Обычные дни

Он откровенно сбежал. От странной атмосферы очень мирной и процветающей страны Огня вообще и Конохи в частности. От изменений, которых никто не ожидал. От матери, которая после совершенно глупой и напрасной смерти отца перенесла на него всю свою нерастраченную любовь…по крайней мере, это она так называла. Нет, конечно же, официально он уехал в Суну с долгосрочной миссией. Очень долгосрочной. Сам он возвращаться не рассчитывал. Это было бы весьма проблематично. Кроме того, в селении, скрытом в песках у него были дела и личного характера, а Казекагэ никогда бы не отпустил от себя сестру. Этот чертов Казекагэ навсегда останется собственником в отношении всех, кто удостоился хоть толики его привязанности. Причем относилось это не только к конкретным людям, но и ко всей деревне в целом. Вся деревня в целом не страдала по этому поводу. В отличие от конкретных людей. Они были женаты почти два года, с той поры, когда Темари пинком распахнула дверь кабинета Хокагэ и не терпящим возражений тоном потребовала выдать ей Нару. Сзади нее маялся Гаара, и в его глазах явственно светилось виноватое и беспомощное выражение. Рокудайме пригласил почетную делегацию все же пройти в кабинет и присесть, а затем, спустя полтора часа обсуждения, прерываемого редкими возмущенными женскими воплями, Хокагэ вызвал его и сообщил, что теперь они с Темари помолвлены. И через месяц состоится их свадьба, однако в связи с тем, что ни одна из деревень не в силах отпустить своих лучших шиноби в другую, они будут жить в каждой из деревень по полгода. Надо ли говорить, что ни у кого, кроме Узумаки, идея эта особого восторга не вызывала, однако это был хоть какой-то компромисс. Да и как я мог противоречить Рокудайме? Темари же не могла противоречить Казекаге, а тот никогда не в силах был противостоять Солнцу Конохи. В итоге все делали довольные лица и тихо матерились в душе…. Так потекли дни, в которых не было ничего особенного. Мы преподавали в Академии, поскольку больше делать было нечего – ни одна из наших стран ни с кем не воевала. Даже Камень притих после того неудавшегося нападения, когда Сакура удерживала разыгравшегося Хокагэ от «избиения младенцев». Младенцами в данном случае выступали несколько десятков дзёнинов и чуунинов Камня. С Молнией тоже чбыли вполне нейтральные отношения, а Волны, кажется, совсем затаились. Иногда доходили вести про Звук, но какие-то совсем несерьезные. Типа того, кто у кого отвоевал в очередной раз пост Кагэ. В общем все было тихо, мирно и очень хорошо. Темари оказалась вполне приемлемой женой, хотя и напоминала мою мамочку, с которой, кстати, вполне быстро нашла общий язык. Иногда я сбегал от них обеих в какой-нибудь ресторанчик или посмотреть на облака на любимую крышу, но всегда с удовольствием возвращался. А потом начался полный отстой. С одной из миссий, причем не самой высокой категории, вернулись только двое из пяти. Учиха Саске и Узумаки Хината, причем последняя была в таком ужасном состоянии, что лично мне было несколько непонятно, как она могла продержаться до деревни в отсутствие медика. Но они вернулись. Наруто тогда дал мне прочитать отчет. Отряд должен был всего лишь пройти рядом с границей с Камнем. И угодил в засаду. Грамотную. Рассчитанную на наличие бьякугана. Впрочем, шаринган тоже. Вот только у Учихи, как и всегда, оказалась в рукавах пара козырей. Жульничать потомок великого клана явно учился у того же Орочимару. Он смог вытащить Хнату. Почему именно ее, Саске так и не сказал, а я не спрашивал. Хотя бы потому, что совершенно не хотел этого знать. У меня была прекрасная жена, была любимая крыша, ненапряжная работа, и вообще все было зашибись, и лезть между молотом и наковальней было полнейшим идиотизмом. Я помню, Хокагэ тогда нахмурился и сказал, чтобы я «напряг свои гениальные мозги» и просчитал «что за дерьмо происходит». И выставил из кабинета. Под дверями я задерживаться не стал, хотя на мгновение мне захотелось узнать тему разговора между этими двоими. …Это потом Наруто как с цепи сорвался. Со всех шинби сошло семь потов, когда правитель проверял боеготовность наших отрядов. Над Конохой стояли стоны, плачь и проклятия, посылаемые в адрес правителя. Но тем, кто особо усердствовал, рот затыкали АНБУ. И вот это было хуже всего. Потому что до этого ничего подобного не было никогда…. И я позорно сбежал. Закончил анализ и представил вместе с прошением о направлении с дип. миссией в Сунну. Взгляд Наруто тогда стал каким-то холодным, злым и понимающим одновременно и он без слов подписал документы. Больше я в Коноху не возвращался. Да и не хочу…. увольте. Слишком проблематично….