Я ненавижу тебя, Малфой!

Гарри Камера была не похожа на ту, в которой нас с Роном держали во время наших поисков крестражей на седьмом курсе. Здесь было кристально чисто, широкое зарешеченное окно уходило под самый потолок. Мы словно сидели в бывшей клетке для тигра или еще какого-то большого животного. Я сразу понял, что мы в Малфой-меноре. Сильная аура древнего замка, не смотря на явную недоброжелательную настроенность, подпитывала меня магией. Малфой был на удивление спокойным. Когда он смотрел на меня в его глазах вплескивались такие эмоции, которых даже «мой» Драко из будущего не показывал. Он был немного смущен, ведь это был его первый опыт с парнем, но тем не менее ему страшно понравилось меня целовать, он явно хотел большего, но сейчас было не время и не место. Тем более, я старался не забывать о том, что ему, черт побери, все еще пятнадцать! При этом, он открыл для себя мощь Магии Двух Душ, что тоже могло повлиять на его мировосприятие. Утро наступило быстро. Мы проспали всю ночь, обнимаясь, Драко уже не цеплялся за меня, как за спасательный круг, а наоборот, вел себя очень по-взрослому. Он оттер мое лицо от крови и дал напиться, огрызался на охранника, когда тот пришел с двумя плошками овсянки и чарками с водой. Охранник очень злобно смотрел на нас, не ответив ни слова на тирады Драко, ушел. Каша была невероятно вкусной, может быть, потому что мы были голодными, а, может быть, эльфы расстарались ради нас. На дне миски Драко лежал металлический ключ и кольцо с гербом Малфоев. Драко широко распахнул глаза, улыбнувшись, прошептал: - Отец поможет нам выбраться. Сердце забилось быстрее, я осторожно огляделся. В коридоре было пустынно, никакие звуки не проникали сюда. Драко с помощью воды очистил кольцо, тут же надел его на указательный палец. Внезапно его глаза почернели, он одеревенел и ровно проговорил: - Санктимониа винсет семпер*. Он поднялся на ноги и вышел из камеры, легко толкнув задвижку. Даже не обернувшись на меня, он дошел до конца коридора и исчез в дверном проеме. Я не сразу очнулся от потрясения, вскочил, несколько раз оскользнувшись на луже пролитой воды из чарок, выбежал вслед за ним. Дверь из тюрьмы была приоткрыта, за ней была гробовая тишина. Я чутко прислушался, выходя в полутемный коридор. Солнце едва пробивалось сквозь тяжелые портьеры, портреты не шевелились. Ни дуновения ветерка, ни живой души. Сердце бешено колотилось, я постарался успокоиться, глубоко вдыхая и выдыхая тягучий спертый воздух. Я толкнул огромные двери, и в глаза тут же ударил яркий солнечный свет. Это был главный зал Малфой-менора. Огромные стрельчатые окна от пола до потолка, хрустальные люстры и зеркала отражали свет сотней граней. По стенам выстроились люди в дорогих черных мантиях и черных атласных масках на лицах. Я никого из них не узнал. В конце зала, на возвышении стоял трон, на котором восседал никто иной, как Том Реддл собственной персоной, в роскошном черном облачении, струящемся смолянистыми волнами, словно цвета разводов нефти на воде. Справа от него был мертвенно бледный Снейп, с бесстрастным выражением на лице. По левую сторону был Люциус, слишком крепко сжимая пальцами трость. Стояла гробовая тишина. Лорд поднялся, шелестя одеждами. Его глаза были ярко-карими, нездорово блестели. На его идеальном лице не было ни морщинки. Он сверкнул белозубой улыбкой, широко поведя рукой, тихо произнес: - Добро пожаловать, Гарри. Ужас липкой судорогой прокатился по моему телу. Передо мной стоял самый жуткий кошмар всей моей жизни. Но я упрямо тряхнул волосами, слегка поклонившись, хрипло прошептал: - Милорд, рад встрече. По залу прокатился единый вздох изумления, люди зашевелились, несколько мужчин достали палочки. Лорд Волдеморт нахмурился, улыбка увяла. Радужки его глаз потемнели, и он медленно подошел ко мне, едва касаясь ногами пола. На меня пахнуло могильным холодом и сладким сандалом. Эта смесь запахов открыла мне секрет того, как Волдеморт стал таким молодым. Зелье, которое варил Драко тогда в Аврорате год назад, пахло именно так. - Значит, Мора Мортем? – не глядя ему в глаза, спросил я, призывая все свое мужество. Волдеморт дернул уголком рта, внезапно хватаясь холодными пальцами за мой подбородок, прошептал: - Посмотри на меня. Я поднял глаза, встречая прямой взгляд черных глаз Волдеморта. Тот скользил взглядом по моему лицу, чуть поглаживая пальцами подбородок. Эта близость была противоестественной, я совершенно не знал, как поступить, и в мозгу билась лишь одна мысль: забрать Драко и бежать отсюда. Но я не видел его в зале, и мне от этого было еще страшней. Лорд снова улыбнулся, его глаза посветлели, жесткая усмешка исказила его идеальное лицо. - Ты думаешь, я поверю твоей покорности? Он отпустил мой подбородок, отступая на шаг, и приказал: - Начинайте. Зашелестели одеяния Пожирателей, когда они одновременно взмахнули палочками, и в меня ударило сразу с десяток проклятий разной тяжести. Режущие и жалящие, сковывающие и душащие – все обрушились мгновенно. Я исступленно закричал, падая на колени. Рубашку разорвало в клочья, кровь стремительно вытекала из ран, но это была не такая жуткая боль, как после. Лорд смотрел на то, как я корчился в луже крови на белом мраморном полу, тяжело дыша. Он легко вскинул ладонь – и заклятия прекратились. Он поднял свою палочку, едва шевельнув губами, послал в меня проклятие. Красный луч Круциатуса вырывал жилы из мышц, крошил кости и жег каждую клеточку тела смертельной болью. Я как мог сопротивлялся, но боль была адской, такой сильной, что я готов был умереть. Спустя вечность агонии Лорд прекратил проклятие. Тело била крупная дрожь от перенапряжения, но я упорно поднялся на колени, встречая задумчивый взгляд глаз Темного Лорда. - Вот так ты должен был предстать передо мной. На коленях, жалкий и покорный раб, - тихо сказал Лорд, снова подходя ко мне и касаясь кончиками пальцев моей щеки. Я со страшным осознанием понял, что Лорд не просто наслаждается моими страданиями. Его глаза горели жутким огнем похоти, и это до чертей меня напугало. - Ты хочешь меня убить, Том? Действуй, - сипло промолвил я, закрывая глаза. Но Волдеморт внезапно рассмеялся бархатистым теплым смехом, как-то противоестественно нежно провел ладонью по моему лицу, стирая кровь и слезы. - Еще не время. Ты должен попрощаться с тем, кого любишь. Он обернулся к людям, приказав: - Приведите мальчика. Люциус посерел лицом, не в силах противиться, взмахнул палочкой, и из потайной двери вышел Драко в такой же черной мантии, как у всех. Он безразлично взглянул на Лорда, после переведя взгляд на меня. Пустой, мертвый взгляд его глаз убивал во мне всю надежду. Волдеморт радушно улыбнулся, растягивая гласные, произнес: - Драко, какое счастье видеть тебя здесь. Я вскочил с колен, не двигаясь с места, выдохнул: - Пока не поздно, беги. Драко издевательски изогнул бровь, покачав головой, ответил: - Я пришел к своему Господину. Темный Лорд тонко улыбнулся, взмахнув рукой, звучно сказал: - Сегодня я убью Гарри Поттера. На глазах у того, кого он всей душой любит. Никакая любовь не спасет его от моей силы. Тишина, тягучая злая тишина уничтожила остатки надежды в моем сердце. Я не отрывал взгляда от лица Драко, впитывая каждой клеточкой любимые черты, засматриваясь в последний раз на его пушистые ресницы, ровный нос и тонкие губы. Я любил этого человека всем сердцем, прощаясь мысленно с Драко Малфоем, про себя произнося, как я люблю его, даже не надеясь, что он услышит мой ментальный посыл. Волдеморт посмотрел мне в глаза, тень сожаления мелькнула на его лице, немного помедлив, он произнес: - Прощай, Гарри. Авада Кедавра! Гробовую тишину пронзил звонкий мальчишеский крик. ________________ *"Sanctimonia vincet semper" (лат.) - Милосердие одержит победу. Девиз рода Малфоев.