Голос со вкусом бархата

Люди проходили мимо парня, упавшего на асфальт и, кажется, повредившего висок. Сам же он не спешил вставать, а может, просто не мог. Сейчас его взгляд был прикован к единственному, кто остановился, чтобы помочь. Глаза незнакомца притягивали к себе, чистая и мягкая кожа заставляла желать прикосновений к ней, а рука, протянутая упавшему, была мала, но настолько изящна, что не хотелось её отпускать. -Вы не сильно ушиблись, голова не кружится? По виду без сомнений можно было сказать, что с Реуком точно что-то происходит. Его щёки покраснели, глаза стали растерянными, дыхание участилось, а пульс можно было прощупать, наверняка, через грубую кожу ладони. Рука парня непроизвольно потянулась к рюкзаку, упавшему с его плеча, чтобы удостовериться, точно удостовериться, что человек, стоящий перед ним, – не мираж из-за удара. -Я…в порядке, - слишком дрожащий голос для человека, который в порядке. -Точно? Подняться сможете? Тут есть лавка, вам нужно присесть. Кисть Реука дрожала, поэтому мужчина получше зафиксировал её положение в своей ладони пальцами. Приложив немного усилий, чтобы поднять худое тело, он провёл его сквозь толпу к кованым лавкам. Убрав чёлку с ушибленного места, можно было увидеть, что на виске появилась небольшая ссадина, но крови не было. -У вас может быть заражение, нужно продезинфицировать. Подождите тут. Мужчина встал с места и направился в незнакомом направлении. Реук увидел, что на другой стороне улицы есть аптека. Его сейчас не сильно интересовал ушибленный висок, он думал, что скорее потеряет сознание от неконтролируемого удушья, чем от маленькой ранки. И всё же, через семь минут вернулся мужчина со стерильными салфетками, пачкой пластырей и бутылкой воды. Аккуратно обработав ушибленное место, он прилепил лейкопластырь с рисунком пингвинёнка Пороро и открыл бутылку, протянув её Реуку. -Спасибо вам большое. -Простите, других пластырей не было, но вам идёт. Мне пора идти, до свидания. -До свидания. Спасибо большое ещё раз. Но мужчина уже его не слышал, а направлялся к одному из зданий, идя вниз по улице. Его замшевая сумка постоянно билась о его бедро, а на ней позвякивали какие-то брелки. Реук ещё несколько секунд глядел ему вслед, отсчитывая тот момент, когда уже будет безопасно следовать за ним. -Реук! Ким Реук! Вот ты где! Парень понял, что совсем забыл про Донхэ, которого бросил около кафе. Старший явно запыхался, пока бегал по улице, ища друга. -Ты куда убежал? Я тебя еле нашел. -Прости, хён, я… - Реук увидел, что мужчина, за которым он пристально наблюдал, почти скрылся из виду, поэтому не придумал ничего лучше, как просто бежать, - Я скоро вернусь! Донхэ не успел отдышаться, как понял, что его донсен снова убежал, оставив после себя только последнюю фразу, которая ещё не успела раствориться в памяти. -Йя! Ким Реук, ты куда? Вот негодник! Реук бежал настолько быстро, что, казалось, снова упадёт, и на этот раз это не ограничится лишь ушибом. Он видел, как мужчина почти пропал из его поля зрения, поэтому пытался постепенно прибавлять скорости. Но уже через несколько секунд ему пришлось резко остановиться, так как его объект выбрал нужное здание и вошел в него, хлопнув дверью. На первый взгляд можно было разглядеть небольшой книжный магазин, судя по тому, что через окна виднелись лишь книжные полки. Но уже через мгновенье Реук увидел небольшой бар, маленький выступ, похожий на сцену, кресла и стулья. А так же приметил, что есть касса. Но это место не слишком походило на магазин, и не на библиотеку, и не на читальный зал, обычный, во всяком случае. Парень увидел, что мужчина скрылся за высокими полками, поэтому осторожно вошел. Как истинный книгоман, Реук почувствовал особенную атмосферу в этом не слишком большом зале. Около обоих стен были в ряд выставлены книги, на полках которых были подписаны жанры, через проход между ними можно было увидеть небольшую сцену, на которой стояла акустическая гитара, перед стеллажами располагался бар, где не было ничего, кроме кофе-машины и нескольких видов чая. На одном из на вид очень удобных кресел лежала стопка листовок с объявлением о вечере музыки чтения стихов завтра в семь часов. Внимание Реука привлекла полка с библией, весь ряд был составлен из слишком толстых и слишком тонких книг: ветхий и новый завет на корейском и английском, а так же евангелие от апостолов Марка, Матфея, Луки и Иоанна тоже на двух языках. -Юноша, вам что-то подсказать? – Реук не мог сформулировать причину, почему он тут, поэтому решил просто немного исказить реальность. -Я тут впервые, шел по улице, увидел ваше заведение и заинтересовался. -Это книжный магазин, но тут мы ещё читаем стихи великих поэтов, собственные сочинение, иногда у нас исполняют песни под гитару, так же вы можете прочитать любую книгу с кружечкой кофе или чая, а потом её купить, или же подыскать что-нибудь другое. Завтра у нас будет один из подобных вечеров, если пожелаете, то приходите, - мужчина взял листовку с кресла, протянув её Реуку. В списке выступающих он заметил знакомое имя – Ким Чонун. -Спасибо, а можно сейчас подыскать книгу? -Конечно, в этом зале у нас литература прошлых веков. Если вы пройдёте к сцене, то увидите лестницу на второй этаж, там современная литература. Реук поклонился мужчине и прошел чуть внутрь. Запахи свежих и старых переплётов смешались в воздухе. Складывалось такое впечатление, будто смешались времена. Это заведение казалось Реуку слишком идеальным, ведь он не всегда мог позволить покупать себе книги, а те, что у него есть, уже перечитал по несколько раз. Как и сказал продавец, две деревянные лестницы, переплетаясь между собой, вели на второй этаж. Только тут можно было увидеть, что у магазина очень высокие потолки – около шести метров. Деревянный пол скрипел под ногами, предупреждая о старом возрасте здания. Реук разглядел, что от второго этажа на такое же высоте по стенам тянулось что-то на подобие балкона, замыкаясь около входной двери. Там тоже были расставлены книжные шкафы и кресла, видимо, для тех, кто любит слушать стихи издалека. Красота этого здание поражала парня, он поднялся по лестнице, аккуратно скользя пальцами по деревянной поверхности. Перебрав несколько книг, Реук выбрал для себя одну под названием «Все божьи дети могут танцевать». Ему стал интересен вид на первый этаж со своеобразных балконов, поэтому он прошел несколько метров, оказавшись на полу, державшемуся на ветхих колоннах. Сев на одно из кресел, Реук открыл книгу на первой странице. Переплёт был новым, казалось, что эту книгу до него никто не трогал. С этого ракурса прекрасно открывался вид на небольшую сцену, куда сейчас направлялись два человека, в одном из которых Реук узнал предмет своего обожания, свою недосягаемую любовь, свою болезнь. Ему не требовался портрет, чтобы проверить схожесть и черты лица, которые он изучил до мельчайших подробностей за пять месяцев. Мужчина сел на стул, стоявший на сцене, поправил воротник свой клетчатой рубашки, которую было не видно раньше из-за кожаной куртки, взял в руки гитару, начав перебирать струны, и запел бархатным голосом. Реук замер, боясь, что любое движение перекроет своим шумом пение. Он не мог поверить, что услышал этот голос. -Ким Чонун, я нашел тебя.