со мной в бочке! Молчание. Высокомерный взгляд Торина, закравшееся в душу подозрение... - Что вы с ним сделали?! - прошипела я и сама испугалась своего голоса - Где пёс?! - Ната, - тихо окликнул меня Бильбо - Идём, я отведу тебя. И, не обращая внимания на яростный взгляд Торина, он повёл меня вверх, на небольшой холм. Там, на светлом песке, тёмным пятном лежал доберман. - Наваг! - воскликнула я и, сломя голову, бросилась к нему. Несмотря на то, что я знала пса лишь день, я успела привязаться к нему. На мой оклик пёс тихо заскулил и приподнял голову. Я подбежала к нему и, рухнув на колени, стала истерично гладить его тёмную шкуру. - Наваг, миленький, - причитала я - Что с тобой? Тем временем Бильбо принёс плошку с водой и поставил перед мордой пса. Тот недоверчиво покосился на хоббита, принюхался и выпил воду. Хоббит порылся в своём рюкзаке, который все это время висел у него на плече, и вынул оттуда какие-то листики. Раскромсав их, Бильбо бросил кусочки в плошку и снова залил водой из фляги, протянул псу. Наваг опять недоверчиво посмотрел на хоббита, но воду выпил. - Во-от! - протянул Бильбо - Теперь пусть попробует встать. Доберман словно понял его и неуверенно поднялся на лапы, а через секунду уже носился вокруг меня, виляя обрубком хвоста. - Бильбо! Спасибо тебе! Спасибо, спасибо! - от полноты чувств я вскочила и обняла хоббита, он крякнул: - Задушишь ведь! Я, спохватившись, отпустила его и увидела счастливую улыбку на его лице. - Идём к гномам? - спросил Бильбо. Я вздохнула: - Идём. Мы спустились с холма и, подходя к реке, услышали голоса: - Мы можем заплатить! - Нам бы только попасть в город! А, Барда встретили! Ясненько. Мы с хоббитом вышли на поляну. Бард резко натянул лук. Да, мне было страшно. Ну а что? Он ведь в меня целится! Но тем не менее, я ухватила Навага за ошейник и пошла прямо к лучнику. Лук он не опускал. - Что девушка делает здесь в компании... гномов?- спросил он. - Я жду своего друга, - ответила я. - Но мы с ним условились встретиться в Озёрном городе... Не могли бы вы помочь мне? Моё имя Ната. - Я Бард, - представился лучник, - но пройти в наш город трудно... - Я заплачу, - отмахнулась я и демонстративно погремела мешочком монет. Помните ставки на Бильбо? - Хорошо. - Только я не одна, - я внимательно взглянула на лучника. Он нахмурился, гномы за моей спиной притихли. И я победоносно закончила: - Со мной вот этот пёс, - и, повернувшись к Бильбо, сказала - Извини, но тебя они не бросят, а я... - я понимаю, - хоббит дружелюбно улыбнулся. - Прошу на борт, - мы с Бардом прошли в его лодку. Гномы стояли и тупо смотрели на нас. Наконец-то в ступоре не я! Но вскоре они опомнились и кое-как наскребли на поездку. Но у Бофура денег не оказалось. Тогда я незаметно протянула ему пару монет, гном улыбнулся, но Торин всё это заметил. - Нам не нужны подачки! - заявил он. Так бы и треснула. - Тебе может и не нужны, а кому-то нужны, - заявила я. Ещё немного и Торин взорвётся. Поэтому я решила заткнуться. Решить-то решила, а заткнуться не заткнулась: - И это не подачки, а помощь! - ага, нуждающимся и обездоленным. Всё, чайник, вернее Торин, закипел. Наташенька, беги! Король-под-Горой стал грозно надвигаться на меня, но не тут-то было. В промежуток между мной и гномом (ма-аленький такой промежуточек) впрыгнул Наваг и угрожающе зарычал. - Убери своего пса! - заявил Торин. - А ты перестань на меня надвигаться! - возмутилась я. Гном прищурился и, зыркнув на меня своими глазищами, ушёл. Фуф... Тем временем мы вышли в озеро. Я стояла на носу лодки, у моих ног лежал Наваг. Тишина. Я тихонько напевала себе под нос и, как это часто бывает, не заметила, как повысила голос. В общем, хвала Эру за то, что я стояла спиной ко всем, иначе увидела бы их изумлённые рожи.

Закат раскинулся крестом поверх долин вершины грез; Ты травы завязал узлом и вплел в них прядь моих волос. Ты слал в чужие сны то сумасшедшее видение страны, Где дни светлы от света звезд. Господином Горных Дорог назову тебя; Кто сказал, что холоден снег? Перевал пройду и порог, перепутье, Перекрестье каменных рек. Я ухожу вослед не знавшим, что значит слово страх. О, не с тобой ли все пропавшие, погибшие в горах, Что обрели покой там, где пляшут ветры под твоей рукой на грани ясного утра? Господином Горных Дорог назову тебя, облака Кружат стаей перед грозой. Наша кровь уходит в песок, позабудь ее, и она Прорастет тугою лозой. Я хотела остаться с тобой, Я уже успела посметь. Пахнет снегом, прозрачная боль - То ли даль, то ли высь, то ли смерть... Пусть укроет цепи следов моих иней, Чтоб никто найти их не мог. Кто теперь прочтет подо льдом твое имя, Господина Горных Дорог?..

- Красивый голос, - услышала я за спиной, и, не оборачиваясь, тихо откликнулась: - Спасибо. Мы, между тем, подплывали к городу. Бард велел гномам лезть в бочки, а меня с Навагом спрятал между досок и прикрыл мешковиной. Ну хоть кто-то смягчил мою участь! Я ж всё-таки девушка, как ни крути. Короче. Гномов быстренько залили рыбой, потом на Барда поругался какой-то человек, и бочки чуть не опустошили в озеро. Тра-ля-ля-ля-ля, и наконец: - Папа, а почему из нашего туалета вылезают гномы? Я, слава Эру, не вылезала. Меня провели через какой-то чёрный ход, не суть, главное, что не через туалет. Во-от. Потом мне выдали комнату младшей дочери Барда, которая переселилась к сестре, чему я была искренне против, но, гостю, конечно, всё лучшее, но права голоса он не имеет. Целый день мы торчали в доме Барда. Я пыталась хоть как-то помочь по хозяйству. А вечером мы, то есть я, Бильбо и гномы попёрлись к бургомистру. Ну, что сказать? Поругались. Помирились. В общем, мы теперь всеобщие герои. Ну, вы и сами знаете, что там было. А потом мы пошли домой. Ну, к Барду. Шли мы, значит, тё-ёмной такой улочкой. Навага со мной не было. Я решила не брать его с собой к бургомистру, мало ли что. Ну, в общем, шли мы, значит, этой самой улочкой, шли себе, никого не трогали. Я шла впереди, гномы с Бильбо сзади, метрах в двух от меня. Мне, честно говоря, было страшно. Как вдруг... Ладно-ладно, не «вдруг», а просто из-за угла одного из домов, вышел какой-то мужчина, пьяный в хлам. В руке он держал бутыль, на половину наполненную вином. Я остановилась. Мужичок пересекал ту самую улочку, по которой мы шли и, повернув голову, посмотрел на меня. - Ты! - вскричал он и, повернувшись уже полностью, стал надвигаться на меня. - Как ты могла меня бросить. Я отшатнулась от него. Тут мужчина заметил гномов и хоббита. - Вы представляете? - обратился он к ним, обойдя меня - Я к ней со всей душой, на хлеб зарабатывал, горбатился! А она... Он всхлипнул и снова повернулся ко мне. Я испугалась - мужчина изменился в лице, теперь в его глазах горел огонёк ярости. Он двинулся ко мне. - Помогите! - пискнула я. Никто не шелохнулся. Вот ведь гады! - Постойте, милейший! - окликнул пьяного Балин - Кем же вам приходится эта девушка? - Как это кем? - удивился тот. - Жена это моя! Что?! Нет, вы издеваетесь?! Ой, мама! Мужчина вновь повернулся ко мне. - Помогите! - взмолилась я. - Он не мой муж! Из глаз потекли слёзы. - Ой, по-моему там кто-то зовёт на помощь, - произнёс Кили, «с интересом» вглядываясь в тьму соседней улочки - Пойду посмотрю. И ушёл. Ушёл! А все остальные просто стояли и смотрели! Даже Бильбо. Хотя, может, он тоже испугался? А между тем мой новоиспечённый «муженёк» решил разобраться с предавшей его «жёнушкой». - Как ты могла? - поудобнее перехватывая бутыль, спросил он. А я поняла, что не могу его убить. Не в том смысле, что не умею, а в том, что не смогу. Ведь он не орк, он обычный человек. Ну, пьяный, да, но человек. И мне было страшно. Никто не собирался мне помочь. Меня начала колотить мелкая дрожь. Мужчина подходил всё ближе и ближе, поднимая бутыль над головой. Я зажмурилась, готовясь к удару, но вдруг услышала топот ног над головой, будто кто-то пробежал по крыше, потом свист, и что-то приземлилось прямо передо мной, разделяя нас с «муженьком». - Иди-ка ты отсюда, - услышала я голос Барда, а потом звук смачного удара. Открыв глаза, я поняла, что пьянчужка уходит. - Зачем ты это сделал? - спросил Торин грозно. - Потому что это дело чести - помочь девушке в беде, похоже, гномам оно не ведомо, - отозвался лучник. - Ведь это был её муж! - Муж?! - вскричал Бард - Да вы что, издеваетесь? Это наш местный сумасшедсший пьяница, он хоть вас мог своими жёнами назвать! Тут Бард подошёл ко мне: - Всё в порядке? Неожиданно я поняла, что спасена, и (О позор!) ноги мои подкосились, и я грохнулась бы на землю, если бы лучник не подхватил меня.