Годы за. Годы после.

Первые за три тысячи лет лучи солнца показались мне кислотой, заставившей спрятаться под сень деревьев. Но даже отсюда мне прекрасно были видны развалины моего старого мира. Мира, который мы с таким трудом и упорством отстраивали. От него остались одни лишь кирпичи да пепел. Вновь пепел. Не оборачиваясь, я в слепую нахожу ладонь Алекса и со всей силой её сжимаю и чувствую не менее яростное пожатие в ответ. Я существую на этой планете уже больше четырех тысяч лет и должна была давно научиться контролировать свои эмоции. Но не сейчас, нет-нет. Неистовое пламя разжигается под нашими – моей и Алекса - грудными клетками, и я лишь жду, кто первым взорвется. Чувствуя опасность, старые товарищи отходят подальше и оттаскивают за собой молодежь. Я считаю метры, когда все выйдут из зоны поражения, хотя считаю больше не для себя, а для Алекса. Восемь, девять, десять, одиннадцать… Пожалуй, можно. Сдавив словно тисками мои пальцы, Алекс издает рёв и воспламеняется. Горит он, и вместе с ним горю я и все вокруг. Деревья за миг превращаются в обугленные тростинки. От моих ног бежит лед, сковывая все мертвое и убивая живое. Засыпая, мы оставляли здесь за главного старшего внука Лены и Миши. Он клялся присоединиться к нам лет через двести, но его саркофаг был пуст, а его город разрушен. -Я изничтожу их, - шепчет Алекс, почти не разжимая губ. -Я помогу, - шепотом отзываюсь я.