Анорексия

<b.>От лица Беверли:</b> Вжавшись в угол, я наблюдала за шумным коридором переполненным учениками. Все куда-то бежали, смеялись, читали, сплетничали. В общем, у всех были свои заботы. Мимо меня пробежал парень и чуть не уронил на меня свои книги. От этого я сильнее вжалась в угол, ожидая звонка на последний урок. Прижав к груди книгу по литературе, я опустила голову и посмотрела на свои старые и немного грязные кеды. Тут прозвенел звонок, я подняла голову и взяла рюкзак с пола. Моё сердце стучало настолько сильно, что кажется кроме его ударов все звуки в коридоре лишь мелкий шум. На данный момент я боялась только двух вещей: это встретится с Джастином, потому, что на литературу мы ходим вместе, и второе-упасть в обморок среди сотни глаз и ещё раз опозориться. Я не ела ничего с самого утра, потому, что опаздывала. А в столовой ничего не купила. Сейчас такое сосущее ощущение внутри, как будто живот сейчас превратится в тугой узел. Он урчал так, будто стадо слонов пробежали около меня. Из-за того, что я голодна, во рту появился неприятный запах. Поэтому я положила в рот третий по счету мятный леденец. Я вошла в класс и, как обычно, сев на своё место, подготовилась к уроку. Через пару минут в класс вошла Миссис Диккенс. -Здравствуйте, ребята,- сказала она и, поставив книгу на стол, села на стул. После обвела класс своим взглядом. -Итак, на прошлом уроке я задавала вам повесть Эрнеста Хемингуэя "Старик и море", кто пойдет отвечать?- она вновь посмотрела на класс. Я, прикусив губу, начала поднимать руку, как в класс вошли Джастин и Нейт. -Простите,- хмуро сказал Джастин, смотря на Миссис Диккенс. -В следующей раз, молодые люди, извольте приходить вовремя на мой урок. Или в ваших табелях будут не утешительные оценки,- проговорила Миссис Диккенс. Джастин закатил глаза, и они с Нейтом прошли в конец класса и сели на свое место. -Итак, кто будет отвечать?- вновь спросила Миссис Диккенс. Я опять не смело подняла руку, и, когда взгляд Миссис Диккенс пал на меня, она слабо улыбнулась. -Отлично, Беверли пойдет отвечать,- она опустила голову и что-то начала писать у себя в тетради. Я тихонько вышла из-за парты, и прошла к доске. На секунду взглянув на класс, я опустила голову и начала пересказывать. -Старик Сантьяго, кубинский рыбак рыбачил совсем один на своей лодке в Гольфстриме... Спустя 15 минут. -Когда он доплывает до берега, от рыбы остаётся один скелет, голова и меч, который Сантьяго дарит мальчику на память,- закончила я пересказывать и взглянула на Миссис Диккенс. -Прекрасно, я ставлю тебе "Отлично" Беверли, можешь сесть на свое место,- воскликнула учительница. Я мелкими шагами села на свое место и уткнулась в книгу. -Кто ещё? Мистер Уайт? Прошу,- говорила Миссис Диккенс и вызвала Уилла. Спустя 30 минут. Прозвенел звонок, и все начали собирать вещи, на весь класс Миссис Диккенс прокричала: -Ребята, домашнее задание прочитать биографию Джека Лондона и прочитать книгу "Железная пята",- она собрала свои вещи и вышла из кабинета. Я тоже вышла последней и поплелась к выходу из школы. По пути домой было холодно, я замерзла и, честно говоря, наверное, уже даже простужусь. Войдя домой я, не обнаружила папу дома, и, пожав плечами, поднялась к себе в комнату. Живот буквально разрывался на две части и умолял дать еды. Но я пыталась думать не об этом, ибо одна только мысль о еде заставляет наполнять мой рот слюной. Я сглотнула, и, переодевшись в домашнюю одежду, сразу же приступила к урокам. Уже полтора часа я пытаюсь понять эту чёртовую тему по тригонометрии, но еда заняла все мысли и даже на картинках учебника, я вместо чертежа вижу разные блюда, и это уже начинает походить на сумасшествие. Я со злости кинула учебник в стену и взялась руками за голову, била себя ладошкой по лбу пытаясь забыть, что такое еда. Но с каждым разом было все хуже и хуже. Я решила отвлечься на пару минут и, взяв в руки домашний телефон, набрала номер отца. Спустя несколько гудков он поднял трубку. -Пап, ты где?- спросила я, прикусив нижнюю губу от боли в желудке. -Сегодня я буду поздно милая, я буду ждать клиентов около аэропорта,- проинформировал меня папа. -М-м-м, ладно, пока,- сказала я и положила трубку. Я, плюнув на все домашние задания, просто поменяла расписание и решила лечь спать. Чем раньше, тем лучше. Одев пижаму, я почистила зубы и легла на кровать. Уставившись на потолок, я прикрыла глаза и пыталась заснуть. Но ничего не получалось, я чувствовала такую слабость во всем теле. Я переворачивалась из стороны в сторону. Но никак не могла удобно лечь. В какой-то момент, я не выдержала, и как ошпаренная встала с кровати и со всех сил побежала вниз, на кухню. Не включив свет, я открыла холодильник и, взяв первую кастрюлю в руки, я села перед открытым холодильником на пол, и сняв крышку с кастрюли начала есть вчерашние макароны, которые я даже не разогрела. Я ела как свинья, испачкав пижаму жирными пятнами. Дальше я взяла молоко и, открыв крышку, сразу начала жадно пить, да так что половина молока разлилось на моей пижаме и на полу. Кинув пустую упаковку молока куда подальше, я взяла в руки коробку пиццы и, открыв коробку, начала есть, и глотать, даже не пережёвывая до конца. Так я съела почти всю пиццу, и когда наелась, посмотрела вокруг себя. Вся кухню была грязная, на полу разлито молоко. Пижама испачкана жирными пятнами и тем же молоком. На полу валяется кастрюля с макаронами, а некоторые макаронины рассыпаны по всей кухни. Коробка пицца рядом со мной, порванная. Сама я ужасна грязная. Я не могу поверить, что ЭТО могла сделать я, так намусорить, насвинячить. Уголки глаз наполнились слезами и я, не выдержав, согнулась и начала кулаками бить по полу, при этом крича от боли внутри. Я превратилась в чудовище.