Не любовь, а сплошное разочарование.

- Пап, мне, наверное, стоит извиниться, - сказал Анжей, когда они уже въехали во двор дома. - Я не думал, что ты будешь меня искать... Прости. - Анж, я сам виноват, что ты поверил в то, что мне безразличен. Давай попробуем еще раз. - Да, конечно, - мальчик улыбнулся и потянул ручку двери. - А где все? - удивленно спросил Анжей, когда понял, что в квартире никого нет. - Отдыхают, - Ростислав криво усмехнулся, благодаря жену за то, что сама предложила купить им путевки в подмосковный пансионат, ехать заграницу женщина побоялась. - Не надо было, пап...       Анжей прошел в гостиную и сел на диван. Здесь все изменилось, атмосфера стала совершенно иной, Саша оставила тут свой отпечаток, добавив уюта и тепла, валялись детские игрушки, неуловимо изменились детали в интерьере. Квартира стала более обжитой и человечной. - Голодный? - Слава уже переоделся и нашел сына одиноко сидящего в гостиной, по мальчику было видно, что он не чувствует себя здесь, как дома, давно отвык. - Да, - Анжей усмехнулся, - а благодаря твоему появлению, Олег опять будет жрать яичницу на ужин. - Олег, он твой друг, да? - спросил Слава, гадая поймет ли сын точный смысл его вопроса... - Да, друг, - Анж кивнул и встал с дивана, - без контекста. - Я рад, - мужчина улыбнулся и не удержался от того, чтобы снова обнять сына.       Анжей позволил удерживать себя не более минуты, а потом ловко вывернулся, послал полуулыбку и пошел к себе. Михайлов же отправился готовить обещанный ужин. Он специально не заговаривал с сыном о том, что с ним случилось, не спрашивал о Яхонтове, им нужна была передышка, а Анж должен был понять, что любим и нужен, что ничего не изменилось, и он до сих пор остался его маленьким мальчиком, за которого отец просто убьет. Степану он только отправил смс о том, что нашел Анжея и, что с ним все в порядке. Что будет дальше с их отношениями, Слава не знал, понял только одно, Яхонтов любит его сына, действительно, любит. Все сложно. Им потребуется много времени на восстановление, нельзя просто перешагнуть такие потрясения... А Степа, он сам все уничтожил, выставив Анжа тем вечером за дверь.       Ростислав сел и закурил, жадно затягиваясь, не стоило об этом сейчас думать, ему надо успокоить сына, убедиться, что Анж не захлебывается ночными кошмарами, что пережил то, что с ним случилось, только потом можно будет двигаться дальше. - Ты пообещал мне ужин, который я должен приготовить себе сам? - Анжей быстро вошел в кухню и заглянул в холодильник. - Нет, конечно, сейчас я все приготовлю!       Слава стоял возле плиты и помешивал кусочки мяса в сотейнике, слушая какие-то россказни Анжея об учебе, сокурсниках, способах сдачи сессий, пока он внезапно не замолчал. - Пап, ты же знаешь, что со мной произошло, - это был не вопрос. Слава положил лопатку и замер спиной к сыну. - Знаешь, поэтому всё так изменилось, - мальчик судорожно сглотнул и щелкнул зажигалкой, по кухне пополз противный сигаретный дым, смешиваясь с ароматом мяса. - Я справлюсь, - Анжей долго молчал прежде, чем сказать это. - Анж, - Слава развернулся, подошел к сыну и прижал его голову к животу, - Яхонтов его едва не убил... - Он тоже в курсе? - мальчик горько усмехнулся, понимая, что теперь даже на глаза не посмеет попасться этому человеку, стыд выкручивал душу. - Он начал тебя искать... - Ясно, - Анжей втянул носом воздух и отстранился от отца. - Все не хочу больше об этом, - он улыбнулся и затушил бычок. - Я хочу есть, папа!       После сытного ужина Анжей валялся на своей старой кровати и смотрел телевизор. Это было таким странным и неправильным, хотелось уйти. Но он решил, что даст отцу немного времени, пусть три месяца он поживет здесь, а потом Ростиславу всё же придется купить ему отдельную жилплощадь. Парень встал и подошел к окну. Там во дворе брошенной стояла его первая машина. Плохая у него привычка, разбрасывать автомобили по городу. Интересно, Яхонтов перегнал Мерседес или тот так и стоит около клуба? - Почему ты ее не продал? - спросил Анж, услышав звуки шагов за спиной. - Это твоя машина, можешь продать сам, если не нужна, - голос мужчины звучал почти безразлично, но мальчик заметил, что задел отца своим вопросом. - Я не буду, - Анжей развернулся и прыгнул на кровать, - просто удивлен тому, что она до сих пор стоит. - Надеюсь, ты ее заберешь, - Слава упал на кровать сына и вытянулся во весь немалый рост, прикрывая глаза. - Ты завтра встаешь рано, да? - спросил мальчик, подкатываясь под теплый бок. - Нет, - Михайлов улыбнулся, обнял ребенка и легко пробежался пальцами по боку, помня о том, что Анжей боится щекотки.       Анж хихикнул, дернулся и забрался на него сверху, тоже надавливая пальцами на бока. Ростислав закрыл глаза и сделал вид, что ему все равно, только уголок рта предательский дергался, выдавая его реакцию с головой. Но сыну требовалось ее открытое выражение, поэтому Анжей ловко перевернулся, схватил ноги отца и принялся щекотать пятки. Слава громко засмеялся и вырвался из захвата, свалив Анжея на пол. - Спасибо, пап, - тепло произнес Анж, возвращаясь под бок и целуя отца в щеку. - Мне важно, правда. - Все хорошо, сынок, - Ростислав чмокнул черноволосую макушку и сдернул с кресла плед, чтобы накрыться.       Анжей уснул очень быстро, Михайлов даже не успел заметить этого перехода, он хотел что-то спросить у него, но мальчик уже не ответил, шумно посапывая в подмышку. Ростислав убавил звук телевизора до едва слышимого уровня и уставился в потолок. За окном уже стемнело и по белой поверхности плясали разноцветные отблески от экрана. Сейчас Анж спал рядом с ним, сытый, спокойный, в безопасности. Этот момент был особенно ценен. Слава не знал, ощущал ли сам мальчик это, но его грудь распирало от смешанных чувств: долгожданное спокойствие и умиротворение, нежность, когда слышишь его дыхание, теплота, когда он ерзает, устраиваясь удобнее, облегчение от того, что все закончилось благополучно и Анжей нашелся живым, радость от осознания, что он не отвернулся, простил, может, все же принял, но важный смысл в этом уже исчез. Страх перед потерей самого дорогого человека на свете сметает все былые разногласия. Но за эту гребаную почти неделю, Ростислав понял еще одну очень важную вещь - потерять близкого человека можно не только, если он внезапно уйдет из жизни, потерять можно просто оттолкнув однажды. Поэтому преобладающим чувством из тех, что распирали грудную клетку было горькое сожаление о том, что он так много упустил. Был ли Анжей счастлив с Яхонтовым? Спал ли так же спокойно в его руках? Любил ли сам этого мужчину? Личная жизнь Анжея была для него загадкой просто потому что он сам так захотел. Если бы он понял, попытался, если бы по-настоящему хотел, то сам пошел бы на контакт, был рядом, тогда, возможно, ничего не случилось бы и тело сына не покрывали эти ужасные пятна, он не пережил бы тот ужас и унижение, а Михайлову не пришлось бы платить денег за то, чтобы у человека отняли жизнь.

***

- Зачем ты отправил жену в пансионат, когда у тебя есть загородная усадьба? - спросил Анжей, выходя из машины.       Под его ногами хрустнули мелкие камушки, солнцезащитные очки, скрывающие глаза, бликовали на солнце, а свободная, расслабленная поза и прямая спина говорили о том, что в жизни у этого молодого человека все просто прекрасно. Слава улыбнулся и подмигнул сыну. - А мы устроим себе здесь выходные полноценного отдыха, - заговорщицки сообщил мужчина. - Выпивка, наркотики и девочки? - хохотнул Анжей, забирая у отца одну из сумок с вещами. - Нет, все более банально - шашлыки, пиво, хорошие фильмы и фэмэли билдинг ( от team building - мероприятия по сплочению коллектива, а в случае Михайловых по сплочению семьи).       Они рассмеялись и вошли в дом. Здесь Анж не был еще более давно. - Господи, как же я хочу поплавать! - воскликнул мальчик, вспоминая о наличие в усадьбе отменного бассейна. - Ты совсем забросил плавание, да? - Да, - Анж грустно вздохнул, - как только кончилась школа, кончились и занятия. Я в бассейн!       Ростислав тоже не стал откладывать развлечения, выходные пробегут, как всегда, быстро, он бросил сумки, переоделся и присоединился к сыну, с разбега прыгая в воду и поднимая водопад брызг. Анжей снова рассмеялся, пожалуй, это стало повторяться слишком часто, но он просто не мог по-другому. Сердце и душа, как-будто скидывали с себя противный липкий серый налет, мешающий полноценно жить и функционировать, все вставало на свои места. Кроме одного..., но о Яхонтове Анжей старался не думать ровно до того момента, как не поднялся на второй этаж. Стоя перед дверью кабинета отца, Анжей прикрыл глаза и вспомнил каждый миг тех минут, когда он впервые увидел Степана, вспомнил о том, что влюбился изначально в его голос, затем в необычные глаза, а уже потом начал узнавать самого человека. По щекам скатились две слезинки. - Анж, - рядом стоял Ростислав, он теперь тенью следовал за сыном по пятам, словно старался наверстать упущенное время. - А ты знаешь до нашей первой ночи, я никогда не считал Степку плохим, он был идеалом, во всем..., - отец молчал, Анжей опустился на пол, сложив ноги и усмехнулся, глядя на растерянного отца снизу вверх. - Я любил его не за что-то, а просто любил целиком и полностью такого, какой он есть, я хотел его получить и завоевать его чувства, я хотел заставить его любить меня, так же сходить с ума, сгорать в этом... Но не зря говорят, что насильно мил не будешь... - О чем ты? - осторожно спросил Слава, понимая, что такой откровенности от Анжея может больше никогда не дождаться. - О том, что он так и не полюбил за это время, - парень хмыкнул, кривя губы и провел ладонями по ногам. - Он спал со мной, ел со мной, мы много времени проводили вместе, но, по факту, он не пустил меня дальше порога своей жизни. Олег, тот, парень у которого ты меня забрал... - Я помню, - шепнул Слава, - друг. - Да, друг. Он еще давно сказал, что эти чувства не стоят таких переживаний, что любить надо родителей, сестер, братьев, детей и так далее, а у меня в голове даже уложиться не могло, как можно не любить Яхонтова. Это же он, Степан Яхонтов - мой идеал, кумир, человек, укравший сердце и душу. Как я могу, черт возьми, его не любить? Как пап? - Анж, мне сложно... - Да, я помню, ты любишь женщин, - хмыкнул Анжей, подползая ближе к отцу, чтобы тот обнял. - Нет, не в этом дело, просто я никогда не любил так, как ты... Я бы согласился с твоим Олегом. - Мне остается только завидовать тебе, пап, - мальчик вздохнул и позволил себе расслабиться, растекаясь в объятиях отца. - Знаешь а ведь говорят, что тот, кто не любил - не был счастлив, - после долгого молчания сказал Ростислав. - Мне кажется, что так говорят о той любви, что у вас со Степаном. - У меня к Степану, - поправил Анжей, - но будь она проклята, потому что те минуты, что я, действительно, был с ним счастлив, можно пересчитать по пальцам. И все они, - Анжей нервно рассмеялся, - прости, пап, были в горизонтальном положении. В койке я был с ним счастлив до эйфории и смеющихся звездочек перед закрытыми глазами. - А что дальше? - Ничего, - Анжей вздернул подбородок и сжал губы. - Не единого шанса? - Когда ты встал на его сторону, а? - Анжей вывернулся из рук и посмотрел отцу в глаза. - Тогда, когда мы перерывали город в поисках тебя, тогда, когда он едва не убил Бурова, тогда, когда он плакал, - Слава вздохнул и сглотнул вязкую слюну, - распекая себя за то, что выгнал тебя из дома, тогда, когда я посмотрел ему в глаза после того, как он все узнал... - Я подумаю, - уже вечером, снова подкатываясь под бок к отцу, сказал Анжей.