Небеса

-Папа… Шерлок встрепенулся от размышлений и посмотрел на дочь. Девочка смотрела на отца красными от слез глазами. Её серьезный, совсем не детский взгляд пронизывал до костей. Холмс вздрогнул и моргнул пару раз, приходя в чувство. Ему надо быть сильным. Хотя бы ради детей. - Да, милая? - А мама будет там…в земле, да? Мужчина нервно сглотнул и постарался придать лицу спокойное выражение. Уж это, ему всегда удавалось на отлично. - Мы почти приехали. Давай-ка выходить. Шерлок покрепче прижал к себе Джона, сидящего у него на руках, чтобы тот не упал и остановил кэб. Оставив на заднем сидении пару купюр, Холмс вышел из машины, крепко держа на руках младенца, и помог вылезти дочери. Холод, пронизывающий до костей воет бешеным ветром. Полы пальто колышутся на ветру. Он здесь не один, и это явно чувствуется. - Привет. Поиграем? В игру вступает еще одна пешка. Нет. Скорее, король. Мориарти держит её при себе, крепко прижимая клинок ножа к горлу. Он чувствует её боль. Знает, о чем она сейчас думает, но ничем не мог ей помочь. Все что оставалось делать – лишь беспомощно наблюдать за этим… Дети и мужчина достигли черной ограды. Мрачно. Поскорее обойдя её, Холмсы вошли на кладбище. Спешно обходя могилы, они двигались по какому-то пути, лишь им одним известным. Шерлок старался никуда не смотреть, и лишь молча шел, задумчиво смотря то на сына, то на дочь. Девочка же, шла быстрым шагом впереди. Она боялась. Единственному, чему был рад мужчина, так это тому, что его дети не знают о том, кто он. И какие у него могущественные враги, что могут одним лишь движением сломать им жизнь. Отнять у них мать. Отнять все. - Мы пришли? Детектив на минуту зажмурил глаза. - Чего ты хочешь? - А ты разве не знаешь? – Шутливым, даже, издевательским тоном ответил король. Противно. Он знал. Мориарти хотел лишь причинить ему боль. Не трогать его самого. Сделать во много раз хуже. Шерлок посмотрел на Молли. Девушка дрожала в руках злодея. В её глазах был неподлинный страх. В глубине души она молила о помощи. Но он не мог ей помочь. Если Мориарти что-то завело, что его уже не остановить. Сделав шаг вперед, Шерлок открыл глаза. Вот и он. Небольшой холмик земли, над которым цвели ангельски прекрасные растения. Это правильно. Такой человек как она, заслуживает таких цветов. Достойных её красоты. Значит, не зря он три дня назад всю ночь трудился над этим, перекапывая клумбы и сажая их на холмик. - Ма…мама? Холмс вздохнул и посмотрел на сына. Малыш еле умел говорить, и вопросительная интонация в его голосе, возможно, расшифровывалась как вопрос, куда делась мама. - Мама там, малыш. – Шерлок поднял голову к небесам. – Там, на небе. Она сейчас не может подойти к тебе и поцеловать, но она тебя любит. Джон слабо улыбнулся и угукнул. Шерлок вздохнул. Такой маленький, а уже познал тяготы жизни. Это было несправедливо. И во всем виноват лишь он сам. Одно режущее движение и девушка падает на пол, словно марионетка, у которой обрезали ниточки. Последние ниточки жизни. Шерлок не помнил, кричал ли, не помнил что говорил. Единственное что он помнил, это как подлетел к хрупкой фигурке, лежащей на мраморном полу, успев-таки поймать её в свои руки. Но уже было поздно. Он не успел… Почему он не может с ней поговорить? Почему не может подойти к ней, обнять её, прижать к себе? Да, возможно, при жизни он делал это мало. Возможно, иногда был к ней груб и придирчив, но, наверное, такие вещи прощаются? Колени мужчины подогнулись. Молли, маленькая Молли, шагнула к отцу и взяла у него с рук малыша. Она всегда понимала его с полуслова. И очень была похожа на мать. «Молли. Прости, любимая. Прости меня. Я не успел спасти тебя, не смог ничего сделать. Не успел. Я знаю, ты любила нас. Бескорыстно любила, ничего не требуя взамен. Ты не заслужила такой участи. Думаю, было бы лучше, если бы тогда тобой оказался я…»-Ветер протестующе взревел. Шерлок не был верующим. Он так же не верил в примету и прочую ересь, но почему-то на этот раз что-то заставила его поверить что это знак. Знак от неё. «Прости ,что говорю такое. Понимаю, утешения мало будет, если я скажу, что люблю тебя. Люблю тебя до сих пор. Тебя любят наши дети, и я позабочусь о том, чтобы они никогда не забыли о тебе. Обещаю. Обещаю и то, что буду всегда заботиться о них, что бы ни случилось. Молли напоминает мне тебя. Наверное, не зря мы её так назвали.» -Шерлок слабо улыбнулся. – «А Джон… пусть еще и маленький, но у него твой характер. Такой же упрямец.». По щеке мужчины скользнула одинокая слеза и скрылась в воротнике черной рубашки. Но больше он не проронил ни слезинки. Рукавом вытерев лицо, Шерлок оглянулся на детей. Молли стояла позади него, дрожа от холода, еле держа на руках маленького брата. Двухлетний ребенок был явно тяжеловат для восьмилетней девочки. Это все выглядело настолько умильно, что Холмс не выдержал и чуть улыбнулся детям, как бы, ободряя их. Из-за хмурых массивных туч неожиданно выглянуло теплое осеннее солнце. Оно согрело все вокруг: Цветы, травы и трое людей, стоящих возле могилы любимого человека. Мужчина поднял к нему голову, наслаждаясь теплом. Он понял её. И никогда не забудет. Встав с колен и отряхнувшись от налипших комьев земли, Шерлок взял на руки Джона и прижав к себе дочь, столь сильно похожую на мать, пошел с ними к выходу. Прочь от этого страшного места. Домой. А где-то там, выше облаков и солнца, выше всяких планет, была Молли. Она смотрела на своих любимых и улыбалась теплой улыбкой солнца.