Мирской шепот

Ночь, и на холодном, темно-синем, покрытым легкой пеленой тумана небе зажглись первые звезды. Повеяло ночным холодком, что усиливался и пробирал до костей, он легко дул в спину запозднившимся случайным прохожим. Но не смотря на это, она все равно сидела на подоконнике, у настежь раскрытого окна, сжимая в руке помятый, небрежно вырванный из тетради листок и ручку. Звезды тускло мигали ей своим одним-единственным глазом, а она все равно закусывала губу, борясь со сном. В голове девочки сновали сотни, тысячи зарождений мыслей, но ни одну из них ей не удалось поймать за все время ускальзывающую серебряную ниточку. Все они показывались на секунду, давая ее воображению новые идеи, но тут же исчезали, словно роса на тонкой травинке, что сейчас будет освещена восходящим солнцем. Та мысль, которую она так ждала, все не шла к ней. Временами в ее голове появлялись фразы, которые, казалось, могли стать началом нового рассказа, его ключевой фразой, но все они исчезали, растворялись в новом водовороте мыслей, но ни одна из них не поддавалась ее воображению. Луна, что скрывалась за облаками, на секунду показала свой лик сквозь туман, что парил над землей, и тут же померкла. Небо было спокойно-безмятежным, и лишь тот волнующий ночной воздух, что пах приключениями и одиночеством, увлекал за собой в открытое окно. Она любила этот запах, с наслаждением вдыхая его полной грудью, и вот сейчас она с наслаждением дышала им, таким чистым без снующих туда-сюда людей, что портили мир. Девочка имела свои соображения на этот счет, но не считала их правильными или нет. Она ни с кем не делилась своими мыслями, и держала все в себе. Она не знала, права она или нет, у нее просто было то, что называют своим, а не стадным, мнением. Внезапно зажегся неисправный уличный фонарь, вспыхнув, словно костер, оранжевыми искрами, что рассыпались во тьме. Озорной фонарный свет скользнул к ней в комнату, осветив часть помещения и вырисовывая на стене причудливые узоры, что размывались из-за проезжавших мимо машин, которые со свистом рассекали ночной воздух, портя его запахом бензина и городской суеты, стирая напрочь ночную безмятежность. Но едва машины скрывались за поворотом, тени на стене возрождались заново, и они играли на выцветших обоях, пока новая машина не вторгнется в спящий город, вновь разорвав рисунки на стене. Свет фонаря осветил пол, сузившись до маленького пятачка, в который попала куча листков, исчерканных синей ручкой. Там были ее мысли, ее мнения. Но едва девочка начинала писать о них, так все очарование мысли исчезало, увлекая за собой в темные углы подсознания и желание разгадать ее, написать на бумагу свои чувства и мысли. Вздохнув, девочка посмотрела на чистый, но изрядно помятый листок. Ничего не получится. Ее время кончилось, и сегодня уже не будет тех вспышек в ее голове, что рождают новые мысли, которые кружатся в ее голове, создавая ураган воспоминаний и фантазий, но которые бессмысленны, и что исчезнут через секунду после их появления. Отбросив лист в сторону, а после отправив и ручку вслед за ним, девочка слезла с подоконника и неслышной поступью отправилась к дивану. Присев на краешек, она попыталась еще раз проникнуть в свои мысли, найти хоть одну фантазию, и обвить ту ускользающую нить вокруг своего пальца. Но нет, все ее тщетные попытки были сразу остановлены опустошающей тьмой, что стирала все мысли и фантазии, напрочь, освобождая место для новых завтрашних идей. Девочка легла на диван, укрывшись жиденьким, негреющим одеялом, и съёжилась в маленький комочек, прижав колени к подбородку. Так будет теплее. Но едва ли она закрыла глаза, как в ее голове промелькнула фраза: "Ночь, время воплощать фантазии…". Завтра это станет новой ключевой фразой для рассказа, но сможет ли девочка поймать, развить эту мысль, или же она так же закружится в очередном урагане, и о ней уже никто не вспомнит? Но так или иначе, одна мысль уже появилась, а следом за ней придут и другие. Начнется новый день, и  все будет по кругу. Лишь фантазии будут мельтешить в ее голове, сменяя друг друга, как сменяет дерево листву, и так будет всегда. Новая буря в голове начала зарождаться, а пустота – стремительно исчезать.