Все дело в алкоголе

Наверное, столько пить все же не стоило. И уж точно не на корпоративе. Во всем была виновата халявная выпивка. Так решил Дин, забывая о том, что все равно хотел надраться в баре. Радовало лишь одно — отправляться на подвиги и дебоширить не хотелось, Дин одиноко сидел в углу, хватая бокалы, даже не обращая внимания на то, что именно было в них налито. Сэм подходил пару раз, предлагая выйти проветриться, но был послан куда подальше и теперь кидал на брата недовольные взгляды издалека. Сегодня Лиза увезла свои последние вещи из его квартиры, но вряд ли Дин признал бы, что его невоздержанность с алкоголем была связана именно с этим. Он хорошо относился к Лизе. Правда. Но не любил. И все его попытки изменить свою сущность были обречены на провал. Лиза была последней девушкой, с которой Дин решил строить отношения. Больше он пробовать не станет, но это решение не мешало чувствовать себя мудаком. Зал с полупьяными коллегами уже начал расплываться перед глазами, Сэма теперь нигде не было видно. Дин очень надеялся, что брат не уехал, потому что уверенность в возможности добраться домой самостоятельно решительно покидала его, он даже немного сомневался, что сможет правильно назвать свой адрес таксисту. На столике рядом с ним оставался один недопитый бокал, кажется, с шампанским. Дин опрокинул его в себя и буквально через несколько секунд понял, что он-то и был лишним. Его затошнило, не резко, но ужасно неприятно. Дин глубоко вздохнул, стараясь переждать этот приступ. Всё вокруг — стены, пол, люди, мебель — мягко покачивалось из стороны в сторону, но, к счастью для Дина, в этом году их фирма несколько сокращала расходы, и руководство решило сэкономить на аренде ресторана для корпоратива, а потому все действо проходило в самом большом конференц-зале, так что Винчестер почти наизусть знал все входы, выходы, коридоры и пути в туалет. Он даже позволил себе дойти не до самого ближайшего. Хотя много кто видел, как он хлестал спиртное, но демонстрировать, как Дин Винчестер, заместитель начальника отдела продаж, блюет в туалете, он не собирался. В туалете ему стало чуточку легче. Здесь было прохладно, и Дин только сейчас почувствовал, насколько он вспотел под слоями строгого костюма. Он ослабил галстук, а потом и стянул его полностью, положив на мраморную столешницу рядом с раковиной, ополоснул лицо и уже было подумал, что обниматься с унитазом не придется, как организм решил иначе. Дин со стоном ринулся в кабинку, даже не захлопнув дверцу. Сколько все это продолжалось, Дин сказать не мог. Ему казалось, что он избавился уже от абсолютно всего, что съел в течение дня, но круговерть в животе не останавливалась, и он не спешил покидать ставшую такой уютной кабинку. Хотелось спать, и он даже проваливался в дрему на несколько минут, опираясь головой на свой согнутый локоть, покоящийся на ободке унитаза. Не стоило и говорить, что Дин был безмерно благодарен их клининговой компании за чистоту в этом месте. После последнего позыва освободиться от лишнего прошло довольно много времени, и Дин наконец решился убраться отсюда. Он хотел уже было подняться на ноги, как вдруг перед его глазами оказался влажный платок. Несмотря на значительные улучшения в самочувствии, опьянение все еще не отпустило его, и комнату повело влево, когда Дин повернул голову и посмотрел на таинственного обладателя платка. Он смог сфокусироваться на лице парня, отметив, правда, только то, что он никогда его раньше не видел, и что его глаза насыщенного синего цвета. В голове проплыла мысль о том, что он опозорен. Навсегда. Теперь вся компания будет говорить, что он, Дин Винчестер, совсем не умеет пить. Впрочем, платок он взял. — Налить вам воды, мистер Винчестер? — спросил этот «пришелец», как его тут же окрестил Дин. Серьезно, какой нормальный парень стал бы таращиться на то, как мужик блюет в туалете, да еще и платки прикладывать к его губам?! И если Дин не ослышался, то он парню был явно знаком. На вопрос про воду он ничего не ответил, пытаясь уложить в своей голове мелькающие мысли. Получалось с трудом. Впрочем, незнакомец все равно налил ему воды из-под крана в неизвестно откуда взявшийся стаканчик. Дин прополоскал рот, сплюнул в унитаз и внезапно разозлился. На себя, на этого парня, даже на Сэма, который бросил его тут. Кажется, подняться на ноги самостоятельно не представлялось возможным. И, если честно, он вполне мог представить себе ночь рядом с толчком, в его бурной молодости случались вещи и похуже, но только не теперь, когда «пришелец» уставился на него своими неземными глазищами. Тот помог ему подняться, прижав к своей груди и отпустив на пару секунд позже положенного. Голова Дина, до этого нещадно кружившаяся, сейчас, казалось, совершила немыслимый кульбит, умудрившись остаться на плечах. Он резко вздохнул и прикрыл глаза. Боже! У этого парня был просто очешуенный аромат! Дин в изумлении отступил на пару шагов назад, заставив себя еще раз взглянуть на него. Волосы темные, растрепанные, пиджак расстегнут, галстук перекручен — видимо, для него корпоратив тоже удался. Наверное, встреться они в других обстоятельствах, Дин назвал бы его привлекательным, но сейчас он хотел удавить его и удавиться сам. — Вы в порядке? Я могу еще что-нибудь сделать для вас? Возможно, он хотел предложить вызвать такси, или довести до выхода, или еще что-нибудь подобное, но Дин внезапно прервал его: — Да. Знаешь, что?! Отсоси мне! Может быть, он хотел сказать: «Отъебись от меня!» или «Сматывайся отсюда!», но выдал именно это, и даже затуманенным алкоголем рассудком понимал, что за такую фразу ему сейчас могут врезать. Возможно, это даже было его целью, потому что, увидев, что парень замер, почти окаменел, глубоко пронзая взглядом, Дин уже намеренно повторил: — Да, ты очень мне поможешь, если отсосешь прямо сейчас. И когда незнакомец порывисто впечатал его в стену напротив кабинки, ухватив за лацканы пиджака, адреналин вспрыснулся в кровь, но то, что произошло в следующие мгновения, ошарашило Дина настолько, что желание драться тут же исчезло, а еще через секунду его обдало волной жара. Парень опустился перед ним на корточки и быстро, но без спешки принялся расстегивать его штаны. — Бля, что ты делаешь? — спросил Дин с таким недоумением и даже страхом в голосе, что парень прервался на миг. — То, что вы приказали, — спокойно выдохнул он и продолжил стаскивать с Дина одежду. — А ты всегда все приказы выполняешь? Боже! Незнакомец коснулся его оголенных бедер, и у Дина внезапно ослабли колени. Жар побежал куда-то вверх по позвоночнику, растекаясь красными пятнами по коже. Его член встал слишком быстро, а когда парень взял его в рот, не мешкая и помогая себе рукой, Дин с трудом сумел удержать стон. Подумать только: десять минут назад он блевал в туалете, а теперь ему отсасывает незнакомый парень. Возбуждение стремительно накрывало его. Дин судорожно глотнул воздуха и запустил руку парню в волосы. Да, именно в этом заключался грязный секрет Дина Винчестера, и именно поэтому он не мог жить с Лизой. Мужчины привлекали его гораздо больше, и, хотя Дин осознал и принял это довольно давно, все равно предпринимал попытки наладить нормальные отношения, заканчивающиеся, впрочем, довольно печально. Но сейчас он и думать не хотел ни о какой Лизе. Парень сосал так старательно, что все мысли вылетели из его нетрезвой головы. Его рот был прекрасен, влажен и горяч, и Дин толкался бы туда со всей страстью, если бы незнакомец не держал его за бедра стальной хваткой. Лишь изредка его рука соскальзывала между ног Дина и обхватывала его потяжелевшую мошонку, заставляя Дина резко вздыхать и бездумно ласкать его затылок, пропуская меж пальцев и без того всклокоченные волосы. Все лицо горело, ноги почти не держали, Дин стонал, уже не боясь быть услышанным. Его собственный горячечный шепот: «Ну же! Давай же, давай!» подталкивал его самого к разрядке. Через пару мгновений он кончил, попытавшись отстраниться, остатками сознания сообразив, что это может быть неприятным — глотать сперму пьяного мужика. Впрочем, его внезапный любовник этого мнения, видимо, не разделял. Несколько капель попали ему на губы, и он слизнул их медленным движением языка, не красуясь, но с большим старанием и явным желанием прочувствовать вкус. Его лицо было раскрасневшимся, губы — влажными и опухшими, и Дина накрыло удовольствием от одного лишь его вида, от осознания того, чем они только что занимались. Он прижался к нему, просунув руку между тел, нащупывая и расстегивая ширинку, тут же принимаясь ласкать сквозь белье. Уткнулся в шею, вдыхая запах и целуя где-то за ухом. Парень чуть всхлипнул и притиснулся бедрами невозможно близко, так, что руке Дина почти не осталось места для маневров. И как бы ни нравилась Дину такая близость, ему пришлось отступить, чтоб вытащить его член из трусов и задвигать ладонью в неровном, чуть дерганом ритме, почти отчаянно надеясь, что муть, вновь заполняющая сознание, позволит довести дело до конца. — Ты божественно пахнешь, — прошептал Дин, не забывая целовать его шею. И, возможно, говорить это в туалете было слегка странновато, но парень слабо застонал, изливаясь в его руку, напоследок втянув Дина в короткий жаркий поцелуй, который сам же и прекратил, будто испугавшись своей смелости. Дальнейшее Дин помнил уже смутно. Кажется, брюки он натянул на себя сам, но вот застегивал их этот парень, выводил его из здания тоже он, потому что стены упорно пытались прижаться к Дину, равно как и пол, словно Винчестер оставил в том туалете последнюю способность к концентрации. Дорога домой вообще начисто стерлась из его памяти. Проснулся он в своей постели, в расстегнутом пиджаке, но без галстука, благо что ботинки он все-таки умудрился снять, и они валялись рядом с кроватью. Было позднее утро, почти день, и Дин был благодарен руководству за то, что они не стали устраивать эту вечеринку в середине рабочей недели. Сэм успел позвонить ему и услышать в свой адрес массу нелестных эпитетов. На естественные подкалывания братишки по поводу его пьяной немощи Дин привычно отозвался: «Сучка!». В общем, Дин чувствовал себя вполне неплохо, однако вопрос Сэма заставил его чуть нервно сглотнуть. — Как ты добрался домой? — Не знаю, — Дин немного помолчал, хмуро уставившись в стенку. — Не помню ни черта. Наверное, вызвал такси. В этом он почти не солгал, потому что и правда не помнил, зато прекрасно помнил свое предшествующее приключение и подозревал, что домой его вез все-таки тот парень. Почему-то Дин никак не мог оценить свое отношение к произошедшему. У него и до этого были случайные связи с незнакомцами по пьяни, но раньше он хотя бы знал их имена. Но, разумеется, он не собирался впускать свою личную жизнь в работу. Или, вернее, работу в личную жизнь. Тот парень был ему незнаком, хотя он наверняка проработал в компании достаточно времени, чтобы знать руководство других отделов в лицо и пофамильно. В том, что этот «пришелец» не его непосредственный подчиненный, Дин был уверен на сто процентов, несмотря на то, что не был склонен заводить дружеские отношения с кем-либо из коллектива. Помимо рабочих нужд он общался лишь с несколькими людьми в компании: Эллен и Джо, которые и так были его друзьями задолго до того, как Дин устроился сюда, Сэмом, который вообще был его братом, и Бенни, попавшим в категорию друзей Дина, кажется, совершенно случайно. И насколько бы Дин ни признавал свою ориентацию, он совершенно не жаждал какой-либо ее огласки, а уж тем более таких грязных подробностей. Хотя он почему-то не хотел верить, что парень станет распускать про него пошлые слухи, разве что тому наплевать и на собственную репутацию тоже. В итоге к концу выходных Дин твердо убедил себя, что, раз он умудрялся никогда не замечать этого парня раньше, то вряд ли увидит его и впредь. Но действительность никогда не была добра к нему, и потому в следующее утро, когда Дин уже нажимал кнопку нужного этажа, стоя в лифте с парочкой незнакомых коллег и Эллен, она вдруг придержала дверь, чуть ли не шлепнув Дина по руке. В лифт влетел тот самый парень. — Спасибо, — проговорил он, и только после этого встретился взглядом с Дином. Его глаза чуть расширились, но в целом он остался довольно невозмутимым. — Доброе утро, миссис Харвелл, мистер Винчестер, — слегка запоздало поздоровался он и неловко развернулся к дверям, чуть задев Дина плечом. Тот стоял с окаменевшим лицом, словно ожидая немедленного разоблачения. Через пару-тройку секунд он все же решил, что уже можно дышать и теперь разглядывал чужой затылок и макушку с художественным беспорядком из волос. Парень оказался чуть старше, чем запомнил Дин, однако аромат его одеколона, или чем он там пользовался, был все таким же очешуенным. Впрочем, Дин был слишком взбудоражен внезапной встречей для того, чтобы наслаждаться этим запахом. Парень вышел вместе с другими двумя мужчинами, и только тогда Дин смог расслабиться. Стараясь выглядеть как можно менее заинтересованным, он спросил у Эллен: — Кто это был? Тот парень, что поздоровался с нами. Кажется, я не видел его раньше. — Потому что надо иногда выходить из своего кабинета и общаться с людьми. Это Кастиэль Новак из моего отдела. Уже почти год работает. Дин хмыкнул. Из отдела Эллен он знал только Джо. Но теперь ему был знаком еще один человек. Кастиэль, значит? Интересное имечко. В голове царил некий сумбур. Хотелось поскорее сбежать в свой уютный кабинет и не вылезать оттуда до конца рабочего дня. А еще лучше — недели. Но это было бы чертовски глупо, потому что, как бы Дин ни прятался, это не отменяло самого факта наличия Кастиэля в компании и потенциальных сплетен. А потому с этим Новаком следовало поговорить в целях профилактики. Дин решил сделать это сразу после собрания руководителей звеньев, куда они с Эллен сейчас и направлялись. Собрания эти были делом обычным и еженедельным для всех остальных, но не для Дина. Пока он был всего лишь заместителем и на подобные встречи ходить, по сути, не был должен. Однако это было уже третье собрание, куда его допустили. Как это обычно бывает в компаниях не такой уж маленькой величины, кадровые перестановки оставались тайной лишь для рядовых сотрудников. Разговоры о готовящихся переводах и продвижениях уже начали ходить, и для Дина это означало только одно — его повысят, и довольно скоро. И вряд ли хоть кто-нибудь сказал бы, что это незаслуженно. Он целыми днями просиживал за работой, оплачивая колледж Сэма, и слегка расслабился, только когда младший братишка сам устроился в их компанию штатным юристом. И сейчас он постарался выкинуть из головы все лишние мысли и сосредоточиться на собрании, дабы не упустить нужную информацию. Зато сразу после у него появилось время и повод поистерить, как назвал бы это Сэм. Эллен переводили в главный офис, и Джо она прихватывала с собой, а его, Дина, повышали до начальника отдела закупок. И, черт возьми, он должен был испытывать радость по этому поводу, но никак не раздражение. Во-первых, это был вовсе не тот отдел, на который он изначально нацелился, во-вторых, он ни хрена не знал о закупках, и, в-третьих… Господи, почему это не мог быть любой другой отдел, в котором не было парня, сделавшего ему минет?! Негатива добавляло еще и то, что времени предаваться унынию было не так уж и много. Ему давали около двух недель на то, чтобы передать дела своему преемнику, и еще полмесяца на то, чтобы въехать в специфику работы своего нового отдела и назначить себе заместителя. Поэтому прояснить ситуацию с Кастиэлем нужно было уже сегодня, не дожидаясь слухов о новом начальнике. И Дин скрепя сердце поплелся в свою будущую обитель. В отделе Эллен всегда было шумно. Где-то старенький, чуть хрипящий магнитофончик играл легкий джаз, и сотрудники весело пересмеивались, сидя за своими компьютерами. Кто-то мог бы назвать это крайне нерабочей атмосферой, но показатели отдела были на высоте, и Эллен не считала нужным что-либо менять. Дину же пока рано было задумываться о кардинальных переменах, к тому же сам он тоже считал, что главное – своевременное выполнение задач, а методы и способы не важны. Однако его несколько напрягло, что разговоры стихли с его появлением. Он, немного помешкав, подошел к столу, за которым виднелась уже знакомая растрепанная макушка. Кашлянул и, не дождавшись реакции, приступил к «делу». — Кастиэль Новак, верно? Повернувшийся к нему Кастиэль особо удивленным не выглядел, взгляд его скорее был радостно-вопросительным. — Не отойдешь со мной на пару минут? Кажется, за ними с интересом наблюдали несколько пар глаз, и Дин очень надеялся, что это происходит не потому, что им уже все известно. — Да, конечно, — Кастиэль кивнул и, немного резко поднявшись, двинулся за успевшим отойти на пару шагов Дином. Утром Дин не успел рассмотреть Кастиэля как следует и сейчас слегка хмуро оглядывал его с головы до ног. Весь его вид выражал странную неприземленность: галстук был перекручен (Дин решил, что парень просто не умеет его завязывать), но над прической, которая, несомненно, была частью стиля, потрудились явно не пару минут с утреца. Завершала картину легкая небритость, и Дин через пару секунд такого пристального разглядывания осознал, что Кастиэль ему нравится. Мысленно он довольно усмехнулся тому факту, что, даже будучи пьяным почти до беспамятства, умудрился найти привлекательного партнера. То, что партнер вроде как сам его нашел, Дин вспомнил через мгновение. А еще через миг в мозгу возникла картинка с тем самым действом. Полные губы Кастиэля на его члене, глаза, смотрящие снизу вверх с каким-то обожанием, с полной готовностью отдаться… Дин прочистил горло и почувствовал, как краснеет, явно не от смущения. Кастиэль замер в терпеливом ожидании и, казалось, не заметил произошедшей с Дином метаморфозы. — Мистер Новак, — начал Дин, стараясь смотреть куда-нибудь в стену. — Кастиэль, — тут же поправил его тот, и Дин, не удержавшись, вновь глянул на его губы. — Кастиэль, — повторил за ним Дин; лишних расшаркиваний он тоже не любил. — Я хотел поблагодарить тебя за помощь мне пару дней назад. Кастиэль улыбнулся. Немного смущенно, немного робко, но так, словно был вселенски счастлив. — Не стоит, — пробормотал он. — Я не сделал ничего такого. Но Дин и не собирался убеждать его в обратном. Благодарность, конечно же, являлась лишь поводом начать разговор. И хотя сейчас, стоя перед этим так мило улыбающимся парнем, Дин уже не чувствовал ту острую потребность в каких-либо предупреждениях, что ощущалась еще несколько минут назад, он все-таки решил выполнить свою миссию до конца. — И о том, что случилось после… Думаю, нет нужды напоминать, что этот инцидент должен оставаться в тайне… — Естественно, я не стал бы рассказывать об этом, — Кастиэль несколько поспешно прервал Дина. Его взгляд стал острым, и хотя говорил Кастиэль спокойно, Дин на несколько секунд почувствовал угрызения совести за то, что посмел предположить, будто Кастиэль — трепло. И все же он закончил то, что хотел сказать. — И лучше тебе вовсе забыть произошедшее. Словно ничего не было. Да. Так будет правильно. Он должен забыть. И Дин сам должен забыть. Кастиэль молчал, глядя в пол. Улыбки на его лице уже не было. — А что, если я не хочу забывать? — вдруг выпалил он, и от его пронзительного взгляда Дин с некоторым трудом подавил желание отшатнуться. — Что? — в каком-то ступоре спросил он. Дин даже не предполагал такого ответа, когда мысленно репетировал диалог. — Я не хочу забывать, — повторил Кастиэль, приблизившись, сократив расстояние между ними до непозволительно близкого. Дин все еще недоумевающе глядел на него, но сердце уже сжималось от сладкого ужаса и колотилось быстрее. Кастиэль смотрел на него так, словно собирался прижать его к стене и сорвать одежду. Слишком страстно и даже яростно. Ноздри его чуть раздувались от частого неровного дыхания. — Я не собираюсь никому рассказывать о том, что было, но и забывать не собираюсь тоже. Кастиэль говорил столь твердо и уверенно, сверкая голубыми глазами, что Дин невольно сглотнул и несколько секунд не смог найтись с ответом, только буравил его сердито-ошарашенным взглядом. И когда он уже было решился схватить его за грудки и вытрясти из паршивца всю дурь, Кастиэль сделал еще одну вещь, которой Дин совсем не ожидал. Он совершенно успокоился, отступил на шаг и сказал низковатым голосом, от которого по всему телу Дина побежали мурашки: — Мне нужно возвращаться к работе. И прежде, чем Дин успел как-нибудь прореагировать, что-либо сказать или хотя бы удержать его, Кастиэль стремительно покинул укромный уголок коридора. Бежать за ним Дин не собирался — хотя бы потому, что еще ни разу не бегал за парнями. К тому же ему и самому нужно было работать. Но главной причиной было все-таки то, что коридорчик уже стал обитаем — в другом его конце появились пара коллег, смутно знакомых Дину. Он кивнул им и направился в свой кабинет, горячо пообещав себе еще разобраться с Кастиэлем Новаком и его странными желаниями. Потому что, если Дин умел правильно понимать намеки, ему только что сказали, что возражений не последует, вздумай Дин захотеть повторения. И, несмотря на парочку интересных реакций своего тела во время разговора с Кастиэлем, сейчас эта мысль страшила Дина, как и сам Новак. Однако, как оказалось, времени на то, чтоб предаваться рефлексии и подозрениям, у Дина не было. Эллен загрузила его по полной, и Дин роптал только для проформы; на самом деле ощущения, что он сможет справиться с отделом самостоятельно, у него не было. Кастиэля в то время он видел лишь мельком. Пару раз они вновь встретились в лифте, и Кастиэль здоровался с ним так же ровно и спокойно, как и со всеми остальными. И, в принципе, Дин уже не напрягался, когда видел его растрепанную макушку. Наверное, они и раньше так встречались где-нибудь в коридорах или на общих собраниях, но Дин не замечал его. Сейчас же ему начинало казаться, что он нарочно высматривает Новака, когда приходит в Закупки. — Тебе нужен будет заместитель, — заметила Эллен в один из дней, когда до официального перевода оставалось меньше недели. Дин, который с довольно унылым видом изучал какой-то отчет, тут же вскинул на нее взгляд, готовый уцепиться за любую тему, позволяющую не смотреть в бумаги. О заместителе он думал пару раз, но сдвигал сроки его выбора дальше и дальше, потому что это хоть и было делом важным, но вовсе не приоритетным. — Возьмешь кого-нибудь из своего отдела? — А смысл? Мне нужен тот, кто уже разбирается во всех делах, а не новичок, как я. Так что тут я лучше доверю выбор тебе. Кого посоветуешь? Эллен улыбнулась ему почти материнской улыбкой, словно именно этого и ждала от их диалога. Она задумалась лишь на пару секунд, а затем произнесла нечто сакральное. — Я думаю, Кастиэль Новак вполне подходит на эту должность. Твою ж!.. Дин, конечно, знал, что все будет сложно, но не подозревал, что настолько. Стараясь не выдать охватившего его тянущего чувства, Дин небрежно спросил: — Кастиэль? Да, припоминаю такого. Не слишком ли он молод? — Молод? Да он старше тебя! — Вообще-то я имел в виду его опыт, — Дин насупился, поняв, что его замечание про возраст было довольно глупой причиной для отказа в должности. — Сколько он здесь работает? Как отреагируют другие на его повышение? — Уже около года. А другие… Если найдешь еще кого-нибудь настолько же внимательного, усидчивого и ответственного, как Кастиэль, то я только рада буду. Не думаю, что кто-нибудь останется недовольным его кандидатурой. Его любят. Я сама бы назначила его своим замом, если бы не Джо. — Я вообще не понимаю, как вам так долго удалось проработать в одном отделе при таком близком родстве, — рассмеялся Дин, показывая тем самым, что разговор на тему выбора заместителя можно было считать оконченным. Хотя сама тема оставалась открытой. Не прислушаться к словам и мнению Эллен Дин, конечно, мог, но это могло быть чревато проблемами в будущем. Дину действительно был необходим опытный помощник, но ставить на эту должность Кастиэля… Слишком близко. И немного пугающе. В этом опасении Дин признался себе достаточно легко и быстро. Кастиэль напрягал его этим своим: «Я не хочу забывать!». Эта фраза словно Дамоклов меч висела над Дином, звуча требованием или даже вымогательством. Из-за нее сам Дин тоже забывать ничего не хотел, а хотел как раз-таки другого. Но Кастиэль на месте его заместителя нарушил бы весь привычный уклад жизни Винчестера. Напряжение между ними заставляло бы постоянно контролировать себя, сдерживаться, чтоб не… сделать какую-нибудь глупость. Пообещав себе как можно более тщательно обдумать положение, в котором он оказался, Дин вновь окунулся в отчеты. Кроме копания в бумагах были еще и встречи с основными поставщиками. Обычно Дин не был в восторге от всех этих переговоров, они вгоняли его в сон, и зачастую он откровенно скучал. Но за последнюю неделю в офисе он явно пересидел, а потому, когда ему выдалась возможность пообедать не бутербродами за рабочим столом, которые иногда приносил ему Сэм, а в ресторанчике, находившемся как раз по пути от очередного дистрибьютора, Дин выбрал, конечно же, ресторан. Но здесь его ждало разочарование. Ресторанчик был небольшим, пользовался популярностью и был полон. В любой другой раз Дин плюнул бы и нашел другое место для ланча, но сегодня время поджимало, нужно было вскоре вернуться в офис, а поесть хотелось, поэтому он упросил официанта, с которым был немного знаком, на правах постоянного клиента сделать все возможное и невозможное, чтоб усадить его где-нибудь и накормить. Официант со своей задачей справился и подвел Дина к столику на четверых, за которым сидел всего один человек. — Этот мистер не возражает против компании. Дин, в принципе, тоже не возражал против компании, а потому счастливо плюхнулся на стул и только после этого посмотрел на своего будущего сотрапезника. Напротив него сидел Кастиэль Новак и удивленно пялился на Дина своими голубыми глазищами. — Черт! — не сдержался Дин. — Ты преследуешь меня! — Это вы сели за мой столик, — удивленно ответил Кастиэль, чуть наклонив голову набок. Первая оторопь при виде Дина у него явно прошла, и он заерзал на стуле, не отводя взгляда от Винчестера. Того это почему-то только разозлило. Какого черта?! Он и так шарахается от этого парня на работе, а теперь еще и за ее пределами. Он порывисто встал, решив, что хоть это и будет печально, но без ланча он не умрет. Остановиться его заставил все тот же взгляд Кастиэля, но только полный какой-то мутной боли, направленный уже в сторону. Дин и разглядел-то его совершенно мельком. Он затормозил на секунду, не успев сделать и шаг, а потом его догнали тихие слова: — Я настолько неприятен вам? — его пальцы сжимали салфетку слишком сильно, Дин видел, как побелели костяшки и кожа под ногтевыми пластинами. Вопрос был задан явно не из праздного любопытства. Кастиэль, затаив дыхание, ждал ответа, и Дин со вздохом вынужден был признать, что ведет себя как дурак. Он вернулся за столик и уставился на Кастиэля пристальным взглядом. Тот отвечал ему настороженным и все еще ожидающим. Отвечать на вопрос Дин, естественно, не собирался. Потому что с точки зрения привлекательности Кастиэль был более чем в его вкусе, а потому избегать Новака было более чем необходимо. Заказ им принесли одновременно, и к удивлению Дина, он оказался практически идентичным. Он многозначительно хмыкнул. Кастиэль робко улыбнулся ему. — Я люблю это кафе, потому что здесь… — … самые лучшие бургеры в городе, — закончил за него Дин, и это словно разрядило атмосферу между ними. — Приятного аппетита, — сказал Кастиэль, прежде чем приступить к своей трапезе, и Дин вновь подумал, что вел себя как идиот. Новак был настолько мил и, кажется, пытался просто понравиться ему, что подозревать его во всех смертных грехах было нелепо. Он избегал его около месяца, а нужно было всего лишь поговорить нормально, а не угрожающе нависая в коридоре их компании. Дин улыбнулся, хотя делать это с бургером во рту не стоило. — Сколько ты уже работаешь в нашей компании, Кастиэль? — Дин хотел завязать разговор, чтобы между ними стоял не только тот вечер, но и еще что-нибудь непритязательное, как между простыми коллегами. А еще Дин вспомнил слова Эллен о заместителе. — Уже почти год. — Тебе все нравится? Кастиэль задержал на нем пытливый взгляд. — Да, меня все устраивает. В предыдущей компании моя зарплата была несколько выше, но не было совершенно никаких социальных гарантий, поэтому сейчас я более чем доволен. — Значит, ты не собираешься переводиться куда-нибудь или увольняться? — продолжил задавать интересующие его вопросы Дин. Теперь Кастиэль замер, сжав в пальцах свой гамбургер. Его взгляд стал немного жалобным, и Дин, не сразу оценивший эффект от своего вопроса, готов был треснуть себя по лбу. Кастиэль теперь наверняка думал, что он хочет спровадить его куда-нибудь подальше от себя, памятуя о произошедшем с ними инциденте. Он поспешил разуверить его в этом. — Черт, я не имел в виду, что тебе нужно будет это сделать или что я хочу, чтоб ты сделал это. Я просто спрашиваю о планах на жизнь. Типа любезный диалог. Не дергайся так. Облегчение Новака можно было увидеть невооруженным взглядом. Дину на миг стало интересно, замечает ли тот, насколько его эмоции видны окружающим. — Нет, я не думал об увольнении или переводе. Возможно, в дальнейшем я подумаю о каком-либо продвижении в карьере, а пока же мне хотелось бы добиться успеха в доскональном изучении всех аспектов моей обычной работы. — Еще есть что-то такое, чего ты не знаешь? — Каждому есть куда стремиться, — загадочно ответил Кастиэль, и дальше обед протекал уже с гораздо меньшим напряжением. Кастиэль больше не казался Дину опасным, и он впервые за прошедший месяц подумал, что работать с ним будет приятно. Но потом, когда они уже собрались уходить, произошло нечто, заставившее Дина если не напрячься, то замереть в удивлении. — Мистер Винчестер, — сказал Кастиэль, — у вас кетчуп на губе. Вот здесь. И прежде чем Дин успел потянуться за салфеткой, он сам стер маленькое пятнышко пальцем, едва притронувшись к Диновым губам. Однако и этого прикосновения хватило, чтоб Дин ошарашено воззрился на него. Затем Дин быстро оглянулся по сторонам, уже готовясь увидеть презрительные или негодующие взгляды, но окружающие были заняты своей едой. Потом он заметил запоздалую панику в глазах Кастиэля. — Боже, что я делаю?! — еле слышно прошептал он, а потом рассыпался в извинениях. — Простите, мистер Винчестер, я не подумал... Это как-то само вышло. Я... Мне лучше уйти. И он действительно выскочил из-за стола так стремительно, что Дин не успел ничего сказать ему вслед. Поразмыслив пару минут над этой ситуацией, Дин вдруг понял, что не испытывает негатива. Да, в первую секунду он был поражен, но сейчас ему даже стало смешно от реакции Кастиэля. Неужели он настолько сумел запугать его, что та горячая уверенность, с которой Новак уверял его, что не собирается забывать, превратилась в этот лепет?! Если все было действительно так, то Дин даже почувствовал некое сожаление по этому поводу. Меж тем вступление в новую должность неминуемо приближалось. Оно должно было состояться уже завтра, а Дин до сих пор не выбрал себе заместителя. Вообще-то он мог сделать это и позже. Но не то чтобы у него был особый выбор. Хотя он и познакомился с некоторыми сотрудниками в отделе, у него все равно не было никаких данных об их успехах и возможностях. Кроме рекомендации Эллен. И так как после обеда с Кастиэлем тот больше не казался ему опасным, то Дин решил остановить свой выбор именно на нем. Завтра же после официального представления новому коллективу, он пошлет ему официальное письмо о повышении. Хотя Дин и не любил подобные бюрократические проволочки, ему показалось правильнее сообщить Кастиэлю именно таким способом, все-таки лучше, чтоб ни у кого не возникало никаких толков о личной предрасположенности нового начальства к некоторым сотрудникам. Отдел не выказал особого восторга от того, что Дин Винчестер их новый руководитель. Это было, в принципе, понятно. Эллен все любили, а его никто толком и не знал. Дин не мог сказать, что его это заботило, однако мельком замеченная улыбка Новака приятно согрела ему душу. Зато вид Кастиэля на следующий день его несколько озадачил. Дин практически уже вышел из здания, собираясь пообедать с Сэмом, как его догнал довольно громкий окрик. — Мистер Винчестер, — они с Сэмом обернулись практически синхронно, но сразу осознавая, кому именно было предназначено обращение. На лице Кастиэля застыло негодование, а в руке он сжимал листок. Ту самую официальную бумагу, что отправил сегодня Дин. Кастиэль был явно разозлен и стремительно к ним приближался. — Мистер Винчестер, — вновь обратился он, уже подойдя к замершим в холле братьям. Он слегка запыхался, словно только что бежал или же его обуревали слишком сильные эмоции. — Я получил это сегодня. Знаете, если вы повысили меня, потому что мы... Я думал, вы понимаете, что я сделал это не за тем, чтобы продвинуться по службе! Дин сжал зубы. Вот таких-то сцен он и опасался. Он схватил Кастиэля за руку, впрочем, постаравшись сделать это как можно более незаметно для окружающих, и оттащил чуть в сторону от Сэма. Он не скрывал от брата свою ориентацию, это было бы слишком глупо, но вот связь с подчиненным не входила в список вещей, которыми он бы хотел с ним поделиться. — Ты выбрал неправильное место и время для этого разговора, — прошипел он на ухо Кастиэлю. — Я повысил тебя по совету Эллен, а не потому что... Черт, лучше бы ты действительно забыл об этом! И потом, ты всегда можешь отказаться! Он отпустил его руку и вновь отошел к Сэму, оставив Кастиэля стоять с несколько растерянным выражением на лице. Кажется, он осознал свой поступок. Но Дин сейчас больше думал о том, что сказать Сэму. — Ого, — чуть ли не присвистнул тот, когда Дин вернулся к нему, и они продолжили свой путь. — Страстные разборки в новом отделе? — Это Кастиэль Новак, мой новый заместитель. Он недоволен своим повышением, — нехотя ответил Дин, все еще пытаясь продумать оправдательную ложь. Если хоть что-то в ней покажется Сэму подозрительным, то он ведь попытается добраться до правды, чего Дину совершенно не хотелось бы. — Он считает, что я выбрал его, потому что только с ним из отдела я был знаком больше всего. Мы однажды пообедали вместе у «Джуно». Помнишь их прекрасные стейки? Сэм кивнул, улыбнувшись, и Дин решил, что сказать ему полуправду было верным решением. — Но я сделал это по совету Эллен, и надеюсь, что я не ошибся. Когда Дин вернулся с перерыва, Кастиэля нигде видно не было, и Винчестер решил, что тот обживает свой новый кабинет. Позже он пришел к нему с документами, чтобы ввести в курс дела. Ведь несмотря на то, что Новак был отличным специалистом, опыта руководящей должности у него еще не было, и им нужно было обговорить множество моментов будущей совместной работы. Кастиэль выглядел притихшим и виноватым. Его попытки извиниться Дин отмел было в сторону, но тот все же сказал то, что собирался. — Это просто было слишком внезапно. Я не ожидал повышения и почему-то подумал, что это плата… за мое молчание. Я постараюсь больше не подводить вас, мистер Винчестер. — Да уж, хотелось бы, — буркнул Дин. Ему было слегка неловко от того, что подчиненный словно смотрит ему в рот. Какое-то непонятное обожание проскальзывало в отношении Кастиэля к нему, и Дин не знал, как ему быть с этим. Сейчас, когда они были наедине в кабинете Новака, Дин испытывал смутное чувство тревоги, словно какой-то мелкий зуд беспокоил его пальцы, прося, даже заставляя прикоснуться к Кастиэлю. Закрыть глаза на то, что они начальник и подчиненный. Вновь ощутить аромат его тела и мягкость губ. Не то чтобы сдерживать себя было слишком сложно, но уже сам факт этих желаний напрягал Дина. Впрочем, неделя прошла достаточно быстро и легко. Кастиэль схватывал на лету все то, что ему нужно было узнать, и Дин не мог не признать, что он сделал правильный выбор, назначив его заместителем. В пятницу он отпустил его чуть раньше положенного, тоже намереваясь уйти минут через десять, однако отвлекся на просмотр почты и понял, что рано свалить не получится. Одно дело требовало его решения до наступления выходных, а потому Дину предстояло еще два увлекательных часа копания в бумагах. Хотя дома кроме бутылки пива и спортивной передачи его все равно никто не ждал. Он вновь окунулся с головой в работу, уже было жалея, что отпустил Кастиэля – вместе они справились бы быстрее. А потом, где-то через час, он услышал взрывы смеха из общего кабинета. Кто-то еще задерживался в здании в пятничный вечер, и Дин был слишком любопытен, чтоб не попытаться узнать по какому поводу праздник. Праздник оказался в честь повышения Кастиэля. Он стоял в центре неширокого круга своих коллег со стаканчиком шампанского в руке и смущенно принимал поздравления от присутствующих. Дин незаметно прислонился к косяку двери, наблюдая за происходящим. Его, конечно, никто не удосужился известить о предстоящих посиделках, а он, как начальник, уж всяко должен был быть в курсе о факте распития алкоголя в своем отделе прямо на рабочем месте. — Я хочу подарить тебе, Касси, — начал толкать речь блондин с жидкой бородкой. Кажется, его звали Бальтазар, но Дин точно не был уверен. — Я хочу подарить тебе вот этот замечательный тюбик с вазелином. С таким начальником, как Дин Винчестер, он тебе точно понадобится. Дин брезгливо скривился. Они даже не потрудились узнать его получше, а уже предполагали всякие гнусности. Правда, ирония здесь могла заключаться в том, что в их с Кастиэлем случае этот вазелин они используют по назначению. Впрочем, Кастиэль не выглядел уязвленным этим подарком. — Ты в своем репертуаре, Бальтазар. Не думаю, что для общения с мистером Винчестером мне понадобится эта штука. Он попытался мягко оттолкнуть руку коллеги, а тот в свою очередь стал засовывать тюбик в карман пиджака Кастиэля. В разгар этой шуточной борьбы они и заметили притаившегося Дина. Вернее, первым его заметил Кастиэль, а потому испуганно замер, и Бальтазар, издав победный клич, все-таки опустил свой подарок ему в карман, а потом тоже глянул на дверь. Как и все остальные собравшиеся. Повисло неловкое молчание. Дин усмехнулся. По огромным глазам Кастиэля становилось понятно, что сейчас он выдаст поток извинений, и Дин решил прервать его прежде, чем это началось бы. — Я бы тоже хотел поздравить Кастиэля. Надеюсь, что мы замечательно сработаемся. Произнеся это, Дин почувствовал, что его слова вовсе не разрядили обстановку, а, напротив, прозвучали достаточно угрожающе. Его подчиненные явно чувствовали себя неловко и будто бы собрались расходиться, несмотря на недопитое шампанское. — Веселитесь, — выдал напоследок Дин, надеясь, что это не выглядит слишком уж жалко, и ушел обратно в свой кабинет, добивать оставшиеся бумаги. Где-то минут через двадцать Кастиэль просочился в его кабинет, плотно прикрыв за собой дверь. В его руках была бутылка шампанского и пластиковые стаканчики. На вопросительный взгляд Дина он чуть развел руками. — Ребята хотели отпраздновать мое повышение, но ваше мы не праздновали, и я решил, что… — Считай, что я отпраздновал его на корпоративе, — слегка мрачно произнес Дин, усмехнувшись уголком рта. Не то чтобы он был уязвлен тем, что его не позвали на празднование… ну, может быть, чуть-чуть. — Сдается мне, тогда вы вовсе не праздновали, — Кастиэль разлил шампанское по стаканчикам и протянул один Дину. Тот секунды две попереводил взгляд с него на монитор, где уже начал писать письмо, означающее конец его работы на сегодня. — Дай мне две минуты, — в итоге согласился он и застучал по клавишам. — За плодотворное сотрудничество? — предложил Дин, как только стаканчик оказался в его руках. — Верно, — Кастиэль слегка улыбнулся. — Я хотел произнести то же самое. Я очень надеюсь, что мы сработаемся, несмотря на… Он запнулся, пронзительно посмотрев на Дина, словно проверял, не сделал ли он какой ошибки, начав эту фразу. Но Дин спокойно глядел на него, и Кастиэль закончил: — Несмотря на все то, что может нам помешать. Дин кивнул и пригубил свой напиток. Шампанское внезапно ему понравилось, и он сразу же сделал глоток побольше, краем глаза отметив, что Кастиэль не отставал от него в этом. — Я хотел поблагодарить вас за то, что вы выбрали в заместители именно меня. Несмотря на то, что я этого не ждал, это много значит для меня, мистер Винчестер. — Слушай, — чуть ли не перебил его Дин, делая еще один немаленький глоток. — Может, прекратишь уже звать меня «мистером Винчестером»? Иногда мне не по себе становится. Кастиэль отозвался через секунду другую. — Хорошо, Дин, — он словно посмаковал его имя на языке и, видимо, оно пришлось ему по вкусу. Они встретились взглядами на какие-то мгновения, а потом одновременно отпили по глотку. На Дина вдруг снизошло спокойствие. Он не мог вспомнить, почему раньше он так дергался в компании Кастиэля. Почему факт сексуальной связи с ним казался Дину огромной непоправимой ошибкой. Вот он, Кастиэль Новак, наедине с ним сейчас, и он никогда никому об этом не расскажет, если этого не захочет сам Дин. Мысль эта наполнила его удовольствием и прокатилась внезапным жаром по всему телу. Хотя, возможно, это шампанское разгорячило его? Он заметил, что его стаканчик опустел, и потянулся к бутылке, чтоб вновь наполнить его. Кастиэль потянулся одновременно с ним, и они вдруг очутились слишком близко друг к другу. Настолько близко, что Дин смог ощутить, как пышет жаром тело Кастиэля, ощутить все тот же очешуенный аромат. — Ты божественно пахнешь, Кас, — произнес он, почти не задумавшись над словами и над тем эффектом, который они могли произвести. Кастиэль едва слышно резко вздохнул, впиваясь в Дина взглядом. Он явно не забыл, при каких обстоятельствах эта фраза была сказана впервые. — Дин, — выдохнул он, и в этом выдохе было все. Дин потянулся корпусом вперед, переводя взгляд на губы Каса, которые тут же приоткрылись в еще одном томном выдохе. Они умоляли поцеловать их, обласкать, прикусить, втянуть в рот, почувствовать их сладость, тем более что Дин совершенно не помнил, каковы они на вкус. Он глянул на его лицо, и это решило все — Кастиэль стоял, не двигаясь, закрыв глаза и почти не дыша. Он ждал, надеялся на это, и Дин не хотел его разочаровывать. Поцелуй выбил воздух из его легких. Он впился в рот Кастиэля, вцепившись в его волосы. Он почувствовал дрожь, прошедшую по телу, стискиваемому Дином в грубых объятьях. В паху мучительно заныло, и он прижал Кастиэля еще ближе, вдавив в свое тело. Он не ожидал, что это будет настолько горячо, чтобы заставить кровь вскипеть в жилах, и теперь, когда его язык проникал, вылизывая, в этот жаркий рот, все мысли о неправильности происходящего покинули Дина. Он развернул Кастиэля спиной к своему столу и, крепко ухватив за бедра, усадил сверху, сминая бумаги, в которых копался полчаса назад. Запустить руки под полы его расстегнутого пиджака было лучшей идеей, жар тела Кастиэля сквозь тонкую рубашку ощущался так, словно ее вообще не было. Но Кастиэль все равно судорожно расстегивал ее, подставляя свою шею под поцелуи и укусы. Дин вдруг прервался, с трудом сфокусировав взгляд на лице Кастиэля. — Ты закрывал дверь? — хрипло спросил он. — Я не помню, — Кас сейчас выглядел так, словно умрет, если Дин вдруг решит отстраниться даже на пару секунд. Он тянул к нему руки, несильно обнимая за плечи, и Дину тоже стало плевать. Занимались же они сексом в туалете, не боясь, что кто-то застанет их там. — Я ничего тебе не обещаю, — не то чтобы Дин сейчас думал о будущем, как раз-таки наоборот, просто хотел быть честным с Кастиэлем. — Да, Дин, все, что угодно, Дин! — похоже, ему было все равно, что говорит его начальник, только если это не было отказом. Он крепко обхватил коленями его бедра, заставив прижаться ближе, и тут же оказался распластан по столу. Дин одной рукой шарил по его телу, пытаясь приласкать каждый сантиметр обнаженной кожи, а второй расстегивал ремень на его брюках, оставаясь при этом полностью одетым, даже галстук его не сбился. Кастиэль тяжело дышал, живот его быстро вздымался и опадал, кожа была горячей и чуть повлажневшей. Дин сходил с ума от ее запаха, пока целовал распростертое на столе тело. Несмотря на несомненное желание, Кас был удивительно тихим, он еле слышно всхлипывал от ласк и дрожал, закусывая губу, но не стонал. И лишь когда Дин рывком стащил с него брюки и нижнее белье, он коротко ахнул, а затем вскрикнул, ощутив на своей головке влажные Диновы губы. Склоняться над ним было не слишком удобно, поэтому Дин закинул его ноги себе на плечи, подтянув Каса к краю стола так, что теперь он опирался на него лишь лопатками, и снова взял его в рот. Если говорить без лишней скромности, Дин был хорош в этом. И ему хотелось доставить Касу удовольствие, чтоб он кончил на этом столе прямо ему в рот со стонами и криком. И Кас уже постанывал через стиснутые зубы, цепляясь пальцами в столешницу, чтоб удержаться, но потом он остановил Дина, крепко ухватив его за руку. — Дин, давай сделаем это. — Мы уже делаем это, — Дин обвел языком свои и без того влажные губы, слизывая с них вкус Кастиэля и опуская его бедра обратно на стол. Его чертовски заводил вид своего заместителя, лежащего на его столе, растрепанного, обнаженного, с болтающимся на покрасневшей шее галстуком, жаждущего и готового. — Не так. Трахни меня, Дин. Не то чтобы Дин не собирался этого делать, он хотел, он очень хотел, но почему-то склонялся к мысли сегодня ограничиться сексом без проникновения. А потом он вроде как вспомнил, что не планировал заниматься этим на постоянной основе, а потому второго шанса могло и не быть. — У меня ничего нет, ни презервативов, ни смазки. Хотя подожди-ка! Он достал бумажник с таким видом, словно собирался расплачиваться в магазине, и только подрагивающие пальцы выдавали его желание. — Хорошо, презерватив у нас есть, чем заменим второй пункт? Кастиэль, до этого нетерпеливо ерзающий по твердой столешнице в поисках удобного положения, вдруг рассмеялся, словно вспомнил старую шутку. Сквозь его смех Дин расслышал «Бальтазар» и «подарок», а потом Кас достал из пиджака тюбик с вазелином. — Черт, он как в воду глядел! — ухмыльнулся Дин, разводя ноги Каса и забирая найденную смазку. Меж тем даже со смазкой дело не пошло легко и быстро. Дин не спешил и застыл без движения сразу же, как вошел, следя за болезненно искривившимся лицом Кастиэля. — Надеюсь, ты не в первый раз? — вдруг слегка испугался он. Кастиэль был таким податливым и с такой охотой принимал его ласки, что Дин не мог предположить этого до сего самого момента, ведь Кас стискивал его с такой силой, что Дину самому стало почти больно. Он поглаживал его колено, пытаясь таким образом ненавязчиво расслабить его, и не мог хоть на секунду выбросить из головы мысли о том, как через несколько мгновений начнет вбиваться в него. — Нет, — прохрипел Кастиэль, откидываясь полностью на стол, стараясь расслабиться как можно больше. — Просто я не каждому позволяю… В общем, не первый, — неловко повторил он, чуточку ерзая. — Наверное, ты уже можешь двигаться, Дин. Дина не нужно было просить дважды, но сначала он притянул бедра Каса ближе к краю, вжимаясь сильно и глубоко. Он качнулся первый раз, второй, чуть сместился вправо и, наконец, нашел то нужное положение. Кастиэль слабо простонал и закатил глаза, с каждым новым толчком ахая все громче. Он сжимал и разжимал пальцы рук, держась за столешницу, а когда Дин начал вколачиваться быстрее, он со стоном выдохнул его имя и потянулся рукой к своему члену. Но Дин нетерпеливо оттолкнул его пальцы, самостоятельно обхватывая твердый орган. Он лег в руку идеально, горячий, налитой, влажный, и, кажется, от одного этого ощущения в своей ладони Дин задвигался еще быстрее, заставляя Каса вскрикивать и извиваться под ним. — Еще, Дин, еще, — шептал Кас, как заведенный, и, когда Дин вдруг резко наклонился, чтобы поцеловать его, сложив при этом чуть ли не пополам, он кончил, пачкая свой живот. Дин последовал за ним через минуту, хрипло рыча и стискивая его бедра. Самым удивительным для Дина было то, что потом, когда они приводили себя и кабинет в порядок, он, как, кажется, и Кастиэль, не испытывал никакой неловкости. Они вместе спускались в лифте и одновременно потянулись друг к другу подарить еще один поцелуй напоследок. И лишь когда они очутились на парковке, Кас произнес, наверное, то единственное, что его волновало: — Надеюсь, завтра мне не нужно будет это забывать. Дин с улыбкой покачал головой. Такое и он не забыл бы. В понедельник они, конечно же, не обсуждали произошедшее. Все шло как обычно, разве что теперь во взглядах, которые кидал на него Кастиэль, было сокрыто теплое напоминание, и каждый раз, когда Дин замечал их, по телу прокатывалась горячая волна. Меж тем он все еще не хотел, чтобы это превращалось во что-то большее. Он знал, насколько пикантна эта связь, так же, как и порочна. Он только занял эту должность, а уже трахнул заместителя, и некоторые подлые мыслишки, нет-нет да проскакивающие в его голове, говорили ему, что жаждать продолжения нормально. Он подозревал, что Кастиэль его хочет, что его желание не удовлетворилось за один раз и вряд ли удовлетворится за еще один. Но что Дин мог ему дать? Он всю жизнь довольствовался случайными перепихами с парнями, строя отношения лишь с девушками, и то – неудачно. Возможно, трахнув Кастиэля, он совершил ошибку, потому что уже не мог оставить его в прошлом, как всех предыдущих партнеров. По сути, Кас ничего не требовал от него, даже не заикался. Вернее, был один момент, когда Дин уже было подумал, что Кас собрался пригласить его куда-нибудь. В пятницу он никак не хотел уходить домой раньше Дина, и, когда тот наконец засобирался, неловко застыл у входа в его кабинет. — Что собираешься делать на выходных, Дин? Дин замер, глядя ему в глаза. Не то чтобы у него было много планов… — Думал посмотреть игру с братом. Это не было ложью. Они с Сэмом стали мало видеться, несмотря на то, что работали в одной компании. Дин все еще вникал в руководство отделом, а Сэм старался проводить больше времени со своей девушкой. Но это не значило, что Дин отказался бы, если Кастиэль предложил бы прямо сейчас поехать к нему или еще куда-нибудь. Но он только пожелал ему хорошего отдыха и ушел, бросив на него пару тоскливых взглядов. Уикенд прошел совсем неплохо, несмотря на то, что в воскресенье Сэм все-таки свалил от него к Джессике, с которой до сих пор так и не познакомил брата. Дин старался не думать слишком много о Кастиэле, но в понедельник неизменно тепло улыбнулся ему в ответ на приветствие. К четвергу Дин понял, что если сегодня не выберется куда-нибудь выпить, то до выходных просто не дотянет. В среду был заключен договор с новым поставщиком, переговоры с которым начала вести еще Эллен, и это потребовало от Дина немалых сил и энергии, а также обаяния, поэтому никаких угрызений совести по поводу желания отдохнуть и расслабиться в середине недели он не испытывал. Вот только ни Сэм, ни даже Бенни его идею не поддержали, и Дин, посомневавшись самую малость, пошел к Кастиэлю. — Занят вечером? — начал он с порога. Кас, уже собиравшийся уходить, просиял. — Нет, никаких планов, Дин, — ответил он так охотно, словно знал, что Дин ему не сверхурочные предлагает. Впрочем, в случае с Кастиэлем нельзя было сказать, что он расстроился бы от такой перспективы. — Как насчет сходить куда-нибудь выпить? — Дин слегка нервничал, он не хотел, чтоб это прозвучало приглашением на свидание, но сам был вполне уверен, что в конце концов это оно и будет. — Было бы неплохо, — медленно произнес Кас, внимательно смотря на Дина, и тот вдруг подумал, что они играют в какую-то игру, где главное правило: не говорить напрямую о своих истинных желаниях. — Ты на машине? — Дин еще не совсем определился с тем, в какой бар он хотел повести Каса, но не видел смысла ехать туда на двух машинах, а потом оставлять их без присмотра. — Нет, она почему-то не завелась. Думал на выходных отогнать ее в мастерскую. Посоветуешь какую-нибудь? Дин едва удержался, чтоб не сказать: «Да я сам посмотрю». Несмотря на годы, что он проработал в компании, время от времени Дин забывал, что он уже давно не старшеклассник, подрабатывающий в гараже Бобби, а преуспевающий начальник целого отдела. И не с руки ему было лезть под капот чужим тачкам. — Само собой. Тогда давай сначала закинем мою «детку» домой, не хочу оставлять ее черт знает где. Он думал, что им будет неловко в одной машине в тишине, и потому включил радио, однако вскоре приглушил звук до минимума, несмотря на то, что это были несравненные AC/DC. Вернее, как раз они-то и послужили темой для разговора. Кас заикнулся о том, что однажды, когда ему едва исполнилось восемнадцать, брат потащил его на их концерт в другой штат. А дальше говорил уже Дин, который, оказывается, тоже был на этом концерте с отцом и мелким Сэмом. Кас кивал, слушая его, на его губах играла совсем легкая улыбка, и Дину от одного ее вида становилось теплей. — …было очешуенно! А ты говоришь, что не хотел ехать! — Я не увлекался такой музыкой тогда, да и сейчас вряд ли являюсь ее ярым поклонником. Слушаю иногда. Просто Габриэлю жизненно необходимо оттащить меня от книг. — Значит, ты был тихоней-ботаником? — улыбаясь, спросил Дин, ища место для парковки. — Наверное, я и сейчас такой, — пробормотал Кастиэль, и если на его месте был кто-нибудь другой, Дин мог бы заподозрить его в легком флирте, когда фраза сказана лишь для того, чтобы собеседник принялся разубеждать говорившего. Но Дин уже успел узнать Кастиэля, чтобы понимать, что он действительно не считает себя кем-то из ряда вон. Только Дин никогда бы не признал, что тихони-ботаники способны отсасывать на коленях в туалете и трахаться на письменном столе в кабинете начальника. Внезапно он понял, что ему вовсе не хочется куда-то идти. — Кас, — начал он, чуть смутясь, зная, что Кастиэль вряд ли откажется, но выглядело это не слишком по-взрослому. Словно Дину нужно было придумывать какие-то предлоги, чтобы привести понравившегося парня к себе домой. Тем более парня, с которым у него уже был секс. — Как ты смотришь на то, если мы не пойдем ни в какой бар? — Не пойдем? — переспросил Кастиэль, явно расстраиваясь. — Если ты все-таки хочешь выпить, могу предложить тебе весь свой запас выпивки. Не скажу, что выбор там велик, но, возможно, что-нибудь придется тебе по вкусу, — Дин скосил глаза на Кастиэля, словно боясь увидеть в его взгляде насмешку за не слишком умелую попытку склеить, но там было лишь полное понимание ситуации. Понимание и обещание. Того, что вечер не закончится лишь совместным распитием алкоголя. Дин сам хотел этого, но они все еще не называли вещи своими именами, поэтому в лифте ехали молча, хотя и довольно близко друг к другу. Дин чуть качнулся и мог бы дотронуться до руки Кастиэля, но так и не сделал этого. Пока он открывал дверь в квартиру, Кас маячил за спиной на таком расстоянии, что чувствовался жар его тела, и Дин был уверен, что как только они шагнут за порог, то набросятся друг на друга. Он испытал немалое разочарование, когда этого в итоге не произошло. Он порадовался, что не успел превратить квартиру в свинарник со времени последней уборки. Почти все вещи лежали на своих местах, а посуда была вымыта. Дин лишь сдернул с диванчика в гостиной пиджак, который оставил там вчера. — Располагайся, — кивнул он Касу на этот самый диванчик, а сам двинулся к кухонным шкафчикам. — Ну, что будешь? Есть виски, скотч, водка и даже ликер, — Дин открутил крышечку от бутыли, понюхал содержимое и немного резко отпрянул, – клубничный. Откуда он у меня? — Виски, — отозвался Кас, задумчиво глядя на него. На диван он так и не присел, возможно, потому, что он был развернут от кухни в сторону плазмы на стене. — У тебя милая квартира, Дин. — Спасибо, хотя мне самому она таковой не кажется. Слишком… безликая, — Дин передал ему стакан с напитком, подхватив второй для себя и плюхнулся в кресло, тем самым все же заставив Каса осторожно усесться на уголок дивана поближе к нему. — Ее выбирала Лиза. Моя бывшая девушка, — добавил он и сразу же подумал, что этого говорить не стоило. Но выражение лица Каса не поменялось, и Дин мысленно приказал себе расслабиться. Кас все-таки не его парень, чтобы бояться упоминать бывших пассий в разговоре с ним. — Почему бы тебе не переехать? Или поменять здесь что-нибудь? — На самом деле я не так уж много времени провожу здесь. Сам же знаешь, до скольки иногда приходится задерживаться на работе. Но, возможно, ты прав, надо бы сменить интерьерчик. Он примолк, разглядывая Каса, смакующего виски. Он был чертовски красив в приглушенном свете гостиной, и Дин вновь ощутил желание прикоснуться к нему, возникшее еще в лифте. Кас поймал его взгляд. Дин прокашлялся. — Хочешь, посмотрим что-нибудь, — он кивнул подбородком на плазму и на DVD-центр под ней, стараясь не обращать внимания на жар на своих щеках. — А чего хочешь ты? Они уставились друг на друга, а потом Дин резко влил в себя остатки спиртного из своего бокала. — Пожалуй, я хочу еще виски, — намеренно беспечно выдал он и поднялся за бутылкой. Его руки чуть подрагивали, пока он откручивал крышку, стоя спиной к Касу, но когда Дин почувствовал, как к нему прижалось крепкое горячее тело, то вздрогнул сильнее и слегка пролил напиток. Кас жарко дышал ему в шею, но не совершал никаких движений, лишь вжимался, и Дин почувствовал, как возбуждение охватывает его. — Хотя нет, я передумал. Наверное, мне больше не стоит пить, алкоголь как-то странно влияет на меня, — прошептал Дин, медленно разворачиваясь лицом к Касу и сталкиваясь с его жадным взглядом. — Когда я выпью, мне неизменно хочется тебя трахнуть. — Тогда лучше выпей еще, — хрипло выдохнул Кас, сближая их лица. Дин не понял, кто стал инициатором поцелуя, лишь осознал, что язык Кастиэля вовсю хозяйничает в его рту, и поспешил исправить ситуацию. Он подтянул Каса за шлевки его брюк и вжал в свои бедра, ведя рукой по позвоночнику вверх, обхватил затылок, вовлекая в новый поцелуй. Волосы Каса были мягкими, и Дину хотелось зарыться в них пальцами, чуть потянуть, чтоб Кастиэль запрокинул голову, подставил свою шею под его губы. Результат превзошел его ожидания. Кас растаял в его руках и с тихим стоном обнажил напряженное горло, позволяя целовать себя. — Пойдем в спальню, — прошептал Дин, продолжая стискивать его в объятьях. Казалось, Кас совершенно не понял, что сказал ему Дин, он кивнул, но муть в его глазах не оставляла сомнений в том, что сейчас он был сосредоточен на ощущениях тела, но никак не на словах. Это без сомнений означало, что не один Дин терял голову от их близости. Ему пришлось сделать пару шагов вперед, практически толкая Каса или даже таща его перед собой, прежде чем он понял, чего от него хотят. — Да, в спальню, хорошо, — повторил он, глубоко вдыхая, словно пытаясь успокоиться и прийти в себя. Но в спальню они все же ввалились, быстро сдергивая друг с друга одежду. Дин, в прошлый раз не успевший посвятить время на изучение тела любовника и надеявшийся наверстать упущенное сегодня, внезапно понял, что на долгие ласки его может и не хватить. Кас целовал его в шею, шаря руками по спине под рубашкой, пока Дин судорожно расстегивал ее. Затем его руки опустились на ягодицы и жадно их огладили. Дин с коротким стоном, вполне успешно замаскированным под смешок, резко развернул Каса к себе спиной и втиснул в свои бедра, принимаясь расстегивать его брюки, покусывая мочку уха. Кас завозился в его руках, потираясь задницей о явственно ощутимый член Дина. Он отстранился, чтоб переступить свои упавшие штаны и вновь развернулся к Дину лицом. — Дин, может, нам сначала... — Все, что ты хочешь, Кас, но потом, — он толкнул его к кровати, и Кастиэль, не мешкая, стянул с себя остававшиеся на нем трусы. — Не могу больше ждать, — прошептал Дин, приникая поцелуем к его губам, мягким, пухлым, горячим, ловя своим языком его и скользя руками по обнаженной груди, принимаясь ласкать соски и кожу вокруг них. — Где у тебя смазка? — выдохнул Кастиэль в его ухо, потираясь щетинистой щекой о его шею, заставляя Дина тихо вздыхать, почти постанывать. Смазка обнаружилась в тумбочке, вместе с длинной лентой презервативов. Кас не стал медлить, выдавливая прозрачный гель на пальцы, и лишь бросив на Дина вопросительный взгляд, на что тот только пожал плечами, улыбнувшись уголком губ. На Дине все еще оставались его брюки, которые он незамедлительно снял, как только Кас опустил свою руку себе между ног. Раскатать по члену резинку было делом пяти секунд, остальное время он жадно наблюдал за тем, как испачканные в смазке пальцы Кастиэля проникают в его тело. А затем Кас притянул его ближе, широко расставляя ноги. Секс с Кастиэлем однозначно отличался от всех его предыдущих перепихов. Это было что-то на порядок выше, более чувственное, более искреннее. Он заметил это с самого начала — Кас отдавался ему совершенно самозабвенно, так, словно принимать в себя член Дина было наивысшим благом. Нет, у Дина и раньше были любовники, готовые не слезать с него часами, умоляющие оттрахать их как можно сильнее, но не было в этом ничего такого, что говорило бы об их беззаветном желании доставить удовольствие Дину, а не только себе. Кас, по сути, не вытворял ничего сверхъестественного, но то, как он выгибался в его руках, как подмахивал каждому толчку, прижимаясь до невозможности близко, как приникал к его губам, даже не в поцелуе, а просто в жарком касании, кружило Дину голову похлеще любого спиртного, заставляя с рычанием вбиваться в него глубже и сильнее. И на этот раз Дин кончил первым, спрятав голову у Каса на плече, раскрытым ртом прижимаясь к его влажной, вспотевшей коже. Кастиэль загнанно дышал, чуть нервно сжимая и разжимая пальцы рук, его глаза сверкали влажным блеском, пронзительно глядя на Дина, а член прижимался к животу покрасневшей головкой. — Сейчас, сейчас, подожди, — зашептал он, заметив, что Кас потянулся рукой, чтобы приласкать себя. Он стянул с себя презерватив, бросив его на пол около кровати, и принялся удовлетворять любовника. Его член был крепким, налитым, горячим и ощущался в руке самой естественной вещью на свете. Трогать, сжимать, дрочить его было великолепно и слишком желанно; Дина с ума сводили еле слышные всхлипы и стоны Каса, что тот не мог сдержать, вжимаясь щекой в подушку. Он был все таким же тихим, как в их прошлый раз, и то, что он кончает, Дин понял по судороге, пронзившей его тело, и теплой сперме, выплеснувшейся на руку. — Так что ты там хотел? До того, как я спустил с тебя брюки. Или уже не важно? — вытерев руку о простынь, Дин устроился на подушке рядом с Касом. — Хотел предложить сходить в душ. Впрочем, можно и сейчас, — Кас кончиками пальцев провел по предплечью Дина, заставив его чуть вздрогнуть, но не отпрянуть, и приподнялся на локте, заглядывая ему в глаза. — Душ там, — Дин махнул рукой, указывая на вторую дверь в спальне, — полотенце в шкафчике внутри. Кас еще пару мгновений всматривался в его расслабленное лицо, но в итоге поднялся с кровати. — Не хочешь… со мной? — робко предложил он. — Не, — откликнулся Дин, — после. Или утром. Ты же не утонешь там один? Он хохотнул и растекся по мятой постели, нежась в посторгазменной истоме, не обратив внимания, как хлопнула дверь в ванную. — Мне уйти, Дин? — это Кас спросил сразу же, как вышел из ванной. Он придерживал одной рукой полотенце, обмотанное вокруг бедер, а второй ворошил влажные волосы и выглядел так, словно чувствовал себя до ужаса неловко и несчастно. Дин, который к тому моменту успел задремать, непонимающе воззрился на него, протирая глаза ладонью. — А ты хочешь уйти? — Мне показалось, этого хочешь ты. Так что если назовешь свой точный адрес, я вызову себе такси. Дин нахмурился. Раньше он никогда не оставался с мужчинами после секса, уходя самостоятельно или выпроваживая случайных любовников. Но Кас — пора было это уже признать — отличался от предыдущих связей. Дин даже не задумывался о возможности его ухода до того, как Кас это озвучил. Ни капли не смущаясь своей наготы, Дин вылез из-под одеяла и подошел к Касу. — Послушай. Я… не собирался тебя прогонять. Наверное, ты считаешь меня каким-то мудаком, и в первое время нашего знакомства я именно им и был, но все уже давно изменилось. Если ты сам хочешь уйти, я не буду тебя удерживать, но если ты хочешь остаться… — он приглашающе развел руки в стороны и выжидающе посмотрел на Кастиэля. — Я не считаю тебя мудаком, — тихо сказал Кас, медленно отводя ладонь от полотенца, позволяя ему упасть к ногам, и шагнул к Дину. — Давай вернемся в постель. На работу они приехали вместе. Вернее, изначально Кастиэль намеревался заскочить к себе, чтобы не ходить весь день во вчерашней одежде, но они не смогли удержаться и утром снова занялись сексом, а потому времени заезжать куда-то еще не оставалось. Весь день Дину вновь казалось, что все окружающие знают об их связи и бросают на них насмешливые взгляды, но он засунул свою паранойю куда подальше и в конце рабочего дня вызвался подвезти Каса до дома, памятуя о том, что он без машины. Как оказалось, жил Кастиэль не близко. Райончик был бедным, Дин знал об этом не понаслышке, сам когда-то снимал здесь квартиру. — Не хочешь зайти… выпить? — неуверенно предложил Кастиэль, как только они припарковались. Дин вытащил ключи из замка зажигания. — Тебе не кажется, что нам пора прекратить списывать наши отношения на алкоголь? Кас только неуверенно улыбнулся. Весь вечер пятницы и половину субботы они не вылезали из постели. Было в этом что-то завораживающее и будоражащее сознание — так просто Дину было отпустить какие-либо ограничения и провести столько времени со своим любовником. Ему совершенно не хотелось быть в одиночестве ни минуты, и то, что Кас только поддерживает эту идею, безмерно грело душу. В воскресенье Дин внезапно ощутил желание заглянуть под капот автомобиля Каса; вполне возможно, что желание это было немного нелепой жаждой покрасоваться перед ним в том, что он способен на многое, а не только перебирать бумаги в кабинете и втрахивать Кастиэля в кровать до беспамятства, но Дин не хотел об этом задумываться. Кас, который пытался спасти их завтрак от неминуемой смерти на огне – блинчики нещадно подгорали – его идею поддержал. — Только с тебя футболка и какие-нибудь штаны. В пиджаке и галстуке я к двигателю не сунусь, — все эти дни Дин вообще не обременял себя одеждой, не позволяя одеваться и Касу, и это тоже было несомненно новым опытом в его жизни. — В шкафу в спальне на нижней полке то, что я давно не ношу, правда, не факт, что ты в это влезешь, — он улыбнулся и чуть не выпустил из рук сковородку, масло с которой брызнуло ему на руку. То, что подойдет для задуманной им работы, Дин нашел достаточно быстро и уже хотел закрыть было шкаф, как вдруг вновь распахнул створки, мысленно обвиняя себя в сталкерских замашках. Ему открылись аккуратно развешенные на плечиках костюмы и рубашки Каса. Он осторожно провел рукой по галстукам, внезапно замечая одну странность. Галстуки висели на перекладинах с двух сторон, и если на одной стороне были собраны, наверное, все галстуки Каса, то на другой был только один. Темно-зеленый, чуть шероховатый на ощупь, очень знакомый, словно… — Я не подумал, что ты увидишь это. Дин в панике обернулся, застигнутый на месте преступления, но именно Кас сейчас выглядел донельзя смущенным. — Это мой галстук? — Дин не оставил свою догадку неозвученной — он не мог не узнать его. Это был именно тот галстук, что он надел на корпоратив. Кас кивнул. — Но… — «Как он у тебя оказался?», «Зачем тебе мой галстук?» и тому подобные вопросы один за другим всплывали в голове Дина, пока он смотрел в расширившиеся глаза Кастиэля, выглядевшего сейчас так испуганно, что Дину хотелось прижать его к себе. — После того, что случилось тогда в туалете, мне нужно было что-нибудь, служившее бы напоминанием. Что это действительно было. Что я не представил себе это. Пусть это звучит ненормально и пугающе, но мне нужно было что-то твое, иначе я сошел бы с ума. — Но почему? — Дин медленно сглотнул комок в горле, чувствуя себя чертовски странно. — Потому что я влюблен в тебя с того момента, как впервые увидел. Ты выступал тогда от лица своего отдела на всеобщем собрании, и я подумал, что не видел человека красивее тебя. Дин, я сожалею, что взял твою вещь, я собирался вернуть его и признаться во всем этом, просто не так скоро. — Ты собирался признаться мне в любви? — Дин резко вскинул на него взгляд, который до этого не задерживал ни на одном месте в комнате, и Кас нашел в себе мужество не отвести свой. — Да. Я люблю тебя. Надо ли говорить, что все воскресенье они тоже провели в постели, а до машины Кастиэля Дин так и не добрался? Жизнь была прекрасна. Дин Винчестер точно знал это. У него был превосходный любовник, отличная работа, самая лучшая машина и замечательный брат. Дин пребывал в подобной эйфории уже несколько месяцев, с тех самых пор, как начал встречаться с Касом, и, возможно, самому себе он мог бы признаться, что тоже влюблен в него. Самым прекрасным было то, что Кастиэль ответного признания не требовал и тоже был счастлив до безобразия. Однако все хорошее неминуемо заканчивается. Это утро почти ничем не отличалось от предыдущих. Кофе, поцелуй Каса, подготовка к еженедельной летучке. Перед ней Дина в коридоре остановил Алластор, бывший начальник Дина, с которым Дин остался если не в приятельских отношениях, то хотя бы во взаимном уважении. — Винчестер, тебе сегодня влетит, — сказал он, перехватывая Дина перед самой дверью в малый конференц-зал. — Будь готов отвечать. Однако то, что происходило за закрытыми дверьми конференц-зала, по мнению Дина, не укладывалось в это маленькое и милое «влетит». Он был полностью раздавлен и размазан по асфальту. Так его не распекали с десятилетнего возраста, когда он не уследил за маленьким Сэмом, и тот упал в озеро, совершенно не умея плавать. Впрочем, вытаскивал его тогда тоже Дин. Равно как и сейчас именно он должен был исправить ситуацию как можно быстрее. Компания несла совсем не маленькие потери из-за повсеместного возврата их товара. Отдел контроля уже установил, что дело было в материалах ненадлежащего качества от одного-единственного поставщика. Нужно было снимать с производства две партии товаров и отзывать третью, уже проданную, что означало миллионные убытки. Для Дина это означало одно — если он не уволит того, кто заключил этот провальный контракт, то уволят его самого. Но для начала он должен был найти нового поставщика — желательно в ближайшие два дня, что было просто нереальной задачей. — Кастиэль, у нас проблемы. Серьезные проблемы, — не утруждая себя стуком, Дин влетел в кабинет заместителя. Кас незамедлительно приготовился внимать. — Нужно найти нового дистрибьютора, взамен этого, — Дин бросил документы на стол Кастиэлю. — На весь объем поставок. У нас два дня. — Но, Дин, это же… — глаза Каса удивленно расширились, и он покачал головой, отказываясь верить в такие сроки. — Невозможно, я знаю. Но иначе меня точно уволят. Эта фраза заставила Кастиэля сузить глаза и поджать губы. — Мы найдем. Успокойся, Дин, — он быстро защелкал мышкой, открывая нужные ему файлы, и Дин, до этого нервно запускавший руку в волосы, действительно немного успокоился. Он подошел к Касу и сжал его плечо. — Я надеюсь на тебя. Ему нужно было тоже заняться поисками, но сначала он хотел выяснить, кто же мог так подставить его, отдел и весь филиал в целом. Поднять договора оказалось несложно, и сердце Дина предательски сжалось. На договоре с ненадежным поставщиком стояло имя Кастиэля Новака. Дин вернулся в свой кабинет, оглушенный своим недавним открытием. Сотни мыслей крутились в его голове, но все они были на один мотив: «Как такое может быть?». Кастиэль был слишком опытным сотрудником, чтобы допустить такую ошибку. Даже он, Дин, проработавший в этом отделе меньше полугода, никогда бы не заключил подобный контракт. Он вяло щелкал мышкой, пытаясь стряхнуть с себя оцепенение, а мысли и череда вопросов не желали покидать его голову. «Контракт был заключен, когда Кас уже стал моим заместителем, а я подписал его, слишком доверяя ему. Это не могло быть ошибкой, а значит, либо он получил с этого прибыль, либо просто хотел насолить начальству. Возможно, мне в первую очередь. Возможно, наша связь была инструментом…» Паранойя разыгралась не на шутку, и Дин даже потряс головой, стараясь прогнать подобные мысли. Он зашел слишком далеко. Когда они впервые занялись сексом, то Кас не мог знать, что Дин станет его начальником. Он не мог этого планировать. Или мог? Дерьмо. Кастиэль влетел в его кабинет точно так же, как и Дин до этого в кабинет Каса. — Это оказалось гораздо проще, чем я думал. Контракт заключен совсем недавно, и я просто проверил предыдущего поставщика этих материалов. Он подходит нам по всем параметрам, я уже связался с ними — они готовы вернуться к прежним объемам поставок примерно через недели две. Дин улыбнулся ему кривоватой улыбкой. Он все еще не знал, как реагировать на имя Кастиэля под провальным контрактом. Но видеть его самого сейчас не слишком хотелось, пусть даже он принес хорошие новости. — Ты выяснил, кто заключил этот договор? — спросил Кастиэль, и Дин воззрился на него. Или он искусный актер, или же это какая-то ошибка. — Я пока не знаю, что придумать в качестве взыскания, но я сам поговорю с этим человеком. Пожалуйста, приготовь все, что нужно для переговоров с теми, кого ты там нашел. Мы должны убедиться, что ситуация подобно этой не повторится. Кастиэль, видя настроение Дина, решил не продолжать разговор на эту тему. Вечером они разъехались каждый по своим квартирам, и Дину даже не пришлось искать оправдание своему нежеланию видеть Каса подле себя. К тому приехал брат из другого города, и Кастиэль обещал провести время с ним. С того рокового утра прошло несколько дней. Дин знал, что начальство ждет от него какого-либо доклада о причинах возникновения такого форс-мажора и предпринятых действиях. Нет, естественно, все были уже в курсе, что поставщик найден, и скорость, с которой это было сделано, была определенным плюсом в копилку Дина, но он все равно чувствовал над собой мифический меч. С Кастиэлем ситуация была схожая — Дин избегал его, но скоро это станет слишком заметно, и Кас наверняка потребует объяснений, однако что-то мешало Дину потребовать их от него самого. Он не хотел верить, что все это — его коварный замысел, потому что это обесценивало его признание в любви, и Дину было бы больно услышать это. Что это была взятка, он не хотел слышать тоже. Серьезно, лучше бы было, если бы он шантажировал самого Дина тем, что подробности его приключений в туалете станут известны многим. С этим Дин бы смирился. Сейчас он ужинал вместе с Сэмом, в очередной раз сбежав от Каса, но сидел с такой кислой миной, что, даже не обладай Сэм той проницательностью, что у него была, он догадался бы, что что-то случилось. И Дин внезапно выложил ему все как на духу, хотя раньше ни разу не замечал за собой подобной откровенности. Ведь проблемы Дина были только проблемами Дина, несмотря на то, что проблемы Сэма тоже всегда были проблемами Дина. Но сейчас он понял, что один не справится со всем этим. — И ты до сих пор не уволил человека, который принес компании миллионный ущерб? — Черт возьми, Сэмми, я не могу уволить его! — Почему? Потому что он твой заместитель? — Нет, потому что я трахаю его! — он сказал это слишком громко, и люди за ближайшими столиками уставились на него. — Вкусный стейк, — он подмигнул какой-то женщине, слишком пристально на него смотревшей, криво ухмыльнулся, поворачиваясь к застывшему в удивлении брату, и продолжил уже тише. — Мы любовники уже несколько месяцев, можно считать, что с нашего корпоратива. — И ты боишься, что он специально подбирался к тебе? — Да. — И того, что вы расстанетесь после выяснения всей этой истории? — Да. — Тебе ничего не остается, кроме как поговорить с ним. — Спасибо, братишка, помог. — Ты и сам знаешь, что другого пути нет. Да уж, это Дин прекрасно знал. Дин решил, что лучшей тактикой будет нападение; он уже столько передумал всего за время, проведенное без Каса, что решил, что лучше уж Кастиэль признается под его напором, чем это будет ошибкой. Ошибкой, означающей, что Дин на капли не доверял своему партнеру. Кас, пришедший в его кабинет по вызову, выглядел заинтересованным, но никак не испуганным и виноватым, каким должен был быть. — Запри дверь, — сказал ему Дин тоном, не терпящим возражений. И когда Кас подчинился, то он указал ему на кресло для посетителей, выезжая из-за стола поближе к нему. Если бы это был не Кас, то разговор бы проходил по-другому. — Просто признайся, — попросил он, когда они оба устроились достаточно близко друг к другу. — В чем, Дин? — Кас выглядел непонимающим, но немного нервничающим. Что, впрочем, не доказывало его вину в чем-либо. — Ты планировал это с самого начала? Узнал как-нибудь, что меня назначат вашим начальником, потому и полез ко мне на корпоративе? Только мне не понятен мотив: заиметь со мной отношения, чтоб потом выставить полным дураком, или заиметь со мной отношения, чтоб я не уволил тебя в итоге? — Дин, ты меня пугаешь, — голос Каса дрожал, тогда как в голосе Дина звучали металлические нотки. — В чем ты обвиняешь меня? — Посмотри на имя, — Дин сдвинул в руки Каса тот самый договор и остался дожидаться его реакции. Кастиэль побледнел, и то, с каким выражением он поднял глаза на Дина, вдруг полностью изменило ход беседы. Кас не выглядел человеком, которому было что скрывать. Не выглядел пойманным за руку вором. — Скажи, что тебе заплатили. Что тебе просто были нужны деньги, а ты не мог попросить их ни у кого! — взмолился Дин, понимая, что совершил ошибку, и что это имя на бумаге — какое-то недоразумение, объяснение которому Дин не захотел найти. — Все то время, что ты избегал меня, ты думал, что я тебе врал? — холодно произнес Кас и поднялся. — Думал, что я использовал тебя, вместо того, чтобы сразу подойти и спросить о том, как здесь оказалась моя фамилия… а я даже понятия не имел, кто заключал этот контракт. Дин уставился на него снизу вверх, проглатывая комок в горле. — Дин Винчестер, ты просто идиот! — выдал Кастиэль, стремительно выходя из кабинета. И Дин был полностью с ним согласен. Ему вдруг резко захотелось напиться, и он, помедлив лишь пару секунд, сорвался из кабинета. Были ведь в должности начальника свои определенные плюсы — если его и станет искать вышестоящее руководство, то он всегда сможет придумать оправдание в виде встречи с поставщиком. А его подчиненных обычно вообще не волновало его присутствие. Так что сегодня он будет пить — и много. Конечно, на следующий день Дин пожалел о своем решении, но это было на следующий. За весь день они с Касом пересеклись всего пару раз, но не сказали друг другу ни слова. Внезапно Дин понял, как мало народу с ним общается; раньше его информационный вакуум все же был занят немногословным Касом, а теперь, когда нельзя было подойти к нему и поговорить, Дин словно оказался на необитаемом острове. Почему раньше ему это не мешало? И когда на столе зазвонил телефон, Дин поднял трубку с такой готовностью, будто это была его единственная отрада. — Дин Винчестер. — Это я, — Сэм не утруждал себя условностями в разговоре с братом. — Я к тебе с новостями. Я тут все думал о твоей маленькой трагедии масштаба всего нашего производства и поднял тот договор. Посмотрел на дату и время его создания и регистрации в нашей сети. А потом посмотрел отметки на вход и выход. Кастиэля даже не было в то время в здании. Подумай об этом, спроси его, не давал ли он кому-нибудь пароль от своей системы. — Уже слишком поздно, Сэмми, я наломал дров. Но спасибо, это хотя бы все объясняет. А через несколько часов Кастиэль привел к нему в кабинет Бальтазара. Дин не знал, что именно Кас сказал ему, но блондинчик, известный своей непробиваемой самоуверенностью, выглядел достаточно жалко. Он просил лишь уволить его по собственному желанию и обещал вернуть те не слишком большие деньги, что ему заплатили за продвижение этого договора. Дин подмахнул его заявление, не желая больше слышать про это дело. В отчете директору он найдет, что написать. К пятнице в доме Дина не осталось ни капли спиртного. К пятнице, за три рабочих дня, они с Кастиэлем не сказали друг другу и пары слов. Кас вообще не заходил в его кабинет, хотя Дин был уверен, что бумаги, нуждающиеся в подписи начальника отдела, копятся у него на столе. Не то чтобы Дин не пытался извиниться. Когда Кас ненадолго покинул свой кабинет, Дин пробрался туда и положил перед компьютером маленькую записку с двумя словами, которые Дин уговаривал написать себя где-то часа два. «Прости меня» всегда давались ему сложно. Но на следующий день он, вновь зайдя в кабинет Каса, увидел ее в мусорном ведре. А в пятницу Кастиэль все же зашел к нему со стопкой бумаг на подпись. Наверху лежало заявление на увольнение. — Что это, Кас? — он поднял листок, вчитываясь в него и отказываясь верить. Кастиэль молчал и буравил его взглядом. — Почему? — За эту неделю мы с вами едва ли работали как одна команда. От этого страдает рабочий процесс, а видеть вас… тебя так часто, как прежде, мне слишком… Я думал, что получится, но я… Так будет лучше и для вас тоже. — Но, может, хотя бы другой отдел? — нелепо промямлил Дин, отказываясь верить в то, что он так просто может потерять Кастиэля. Кас смотрел на него так, словно хотел чего-то и отчаянно не мог получить. — Лучше так, — тихо сказал он, опуская голову вниз. Он больше не выглядел рассерженным или разочарованным. Он был несчастным. — Подпишите, мистер Винчестер, — Кастиэль медленно развернулся и направился к выходу, и до Дина только сейчас начало доходить, что все действительно происходит. Что Кас уходит. Уходит от него. Он резко смял заявление в кулаке и в три прыжка догнал его у двери кабинета, захлопывая ее прямо перед носом Кастиэля. — Если ты действительно хочешь уйти из компании, я подпишу его. Но если… Черт. Я могу сказать это. Прости меня, слышишь?! — Дин прижался к Кастиэлю, стискивая его в объятьях. — Я так боялся своих чувств к тебе, что готов был поверить в любую нелепицу, доказывающую, что я неудачник. Но я так много понял за всего одну лишь неделю, Кас. Ты нужен мне. Хочешь, мы будем жить вместе? Хочешь, я подарю тебе все свои галстуки? Я сделаю все, что ты хочешь, но не отпущу тебя.

Эпилог.

— Знакомиться с невестой брата только на помолвке — это как-то слишком, ты не находишь, Сэмми! Привет, Джесс, — Дин вручил милой блондиночке, рядом с которой Сэм светился, как начищенный самовар, цветы, а брату — бутылку шампанского. — Я и есть тот самый Дин, про которого, надеюсь, тебе рассказывал этот верзила. Он поцеловал ее в щеку, подмигивая брату. Пока Джесс ему нравилась. — Скажи спасибо, что вообще знакомлю, — шутливо оттолкнул его от своей девушки Сэм. — И я, вроде, не один сегодня официально представляю свою невесту единственному родственнику. Здравствуй, Кастиэль. Приятно познакомиться с тобой лично и не в коридорах нашего офиса. Кас, скромно стоящий чуть позади Дина, робко улыбнулся и протянул руку для пожатия, но Сэм вместо этого притянул его к себе и обнял, прошептав на ухо: — Не обижайся на «невесту», чего не скажешь, чтоб позлить Дина. Но Дин разозленным не выглядел. Ужин проходил по-семейному, спокойно и тепло, только Дин налегал на выпивку, и, когда Джесс удалилась на кухню за десертом, а Сэм тут же ринулся ей помогать, Кас придвинулся ближе к Дину, негромко говоря ему на ухо: — Дин, ты помнишь, чем обычно у нас заканчивается вечер, если мы выпьем? — Помню, Кас, и очень надеюсь, что у Сэма здесь не одна спальня. Впрочем, я никогда не делал этого в такси. Он с улыбкой вложил бокал в руку Каса, наливая себе еще один. — И поверь, вечер закончился бы так же, даже не будь здесь алкоголя.