Правдивые дороги лжи...

Ягун недовольно нахмурился и потёр больное ухо. День свадьбы перенесли, причём не так, как он ожидал, и вместо того, чтобы ещё подольше наслаждаться холостяцкой жизнью, пришлось жениться намного скорее, чем он этого ожидал. Ягуну совершенно не нравилась подобная перспектива, но он не стал ворчать, подумывая уже о том, что Екатерина, наверное, не такая уж и плохая девушка, чтобы вот так взять и отказаться от её руки, сердца и всех последствий, которые ему обязательно обеспечит некромаг, а после ещё и подсобит бабуся. Именно из-за бабуси ухо, собственно говоря, и болело настолько сильно, поэтому парень не знал, что и делать, чтобы оно так не распухало – Ягге взяла за привычку при любых причудах дёргать внука за эту самую, как он говорил, пятую его конечность. Хорошо, что не за седьмую – добавлял язвительно кто-то из представителей мужского пола, и Ягун краснел от пят до затылка. На лице почему-то это не отражалось. - Готов? – недовольно поинтересовался Бейбарсов, а после, окинув Ягуна взглядом, провернул собственную трость. – Какого чёрта ты босиком? - Какого чёрта ты здесь? – вопросом на вопрос ответил внук Ягге. – Я уже не босиком, между прочим! – он недовольно посмотрел на свои туфли. – Они мне жмут, между прочим! - Я в курсе. С этим расчётом и телепортировалось, - кивнул Бейбарсов. – И только попробуй сбежать – ещё размера на три уменьшу. А ухо – увеличу! Причём безо всякой магии. - Общаются тут так по-хамски с принцами крови, - жалуясь себе под нос, проворчал Ягун. – Небось, зло сгоняешь на мне за кого-то! Что, всё министр финансов покоя не даёт, а? А она, между прочим, счастлива в браке, как мне кажется! - Это тебе кажется, - язвительно отозвался Бейбарсов, всё же слишком сильно сжимая собственную трость и мысленно проклиная тот день, когда он пришёл сюда на работу. В конце концов, Бейбарсов не догадывался о том, что ему доверят этого маленького ребёнка двадцатитрехлетнего возраста, но всё же… Какая разница уже? - Вперёд и с песней, товарищ принц, - наконец-то остановил разговоры Ягуна некромаг. – И поскорее, а то скоро начнётся церемония. Проворчав что-то о нудной церемонии, скучном министре и совершенно потерявшем склонность к авантюрам друге Валялкине, принц зашагал в сторону алтаря, который уже показался впереди. Он покосился на принцессу очень недовольно, а после замер, не в силах отвести от красавицы взгляд. И вправду, платье, которое, впрочем, выбирал далеко не Ягун, ему понравилось настолько, что он даже и не успел возмутиться. Оно как нельзя лучше шло к белокурым волосам Кати, подчёркивало красоту её фигуры… - Кто выбирал это чудесное одеяние? – немного удивлённо спросил парень, не зная толком, какой ответ следует ожидать. - Министр, - с гордостью отозвалась Екатерина, но вспомнив о том, что вообще-то принц может начать и ревновать – ведь она с самого начала вообще обращала на Бейбарсова, умного, сдержанного и культурного, куда больше внимания, чем на шалапутного Ягуна, поспешила добавить, - финансов. - А, Танька! Хвалю, - закивал принц, которому на самом деле никто не позволял называть Гроттер Танькой, но он позабыл и об этом да принялся говорить всё так, как нравилось исключительно ему, не интересуясь чужими мнениями. В конце концов, он тут принц, а не Гроттер или Бейбарсов! Привычка дружить с министрами, как показалось сейчас будущему королю, была как нельзя кстати, потому что именно она помогала выпутываться из горы ненужных обязательств, спасаться от проблем, да и вообще, счастливо жить в мире и радости. Другого выхода не было, кроме как слушаться, конечно, но при этом Ягуну не приходилось слишком много думать, страдать и останавливаться перед каждым решением, потому что в случае чего было на кого свалить вину. - Здравствуйте, дорогие влюблённые, - на алтарь поднялась королева Ягге, которая внимательно перед своими словами покосилась на Ягуна, предупреждая его о том, что лучше не пробовать сбежать, закричать, что он не любит Катю или сделать ещё какую-то там гадость, потому что это может закончиться для него весьма плачевно. Парень не стал пробовать возразить и заявить, что влюблённая здесь только Катя, и послушным болванчиком замер на месте, изредка покачивая головой. - Согласны ли Вы… Принцесса Екатерина Лоткова, стать женой принца Ягуна и быть с ним и в горе, и в радости, в болезни и в здравии, - Ягге недовольно остановилась и добавила от себя, - и даже тогда, когда он начнёт говорить? - Согласна, - кивнула Лоткова, которая прекрасно понимала, что такое – Ягун. Она была практически уверена в том, что уже успела влюбиться в этого ненормального в своей болтливости парня, поэтому даже не задумывалась над тем, как следует ответить на вопрос Ягге. В конце концов, это как минимум её долг перед державой, а предавать собственную родину нельзя никому, особенно прекрасным принцессам. - Согласны ли вы, принц Ягун, стать мужем принцессы Екатерины? – безо всяких прелюдий поинтересовалась Ягге. - Я… Ну… - Ягун умолк. Он вновь засомневался, оглянулся, получил тростью в лоб и поспешил закивать. – Согласен. Согласен! - Дорогие молодожёны, можете поцеловаться, - кивнула Ягге, позволяя наконец-то себе завершить церемонию бракосочетания, - и обменяйтесь кольцами перед тем, как кое-кто успеет начать возмущаться. А теперь поставьте подписи! Королева сначала недовольно покосилась на книгу с перечёркнутой фамилией Гроттер – вообще-то здесь было всё записано магическими чернилами, и они пропадали сразу же, как распадался брак – но если имя Валялкина оставалось чётким и весьма ясным на бумаге, то Танино постепенно выгорало, будто бы кто-то отчаянно пытался его заколдовать и сотворить что-то не слишком нормальное. Ягун и Катя, не задумываясь, расписались – очевидно, принцу действительно понравилось целовать свою новоявленную жену, и теперь они даже и не пытались уже возражать против такого поспешного брака, означающего едва ли не объединение королевств. - А потом мы сольём экономики вместе, - довольно поделилась с Бейбарсовым министр магии из страны, в которой жила Екатерина, тоже некромагиня и старая знакомая Глеба. – И будем жить долго и счастливо… - Пока болтовня не разлучит нас, - закончил за Елену Бейбарсов. – Если Ягун не сделает никаких ошибок, то всё должно быть хорошо. Я почти не переживаю за принцессу Екатерину – она очень умная девушка. - С очень глупым женихом, - язвительно добавила Свеколт, которая совершенно не желала, чтобы вскоре наступил развод. - Глеб! – подозвала Бейбарсова к себе Ягге, и парень, попрощавшись наспех с Ленкой, которую не видел уже, наверное, большое полугода, несмотря на то, что Екатерина едва ли не жила в этом замке, поспешил к королеве. - Что-то случилось? – удивлённо поинтересовался Глеб. - Мне не нравится запись в книге бракосочетаний, - недовольно отметила Ягге. - Что-то не так с именами Ягуна и Екатерины? – забеспокоился Бейбарсов, который опасался, что из-за странного ответа принца всё могло попросту разрушится. Королева лишь отрицательно покачала головой. - Нет, как раз с этим всё в полном порядке, - наконец-то сообщила она. – Мне не нравится кое-что совершенно другое. Вот, смотри, Иван и Таня! Это же практически недействительный брак, если кому-то захочется придраться, то его придётся сразу же расторгнуть. Бейбарсов довольно присмотрелся к имени Тани и осознал, что своим неловким взмахом пера она попросту перечеркнула собственную фамилию. - Но разве кому-то хочется придираться к этому? – неуверенно поинтересовался Глеб. – Валялкин уже желает подавать на развод? - Да даже если со стороны посмотрят, то ничем хорошим это не закончится, - неуверенно пожала плечами Ягге. – Могут прицепиться другие люди, которые желают расторгнуть их брак! При этом королева недовольно осмотрела зал, словно кто-то из присутствующих пытался расторгнуть брак Тани и Валялкина. - Ванечке тогда будет очень плохо, - наконец-то сообщила королева, которая была слишком недовольна такой новостью. - Но я сомневаюсь, что из-за этого особо будет горевать Таня, - вдруг промолвил Бейбарсов, всё-таки не удержавшись – в последнее время Валялкин начинал ему слишком сильно мешать. – К слову, он всё-таки попросил меня дать ему должность посла – я не понимаю, зачем ветеринару что-то подобное. - Парень просто не хочет сидеть дурно в замке, - ответила Ягге. – Таня ведь постоянно занята, поэтому у них практически нет времени быть вместе… Ты бы не грузил её так сильно! - Но она сама просит у меня работу и говорит, что ей нравится засиживаться на работе по вечерам! – удивлённо воскликнул Бейбарсов, который совершенно не был против порой отдавать Тане то, с чем сам не успевал разобраться. - Мне не нравится это. Из-за этого фамилия выцветает настолько сильно, - неуверенно поделилась Ягге. – А Ивана ты скоро собираешься куда-то отправлять? - Посмотрим. - Отправь поскорее, может, хотя бы это заставит их скучать друг о друге! – воскликнула вдруг королева. – А если нет, то Танечка хотя бы не будет страдать, - в её голосе почувствовалось сильное сожаление. – Ты как считаешь… - Отправлю где-то через неделю, - сообщил Бейбарсов. – Я уверен в том, что всё с нею будет хорошо. - Да? Ну, даст Бог, даст Бог, - закивала Ягге и вновь посмотрела на внука. – Ягун, кто разрешил тебе есть торт руками! Ты ещё вытри их о Катюшино платье! – после, повернувшись к министру, королева поинтересовалась. – Платье ты выбирал? Бейбарсов кивнул. - Мне можно, я достояние республики! – воскликнул вдруг Ягун. – Ванька, скажи! Валялкин закивал. Он, конечно, у себя в семье был только на втором, то есть, на последнем месте и не имел никакого права голоса, потому что Гроттер всегда казалась слишком самодостаточной для того, чтобы кого-то слушать, но всё равно при этом считал, что в семье главным должен быть именно мужчина, а не женщина. Из-за подобного поведения его не слишком-то и уважала Гроттер, которая считала, что мужчина может открывать рот только тогда, когда он что-то из себя представляет, а вот Валялкин, по её же мнению, из себя представлял исключительно подкаблучника со слишком странными мечтами. Да так оно, собственно говоря, и было… - Достояние республики, закрой рот, - посоветовал, усмехаясь, Бейбарсов. – Принцесса, вы не желаете пропустить увеселительную часть и отправиться с мужем в комнату? А то если да, то можем устроить! Екатерина неуверенно пожала плечами, но всё-таки отправилась к гостям. Достоянию республики насильно вымыли руки и тоже отправили его следом, пригрозив, что все уши поотрывают и заново пришьют обратной стороной, дабы больше не молол никакой ерунды о достояниях республики, а Ягге так и осталась стоять на месте, недовольная не только собственным внуком, а и тем, что происходит вокруг. - Глеб, а ты не хочешь жениться? – вдруг спросила королева. – Может быть, тебе кто-то нравится? - Та, которая мне нравится, сейчас, увы, не может быть моя, - задумчиво ответил Бейбарсов, глядя куда-то вперёд. - Господи! – Ягге сначала подумала совершенно не о том. – Я… Я надеюсь, ты не наделаешь никаких глупостей? – она вновь посмотрела обеспокоенно на Катю. - Да вы что! – Бейбарсов проследил за взглядом королевы и отрицательно покачал головой. – Нет, принцесса здесь совершенно ни при чём. Будущие правители – это не по мне, - он усмехнулся. Ягге облегчённо вздохнула, а после вновь удивлённо покосилась на выцветшую фамилию.