Hungerstuck

      Твоё имя - Аранея.       19 лет. Ментор дистрикта №5.       И сейчас ты снова и снова пересматриваешь запись убийства одного из твоих трибутов.       Со всех ракурсов. Ещё раз, и ещё раз. В отличном качестве, с замечательным звуком. Казалось бы - всё это происходит здесь, совсем рядом. Здесь, в твоей комнате проливается кровь. Иносказательно, конечно.       Теперь ты чувствуешь некую вину за то, что привезла их сюда.       За то, что вообще на это согласилась.       Щёлкнув пультом, с бесконечной сцены убийства ты переключаешься на Пейшес. На наследницу.       Скретч, наверное, думал, что ты не догадаешься, кто она. Зря он считал тебя безмозглой. Это сходство... Его сложно не заметить.       На экране она медленно пробирается по лесу. У неё есть мешок защитного цвета - единственное, что она смогла захватить у Рога. У неё нет оружия. Ей категорически не повезло, не то что тебе...       Кстати, о везении.       Рядом с тобой лежит белый конверт. Даже ослепительно белый. В нём - ярко-зелёный лист бумаги, на котором выписаны витиеватые белые буквы. Нужно постараться, чтобы разобрать их, но ты вполне смогла это сделать. И если сократить это послание, выделив суть, то остаётся нечто вроде: "Не говори ничего о том, что ты сделала и помни, почему ты вообще жива".       Ты и так отлично помнишь.       Смяв лист ты отправляешь его в мусорку. После наконец выключаешь телевизор и выходишь из полутёмной комнаты.       Пожалуй, ты не отказалась бы прогуляться.       Внизу, в общей гостиной двое других менторов смотрят всё те же Игры. Или не совсем - Кронус спит, свернувшись в кресле и обняв подушку. А вот Меулин не отрывается от экрана, широко улыбаясь.       Она замечает тебя, как только ты спускаешься на пару ступенек.       - Никто ещё не заходил? - спрашиваешь ты, просто чтобы не молчать глупо.       - Поррим заглядывала, - громко отвечает она, с трудом перекрывая звук телевизора. - Она собирается на интервью, начнётся уже совсем скоро! Хочешь посмотреть?!       Интервью значит... Очередной выход Скретча, очередная возможность увидеть его выбеленное лицо. Мысленно скривившись, ты отвечаешь резко и твёрдо:       - Нет.

==> будь Гамзи.

      Пока никто не видит, ты тихо тащишь тело сис в сторонку. Зачем оно им? А ведь она была почти твоим другом. Вы были близки, мать его. Так что она бы не была против. Ей даже понравилось бы понюхать новые места. Она бы точно не была против, нах!       Отдышавшись, ты снова вцепляешься в её руку и тянешь, тянешь. Рука холодная и от твоих пальцев не греется.       Вот же грёбаное чудо.       Остановившись, ты утираешь пот. А ей бы определённо не помешало сбросить пару килограммов.       - Тебе нужны тренировки, - говоришь ты, усаживаясь рядом, а после и вовсе укладываясь на траву. Она холодная. Такая же холодная, как сис.       Ты смотришь в тяжёлое, забитое облаками небо. Скучно. Не ярко. Не грёбаное чудо.       И почему вас занесло в такое мрачное место?       Солнце бы сюда... Яркое, жёлто-красное.       Красное...       Как на запястье у сис.       Усевшись, ты осматриваешь её руку. Она повязала на неё красную ленту, которую раньше носила на глазах. Круто! Ты быстро развязываешь узел - сис же не против - и затягиваешь ленту на своей голове.       Всё, мать его, такое красное!       И пока ты восторженно вертишься по сторонам, над твоей головой нарастает неприятный гул.       Ты принюхиваешься, но ничего необычного не чувствуешь. Да, ты так не умеешь, а жаль. Но никто ведь не заметит, если ты немного сжульничаешь.       Оттянув ленту от глаз, ты щуришься на небо.       Оно всё ещё серое и жужжит.       Или стоп, нет.       Планолёт зависает над тобой, совсем невысоко. Ты уже видел такие, летающие, как птички. Чудеса, а? Но сейчас эта птичка пытается забрать твою сис.       Эй! Не круто.       Зарычав и выставив кулаки, ты бросаешься на её защиту.

==> будь Кронусом.

      Тебя зовут Кронус.       20 лет. Ментор дистрикта №2. Интроверт. Необычная и разносторонняя личность. Левша. Музыкант и поэт...       Ты бы ещё о себе рассказал, но не сейчас. Сейчас ты хочешь спать.       Уснуть нормально тебе не даёт орущий во все динамики телевизор - Меулин опять выкрутила громкость на полную. Вот же глухая. Приоткрыв глаза, ты видишь, как она подскакивает на диване, не сдерживая эмоций.       - Что тамл? - спрашиваешь ты, поднимаясь. Водички бы...       Она удивлённо оборачивается к тебе, но отвечает быстро - хорошая реакция.       - Скучные Игры. Три трупа за час.       - Вижу, как ты расстроенмла, - усмехаешься, не без доли грусти. - Вамл всемл нужна только кровь.       Неправда! - режет её крик по ушам. - Я же сочувствую тем, кто выбыл!       Ты морщишься. Лучше бы глухим был ты.       - И что с того? Вы все ноете, что трупов мламло. Кромле того, - ты ловишь её взгляд. - Вы все самли убивалми. Забымла?       Она притихает, только динамики телевизора так и разрываются.       И она мотает головой. Молча.       Ты продолжаешь.       - Ты самла то скольких прикончимла, помлнишь? Почти всех их. И того парня из твоего дистрикта, - она тихо вздыхает всё ещё не отводя глаз. - А он сначамла хотел закмлючить с тобой союз. Неужемли ты забымла?       Этого уже хватает, чтобы вывести Меу из равновесия, но тебе мало. Ты продолжаешь говорить.       - И Руфио с Канкри убивамли, хотя сейчас кажутся невиннымли овечкамли. Убивамли, не млорщась. Млатумла вообще слмеямлась в гомлос, когда всех приканчивамла, - ты подаёшься к ней, не замолкая. - Я помлню, хорошо, млать его, помлню. И Аранея, которая сейчас с намли не разговаривает, притворяясь чистенькой. Вы все убивамли! И хотите ещё крови сейчас! - твой голос почти перекрывает телевизор. Меу дрожит - к таким психологическим атакам она не приспособлена, да и куда ей.       Ей нужно время, чтобы успокоиться и снова открыть рот. Да, ты умеешь произвести впечатление.       И потом она одними губами шепчет:       - А ты?       Ты снова грустно улыбаешься.       - Я - совсем другое дело. Я этого не хотемл. Вамл мленя не понять.       Она молчит. Ты поднимаешься с кресла и забираешь у неё пульт, отключая звук наконец. А потом идёшь к барной стойке. Хочется воды. Просто воды. И курить.       - Ну и, - говоришь ты Меу уже спокойнее, - что эти млемлкие успемли натворить?