Иллюзия спасения

      Оставшись наедине с самой собой Женевьева задумалась. Сила. Одновременно нужно получить её, но в тоже время не хочется. Она и манит её, и отталкивает. Слишком много мощи, слишком много власти, слишком много... Слишком. Всем известно, что переизбыток власти развращает, делает немыслимое с людьми, безвозвратно их меняет. Но метаться было уже поздно. Разрушать весь мир, поддавшись стае Девкалиона было бы глупо, как минимум. Да и умирать особенно не хотелось. Сделав глубокий вздох, брюнетка быстрыми шагами направилась к силе.       Она на расстоянии вытянутой руки. Глаза режет от ярко светящей консистенции. - Так или иначе, даже если я умру от силы, то хотя бы не от рук альф, - сглотнула девушка и коснулась кончиком указательного пальца голубого свечения.       Сила начала окутывать её тело изнутри, словно паутина, сковывающая жертву. Не сказать, чтобы больно, но и не сказать, что приятно. Среднее - на грани высокого и черствого. Непередаваемо. Совмещение в себе всего самого ужасного и прекрасного, злого и доброго. Казалось, что её просто разорвет от противоречия, творящегося в ней. Тонкая грань между бредом и реальностью начала разрываться, и неожиданно все закончилось. В долю секунды. Она даже не успела понять. Свечение исчезло. В комнате стало темно настолько, что разглядеть что-либо не удавалось.       Женевьева не шевелилась. Просто пыталась заметить изменения. Ничего. Кроме теплого чувства в груди, приятно оседающего, оставляющее томное предчувствие чего-то великого. Но через пару мгновений пропало и оно. Вконец ошарашенная девушка просто смотрела в беспросветную темноту. - Вот и всё.       В углу начало что-то поблескивать. Сначала она подумала, что ей просто кажется. Но свечение возникло снова. В мгновение перед ней возникла женщина. Полупрозрачная, худая, длинные темные волосы спадают по плечам. Крупные глаза, цвет понять невозможно. Но в них читает ся пустота, отрешенность, небытие. - Женевьева, - шепчет женщина, прикрывает рот рукой, кашляет, придвигается ближе и начинает шептать. - Я глупа. Я была так глупа. Их стая... Они уничтожат всех. - Но я же нашла силу первая, - понимая, о чем с ней говорит женщина, она ответила. - Лишь сейчас. Лишь до следующего полнолуния. Она снова уйдёт. Стая снова будет искать тебя. Искать её. Никому не жить... - воцарилась некоторая тишина. От стен глухими ударами отлетали глубокие вздохи Женевьевы. - Никому не жить. Никто... - женщина начинала бредить. - Что я могу сделать? - Уничтожь её. - Как? - Убей её в себе, - шептала она ей в самое ухо. - Скажи Дереку, что я не хотела. Не думала, что всё выйдет так... - холодная рука её коснулась руки девушки, и она пропала.       В Женевьеве всё трепетало. Она чувствовала это смертное прикосновение, в её ушах до сих пор трепетал тихий голос. В её сознании сложилась целостная картина - это была мать Дерека, и она дала понять, что ради мира во всем мире Женевьеве нужно пожертвовать собой. Однозначно, одна душа против миллионов. Да и чего стоит эта одна душа? Может быть, для кого-то она бесценна, а для кого-то мусор.       В темную комнату начал густыми струями литься свет. Первой вошла Марго. Её глаза быстро бегали, перемещаясь по телу своей бывшей хозяйки, которую она считала своим долгом защищать. - Госпожа, с вами всё в порядке? - подбежала она вплотную к молчащей Женевьеве. Та делала выбор. Не только свой, но и выбор других. Сейчас всё было как никогда ясно. Она приняла решение. - Дерек и Лидия там? - прохрипела брюнетка себе под нос, но это не осталось незамеченным. - Да, конечно, они ждут вас. - Послушай, Марго. Это будет моей последней просьбой к тебе. - Слушаю, госпожа. - Возьми Лидию и отвези её на моей машине туда, куда она укажет тебе путь. Увези её отсюда как можно дальше. А сама, живи полной жизнью. Никогда, слышишь, никогда сюда не возвращайся. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Чтобы вы все были счастливы. - А Дерек? - Пока он останется со мной, - сглотнула Женевьева. - Я больше вас никогда не увижу? - с трепетом шепчет миниатюрная девчушка. - Скорее всего, да. Прости меня за всё,- брюнетка прижала к себе хрупкое тело, почувствовав ответное крепкое прикосновение и слёзы. Она плакала. Наблюдая, как взрослеет её хозяйка, как становится её подругой и защитницей, она не могла отпустить её сейчас. Она бы не отпустила её никогда. - Нам пора.       Девушки покинули комнату, которая стала роковой. Первым показался Дерек, нервно стучащий пальцами об угол. Чуть дальше стояла Лидия, крепко зажмурившая глаза. - Давай, не подведи, - Женевьева наклонилась к выпирающему уху, произнося в него звуки. - Я люблю вас, госпожа, - смахнув вырвавшуюся слезу, отвечает ей девушка. - Я тебя тоже. - Лидия, пойдем, - Марго вышла вперед. Ожидающие резко обернулись. Дерек с благоговейным восторгом смотрел на свою возлюбленную, которая была вполне жива и здорова. - Но, куда? - возмутилась рыжая. - Куда захочешь. Иди, - мягко ответила Женевьева. Марго схватила Лидию за руку и повела к выходу из здания.       Женевьева и Дерек остались одни. Она молча взяла его кисть в свою и повела к выходу. Оба молчали. Дерек разглядывал свою спутницу, но не мог понять, что происходит. В ней кипела борьба, отчаяние, грусть. Посмотреть ему в глаза, она просто не могла. Ещё хоть немного времени, чтобы собраться. Поворот, коридор, ещё один поворот. Перед глазами всё чуть ли не плыло. Огромная дверь, и долгожданный свежий воздух прыснул в лицо. Полегчало.       Ей одновременно хотелось сказать так много, но в тоже время слова были лишними. Он здесь. Смотрит своими волшебными глазами. А разве нужно что-то ещё, кроме этого? Она в своём доме, в двору, на котором она играла в детстве. Всё так символично. Её захлестнули чувства. Она резко развернулась лицом к Дереку, прижала его к холодной стене здания и впилась горячими губами в его. Жадно, кусая губы, вжимаясь всем дрожащим телом в его крепкую грудь. Он сжимал её даже крепче, чем нужно. Тонкие холодные руки шарили по его плечам, впивались ногтями в шею, оставляя красные следы. Это было больше, чем физическое прикосновение. Они целовали друг друга душой.       Напоследок.       Она отлынула от него так же резко, как и прижалась. Она была готова. Поступиться собой, ради других. Ради того же Дерека. Ради чистого будущего всех сверхъестественных существ. Больше не было страшно.       Она помнила, как в детстве спрятала в расщелину красивой массивной лавки резной клинок. Ей подарила его мать. Она помнила ей образ, помнила всех своих родных, которые мертвы. Ей подумалось, что мама непременно бы поддержала ей решение. - Родной, я люблю тебя. Твоя мама просила у тебя прощение за всё. И я прошу. Прости меня за это, - ловким движением руки она достала клинок, слегка покрывшийся пылью, и вонзила его себе в сердце. В ушах отдалось пара глухих ударов. Всё кончено. Это конец её истории.       Дерек даже не успел понять, что случилось. Её прекрасные лаза были закрыты. Всё его естество охватило такое отчаяние. Он только нашёл её, только обрел снова, но её больше нет с ним. Это был конец. Конец всего, что было в его жизни. С её уходом всё потеряло смысл.       Сильным порывом ветра принесло запахи. Пахло стаей альф. Силой, мощью, злостью. Темнота сбивала с мыслей. Всё сбивало с мыслей. - Я тоже люблю тебя, - произнес он, скривившись в болезненной гримасе. Ему придется оставить её здесь. Альфы не успокоятся, пока не увидят её... такой. А он хотел для неё покоя. Хотя бы после смерти.