Тьма в его сердце

- С этого момента и до самой аварии я ничего не слышала о Кюхёне, - Ара замедлила шаг и засунула руки в карманы. - Он жил у Чжоуми, но я понятия не имела, где находится дом этого парня. Мало того, Кюхён больше не отвечал на наши с мамой звонки и умудрялся каждый раз сбегать от меня. Хотя, - брюнетка запрокинула голову вверх, точно так же, как любил делать её брат. - возможно, я приврала. Кое-что я все же знала. Чжоуми связывался со мной изредка и просил не волноваться. Сейчас мне так жаль его... Он рвался на части, словно меж двух огней, любимым и его семьей. Я чувствую и свою вину в его смерти, - Ара притормозила у лестницы, ведущей к нужному ярусу домов. - В тот день он так же позвонил мне, в очередной раз уверял, что с Кюхёном все в порядке, сказал, что они решили съездить на пляж... Сонмин увидел в глазах скрипачки будоражащее душу раскаяние, нечто столь личное, от чего на несколько секунд перехватило дыхание. - Он предложил встретиться, оставить Кю в машине и просто поговорить. По воле судьбы в этот момент рядом со мной оказалась невеста брата, девушка, которую так хотел видеть в нашей семье отец. Я… Я не знаю, почему все так обернулось… Чжоуми уговорил Кюхёна зайти поздороваться, хотя бы просто показать себя сестре, - странная атмосфера накрыла блондина с головой. Девушка перед ним была в этот момент настолько уязвима, что любой нормальный парень захотел бы её защитить, увести куда-нибудь и просто закрыть от всех, но… Сонмин не чувствовал этого. Все, что он испытывал в данный момент, это тревожный звон ожидания, что-то, чего слышать не хотелось. – Минчже увидела его в компании Ми, что-то оживленно тараторившего и сжимающего чужую руку… Как все развивалось дальше, я не могу тебе ответить. Знаю лишь то, что видела своими глазами. Атмосфера в кафе была по весеннему теплая. Сладкий запах выпечки, смешивающийся с ароматом кофе, приятно щекотал обоняние. - Ми, ну пожалуйста! Я не хочу… - Я уже пообещал нуне, так что не отвертишься, - теплый мужской голос, словно лучик солнца, ворвался в наполненное людьми помещение. - Это не честно, - надулся Кюхён, складывая руки на груди, словно пятилетний ребенок. – Не пойду! Парень с русыми волосами добро хмыкнул и, наклонившись к самому уху спутника, шепнул: - Я ведь и спрашивать не буду, - и, схватив брюнета за руку, быстро повел в сторону столиков. - МиМи, вот всегда ты так! - А ты вечно упрямишься и делаешь все по своему, - парировал Чжоуми. - Но ведь за это ты меня и любишь? - не столько спросил, сколько уточнил Кюхён, сжимая руку парня. - Вот проныра, - усмехнулся старший. - Да, именно за это. Доволен? - Еще нет... - Что? Вымогатель, что е... - Кюхён резко дернул Чжоуми на себя и поцеловал его в щеку, прерывая такой глупый вопрос. - И правда, делаешь все, что в голову взбредет. - Я знаю! Легкий смех заполнил помещение, как солнце медленно начинает озарять необъятные просторы небесного полотна. И все кажется возможным, выполнимым и посильным, будто открывшееся второе дыхание. - Ребята, привет! - послышался знакомый голос. - Нуна! - радостно помахал девушке Чжоуми. - Я скучал. - Хэй! - Кюхён недовольно ткнул локтем своего парня под ребро. - Но ведь это правда! - возразил старший, скрещивая руки на груди. - Нуна удивительная девушка! Странно было бы не скучать по ней. - Спасибо, Чжоуми. Я тоже нахожу тебя очень привлекательным, - Ара подмигнула парню, тихо посмеиваясь над реакцией брата. - Моя сестра заигрывает с моим парнем прямо у меня на глазах! Куда катится этот... - Кюхён? - младший услышал странно-знакомый голос за спиной. - Так это правда? - Минчже? - испуганно прикрыла рот ладошкой Ара. - Почему ты...? - Я? Может лучше спросить что вы здесь делаете? - Кюхён резко развернулся, поняв, чей голос так неожиданно раздался за спиной, и замер, не в силах произнести ни слова. Чжоуми не сразу понял, в чем дело. Оглядев сначала Ару, затем тонсена, словно стараясь найти на их лицах ответ на незаданный вопрос, он развернулся на сто восемьдесят градусов, ожидая увидеть нечто необычное, судя по реакции своих друзей. Но все, что он увидел - красивая девушка, среднего роста и миниатюрного телосложения, с короткой стильно уложенной прической и в явно дорогой одежде. Ничего сверхъестественного. - Минчже, это не... - начала было Ара, но была грубо прервана на полуслове. - Неужели? - девушка явно начинала злиться, сверкая потемневшими от гнева глазами. Схватив с первого попавшегося столика стакан с водой, она со всей силы выплеснула содержимое в лицо Кюхёна. - Вот теперь попробуй, докажи обратное! Младший неподвижно стоял на своем месте, даже не стараясь убрать с лица мокрые волосы. Смотря на все это словно со стороны, Чжоуми чувствовал, как тупая обида, вперемешку с яростью накатывают на пойманное врасплох сознание. И когда смешанные чувства почти достигли точки кипения, Кюхён вдруг спокойно, но на редкость холодно, словно слова были окутаны ледяным туманом, сказал: - Ничего мы тебе доказывать не будем, - и, взяв Чжоуми за руку, резко потянул парня к выходу. Девушка яростно возмущалась, но то ли ребята слишком быстро выбежали из кафе, то ли от резко притихших посетителе заложило уши, её крики так и не достигли их сознания. Кюхён сел в машину и скомандовал жать на газ, почти срываясь на удивленном Чжоуми за нерасторопность. - Кто она? - Моя невеста... - А дальше... - Ара сглотнула подступившие слезы. - Минчже некоторое время сверлила взглядом пол, а потом сорвалась с места и выбежала следом за ребятами. Я в тот момент и представить себе не могла, что она будет за рулем, да еще и бросится в погоню. Минчже догнала их на трассе и от ярости или по глупости резко крутанула руль и подрезала ребят. Сонмин, все это время выслушивающий скрипачку, почувствовал леденящий душу холод. Даже несмотря на то что он уже успел вычитать в интернете некоторые обстоятельства дела, легче ни капли не становилось. - Машина Кю вылетела на встречную полосу, собрала несколько автомобилей. Я своими глазами видела место аварии. Это было ужасно! Я не могу передать словами то, что увидела там, в искореженной груде железа. А еще я слышала крики брата. Он кричал от боли, когда спасатели вызволяли его оттуда, - девушка сжала кулаки, чувствуя, как по щекам скользнули слезинки. - А Чжоуми... Я.. Я до сих пор не верю, что он скончался на месте. Я видела его живым..! Искаженное болью лицо и бледная улыбка на губах, пятна крови на одежде и, кажется, сильнейшее сотрясение. Парень не может нормально шевелиться, боль разрядами тока пробегает по груди, а тело ниже пояса вообще не ощущается. Отовсюду доносятся крики, что-то трещит, как при резке железа, к фоновому шуму примешивается звон в собственных ушах. Вдруг из общего хаоса звуков в сознание врывается болезненный крик, слишком знакомый, чтобы спутать его с чем-либо. - Кю-а... - хрип, сравнимый с шорохом песка в гудящем скоплении волн. Окидывая затуманенным от боли и дыма взглядом искореженный автомобиль, Чжоуми старается найти источник звука. Протягивает руку вперед, зажимает зубы от дикой боли при малейшем движении, но продолжает искать. Запах гари, яркие искры, едких дым впечатываются в сознание, словно клеймо. А неподалеку стоит старуха с длинной косой на плече, стоит и просто ждет. Зачем ей торопиться? Свое время она уже упустила. - Ааа.. кх... - снова душераздирающий крик. Парень в последний момент ловит холодные пальцы, стараясь уцепиться и дать защиту, но рука исчезает так же незаметно и невесомо, как и появилась. В глазах стоит размытый образ Кюхёна на носилках. Он хрипло кричит, заламывая пальцы и старается не терять зрительного контакта, как в тумане ища любимые глаза. Он плачет, стонет, из приоткрытых губ стекает тонкая струйка крови, а лицо и открытые участки тела сплошь покрыты ссадинами и царапинами. Чжоуми видит, как парня быстро осматривают, осторожно приподнимая изодранную одежду, как болезненно отзывается его мальчик на любое прикосновение, как один из врачей резко прерывает осмотр и кричит что-то остальным спасателям. Кюхена грузят в карету скорой помощи, двери медленно закрываются, он видит его в последний раз... Слезинка срывается с ресниц Чжоуми, обжигая испачканную кровью щеку. Вот уже и чувство неизбежности рука об руку с нескончаемым желанием жить приблизились, сдавливая горло в заботливых тисках. Холодно. Чжоуми уже не хватает сил, чтобы держать глаза открытыми. Карета скорой помощи срывается с места и увозит его сердце. Туман застилает глаза, дышать становиться совсем невмоготу, а тупя боль в затылке не оставляет надежд на легкий конец. Леденеют пальцы рук. Старуха медленно подходит к искореженному куску железа, бывшему когда-то дорогой иномаркой. Никто не видит ее, и Чжоуми все же хочется закричать, в последний раз заплакать, но никто не замечает ее. Страшно и холодно, но... Ребенок жив. Он обязательно выкарабкается. Сегодня он выживет, когда-нибудь встанет на ноги и забудет обо всем. Собственная жизнь в обмен на его жизнь вполне равносильная цена. Жаль только, он уже не увидит той улыбки... когда все закончится... Когда рабочие, наконец, извлекли тело молодого парня из стального плена, сердце предательски замирает на нескончаемую вечность. На лице отразилась леденящая душу улыбка, будто и не было той зверской боли, того страха в темных глазах. Скорая подоспела еще позже. Из-за пробок даже врачи не смогли добраться вовремя. Всего несколько минут отделило их от спасения этого лучика света. Каких-то несколько минут и чужие деньги, слишком быстро расставившие свои приоритеты. Ара устало прислонилась к полуразвалившейся стене обветшалого здания и глубоко вздохнула, не стараясь скрыть слезы. Она не стыдилась этого, слезы были своего рода доказательством того, что люди все еще умеют сопереживать. Малая плата за бездействие и невозможность все вернуть, но ей и живется не так хорошо, как вещают люди. - Я не знаю, какого черта сейчас рассказываю тебе все это. Понятия не имею, какой бес вселился в меня и чем обернется этот день, но... Просто запомни, если ты не уверен в себе, если не готов забрать это в могилу... - девушка повернулась лицом к Сонмину, сверля его взглядом, полным гнева. - лучше возьми деньги и беги отсюда подальше. Блондин почувствовал смешанный коктейль эмоций. С одной стороны нежная и ранимая натура парня давилась рыданиями, слушала глухой стук сердца и все повторяла "почему?", с другой же стороны он был очень зол. На всех. На Ару, которая ничем не помогла, на отца Кюхена, выместившего зло на умирающем парне, на невесту тонсена, на его мать и на общество, создающее такую жесткую иерархию. - За столько лет вы не сделали ничего, - прошептал словно громом пораженный Сонмин. - Никто не пришел к нему и не обнял, никто не сказал, что все будет хорошо, - сжимая кулаки и стараясь сдержать слезы, блондин поднял взгляд на скрипачку. - Вы оставили его в одиночестве. Совершенно одного в ненавистном ему городе. Как? - Не стоит учить меня... - Ему просто нужно, что бы кто-то был рядом! - неожиданно для самого себя выкрикнул Сонмин, взмахивая руками. - Тепло. Просто чужое тепло и слова утешения! Разве это так сложно понять!? - тупая боль в груди от вопиющей несправедливости, ярость застилающая глаза и непонимание. - За столько лет... Сонмин почувствовал, как подкосились ноги. За что? Чем Кюхен заслужил такое? Разве грешно просто быть счастливым, не причиняя неудобств окружающим? - Четыре дня комы, за которые мы с матерью прошли, кажется, все круги ада! - закричала в ответ Ара, откидывая в сторону пакет с лекарствами. - Три месяца он был прикован к больничной койке, три месяца сплошной тишины и одинокого умерщвления самого себя. Он был лишь пустой оболочкой! Затем похороны, на которые Кюхен так и не смог пойти, хотя каждую ночь я слушала, как он кричал его имя в подушку. Мой брат потерял себя за это время! Каждая ночь была сущим адом, а день бесконечным испытанием. Думаешь, я не видела этого? Думаешь, не умирала вместе с ним!? - Почему же не помогла!? Почему он до сих пор один? - Я пытаюсь... - голос предательски дрожал, с каждым словом затихая все сильнее, - Все эти годы я борюсь с ним, заставляю стоять на ногах и смотреть в завтрашний день. Все это время...! Я пытаюсь заменить ему семью, которую он потерял в один миг! - в конце переходя в шепот. Молчание. Душащее, оставляющее после себя лишь горстку пепла. И все кажется ненастоящим, вымышленный мир давит на стенки сознания, желает заслонить собой реальность. Боль. Молчаливые обрывки эмоций, засохшие корочки когда-то кровавых ран. - Прости... - Сонмин пристыжено опустил голову, ругая себя за внезапный приступ гнева. - Я не имел права... Простите, - парень низко поклонился и подошел к белому пакетику, начиная собирать разбросанные по полу лекарства. Сейчас хотелось искусать язык в кровь, что бы ни одного лишнего слова не сорвалось больше с уст. Он, наконец, вспомнил, кем была та девушка с фото на похоронах Чжоуми. Стыд адским пламенем полоснул по горлу. Ара... Серость неприятно давила со всех сторон, словно недавний всплеск эмоций забрал с собой все живое, опустил на высохшую землю. Ара провела по волосам дрожащей рукой и, стараясь взять себя в руки, сделала несколько неловких шагов в сторону парня. - Сонмин, - скрипачка накланялась к блондину и, смазано беря его за запястье, потянула на себя. Младший поднялся с колен и, все еще не глядя на Ару, протянул ей пакет с лекарствами. - Оставь, - девушка вытянула руку вперед. - Знаешь... Как ни странно, ты прав, - было видно, с каким трудом скрипачке удается держать себя в руках. Её руки мельком подрагивали, а плечи были опущены, словно она в чем-то сильно раскаивалась. - Прости, я, наверное, не смогу туда вернуться. В таком состоянии... - Ара устало вздохнула, расправляя плечи. - Раз ты за столь короткий срок нашел подход к Кюхёну, кто знает, возможно ты сможешь то, что я не в состоянии сделать на протяжении нескольких лет. Сонмин поднял на девушку ошарашенный взгляд и попытался найти в её лице хоть каплю лукавства. Странные эмоции захлестнули блондина, вроде бы ты падаешь вниз, а вроде и взмываешь ввысь. Ара так и ушла, оставив за собой смешанный коктейль ощущений. Всем известная скрипачка Чо Ара стала неким катализатором, сместившим какие-то шестеренки в голове Сонмина. Все встало на место и получило свой истинный облик. Но блондин все еще чувствовал, что это не конец истории, что-то царапало самый край сознания, выводя всю систему из равновесия. И парню пришлось осознать, что последний способ бежать от ситуации он уже упустил, оставалось только бороться.