Мятежный дракон

- Никто из вас не знает меня. Никто не знает ни Крэбба, ни Гойла. Поверь мне, Грейнджер, они далеко не так тупы, как кажется. Более того — Крэбб не так чист, как кажется. - Что ты имеешь в виду? - Его кровь, - Малфой явно наслаждался произведенным впечатлением. - Это запретная тема для разговоров в его семействе, и никто из волшебников, кроме его отца и самого Крэбба, об этом не знает. Но у Крэбба есть брат, старший. Сын Крэбба-старшего и магглы. - Что?! - Стэну двадцать лет, его мать была проституткой. А отец Крэбба порой наведывался в маггловский Лондон втайне ото всех. У всех есть свои скелеты в шкафу, особенно у молодых темных волшебников. К счастью, об этом своем пристрастии старший Крэбб не распространялся. Когда оказалось, что Мэри Эммерсон беременна, было уже слишком поздно делать аборт. - И... ребенок был признан? - Нет, конечно. Просто Крэбб периодически присылал его матери деньги, а потом, когда Стэн подрос, порой навещал нежеланного сына. Самое странное, в один прекрасный день он привязался к ребенку... насколько Крэббы могут привязываться к кому-либо. И в итоге, как ты можешь догадаться, в семейке Крэббов оказался незаконнорожденный наследник. Правда, о нем было известно лишь самому папаше, но кого это волнует? - Действительно, кому? - Язвительно поддержала я. На самом деле я начала нервничать, ведь Малфой начал говорить о вещах, знание которых подразумевает большую ответственность. Пожалуй, даже большую, чем я хотела нести. - Стэн стал взрослее, а у Крэбба-старшего уже была жена и законный сын. Однако он не хотел бросать старшего ребенка, и все так же навещал его. Потом, когда и Винсент перестал быть неразумным младенцем, его папаша познакомил сыновей — втайне от женушки, естественно. Детишки стали друзьями, а потом... Потом началась учеба в Ховартсе. Малфой остановился, чтобы выпить воды из стоящего на столике стакана. Я же зачарованно ожидала продолжения — мне стало интересно, чем закончится эта история. - Итак, ты уже должна была понять, что Винсент Крэбб в конечном счете стал просто превосходным актером. Не каждому удастся так изумительно играть на публике дебила и магглоненавистника. - Всего один вопрос, Малфой. Почему я должна тебе верить? После стольких лет... - Хотя бы потому, что ты жива и невредима, Грейнджер. - И кстати, как ты оказался замешан во всем этом? Ты, наследник Малфой-менора? Хорек Малфой? Не верится, что ты всегда был таким милым и хорошим, но успешно скрывался... - Хватит называть меня хорьком, выдра! Между прочим, я тоже не очень-то люблю все эти замашки моего дражайшего родителя, но приходится играть свою роль. Мое мировоззрение круто поменялось буквально пару лет назад, так что не обольщайся — раньше я на самом деле был высокопринципным ублюдком. Малфой прислонился спиной к спине и прикрыл глаза, словно что-то вспоминая. Потом он тряхнул головой и внимательно посмотрел на меня, словно обдумывая какое-то решение. Медленно произнес: - Знаешь, то, что я тебе сейчас скажу... Это не для Поттера и Уизли. Лучше будет тебе промолчать об этом. В противном случае мне придется объявить войну вашей троице, и в конечном счете у всех вас будет стерта память. И я не обещаю, что это окажется приятным процессом — я не очень-то владею этим заклинанием. - Да говори уже, хватит угрожать, - нервно огрызнулась я. На самом деле я опасалась его угроз — кто знает, на что этот хорек способен... - Мы — я, Крэбб и Забини — сражаемся против Темного Лорда. - Брешешь же! - Совершенно нелитературным языком ответила я. - Ты путаешь вас с нами. Я всегда знала, что ты завидуешь Гарри, но это!.. - Дура, - Малфой картинно покачал головой. - Я говорю тебе чистую правду. Ты вообще маггловские новости читаешь? - Иногда, - я торопливо припомнила последние выпуски лондонских газет. Интересно, что он имеет в виду? - Буквально неделю назад сорвалось покушение на жизнь двух десятком магглов в одном из крупных банковских отделений. Нас назвали «трио в масках». Хорошо хоть, что не золотым... - Ну, допустим, что-то такое было... - Я поняла, о чем он говорил. Действительно, какие-то люди «в экстравагантных одеждах» пытались захватить банк и даже причинили вред двум охранникам и трем гражданским, сломав им пару ребер и наделав ушибов, но их действия были остановлены неизвестными в масках и облегающих плотных костюмах. Полиция прибыла буквально через минуту после того, как все эти люди — и нападавшие, и те, что были в масках — таинственным образом исчезли, оставив после себя разгром в банке, перепуганных и покалеченных людей и сиротливо лежащий в уголке труп одного из нападавших. Труп, кстати, не был опознан и уже через сутки чудесным образом пропал из морга. Кажется, теперь я понимаю, как. - И... и зачем же вы это делаете? - Я, кажется, уже говорил. Мы трое просто против идей Темного Лорда. Забини оказался в нашей компании раньше меня, так что... Скажем так, мне парни долго не доверяли. Так что, как ты понимаешь, мне приходится доказывать свою верность постоянно. Я в нашем трио всего второй год, так что, надеюсь, ты не станешь мешать мне? В какой-то момент я почувствовала симпатию к Малфою. Оказывается, он был не совсем придурком. И, похоже, то, о чем он говорил сейчас, действительно важно для него. Я тяжело вздохнула. С другой стороны, я ведь могу просто вовлечь их в Орден Феникса или Отряд Дамблдора, и все тут! Я не хочу скрывать все это от ребят. - Что требуется от меня, Малфой? - Просто молчи и не смотри на нас как-то по-другому. Представь, что ты ничего не знаешь. - А почему бы вам не присоединиться к Отряду Дамблдора? Вы ведь знаете про него, верно? - Грейнджер, ты же умная, ну не тупи... - Малфой устало потер переносицу и медленно, как слабоумной, объяснил: - Как в Отряде Дамблдора могут появиться слизеринцы? Пришлось бы все объяснять, и в конечном итоге правда всплыла бы на поверхность, и тогда конец всем нам. Даже то, что я рассказал тебе, уже опасно — ты ведь вполне можешь рассказать всем. Я оказал тебе величайшее доверие, и лучше бы тебе его оправдать! - Хм... мне тут пришла идея, - я вдруг радостно улыбнулась, чем, судя по вытянувшемуся лицу Малфоя, ввергла его в шок. - Тебе ведь ни к чему моя болтливость? Так вот давай заключим сделку! - Какую, черт возьми, сделку?! - Я молчу, а ты обучаешь меня невербальной магии. - Проще стереть тебе память прямо сейчас! - Ты не сможешь сделать это правильно, а объяснять потом, почему я веду себя как полоумная и пускаю слюну на лампочку не в твоих интересах. Быстрее будет прикончить меня, но это ты вряд ли сделаешь. - Я могу просто приметь Империо, грязнокровка, - Малфой крепко обхватил палочку. Я блефовала — кто знает, на что он способен? Но кто не рискует, тот, как известно, не пьет сливочного пива! - Ты вряд ли опустишься до применения Запретных заклятий. Теперь, когда ты рассказал мне это, я не верю, что ты такой уж плохой парень. - Подумай вот о чем, - зашипел слизеринец, подходя чуть ли не вплотную. - Там, в банке, был один труп. Как ты считаешь, кто убил этого Пожирателя? - Хочется думать, что не ты, - я сглотнула и невольно вжалась в спинку кресла, не опуская, впрочем, глаз. Пару секунд мы мрачно смотрели в глаза друг другу, потом Малфой отвел взгляд. - Черт с тобой. Я бываю тут каждый день. Если я буду давать тебе знак днем, это будет означать, что тебе надо идти после ужина сюда. Придешь позже, чем через час — твои проблемы, меня уже может не быть тут. Если сигнала не будет — лучше не суйся, это значит, что здесь находятся Блейз и Винсент. Им я о тебе не собираюсь говорить. - Разумно, - признала я. - А что за знак? - Буду менять его каждый раз. Завтра, например, я подойду к тебе во время зельеваренья и столкну что-нибудь с твоего стола. - Мило. А повежливее нельзя? - То, что ты тут слышала, не означает, что мы стали друзьями, Грейджер! Я не собираюсь обмениваться с тобой приветствиями и посылать тебе лучи доброты. Наши отношения останутся прежними. - Не очень-то и хотелось, - пробурчала я и протянула руку. - Если ты не против, верни мою палочку. - Ах, ну да, - Малфой порылся в кармане мантии и вытащил требуемый предмет. Взяв палочку в руки, я почувствовала хоть какую-то уверенность и смогла-таки спокойно подойти к двери. Напоследок я обернулась: - Я буду ждать сигнала, Малфой.