Пианист

* 3 недели до отъезда *

      Эта неделя была напряжённой.       В понедельник я ездила по Лондону, чтобы отвезти важные бумаги компаньону родителей, который также мотался по городу, но я перехватила его в ресторане, когда мужчина зашёл на обед.       Во вторник я была целый день в нашем доме, управляя всем и вся, ведь через два дня будет тринадцатый день рождения моей замечательной Сэм, и я бы хотела, чтобы у сестры всё прошло лучшим образом. Я пригласила её друзей к нам, чтобы они также смогли попрощаться.       Отъезд… да, этого было не избежать, но через полгода я вернусь. Охотно вернусь обратно в Англию, чтобы увидеть Зейна. Интересно, он сделает себе новую татуировку? Я бы хотела, чтобы это было что-то на ноге, думаю, что это будет выглядеть отлично.       В среду Зейн поехал в Лондон сам, пообещав привести вечером одну необходимую для праздника вещицу – а именно продукты. Я, конечно, могла бы всё заказать, но это же будет не то, верно? Тем более, Кларисса согласилась всё приготовить. - Я приеду вечером, ты чего? – улыбается парень, лёжа на моей кровати, обнимая за плечи. Я повернулась к нему, улыбнувшись, поцеловала в щёку. – Надо побриться. - А мне нравится, – проговариваю, приподнимаясь чуть выше, чтобы быть на уровне его лица. – Тебе идёт, ты становишься сразу таким… – я думаю пару секунд, проводя рукой по его щеке, - мужественным.       Он тихо рассмеялся, и поцеловал меня в щёку, проведя щетиной по плечу, я рассмеялась из-за этого ощущения. - Зейн, – проговариваю, парень смотрит на меня, и приближается, касаясь губами моих губ, и в животе словно порхают бабочки, такая лёгкость… – Тебе стоит поехать.       Отрываюсь, и парень вздыхает, соглашаясь. Надевает рубашку на майку, целует меня в щёку и уходит, повернувшись напоследок, проговаривая: - Но я всё же побреюсь, – хихикает парень и уходит, закрыв за собой дверь, оставляя в моей комнате аромат своего геля для душа.       Он, как и обещал, приехал вечером, вытаскивая из багажника продукты, быстро передавая их дворецкому. - Спасибо, приятель, – улыбается Зейн, и мы вместе проходим за стол, присаживаясь. Саманта вяло ковырялась в тарелке, мрачно поглядывая на родителей, но я так и не смогла понять, что здесь произошло. Ужин прошёл в гробовом молчании.       В четверг я проснулась очень рано. На часах не было и семи часов, поэтому я быстро прошмыгнула в ванную, которая у нас была смежная и залезла под прохладный душ, который должен был привести меня в чувства и отогнать сон.       Я спустилась на первый этаж в шортах и майке, увидев Зейна, который помогал украшать холл. Я улыбнулась парню, подходя со спины, обнимая. - Привет, - промямлила я, опираясь щекой о его спину. – Ты всё же побрился!       Парень рассмеялся моему замечанию, и я отошла от него, взяв в руки несколько шаров, связывая их вместе. Я не знала, что сказать, чтобы заполнить тишину, но, кажется, Зейну и не надо было это. Парень продолжал заниматься своим делом. - Что будет, когда я уеду? – задаю вопрос, который вертелся у меня в голове последний месяц. Рано или поздно я должна была спросить. – Меня не будет здесь полгода. - Это проблема, Лили? – удивляется Малик, смотря на меня. Парень связывает шары, и передаёт их мне, а я, в свою очередь, связываю их вместе. С кухни доносится ароматный запах, и у меня, кажется, потекли слюнки из-за этих ароматов. - Я… я не знаю. Я не хочу, чтобы это повлияло на наши отношения, - проговариваю в смятении я, проводя рукой по щеке, поправляя выбившуюся влажную из-за недавнего душа прядь за ухо. - Оно и не повлияет, Лили, - ласково произносит Зейн, подходя ко мне, возвышаясь, обнимая за талию. Мне ещё неловко, когда он стоит так близко, и я отчётливо чувствую его тело через одежду. – Я действительно влюблён в тебя, и, боюсь, что так просто ты не отвяжешься от меня. Он улыбается, мимолётно коснувшись губ, и отстранился, улыбаясь, освобождая меня из своих объятий. – Твои родители ушли минут двадцать назад. – Я киваю, ибо слышала то, как они уходили, и принимаюсь за свою работу, когда к нам присоединяются слуги, а мы с Зейном в это время продолжаем делать то, что и делали.       Саманта спустилась через два часа с таким же настроением, как и вчера вечером, но только увидев меня и Зейна она улыбнулась, и кинулась к нам, перепрыгивая ступеньки, чуть не расшибив себе голову. - Спасибо! – воскликнула она, обнимая меня и Зейна, который присел на корточки, чтобы ей было удобнее его обнять. – Это так классно!       Я не могла спрятать улыбку, которая показалась на моём лицо, мне казалось, что так и должно быть. Она была так счастливо в тот миг.       К обеду подъехали её друзья из школы, и мы устроили неплохие посиделки у нас в холле, ведь на улице, как назло, был проливной дождь, но это ничуть не испортило наше настроение.       Сестричка была рада всему, что мы подготовила для её друзей и вечером развезли каждого по домам. На обратной дороге я села в машину к Зейну, а Саманта ехала с водителем в нашей машине. - Ей понравилось, правда? – спрашиваю я у парня, когда мы выезжаем на дорогу, ведущую к дому. На втором этаж лишь в коридоре горел свет. - Это было лучшее, что ты могла бы сделать, правда. – говорит парень, потянувшись ко мне за поцелуем. Саманта уже направлялась к дому, когда мы подъехали, и остались сидеть в салоне. Был сильный дождь, но видимость, слава богу, была отличная. Губы парня накрыли мои, и молодой человек притянул меня ближе к себе для поцелуя, от чего я больно упёрлась руками о какой-то рычаг. Я нечаянно прикусила губу парню, от чего он лишь зажмурился, и положил руку мне на затылок, заставляя приблизиться ещё ближе. Между нашими телами были миллиметры, и это пугало. - Зейн, - проговариваю, оторвавшись, и он испуганно взглянул на меня, отстраняясь. – Давай не сейчас. - Да, конечно, - говорит, отворачиваясь, достаёт один зонтик, чтобы бы могли дойти до крыльца. – Я сейчас выйду, только не смей высунуться на улицу, заболеешь. – я опять кинула и стала ждать парня, который появился через секунду рядом, открывая мне дверь, приглашая выйти. Он захлопнул дверцу, ставя машину на сигнализацию, и мы бегом направляемся в холл, где на пуфике сидела Саманта, разглядывая подарки. - О, оно очень симпатичное, - улыбнулся Зейн, показывая на небольшой кулон, который переливался при свете ламп. Сестра кивнула, и стала перебирать остальные. Мы решили оставить её одну и прошли наверх. Отправив Зейна переодеваться, я зашла в свою комнату, моментально включая телевизор на музыкальном канале.       Прохожу в гардеробную, доставая спортивные штаны и футболку, скидывая балетки и шорты, которые были мокрые сзади из-за дождя. Переодеваюсь, собирая волосы высокий пучок. Выхожу, и вижу Зейна на пороге. Мы ложимся на кровать, и я начинаю листать каналы в поисках какого-нибудь фильма, который мы, определённо, не будем смотреть.       В пятницу мы весь день просидели в кабинете отца, играя новые и более сложные композиции. Я грызла гранит музыкальной науки и к вечеру смогла отыграть всё это без напряжения. Родители вновь вернулись поздней ночью, уставшие и измотанные. - Ты почему не спишь? – спрашивает мама, заходя в столовую, где я сидела с Зейном, попивая горячий шоколад. Август был самым грязным и холодным месяцем лета. – Добрый вечер, Зейн. - Здравствуйте, миссис Фокс. – улыбается парень и мама садится за стол, позвав Клариссу, которая ещё не пошла спать. Я поражалась этой женщине. Вставать в такую рань и ложиться так поздно… - Кларисса, сделай мне крепкий кофе и мистеру Фоксу тоже. У нас будет тяжелая ночь впереди, - произносит она, зевая, и кухарка уходит, оставляя нас втроём. – Я не представляю, что творится со всем вокруг. - Всё очень серьёзно, да? – спрашиваю я, и мама кивает, положив голову на руки. – Мам, может, ты пойдёшь, поспишь? Со здоровьем не шутят. - Нет, я помогу твоему отцу, а после пойду. Я сейчас нужнее там, чем в кровати, - смеётся она тихо, и в этот момент перед ней оказываются две чашки с горячим кофе. – Спасибо, Кларисса. А вы, дети, не засиживайтесь, уже не вечер, - она подмигивает нам, на что я удивлённо распахиваю глаза, и мы переглядываемся с парнем. - Кстати, мам, я могу поехать с Зейном в воскресение в Лондон? – спрашиваю я, пока не забыла, и она кивает, шустро прошмыгнув в сторону кабинета отца.       Суббота прошла незаметно, словно её и не было. Но в воскресение был самый лучший день...

*Воскресение*

      Мы приехали в Лондон пару часов назад, и сейчас сидели в квартире парня, разговаривая о какой-то ерунде, не заботясь о времени. Я смеялась с его шуток, которые казались мне уморительными, а Зейн смеялся надо мной. И мне нравилось это.       Всё было так по-домашнему, словно я знаю его всю сознательную жизнь. Чуть меньше трёх месяцев, а этот парень уже частичка меня. Может, это и называют любовью? - Мне так хорошо с тобой, - проговариваю, положив голову ему на грудь, слушая ускоренное сердцебиение парня, и он переплетает наши пальцы, смотря на них. – Так уютно. - Ты даже не можешь представить, что творится у меня внутри. – Отзывается молодой человек, и улыбаюсь, смотря на него. Его карие глаза пленяют меня всё больше и больше с каждым мгновением, и я приподнялась на локтях, смотря на молодого человека. – Я влюблён в тебя, Лили Фокс и я, наконец, могу признаться в себе этом.       Сердце защемило от этих слов, и слёзы застилали глаза. Опускаю голову, чтобы парень не видел этого, но он поднимает меня, словно я весила пару килограмм, и кладёт рядом с собой, прижимая меня ближе к себе. - Не смей плакать, Лил. Только не из-за меня, - проговаривает тихо, а я прикусываю губу, кладя свою руку поверх его. – Пожалуйста. - Больше не буду, Зейн, - отзываюсь, поворачиваясь, ложась лицом к парню, припадая к его губам, хватаясь за край майки. – Больше не буду.       Он улыбается, как умалишённый, и что-то шепчет мне на ухо, но я совершенно не слышу его. Звук телевизора словно стал громче, и все остальные приборы стали работать громче. Пальцы парня скользят вдоль позвоночника, оставляя мурашки по моему телу, и, наконец, замирают на пояснице, рисуя восьмёрки.       Это моё счастье, что я встретила его. Такого странного и необычно приземлённого. Я знала его историю, и признаться, я не жалею о том, что мы сейчас находимся в его квартире, лежим на диване, разглагольствуя об очередной ерунде. Я не жалею о том, что совершенно не знала, как играть на пианино. - Ты мой пианист. – Шепчу тихо, надеясь, что он все же не услышит этих слов, но Малик лишь удивлённо вскидывает брови. Опускаю голову, отчаянно краснея, но Зейн приподнимает мою голову за подбородок, придерживая пальцами. - А ты моя лучшая ученица, - отвечает в тон мне и накрывает мои губы своими.

Я познала счастье рядом с этим парнем. Рядом с Зейном Маликом, моим личным Пианистом.