Киноварная мгла

В этот вечер дождь лил, как из ведра. Тусклый свет лампочки в кухне и темнота на улице всегда создавали какое-то состояние немого восторга. Только сейчас восторг не смог бы пробраться в мое сознание. Итачи задумчиво смотрел в окно, ничего мне не говоря. Я сидела напротив него и держала в руках кружку горячего зеленого чая, к которому так и не успела притронуться. Я видела на поверхности чая собственное отражение, но самой мне казалось, что в этой комнате меня нет. Я всеми мыслями исчезла из реального мира… – Ты так и не притронулась к чаю. Эти слова заставили меня очнуться. Я растерянно подняла глаза, встретившись с Итачи взглядом. Выглядел он вполне спокойно, отчего мне показалось, что и мое напряжение немного спало. Немного. Я взяла бокал в руки, приподняла его и отпила немного. Приятные травы обожгли мое горло, вливаясь горячим потоком. Итачи сложил руки в «замок» и вздохнул. Немного помедлив, я все же решила начать разговор. – Так ты расскажешь мне? Итачи посмотрел на меня, но я не стала отводить взгляда на этот раз и тоже остановила взгляд на нем, не смея посмотреть куда-либо еще. – Расскажу. Я же уже говорил. Почти невидимо выдохнув, Итачи протянул руку к салфетнице, легко достал салфетку и медленно принялся её сворачивать и аккуратно разглаживать. – Отца Юкки действительно убил мой клан, – начал парень, – однако версия твоего друга искажена слухами. Отца Юкки звали Танака Юкио. Он был мелким воришкой и мошенником, но до тех пор он не совершал каких-либо серьезных преступлений или финансовых махинаций. Весомых доказательств его вины не было, потому он и оставался на свободе. Но в один день он все же попался, – Итачи поднял на меня глаза, и я напряглась. – Мужчина попытался ограбить женщину, но она заметила это и подняла на уши весь бар, в котором они находились. Поняв, видимо, что обратно пути уже не будет, он взял в заложники беззащитного старика и грозился убить его в том случае, если на него нападут. А когда попытался вырваться из заведения – был убит полицейским из моего клана. Он закончил говорить и раскрыл свои ладони. Я опустила глаза и обратила внимание на салфетку, сложенную в аккуратного и изящного журавлика. Я вновь подняла глаза на Учиху. – А ты был там? – спросила я, сжав чашку. – Нет, меня там не было. Юкио был убит около шести лет назад. – Ясно. – Я прикрыла глаза и прислонилась к стене. – Странно представить, что отец Юкки мог совершить подобное… – В этом нет ничего необычного. – Я приоткрыла глаза. – Ты не знала этого человека, потому для тебя это не должно быть странным. Даже если это отец твоего друга. – Но получается, что Юкки и не знает правды, – тихо сказала я, взяв бокал и отпив из него немного чая. – Скорее всего, – ответил Итачи, поднимаясь со стула. Неожиданно он улыбнулся. – Ты чего? – спросила я, увидев перемены на его лице. – Никогда бы не подумал, что ты можешь быть настолько эмоциональной. – Учиха по-доброму улыбнулся, вот только в его глазах царило некое задорное веселье. – Не разбираясь – сразу с кулаками. Я легко улыбнулась и, взяв в руки «птичку», тоже вышла из-за стола. – Не все мужчины умеют так искусно складывать оригами, – хмыкнула я, показывая ему его же творение. На лице Учихи появилась ухмылка. – Язвить мне вздумала? – в шутку сказал Итачи, подойдя ко мне ближе. – Сам виноват, – улыбнулась я, поднявшись на носки и легонько дотронувшись рукой до его макушки. Итачи, улыбнувшись, взял мою руку. И в этот самый момент, когда я даже ничего осознать не успела, в комнату зашел сонный Саске. Зевнув, он сонно посмотрел на нас двоих и поморщился. – Чем это вы тут двое занимаетесь? – с подозрением и любопытством поинтересовался он. – И когда вернутся родители? Улыбнувшись, Учиха подошел к нему, и присел на корточки. – У мамы с папой много дел, но они скоро придут. А пока иди спать, все в порядке, – улыбнулся старший брат, потрепав по голове младшего. Но Саске вырвался из его рук и нахмурился. – Не хочу спать один. Вы меня разбудили! – закапризничал ребенок. Вздохнув, Итачи повернул голову ко мне, и я кивнула. Что ж, справедливо, учитывая то, с какой силой я стучалась в их дверь. – Хорошо, Саске, иди наверх, я скоро поднимусь. Надувшись, мальчик развернулся и побежал в свою комнату. – Ну вот, мне теперь точно пора. К тому же я давно должна была быть дома… – Может, подождешь, пока Саске заснет? – предложил Итачи. – Да нет, не буду ждать, все-таки, уже действительно поздно. Кивнув, Итачи направился за мной и, подождав, пока я обуюсь, протянул мне свой зонт, напоминающий вагаса*. Я слегка удивленно на него посмотрела. – Возьми. На улице сильный ливень, – чуть тише, чем обычно, сказал Учиха. Приняв его, я посмотрела на него. Черный зонт, с красным иероглифом посередине. Я поднялась на цыпочки и поцеловала Итачи в щеку. Внутри меня все перевернулось. – Спасибо, – прошептала я, стараясь не смотреть ему в лицо. – Не за что, – произнес Итачи и обнял меня. Я обхватила его руками и сжала ладони в замок. Не став надолго задерживать наши объятия, я разжала руки. Итачи, поняв это, так же ослабил хватку. Не смея смотреть ему в лицо, вышла на террасу. Раскрыв зонт, я вышла под дождь, оглянулась по сторонам и продолжила свой путь бегом. Но остановившись у ворот, я оглянулась. Итачи всё еще стоял у двери, наблюдая за мной. На его лице была мягкая и легкая улыбка. Улыбнувшись ему в ответ, я помахала рукой, на что он так же поднял руку в знак прощания. Развернувшись, я побежала домой. Утро следующего дня оказалось, правда, не таким уж светлым и хорошим. По пути в кафе меня обуревали самые противоречивые чувства. Я думала о Юкки, который не знал правды о своем отце, об Учихах. Думала о том, как недопонимание порой усложняет людям жизнь. Ну и, конечно же, я думала о Итачи. О том, что происходит между нами. Мысли в голове образовывали какой-то отвратительный и запутанный комок, распутать который было сложно. С этими мыслями я даже не заметила, как оказалась у дверей нужного мне здания. Внутри кафе был только Хадзиме, который вновь читал пикантный журнал. Завидев меня, он тут же спрятал его за спиной и откинулся на спинку небольшого черного кожаного диванчика. – Я уже всё видела, босс, нечего прятать его, – пробурчала я, проходя мимо него в кладовую. – Хоть бы постыдились такое при детях читать! – чуть громче сказала я уже из коридора. – Мне стыдится нечего, а вот вам, молодежь… – воскликнул Хадзиме. – От вас уже ничего не скроешь, и такая мелочь, как порно-журнал – это просто крошка в упоительном пироге извращений. И вы все уже знаете, каков на вкус этот пирог… – Ну надо же, – протянула я, выходя из коридора, и завязывая фартук позади, – а вы, оказывается, тот еще литератор. Кто бы знал. – А как же, – вздохнул Хадзиме, поднимаясь с диванчика и упорно держа журнал за спиной. – Я, в отличие от вас, образованный и интеллигентный человек. – Интеллигентный человек, который держит за спиной журнал для взрослых, – хмыкнула я. – На то он и журнал для взрослых, чтобы его читали взрослые, – пожал плечами мужчина и поспешил скрыться в коридоре. Покачав головой я провела рукой по шее и оглянулась на настенные часы. Оказывается, мой рабочий день начался как пятнадцать минут назад. Так где же Юкки? Время медленно ползло, но ничего не менялось. Посетителей было сегодня немного, я успевала работать за двоих, но то, что Юкки так и не пришел сегодня… меня это расстроило. Ведь я хотела поговорить с ним, рассказать ему всю правду. Попытаться. Потому я решила зайти к Хадзиме, чтобы узнать, где Юкки и появится ли он на работе в ближайшее время. Постучавшись и услышав отчетливое «входите», я зашла внутрь кабинета. Мужчина, увидев мое выражение лица, тут же сделался каким-то серьезным. – Ты что-то хотела? – поинтересовался он, откладывая в сторону какие-то бумаги. – Да, я хотела узнать о Юкки. Надолго ли он взял отгул? – Вчера он сильно переживал из-за того, что ты услышала, – сказал Хадзиме, прислонившись спиной к креслу. – Он не хотел бы, чтобы ты знала эту часть его прошлого. Я разрешил ему не появляться на работе три дня для того, чтобы он пришел в себя. Я понимающе кивнула. – И еще… я понимаю, что не имею права требовать это от тебя, но мог бы Итачи появляться здесь как можно реже? – Хадзиме прикрыл глаза. – Не стоит Юкки вспоминать о своем отце. – Да, пожалуй, – растеряно согласилась я. – Я пойду, пожалуй. – Иди. И не расстраивайся, – сказал мужчина мне напоследок. Конечно, поговорить с Итачи и попросить его появляться у кафе как можно реже можно было бы. Но ни к чему хорошему это бы не привело. Поэтому я решила что как только Юкки вернется, я поговорю с ним, а не с Итачи. Думаю, это будет действительно правильно. ------------------------------------------------------- *Вагаса – первый японский зонт, появившийся в начале эпохи Эдо, имеющий свойство раскрываться, в качестве покрытия для которого пользовалась промасленная бумага, которая клеилась поверх бамбукового каркаса.