Когда переступаешь грань.

6:28 Тик-так. Тик-так. Тик-так. Тик-так... 6:29 Тик-так. Тик-так. Тик-так. Тик-так... 6:30 Время идет слишком медленно. Я пялюсь на эти настенные часы уже очень долго. Пока остальные нормальные люди в этой комнате видели уже десятый сон, я активно размышлял, что-то постоянно перерабатывая в своей голове, уже раскалывающейся из-за недостатка сна. Этой ночью мне удалось вздремнуть всего на пару часов, а все остальное время я потратил, конечно же, на мысли. Мысли. Я так устал от них за всю эту бесконечно длинную ночь. С каждой попыткой решить хоть одну проблему, вопросов становилось все больше и больше. Забить на это дерьмо у меня не получалось как бы я ни старался, поэтому спустя некоторое время сдался и решил позволить себе утонуть в раздумьях. Причиной всего этого балагана в моей голове являлся всеми любимый Джерард, сейчас мирно посапывающий на своей кровати. Он вернулся где-то три часа назад в полуобморочном состоянии. От него разило перегаром и, как бы ни старался скрыть свое состояние сам Джи, я видел его насквозь. Мне повезло, что Джер был еще в состоянии думать, поэтому вел себя на удивление тихо чтобы не разбудить спящего Майки. Говорят, что когда человек пьян, он говорит то, о чем действительно думает. Если бы это понятие распространялось на действия пьяных людей, я был бы более чем счастлив. Пока я помогал Уэю старшему снять его рубашку, в порывах внезапно пробудившейся ко мне любви, он на несколько секунд утыкался носом в мой лоб и, тяжело вздохнув, снова отстранялся. И в этот раз я пытался заставить себя почувствовать запах карамели, но улавливал лишь что-то спиртное. Не разбираюсь в алкоголе, но казалось что это похоже на виски. Я знал, что в нашей компании только богатенькая избалованная Джесс могла позволить себе прихватить в поездку виски. Джер пьян. Джессике только этого и надо. Между ними могло бы быть что-нибудь? Тогда мои размышления прервал Джерард, которому вдруг резко захотелось поцеловаться с полом и я еле успел его подхватить. На тот момент я молился всем известным богам, чтобы те дали мне сил и мужества дотащить такую тушу до его кровати. Когда мне удалось водрузить тело Джи на его койку, я поспешил ретироваться обратно на свое место. Некоторое время он еще лепетал что-то неразборчивое, но вырубился достаточно быстро... В отличии от меня. Я наблюдал за ним и думал. Думал обо всем на свете и ни о чем сразу. Впервые я ощущал себя в настоящем ступоре от происходящего, но главным мучающим вопросом меня был: "Как мне вести себя дальше"? Я мог бы говорить как обычно, смеяться как обычно, обсуждать что-то с Майки как обычно и как обычно жить. Но не хотел. Благодаря вчерашнему происшествию во время "бутылочки" я больше не мог бы вести себя так, как до этого. В какой-то момент стало безумно интересно, как отреагирует на меня сам Джерард когда очнется. Я получу привычное "Доброе утро, Фрэнки",или все же удостоюсь чести стать частью чего-то большего? Выход, к которому я пришел спустя несколько часов рассуждений - нужно вести себя так, как Джи. Ему плевать - плевать и мне. Он захочет продолжения - захочу и я. Он скажет о том, что для него это ничего не значило - ничего не будет значить и для меня, даже не смотря на то, что значило все же очень многое. 6:47 Больше не в силах находиться здесь, я хватаю привычное полотенце и не менее привычную зубную щетку из рюкзака, после чего торопливо ретируюсь из комнаты. Мне все равно больше не уснуть, да и не за чем, поэтому чтобы не тратить время я отправляюсь в душ пока не набежала очередь. Как и ожидалось - я один идиот, проснувшийся в такую рань, поэтому беспрепятственно прохожу в душевую и совершаю утренний обряд умывания. Мои мысли все еще где-то далеко, а действия выходят просто автоматически. Надо же было увязнуть в это дерьмо. Не поцелуй он меня; не толкни Майки эту чертову бутылку; не согласись я тогда пойти на вечеринку, сейчас бы не мучился и спокойно спал в своей кровати. И волноваться было бы незачем. Проблема в том, что я вроде должен сожалеть, а на самом деле... Бр-р-р. Надо выкинуть это из головы хотя бы на время. В общем, с усилием я переключаюсь на плитку в душевой и тупо разглядываю ее, стараясь не думать о Джи. Получается плохо, но старания того стоят. Окончив все эти ритуалы по превращению из "меня сонного" в "меня бодрствующего", осторожно приоткрываю дверь и, под недовольные взгляды пары тройки человек снаружи тороплюсь вернуться обратно в свою комнату. Эти люди начинают тихо шептаться между собой когда я отхожу на приличное расстояние, но благодаря хорошему слуху могу без проблем определить, что речь идет обо мне и Джерарде. Отлично, кто еще мне напомнит о нем? Разумеется, Майки - ясновавовремя - Уэй, как нельзя кстати выходящий из нашей комнаты. Он выглядит заспанным; устало потирает переносицу и, поправив спадающее с его плеча полотенце, начинает медленно двигаться мне навстречу. - О, Фрэнки, - наконец замечает мое присутствие и притормаживает, не прекращая тереть пальцем глаз. - там это... Джер немного не в настроении. Не обижайся если что, окей? В ответ я молча киваю, опустив взгляд в пол и чувствуя себя до ужаса смущенным. Майкос понимающе хлопает по моему плечу и тут же уходит по направлению к душевой. Отлично, у Джи еще и плохое настроение. Что мне теперь делать? Я не хочу чтобы он видел меня после вчерашнего. И сам не хочу видеть его. Еще раз оглядываю себя и понимаю, что прятаться в таком виде от Джерарда по всей гостинице оставшееся время проживания здесь не смогу, вот и врубаюсь, что мне реально нужна нормальная одежда. Не щеголять же по зданию весь день в одних спортивных штанах? Тем более, что я даже не успел взять футболку. Подойдя к нашей комнате, с усилием привожу дыхание в норму и, чуть помедлив, тяну дверь на себя. В номере достаточно тихо. Я нерешительно прохожу дальше и на глаза мне попадается Джерард, все еще лежащий на своей кровати животом вниз. На его затылке лежит подушка, а руки разведены по швам. Замечая эту картину, я пару минут пытаюсь врубиться в происходящее, но после полчища неудачных попыток решаю что лучший способ привлечь к себе внимание - начать говорить. Но не могу, ибо чувствую как гортань неприятно сковало. Поэтому надеюсь незаметно проскочить к кровати, переодеться и не менее резво покинуть комнату. Как я помню, у Джи ведь еще и плохое настроение, так что пока ему под руку лучше не попадаться. - Майки-и-и... - доносится приглушенный зов откуда-то из-под подушки. - Это ты? - Нет, это Фрэнк, - меня от неожиданности прямо переклинило, вот я и застыл в одной позе, ожидая дальнейших действия от Джера. Он несколько секунд молчит, потом тяжело вздыхает и его рука медленно спадает с края кровати. - Фрэнки, милый, сколько время?.. - судя по голосу, передо мной не Джерард Уэй, а наркоман Джонни с тридцатилетним стажем. - Двадцать восемь минут восьмого. - Ты давно проснулся? - Ну, - за несколько секунд в моей голове проносятся миллиарды вариантов максимально беспалевного ответа. - где-то минут тридцать назад, наверное... Не мог же я ему сказать: "Из-за тебя, любимый, я не сплю уже три часа, потому что благодаря твоему таланту охуенно целоваться я хочу еще"! Хотя, на самом деле, так оно и есть. Уэй старший ничего не отвечает, со вздохом переворачиваясь на спину и прикрывая рукой лицо. Видимо, ему реально плохо. В комнате снова нависает гробовая тишина. Пока появляется возможность, я вновь разворачиваюсь к своему рюкзаку и практически не глядя вытаскиваю оттуда какую-то темную кофту. Наспех переодеваюсь, пока Джи вдруг не решил продолжить наш разговор. Я до сих пор не знаю, как поступать дальше. В голове сейчас творится что-то совершенно невероятное, но мыслей уже гораздо меньше, чем ночью, благодаря чему я вроде как все еще не потерял способность думать. Единственной целью для меня сейчас является быстро экипироваться и покинуть номер, лишь бы больше не говорить с Джером. До момента, пока не настало время завязывать шнурки, я лишь чувствовал себя немного напряженным, но за какую-то долю секунды ко мне вернулась истерическая нервозность и я ощутил резкую потребность в общении. Теперь я был просто обязан что-то сказать, только бы этому придурку не показалось что после вчерашнего я его избегаю. - Как доиграли ночью? Ничего лучше мне в голову не пришло. Да, Джерард бы не смог ответить что-либо действительно полезное, но по крайней мере так я мог бы подойти к главному вопросу о Джесс. Я не смогу дальше жить спокойно, не зная, были они вместе, или нет. - Нормально, - невнятно бурчит он в ответ, а спустя пару секунд добавляет: - Не видно по моему состоянию? В ответ я нервно усмехаюсь, не считая эту шутку смешной, но тем не менее стараясь показать свой более-менее дружелюбный настрой в адрес товарища. По мере продвижения нашего общения мое волнение отходит на второй план, а сам я стараюсь отвлечься от мыслей о вчерашнем. Стараюсь, правда, но все-таки продолжаю этот разговор. - Ты вчера достаточно много выпил, да? - я пересаживаюсь на край своей кровати и поправляю джинсы, продолжая непрерывно следить за Уэем. - Еще как. У тебя просто потрясающая интуиция, Фрэнки. Я перестаю слышать в его голосе какие-то особые дружеские нотки. Он раздражен? Плевать, я почти подошел к финальной черте. - Там ведь не только ты пил, правда? Молча кивает, закидывая ногу на ногу. - И Кевин, и Джесс тоже... - как бы невзначай продолжаю я. Джер продолжает молчать. Он ждет, пока я закончу свою мысль. - Наверное, благодаря алкоголю Джессика больше не сдерживала себя? И только сейчас я понимаю, что зря затеял эту игру в "Вопрос-ответ". Моя последняя фраза даже мне самому показалась настолько вызывающей, что захотелось дать себе в челюсть. Черт. Назад пути уже нет. - Это не твое дело. "Не твое дело". Вот так вот просто. Не мое дело. - Ясно... - я прошептал это уже чисто символически, просто для себя, чтобы уяснить. Никто в мире, наверное, не умеет настолько мастерски портить отношения с близкими людьми так, как я. Какого черта меня понесло говорить об этом? Не сболтни я сейчас это, я бы просто ушел из номера и снаружи дождался возвращения хорошего настроя Джи. Мы бы спокойно обсудили вчерашнее, посмеялись и ушли бы гулять по городу, а теперь... Проблемы - они во мне. Я - одна сплошная проблема. Но осознание этого пришло позднее, чем требовалось. Я продолжаю сидеть на своей кровати, уткнувшись взглядом в пол, когда Джерард встает и медленно выходит из номера. А я остаюсь один. Сам. В полном одиночестве и, что самое ужасное - это вполне заслуженно. Кажется, мыслей больше нет. Он так просто поставил на всем моем волнении точку, что мне было больше не о чем размышлять. Я больше не терзался сомнениями. Не думал о чем-то прекрасном или ужасном, я не думал просто ни о чем, провалившись в свою вселенную. Не заметил, как вернулся Майки. Не заметил, как он что-то говорил мне. Пытался шутить. Спрашивал, что со мной случилось. Не заметил, как ответил ему что все в порядке и ушел на улицу, двигаясь автоматически. Не заметил, как встречал других людей и миновал их тела в коридорах настолько ловко, что даже ни с кем не столкнулся. Не заметил, как оказался снаружи и рефлекторно сунул руку в задний карман, пытаясь обнаружить там сигареты. Не заметил, что оставил пачку в комнате. Не заметил, что здесь невероятно холодно для Сан-Франциско. Холодный ветер пробирался под мою кофту и кожа тут же покрывалась мурашками, но я не замечал этого. Путался в мыслях, которые не замечали меня. И так я стоял, наверное, очень долго. Достаточно, чтобы перестать чувствовать кончики пальцев. Я ждал пока снова начну двигаться, будто кто-то должен был дать мне на это письменное разрешение. Ждал - и дождался. На мои плечи опускается что-то тяжелое. Я еле заставляю себя повернуть голову и обнаруживаю рядом стоящего Майки, который принес мою куртку и накинул ее на меня. Он указывает взглядом назад. Позади - вся наша группа, а я начинаю понимать, что действительно задержался здесь. Уэй младший с минуту разглядывает меня, будто понимая что произошло, а потом протягивает забытую мною в номере пачку сигарет. Она наполовину пуста. Я решаю немного сэкономить, поэтому возвращаю ее на привычное место в кармане своих джинсов и благодарно киваю, почему-то не испытывая желания говорить. Майки понимает. Он понимает все, вот и не требует от меня чего-то другого. Кладет руку на мои плечи, приобнимая, а после не спеша ведет в толпу. Спасибо. Все остальное время, пока мы шагали в тот самый Чайна-таун, я не чувствовал себя живым. Единственным, что заставляло меня поверить в собственное существование, были вполне ощутимые толчки со стороны Майки. Он подталкивал меня, когда я останавливался и мне снова приходилось идти дальше. Тело не слушалось. Ноги заплетались, а со стороны я был похож скорее на оживший труп, чем на адекватного человека. Нас уже обогнал весь класс, а мы с Майкосом продолжали идти со своей прежней скоростью и через час-другой уже топали где-то в самом конце сей колонны. Не хотелось шевелиться, не то что топать куда-то за тридцать километров лишь для того, чтобы посмотреть на китайцев. Кому они вообще нужны? Ах да, точно, этот поход состоялся ведь лишь благодаря Джерарду. Он ведь вчера пытался уломать училку на путешествие в это странное место. По крайней мере, теперь я вспоминаю о нем более спокойно, чем утром. Это больше не воспринимается настолько остро. Я, скорее, чувствую себя брошенным котенком, а это гораздо лучше. Но дышать все же становится тяжелее. Какого черта со мной происходит?! - Дети, внимание, не расходитесь!.. - узнаю классного руководителя. Что? Мы уже пришли? - Майки? - он наклоняется, чтобы я был с ним на одном уровне. - Где мы сейчас? - Ты вовремя очнулся, мы уже рядом. Его голос спокоен. Как этот человек может выдерживать меня так долго? Либо Майки не человек, либо у него поистине железные нервы. Скорее первое. По мере приближения к этому чертовому китайскому району, заходить туда хотелось все меньше. Не знаю, почему, просто не хотелось. Среди такой толпы китайцев и потеряться можно, а потом они сдадут тебя в рабство какому-нибудь шейху и ты будешь ублажать его до конца своих дней. Блять. Я мысленно отвесил себе звонкую пощечину. Как до такой фигни вообще додуматься можно? Я ведь даже не курил сегодня. Толпа снова начинает куда-то двигаться, а я двигаюсь за ними тупо по инерции. Мой мозг отключен, ибо он и не понадобится следующие часа четыре, если не больше... Поэтому я даже сначала не соображаю, когда меня вдруг резко толкает в сторону и что-то сжимается вокруг запястья. Сердце тут же задает ускоренный темп, а я ничего не могу возразить когда меня заталкивают в какие-то огромные кусты и прижимают к стене всем телом. Вот тут я вспоминаю о "каком-нибудь шейхе"... - Нет! Пожалуйста! - начинаю орать не своим голосом, уже представляя что это какая-то банда китайцев-контрабандистов собирается связать меня и отправить на восток. - Не делайте этого! Я не хочу никого ублажать! Мне было плевать на то, как я выглядел. Главное - чтобы они не забрали меня с собой. - Айеро, ты придурок... Знакомый голос. Карамель. Я с трудом открываю глаза и вижу перед собой Джера. Он с улыбкой разглядывает меня, а по его выражению лица можно без проблем определить, что этот засранец уже еле себя сдерживает чтобы не заржать в голос. Я даже готов согласиться с тем, что я придурок, но сам-то он нахуя вот это сделал? - Ох, уж кто бы говорил, - язвлю я в ответ. - Да ладно тебе, не обижайся. Я не обижаюсь. Я просто не могу этого сделать, хотя понимаю, что должен. Но как, когда он рядом, да еще и с таким лицом? Не прошло и дня, а я действительно соскучился. - И как мне это понимать? - Как хочешь, так и понимай, - его голос становится гораздо тише. - простишь меня за то, что было утром? Я чувствую себя живым. Да, жизнь. Энергия снова переполняет меня и, черт возьми, не могу сдержать улыбку. Джи воспринимает это как "Да, я прощаю тебя, о любовь всей моей жизни", поэтому улыбается в ответ. И я понимаю, что обожаю этого засранца. Мы просто смотрим на друг друга, не нуждаясь в словах. Ну, мне, например, они не нужны, да и сам Джерард вроде бы не испытывает особого дискомфорта. Стоим в каких-то странных огромных кустах, он прижимает меня к стене, мы оба молчим, а неудобств будто и нет? Да, примерно так выглядит мое счастье. Однако, рано или поздно кто-то из нас завершил бы всю эту идиллию. Я и без того главный отрицательный герой, так что решаю взять эту ношу на себя. - И что теперь? - как можно тише спрашиваю я и мой взгляд неосознанно опускается к губам Джера. Когда я уже перестану думать об одном и том же?.. - Я не собираюсь идти в этот гребаный район, кишащий китайцами, - он искривил лицо в такой гримасе, что меня пробрало на смех. - поэтому предлагаю альтернативу... - Стоп, - не даю ему договорить. - тогда зачем ты вчера так умолял об этом училку, если все равно не собирался туда? Джи невинно пожимает плечами и с абсолютно ангельским выражением лица отстраняется от меня. Я расстроен, но не собираюсь говорить ему об этом в открытую. - Мне нужен был предлог. Знаешь ли, Фрэнки, в этом гребаном Чайна-тауне классуха будет париться только по поводу того, где можно сувениры купить подешевле. На нас ей уж точно будет наплевать, а тут неподалеку такой парк аттракционов есть... - Я тебя люблю. Он воспринимает это как шутку и вновь улыбается, а я продолжаю восхищено пялиться на него, как дебил. Уэй старший осторожно треплет меня за волосы на макушке. - Это значит что тебе понравилась моя идея? - Еще как. Все лучше, чем бродить в мини-Китае. Через некоторое время вы все же заставили себя выбраться из этих гребаных кустов. Не самое романтичное место для разговоров о парках аттракционов, знаете ли. Я даже не удивился когда заметил сидящего на скамье неподалеку Майки. Он ждал нас. Соответственно, у них с Джером был план. Прекрасно! Один я, как обычно, не в курсе последних событий. Но даже сейчас я не собирался злиться на эту парочку, ибо главным сегодняшним событием являлось наше примирение с Джерардом, чему я был несказанно рад. Наша группа уже скрылась в неизвестном направлении, совсем не обратив внимания на отсутствующих, как и пророчил Уэй старший. Благодаря этому наша троица смогла без особых помех оправиться в тот самый парк аттракционов, о котором говорил Джи. Чтобы быстрее добраться мы использовали канатный трамвай, а нюансы нашей поездки, я думаю, можно опустить. Мы просто оглядывались по сторонам, пытаясь насладиться здешним красотами сполна. Времени хватало - парк находился чуть ли не на другом конце города. Ехать пришло долго, но результат того стоил. Уже оказавшись внутри, никто из нас не сдерживался. Сначала мы все троицей отправились на Американские горки, потом последовало что-то вроде огромной крутящейся тарелки с людьми, комнаты страха и смеха, небольшое кафе и снова американские горки... У нас даже оставалось время чтобы зайти в фотокабину, но так как Майки у нас что-то на подобии Бэтмена, - никогда не появляться на фотографиях, - нам с Джи пришлось самим залезть туда. С самого начала я знал, что ничем хорошим это не кончится. - Сколько ты кадров заказал? - Пятнадцать, - незамедлительно ответил Джер, как только я сел на его колени. - Не много будет? - Это же воспоминания, Фрэнки. Их должно быть как можно больше. Мне становится гораздо теплее. Даже не от того, как руки Джи обвивают мою талию, а в большей степени благодаря тому, что он хочет иметь со мной общие воспоминания. Места в кабине невероятно мало и через пару секунд я чувствую, что начинаю соскальзывать. Мне ничего не остается как рефлекторно зацепиться рукой за шею моего товарища. Первая вспышка. - Оу, так быстро? - Уэй пошловато улыбается. - Иди в зад, я просто соскальзываю. Но я ведь не просто соскальзываю. Вторая вспышка. - Ты хотя бы улыбнись, а то сидишь такой хмурый.. Я поворачиваюсь к камере и растягиваю губы так, что это похоже на бобровый оскал. Слышу позади обаятельный смех Джерарда и вскоре сам начинаю искренне смеяться. Третья вспышка. - Фрэнки, я люблю тебя, - уже сквозь слезы лепечет Джер, продолжая безудержно ржать. Я не до конца осознаю что он только что сказал, но как только до меня доходит смысл, мой смех становится чуть напряженнее. Четвертая вспышка. Медленно оборачиваюсь к нему. Да, я до сих пор улыбаюсь во все 32, но теперь я крайне озадачен. Джи, заметив резкую смену моего настроения, тоже замолкает и теперь мы сидим как два идиота, с улыбками рассматривая друг друга. Пятая вспышка. Какой же он охуенно красивый. Шестая вспышка. Джерард тянется к моим губам, а я подаюсь к нему навстречу. Седьмая вспышка. Какой же до боли приятный привкус. Мы совсем неощутимо касаемся губами, а во мне уже целая армия гребаных китайцев празднует новый год со своими фейерверками. Восьмая вспышка. Плевать на фотографии. Плевать на стоящего снаружи Майки. Джи такой невероятно вкусный, что я его сейчас сожру. Девятая вспышка. Будто прочитав мои мысли, он углубляет поцелуй, настойчиво проталкивая язык в мой рот. Кажется, кто-то сейчас умрет от переизбытка чувств. Я обвиваю руками за его шею и с силой тяну на себя. Десятая вспышка. Мы оба наклоняемся настолько, что я же почти в горизонтальном положении и бьюсь головой о стену. Чертова кабина. Одиннадцатая вспышка. Воздуха катастрофически не хватает. Мне уже сносит крышу от того, настолько Джер близко. Чувствую каждое его движение: как его руки бродят по моей спине, как он совсем немного приподнимает край моей кофты, как он с силой прижимает меня к своему телу. Двенадцатая вспышка. - Подожди, - я совсем немного отстраняюсь от него. - ты собираешься оставить все эти фотографии себе? Тринадцатая вспышка. - Конечно, - он снова улыбается, а я теряю возможность видеть его глаза из-за упавшей челки. - Тогда нам нужно будет зайти второй раз. Уэй непонимающе уставился на меня, приподняв одну бровь. Матерь божья, какой же он невъебенно сексуальный. Четырнадцатая вспышка. - Потому что я тоже хочу запомнить этот момент, - я снова впечатываюсь в его губы, чуть приподнимая самого себя. Пятнадцатая вспышка. Из кабинки мы вышли как только привели себя в порядок. Не сразу, конечно, Джерард еще предпринял пару попыток расцеловать мои и без того опухшие губы, но в этот раз я был непреклонен. Кто бы мог подумать, что фото-кабины способны так сближать людей? Я был просто невероятно счастлив. Особенно когда мы не приметили рядом Майки, который в нескольких метрах от кабины спорил с продавцом сладкой ваты. Неужели ему стало настолько скучно, что бедолага опустился до уровня "Я буду орать на все, что движется и пытается продать мне сладкую вату"? В общем, продавца надо было спасать. - Майки! Пора домой! - прокричал брату Джер и попытался состроить из себя что-то на подобии заботливой мамаши. Тот обернулся, напоследок крикнул своему собеседнику "Скайрим для нордов!" и только после этого поторопился догнать нас с Джи. Да, кстати, пока что мы с Уэем старшим решили не афишировать наши "отношения", (если отношениями можно было назвать пару поцелуев), вот и спрятали наши фотографии в мои карманы. Мне кажется, у Майкоса определенно возникли бы какие-то вопросы, если бы эти кадры попались ему на глаза. В гостиницу мы вернулись поздно. Оказалось, что вся группа уже часа два назад приперлась обратно, а мы только-только соизволили подойти. Всего восемь часов вечера. Как сказал Джерард в тот момент: "Да похуй вообще, если честно". Теперь нам требовалось лишь незаметно проскочить холл, главный коридор, подняться на третий этаж по лестнице и уже оттуда отправиться в комнату. В регистратуре милая девушка все же решила нас предостеречь, рассказав о том, что наша училка все еще ходит по гостинице в поисках тех, кто сбежал когда весь класс отправился в китайский район. Видимо, смылись не только мы. Кто-то еще пронюхал фишку Джера? Но не в этом суть. Похоже, сейчас будем играть с сверх-секретных агентов. - Бля, ахахаха... Ахахаха... - Заткнись, Джи! - Не могу... Апхаха... Чтобы я с вот этим вот мудаком пошел на какое-то шпионское задание - да никогда. Его ведь хрен заткнешь. А с чего Джи вдруг начал ржать? Ему почему-то показалось, что дверная ручка в темноте похожа на... кхм... вибратор. Потом он ржал с того, какой у него ебанутый смех и продолжал ржать потому что тупо не мог остановиться. Ну просто сама адекватность. Мы, кажется, разбудили уже всю гостиницу, хотя даже не успели подойти к лестнице. Джерард уже содрогался в нервных конвульсиях, опираясь рукой на стену и тряся головой. Да что с этим ублюдком такое? Идти дальше он отказывался. Да нет, не столько отказывался, сколько был не в состоянии делать это самостоятельно. В общем, пришлось нам с Майки взять ситуацию под свой контроль - схватив Джера за руки, мы вдвоем потащили его вверх по лестнице. Он постоянно спотыкался и матерился, ржал и снова матерился, потом спотыкался, потом матерился снова и снова и т.д. С огромными усилием нам все же удалось дотащить его до заветного третьего этажа. Я уже было успокоился, ибо Уэй старший теперь мог стоять на ногах. Он даже был готов идти сам и почти перестал смеяться. Единственное, что нас тормознуло - пришлось дать ему отдышаться на лестничном пролете. Господи, да он чуть не умер. - Ладно, я все, пошли, - наконец прохрипел он и мы тут же двинулись дальше. Оставалось только пройти по коридору. Мы сильно сомневались что, преодолев чуть ли не всю гостиницу, нас постигнет неудача на самом последнем рубеже, вот и вышли из-за угла абсолютно спокойно, не подозревая о засаде. Наша компания оказалась настолько наглой, что мы даже позволили себя немного посмеяться пока не торопливо шагали к комнате. Оставалось всего несколько метров до номера, как я заметил в самом конце коридора темный силуэт, стремительно движущийся навстречу к нам. - Училка! - шепотом заорал я. Истерика. Что делать? Мы посередине коридора, прятаться негде. Вся жизнь проносится перед глазами, а силуэт все приближается и приближается. Краем глаза замечаю, как Майки прыгает куда-то в цветы, а Джерард запихивает меня в шкаф. Он буквально припечатывает меня собой к стене и захлопывает дверцы изнутри. Меня больше шокирует то, как они вместе с братом успели так быстро сообразить - это произошло буквально за считанные секунды, настолько быстро, что я только-только начинаю осознавать что это вообще было и где я сейчас нахожусь. О, тот самый шкаф. Я так и знал что он выполняет в этом коридоре исключительно декоративную функцию - внутри он оказался абсолютно пустым, но просто невероятно маленьким. Между мной и Джи совсем нет свободного пространства, благодаря чему я чувствую, как он тяжело дышит. Волнуется? Это вполне объяснимо. Не каждый день мы прячемся подобным образом от нашей училки. Запах карамели, исходящий от Уэя , немедля заполняет все пространство и я просто тону в нем, вдыхая и выдыхая воздух, как заведенный. Джер молчит. Он выше меня и ему приходится вжимать голову в плечи благодаря низкому потолку шкафа. Его челка опять закрывает глаза. Чем-то напоминает фото-кабину, но сейчас Джи выглядит гораздо круче. - Эй... - еле слышно зову его, надеясь, что нас не слышно снаружи. - Тише, Фрэнки, - боже, его голос совсем охрип после нескольких минут безудержного смеха. Он поворачивает голову по направлению к дверцам позади нас и мне тут же открывается прекрасный вид на его оголенную шею. Да пошли эти правила нахуй. Какой-то внутренний порыв заставляет меня слегка оттолкнуться от стены и я тут же прикасаюсь губами к его коже. Вкус карамели. Он весь такой сладкий? - Ты чего? - снова оборачивается ко мне и, не смотря на его возмущение, весь он покрывается мурашками. - Тебе не нравится?.. Стараясь не терять времени даром, я чуть сильнее надавливаю на Джи и провожу языком невидимую линию от его подбородка к ключицам, оттягивая пальцами ворот футболки. Джерард решает ответить мне еле слышным стоном. Какой голос... Теперь я даже не уверен, кто кого сможет первым завести - он меня своим хрипом, или я его поцелуями. Мне почему-то показалось, что я все же смогу доминировать в этой ситуации. Сама наивность. Одно мгновенье и обе мои руки уже сдерживаются над моей головой одной ладонью Джера. Ну да, куда мне против этого вандала? Я даже обижено надул губы для придания ситуации пущей трагичности, по после того, как Уэй решил покорить меня моим же оружием - смертоносным поцелуем в шею, - я быстро сдался. Шея. Мне конец. - Блять, Джи... Ааах... Не в силах больше противиться, я резко откидываю голову назад и тут же больно стукаюсь затылком о стену шкафа. Мне плевать - я полностью сосредоточен на ощущении Джерарда. Чувствую каждой клеточкой тела как его язык предательски медленно крадется по моей шее, задевает кадык, уходит немного в бок и оставляет засос. Джер пускает в ход и зубы, прикусывая мою кожу. Мне кажется, наши шалости приобретают весьма опасный поворот, ибо я уже начинаю стремительно возбуждаться. Но Уэй не торопится. Он видит, как я сжимаю веки и пытаюсь освободить руки, но продолжает мучить меня. Изверг. Вторая его рука неожиданно пробирается под мою кофту и я судорожно, громко выдыхаю. Пальцы слишком холодные. Я не могу больше сдерживаться когда он снова прижимает меня к себе, вырывая из моей груди очередной стон. Наверное, не находит ничего лучше, чем просто заткнуть меня поцелуем. О Боже! Фонтан чувств захлестывает меня с головой. Не хочу больше видеть его во всей этой чертовой одежде, поэтому когда у меня получается освободить руки, я с яростью пытаюсь стянуть с него куртку. Сложно сосредоточиться на чем-то одном, но я стараюсь вытянуть из этого момента как можно больше. Его язык проходит по кромке зубов и, когда я уже теряю бдительность, он давит на небо и меня накрывает с новой силой. Мы никак не можем найти общий ритм. Я всеми силами стараюсь стянуть с него куртку, а он не прекращает попыток высвободить меня из кофты. Кто-то из нас определенно мудак. Джер снова опускается к моей шее и старательно зализывает то место, где недавно оставил бардовую метку на моей коже. Становится настолько жарко, что я уже готов потерять сознание от нехватки кислорода. Черт с этой одеждой; я зарываюсь руками в его волосы и притягиваю ближе к своей шее. На мне уже нет живого места - все в огне. В голове крутится лишь одна мысль: "Я хочу его. Безумно.". Когда из меня вновь вырывается отчаянный стон, дверцы позади нас приоткрываются. Джерард медленно отстраняется от моей шеи и, снова опираясь руками на стену по обе стороны от меня, поворачивает голову назад. Они с Майки какое-то время увлеченно разглядывают друг друга, а я в непонятном смятении поправляю свою одежду и перевожу взгляд то на одного, то на другого Уэя. Похоже, круто влипли. - Мы тут заняты, между прочим, - озлобленно шипит Джерард на своего брата. Тот деловито поправляет очки и с невозмутимым лицом заявляет ему в ответ: - Вижу. Но если мы не поторопимся вернуться в комнату, классуха сделает с нами то же самое, что ты хотел сделать с ним, - Майки указывает взглядом на меня. Я, в свою очередь, все еще пытаюсь отдышаться. Голова просто раскалывается, но стараюсь держать себя в более-менее нормальном состоянии. Вот это вот охуеть как стыдно, когда младший брат моего парня застает нас, целующихся в шкафу. Через несколько секунд размышлений, мы с Джи выползаем из шкафа и вместе с Майкосом несемся в наш номер, как ужаленные в зад. Слава богу, училка так и не услышала наших стонов когда проходила мимо. Ох, устроили бы нам разнос если бы это открылось... Оказавшись в номере, мы замыкаем входную дверь изнутри на всякий случай и только после этого разлетаемся по своим кроватям. Мы с Джером устали особенно сильно. Майки решает не расспрашивать нас о том, что недавно увидел и это особенно радует меня. Он действительно очень умный. Мы бы так и пролежали, наверное, до самого утра если бы не заснули, вот только Джи не мог слишком просто оставить происходящее. - Хэй, Майки, - зовет его Уэй старший. - ты даже не будешь расспрашивать нас о чем-то? - А зачем? - совершенно беззаботным голосом отвечает младший. - Я знал, что между вами что-то есть. Все знали, наверное. Только вы, два тормоза, никак врубиться не могли. В следующую секунду в Майкоса летит подушка, запущенная его братом, а я начинаю тихо смеяться, наблюдая за этой картиной. - То есть, ты... Ну, не против наших..? - вступаю в беседу я. - Как будто если бы я был против, вы бы не трахались, - смеется Майкл, а я, подобно Джеру, кидаю в очкастого и свою подушку. К моему сожалению он успевает поймать ее мы, все трое, снова начинаем смеяться сами над собой. И знаете, что? Это действительно весело. Весело, на самом деле. Я начинаю чувствовать себя по-настоящему счастливым.