Тонкий лёд.

POV Га Ыль Когда её не стало мир для меня перестал существовать. Я больше никого и ничего не видела. Да и по сути я не хотела видеть что-либо. Кажется, слова моих друзей доносились до меня словно сквозь толщу воды. Я провалилась под лёд, и шанса на спасение нет. Моя дочь, моя Со Мин Ли, её больше нет. Как? Как такое возможно? И почему Бог не забрал меня следом за ней? Бог... Не верю я в это существо больше. Моя Мин Ли, прости маму. Прости, что не спасла. - Такое случается,- вздохнул доктор,- асфиксия нападает в совершенно неожиданное время. Причиной асфиксии у девочки стал отёк гортани. Доктор говорил ещё много разных и странных вещей. Но я не понимала его. Поняла только то, что её можно было спасти, если бы оказали необходимую помощь вовремя. А так няня просто бросила её и уехала развлекаться, предварительно взяв обещание, что Мин Ли не скажет маме. На похоронах я не плакала. Я просто смотрела на неё в гробу и не могла принять то, что это моя дочь. Нет. Моя Мин Ли сейчас бегает и вот-вот зайдёт в наш дом. Я должна приготовить ей обед, поиграть с ней, а потом помочь с уроками. Моя Мин Ли не может быть в этом гробу!! Я оглянулась по сторонам. Зачем здесь все эти люди? А почему И Чжон плачет? Он верит в то, что это наша дочь? Глупый. - И Чжон... Это ведь не Мин Ли. Почему ты плачешь? - спросила я. Мой муж подняла на меня заплаканные глаза, как будто вопрошая, что за бред я несу. Но ведь это не бред. ЭТО НЕ МИН ЛИ. Мой мозг упорно повторяет эту истину, и я буду в неё верить. Так легче. - Га Ыль, это Мин Ли,- с горечью в голосе произнесла Дже Кён. Оказывает, остальные тоже были здесь. А я и не видела. С моих уст сорвался смех. - Что за бред вы несёте? Ненормальные, да? Мин Ли сейчас в школе! - кричала я, всё ещё сквозь смех. Видеть в их глазах испуг вперемешку с состраданием было для меня выше всяких пыток. Почему мне никто не верит? Это не моя Мин Ли!! - Га Ыль, успокойся! - повторял И Чжон, как заведённый. Кажется, он заламывает мне руки, пытаясь удержать. Кажется, Мин Ли уже опускают в землю, а я пытаюсь помешать этому. Нет, не может быть... Нельзя. - Она боится темноты!!! - вновь закричала я. Ведь моя девочка правда боится темноты. Её нельзя там оставлять. Я оттолкнула И Чжона и прыгнула следом. Не знаю, что происходит. Но сейчас у меня единственная цель - не дать мою малышку погрузить во тьму. А вдруг она проснётся и будет звать маму? А я ведь не услышу! Не помню, что было дальше. А вернее дальше были сильные руки моего мужа, его слёзы и укол в ногу. Последним, что я видела было лицо Джи Ху, который и делала укол. - Она ведь будет плакать... - произнесла я, отключаясь. Когда я проснулась все сидели у моей постели. И Чжон склонил голову, Дже Кён смотрела в окно, а Чан Ди рыдала. Джун Пё рассматривал свой бумажник. Кажется, там были изображены его дети. Почему мы начинаем ценить что-то, только осознав, что это так легко потерять? Всё на свете слишком хрупкое. Достаточно секунды, чтобы не стало человека, чувств, души. Я просто лежала не шевелясь ещё минут пять. Глаза были открыты. - Прости маму,- прошептала я, уже привлекая внимание. Слёзы хлынули из глаз. И Чжон рванул ко мне и сел рядом на колени. - Милая моя... - шептал он, а я не могла слушать. Он не верит в то, что моя дочь жива, так какие дальше могут быть разговоры? - Уйди,- попросила я, заранее зная, что не уйдёт ведь. И Чжон только громко выдохнул и, кажется, снова заплакал. Я не плакала. Моя дочь жива. Кажется, что эта фраза станет главной в моей жизни. Я перевела взгляд на бьющуюся в истерике Чан Ди, которую удерживал Джун Пё. Хотя, сам он еле слёзы сдерживал. Ну вот сколько я могу повторять одну и туже фразу? Люди отказываются верить в окружающую реальность, когда теряют кого-то. Я отказываюсь верить в эту наглую ложь. Просто кто-то хочет забрать мою дочь. Нагло отнять и не отдавать. Я вновь закричала, требуя отдать мне её. Сколько уже прошло? Наверное, около двух недель. И Чжон волок меня куда-то, а я не могла понять куда. За эти две недели я совершила три попытки самоубийства. Верёвка оборвалась, вены вскрыла недостаточно глубоко, а от таблеток тупо вырвало. Хотела сигануть в окно, но И Чжон распорядился поставить решётки. Зачем, спрашивается? - Смотри,- приказал мне И Чжон. Я посмотрела и увидела могилу моей псевдо-дочери. Да, я до сих не верила, что Мин Ли мертва. А, может, и верила в глубине души. Именно поэтому и пыталась покончить жизнь самоубийством, осознавая, что нет её больше. О здравом смысле сейчас речь вообще не идёт. - Зачем ты привёл меня сюда? - спросила я, поднимая взгляд на мужа. Впервые за долгое время взгляд моей был более менее объективным. Никогда не видела И Чжона таким. Не побритый, с мешками под глазами, в мятой одежде. Он не улыбался. Даже намёка на улыбку не было. Я имею ввиду, что не улыбался вообще со дня... пропажи Мин Ли. - Затем, что ты должна понять. Га Ыль, её не стало, но жизнь должна продолжаться. Знаешь ведь, что мы похоронили именно её. Знаешь, но не признаёшь. Ты сейчас похожу на мою мать. Прошу тебя, мы все достаточно пережили. Посмотри на её улыбку. Это всё, что осталось от дочери. Её фото. Как думаешь, хотела бы Мин Ли, чтобы её мать стала сумасшедшей? - Прости,- выдавила я. Да, он прав. Я всё это знаю. А ещё я знаю, что он меня ненавидит. Хоть и тщательно скрывает. Я тоже себя ненавижу. Поэтому и не осуждаю его. - Разве ты виновна? - задал совершенно глупый вопрос И Чжон, отводя взгляд. Я вновь засмеялась, чем привела его в состояние близкое к панике. Он постоянно ожидает выходки от меня, а мой смех воспринимает как знак. - Скажи, что ненавидишь меня. Признайся! - Я тебя не ненавижу,- выдохнул И Чжон, накрывая голову руками. - Врёшь,- хмыкнула я,- ненавидишь больше, чем свою мать когда-то. Больше, чем отца. Ненавидишь за то, что я отобрала у тебя самое ценное. Считаешь, что... - Да!! - выкрикнул И Чжон. - Да, я считаю что ты должна там лежать, а не моя дочь! Да!!! Она не должна была быть там! Из-за твоей безответственности мою дочь теперь едят червяки. Почему я должен жить, когда её нет?! Зачем жить?... И Чжон упал на колени. Но жалким он не был, ни в коем случае. Сейчас он просто мужчина, который утратил жизнь как таковую. Если раньше его хоть какая-то ниточка связывала с окружающим миром, то сейчас Мин Ли мертва. Нить мертва, её больше нет. И Чжон ещё многое говорил, стоя на коленях и обнимая меня. Он меня ненавидит, Мин Ли действительно мертва, а мы оба просто погибаем следом. Вот такой вот печальный расклад. Когда я осталась одна, то мои мысли стали слишком громкими. Тоска съедала. Она молчалива, но громче выносимого диапазона. Кажется, я стала много плакать. Вы можете считать меня слабой, истеричкой, но тогда вы просто не понимаете, что такое потерять своё дитя. Я рада за вас и надеюсь, что никогда не узнаете. Потерять ребёнка - это всё равно, что перестать жить. Я никогда больше не услышу её смеха, никогда больше не буду читать сказки на ночь и прислушиваться к ровному дыханию. Я могу только пересматривать фото и понимать, что это конец. Мин Ли нет, а значит и нет меня. Единственный за кого я переживаю, так это И Чжон. Вот он должен жить. Хотя бы потому, что Мин Ли его до безумия любила. А меня порой даже ненавидела, говоря что я отняла у неё отца. И она была права, я это сделала. Сделала, потому что не выдержала его измен. Я - эгоистка. POV Со И Чжон Га Ыль права, и это самое хреновое. С недавних пор я её ненавижу. Если хотите нормального объяснения моей точки зрения, то это она оставила нашу дочь с непонятной няней. Это она укатила с этим парнем. Это она ей редко звонила. Но, с другой стороны, я постоянно задаюсь вопросом: а что сделал для Мин Ли я? Что я принёс кроме страдания и боли? Бесконечные поиски уже ненужных ответов приводят меня к сумасшествию, так же, как и мать моей дочери. Отчего-то называть её своей женой я больше не могу и это не из-за развода. Я всегда считал Га Ыль моей женой, в любое время, даже когда она была с этим американцем. А сейчас она лишь мать моего умершего ребёнка. Когда она устроила концерт на кладбище я вначале подумал, что Га Ыль выглядит жалкой. Наверное, тогда я ещё не осознавал боль всей потери. Сейчас же, я её полностью понимаю. Не смотря на ненависть, я считал, что должен быть рядом с этой женщиной. Хотя бы потому, что Мин Ли так хотела бы. Если посмотреть на всё моими глазами, то я человек, который уже потерян для общества. Шанса на реабилитацию нет. Вот так вот суть моей сегодняшней реальности. Постоянные выходки Га Ыль, её взгляд, устремлённый куда-то далеко и абсолютно никакой возможности достучаться. Я не знаю как выбраться, а ещё не знаю хочу ли этого. Мы оба сейчас погружены в своей мир, не подпуская никого думаем, что так легче. Возможно, так оно и есть. Жалость и сострадание со стороны остальных будут лишним. Хотя бы потому, что это будет действительно знаком того, что её нет. А так я всё ещё питаю надежду, что Мин Ли жива. Бред, да и только. Так продолжаться больше не могло. Стакан за стаканом, бутылка за бутылкой. Портьеры опущены, в квартире абсолютно нет света. Нет больше ничего и никого. Я предпочитаю жить в своём мире.. После разговора на кладбище Га Ыль я больше не видел и желания её видеть не было. Что с ней меня больше не волновало. Хочет уйти следом? Так пусть идёт. Возможно, я тоже скоро присоединюсь. Из моей маленькой реальности меня вырвал настойчивый звонок в дверь. Пошатываясь, я открыл дверь, не глядя кто там. На пороге Уил. Любовник моей... Га Ыль. - Нужно поговорить,- выдохнул парень.