Любовь по наследству

       Хината умерла через два дня после нашего с ней разговора. В пятницу. Её хоронили на следующий день. Собрался весь наш «великий и могучий» клан Хьюга. Наруто тоже был там. Расстроенный и потерянный. По его щекам текли слёзы, он единственный, кто показывал свои эмоции. Единственный, кто плакал. Наверное, это меня всегда и привлекало в нём. Мне хотелось взять его за руку и сказать, что теперь я буду с ним. Но я понимала, что в данный момент это неуместно. Я стояла рядом с отцом. Его лицо ничего не выражало, даже я не понимала, что он чувствует и чувствует ли что-то. Хиаши Хьюга — глава клана и мой отец, самый строгий и суровый человек, которого я знаю. Он, чуть нахмурившись, смотрел на красивый гроб, в котором лежала Хината. Как ни странно это звучит, но мёртвой она выглядела живее, чем в нашу последнюю встречу. Ей нанесли макияж, подкрасили губы, нарумянили щёки. Чёрные волосы уложили в красивую причёску. Надели дорогое шёлковое кимоно невесты. Вокруг лежали белые розы, я знала, что их ровно тысяча. Как всегда, пафосно и дорого, тем более на похоронах наследницы главы клана. Эта мысль натолкнула меня на воспоминание, что отец в разговоре, при котором я присутствовала, сказал одному из своих партнёров, представляя меня. — Это моя младшая дочь, Ханаби, она унаследовала деловые качества Хьюга, мне бы очень хотелось, чтобы именно она была наследницей главной ветви нашего клана. Тогда эти слова порадовали меня, но сегодня, вспомнив их, я опять убедилась в словах, сказанных мамой: «мысли материальны». И вот я стала наследницей. Во всех смыслах. Монотонные сутры и звуки гонга раздражали. Родственники переминались с ноги на ногу. Некоторые даже украдкой смотрели на часы. Время — деньги. Наруто беззвучно плакал. Я разглядывала Хинату, запечатлевая её образ в своей памяти, пришла глухая и болезненная мысль, что она похожа на маму. Два года назад всё было аналогично, только её хоронили в красном кимоно и с красными розами. Наконец всё закончилось. Останки Хинаты поместили в красивую вазу и вручили моему отцу. Тем же вечером я поехала к Наруто. Чёрное платье выгодно подчёркивало мою фигуру. Сегодня я запланировала расстаться со своей девственностью. Я точно знала, что у них с Хинатой так и не дошло до «того самого», сестричка ждала свадьбы. Он открыл мне и удивлённо поднял брови. — Ханаби… Что ты здесь делаешь? — Мне так грустно, Наруто… Так плохо, — он пропустил меня в дом. Его родители уехали в кругосветное путешествие ещё два месяца назад, поэтому я знала, что дома он точно будет один. — Хинаты не стало. И я до сих пор не могу в это поверить… — Наруто сел на диван в гостиной, я села рядом. — Да, ты прав… Просто дома мне так одиноко и пусто, прости, что я пришла к тебе… — он взял меня за руку и приобнял. Мне стало необыкновенно тепло и хорошо. — Мне нужна твоя поддержка. — Она просила позаботиться о тебе, — добавил Наруто, — сказала, что ты только кажешься холодной, но на самом деле ты ранимая. — Я не холодная! — возмутилась я, даже после смерти сестра смогла утереть мне нос. Но Наруто мягко улыбнулся, я улыбнулась ему в ответ и прижалась ближе, спорить расхотелось. Я просто сидела в обнимку со своим любимым человеком и вдыхала его запах. Было так хорошо. Больше между нами не было ничего, не было Хинаты, и теперь всё точно будет хорошо. Я размышляла, стоит ли начать плакать, как неожиданно Наруто грустно выдохнул, его дыхание было горячим. Он продолжал меня обнимать и сжал в объятиях крепче. Затем поцеловал в висок, вдыхая мой запах, схватил моё лицо и покрыл его поцелуями. Быстро справившись с лёгким удивлением, я стала отвечать ему. Наши губы соприкоснулись, мой первый поцелуй, мой поцелуй страсти. У меня слегка закружилась голова. Наруто просто волшебно целуется, я чувствовала себя героиней любовного романа с их патетическим слогом. Даже представила на миг, как бы это было описано. «Сердце Ханаби забилось раненой птичкой, волна жара спустилась от груди к животу. Губы Наруто были восхитительно сладкими и горячими...» Да, сто процентов, что-то вроде этого. Потому что моё сердце билось так, словно пыталось вырваться из грудной клетки. А поцелуи были просто великолепными. Сладкими, нежными, чувственными, рождающими тех самых бабочек в животе, о которых я так много читала. Я подняла его футболку, и он помог мне её снять. Его тело чертовски сексуально, и пусть я шестнадцатилетняя девственница, последняя в классе, но это не потому, что моя семья строгая и патриархальная, не потому что я не красивая или чего-то стыжусь. Нет, ещё два года назад я решила, что хочу потерять свою невинность с любимым человеком, с Узумаки Наруто. Классным, сексуальным, красивым, солнечным парнем.