Пианист

Pov Лиллит

Justin Bieber – I Would

- Мы можем идти? – спрашиваю я у молодого человека, только отложив столовые приборы. Он сделал тоже самое, от чего на несколько секунд повисло молчание, а после мама с отцом отпустили нас прогуляться по территории.       Мы некоторое время шли в молчании, не решаясь сказать слова, хотя Зейн не был похож на такого парня. Я хотела поговорить с ним, но не знала, с чего бы надо начать. Я не знала, что можно спросить у него… - Ты уже выпускник Школы Искусств? – произношу первое, что пришло мне в голову, но может это и станет началом нашего общения? - Нет, я только на третьем курсе, - улыбается он, засовывая руки в карманы, снимая очки, убирая их в карман. – А ты? Ты же, наверное, тоже в каком-нибудь институте учишься. - Не совсем, Зейн. Мне ещё надо доучиться один год в пансионате, - опускаю голову, рассматривая запястья, увешанные разными браслетами. – Моя сестра будет учиться там же в следующем году, - улыбаюсь, вспоминая о Саманте. – Но она не хочет этого. - Ей не нравится пансионат или что? - он особенно выделяет «пансионат» не скрывая сарказм. Я лишь качаю головой, понимая, что он немного, но прав. - Почти. Она же учится в школе Лондона, а тут ехать в Германию, незнакомую страну, это тяжело для ребёнка. - Она так мала? Я не думал, что у Вас большая разница в возрасте, - я клянусь, думала, что он присвистнет, но нет. – Или сколько ей? - Двенадцать, она ещё ребёнок, как не крути. – Перед глазами проносится наше детство, как мы играли вместе, когда оставались с няней. Воспоминания так свежи, словно это было на днях. – Я действительно привязана к ней. - И сколько тебе лет? - Мне 17, а тебе? – я не умею жить без встречных вопросов, это было необходимо. - Двадцать, но я бы хотел посвятить свою жизнь тому, что я порой скрываю от знакомых. – Нотки печали сквозят в его голосе, когда он проговаривает это, и у меня в груди всё обрывается. – Я бы хотел играть и стать известным с помощью этого. - Почему ты скрываешь это? У тебя же замечательно выходит, - смешок вырывается из него, и я недоуменно уставилась на него. Почему он смеётся над моими словами? – Я сказала что-то не то? – мой голос похолодел, когда я говорила это. Такова моя натура – вспылить не по делу. - Нет, я не это подразумевал. Я про то, что они знают это, но не считают, что я должен посвятить свою жизнь именно для того, чтобы стать пианистом, - отвечает он немного странно, резковато. Да, я лезу не в своё дело. - Это не моё дело, прости, - отмахиваюсь я, и Зейн лишь улыбается этому. – Что? - Я не ожидал, что буду учить именно тебя игре на рояле, правда. Я думал, что это будет твоя младшая сестра. – я осматриваюсь, замечая, что мы добрели до беседки. – Присядем? - Конечно, можно, - улыбаюсь я, садясь на скамеечку. Было тепло, свежо и безветренно. Хорошо было посидеть намного на улице, в тишине, которая изредка прерывалась коротким диалогом между нами. - А в чём именно у тебя пробелы? – спрашивает Зейн на пути в дом, и на пороге показывается обеспокоенная мама, которая кидается к репетитору. - Зейн, я совсем забыла о костюме для Вас! Завтра у нас очень важный приём, и вы должны быть там. Вы могли бы сыграть что-то для гостей? – тараторит мать, а я мимо ушей пропускаю её слова. – Я попросила нашего дизайнера, чтобы приехала завтра утром сюда и подогнала бы костюм для Вас! - Миссис Фокс, это очень любезно с вашей стороны, но, может, я лучше сегодня поеду в Лондон? И вас не буду беспокоить, - отвечает Зейн, переворачивая перстень, который красовался на среднем пальце левой руки, камнем вверх. - Ох, Зейн, Вы не доставите много хлопот. Наши служащие уже всё обустроили, комната неподалёку от спальни Лиллит, она проводит Вас, - улыбалась мама, проводя рукой по немного испачкавшемуся кардигану парня. – Может, чаю? - Мам, мы хотели с Зейном посмотреть, что я умею, пока не очень поздно. – Улыбаюсь я, и рот матушки отрывается так широко. Уже не знаю, о чём она могла подумать, но я решила исправить ситуации. – А то он не знает, с чего необходимо начинать моё обучение. - Ну, что же, я не могу препятствовать Вам. Лили, твоя одежда, как и платье Саманты прибудет завтра с Камелией. Зейн, для Вас так же будет костюм, не противоречьте. – Зейн лишь улыбается, опуская голову. Он всё ещё был без очков, и был симпатичным, очень. – Проходите, я скажу Клариссе подать Вам чай через час. Мама ушла, оставив нас наедине, и я опустила голову, не зная, что сказать. - Пройдём к роялю? – улыбается Малик и я киваю, быстро направляясь во внутрь.

***

Ed Sheeran – Autumn Leaves

      Я сидела напротив Зейна на втором этаже в кабинете отца, попивая тёплый чай из большой чашки. Медленно потягивая напиток, я вслушивалась в игру парня, узнавая песню, которую он исполнял. У нас было пианино, которое находилось здесь, и именно здесь мы и будем заниматься. - Мне нравится эта песня, - улыбаюсь, когда он на секунду переводит взгляд на меня. – У него все песни хорошие. - Ты слушаешь современную музыку? – улыбается он с заметной издёвкой, и я, оскорбленная, отворачиваюсь. – Прости, Лиллит, я не хотел. - Называйте меня Лили, не очень люблю это формальное «Лиллит», - морщусь, вызывая смешок. - Хорошо, Лили, я буду называть тебя так. А ты не обращайся ко мне на «вы», я всего на три года старше. - Хорошо, Зейн, больше не буду, - улыбаюсь, и парень запел так, что у меня перехватило дыхание. Его голос, словно голос ангела.

Do you ever wonder if stars shine out for you? Float down Like autumn leaves And hush now Close your eyes before the sleep And you're miles away And yesterday you were here with me