Два сапога пара.

Обычный день закончился, так и не начавшись. Только собравшись и придя в университет, я отсидела буквально одну пару, после чего нас отпустили. Я люблю быть занятой – не важно, чем. Поэтому подобный день казался мне чем-то не тем, как свернуть с давно установленной закономерности. Уже четвертый курс, так что я сейчас часто работала над дипломной работой. К счастью, ещё с первого курса зарекомендовала себя хорошо, поэтому профессор-руководитель моей работы без всякой задней мысли мог давать мне ключи от небольших – почти как школьные классы – аудиторий, в которых обычно занимались маленькие языковые группы. И этот раз исключением не был. Однако стоило мне зайти в аудиторию, как я тут же остолбенела и чуть не выронила сумку из рук. Хоть дверь успела за собой прикрыть. - Йоо! Скучала по мне?- Орихара Изая. Лирическое отступление. Познакомилась я с ним случайно. И когда разговариваю с ним, думаю, что лучше бы не знакомилась. А ещё думаю, что жаль я не кик-боксёр, чтобы серьёзно ему вмазать. Много чего думаю. Но, как ни странно, всё это на позитиве… Этот человек сразу прицепился ко мне. Тогда я была в депрессии, довольно серьёзной, по поводу учёбы в основном. Он поставил меня в критическую ситуацию. Чуть ли не разложил учебную литературу на полу и заставил уничтожать. Но совсем не ожидал, что мне понравится. И не только по поводу одной темы учёбы. Везде. Мне понравилось испытывать крайние эмоции, а с его фантазией это было возможным почти каждый день. Не удивительно, что мы вцепились друг в друга как два наркомана. Буквально. Первый раз произошёл случайно, но крышесносяще. Мужчины типа него могут совершенно забить на секс, как это ни странно, но как только выдаётся момент, делают это, как последний раз в жизни. Мы даже не поняли, что произошло. Было похоже, будто бы я закрыла глаза, а открыла – и уже с ним в одной постели. В тот момент эмоции, на которые он меня постоянно выводил, разрывали меня, и концентрировалась я только на них, полностью отдавшись ему. Мне было не важно, что происходит и как это выглядело для всего внешнего мира… Затишье… И потом он вернулся. Точнее, мы с ним снова встретились «случайно». А потом ещё чаще, и он уже не скрывал того, что сам идёт на эти встречи. Такой была и эта. Меня всегда эта знающая усмешка напрягала. Но сейчас он превзошёл самого себя. - Можешь мне не помогать,- он вскинул подбородок. Я склонила голову набок, наслаждаясь последними секундами спокойствия. Что бы он сейчас не учудил, дверь закрыта, хоть и не на замок – и сразу этого никто не увидит. Орихара отличался движениями заранее босса всего, что ему бы ни захотелось – и при этом был безумно умён, и держался в тени. И сейчас, втихую выпендриваясь, он лёгким движением избавился от ремня на своих штанах, расстегнул их, и они почти сами спали с его узких бёдер. Подцепив пальцами края трусов и не сводя с меня нахального взгляда, он спустил их и взялся за своё достоинство. Вид у него был такой, будто он по телефону отправлял приказ, решающий жить мне или умереть. И всё это даже не моргнув. Я почувствовала, как от происходящего у меня по загривку проскакали мурашки-тяжеловесы. - Изая-сан!! Т..Т-ты, ты же не дома!- я кинула в него какой-то попавшейся под руку папкой, но он легко увернулся, и в назидание – ну, судя по его взгляду – надавил пальцами сильнее себе на… В общем, понятно. Последовал плавный шумный вдох, глаза его подёрнулись дымкой. А я впала в ещё более сильную панику. - Я сказал, ты можешь мне не помогать,- он усмехнулся, глянув исподлобья и продолжая своё незатейливое дело.- Подумаешь, это продлится дольше… Метнувшись, я защёлкнула на двери замок, ощущая дурацкое чувство того, что это первое в списке того, что он ожидал. Ну явно. Вон какая рожа довольная. С чего вообще всё это?! Нет, я понимаю, ему эмоции нравятся, но почему тогда просто не изнасиловать потом дома?! Эффект был бы тот же. Он заставляет меня сделать это по своей воле, вот ведь жук… - А-а-а, как же хорошо!- оперевшись об один из кабинетных столов бёдрами и свободной рукой, он чуть прикрыл глаза, но взгляда с меня не свёл.- Похоже, будто я делаю это из-за тебя?- возмутительная наивность в интонации. Мне хочется его ударить, но я держусь, не зная, почему. Его движения то ускорялись, то замедлялись, и я, несколько раз случайно бросив взгляд, начала чувствовать, что завожусь. - Что же ты делаешь?..- сдерживая тяжёлое дыхание сквозь стиснутые зубы, я прикрыла глаза волосами, наклонив голову вперёд. Его смех донёсся до меня словно мягкий звон. - Куда ты уйдёшь, если покинешь аудиторию?- он улыбается.- Вроде бы сама просила ключи. - Ты знал,- я вскинула на него взгляд, чуть не задохнувшись. Гнев в моих глазах его привёл если не в восторг, то в состояние какой-то пугающей радости. - Кто? Я? Откуда?- и такое саркастичное выражение.- Ты моя, а я у нас кто? Информатор же! Откуда я могу что-либо знать? - Я тебя убью!- снова в гневе кидаюсь чем-то – как выяснилось, подставкой для карандашей. Те по дороге вывалились и раскатились по полу, а сама подставка снова была легко перехвачена и отстранена. - Бинго! Теперь тебе нужно наклониться и всё собрать!- его улыбка и то, как он облизнулся безумно раздражало.- И нет, всё не будет выглядеть так, будто я этим наслаждаюсь. Снова сарказм. Специально так сказал. Подумав, что раскипать подобно чайнику – не выход, я попыталась успокоиться. Он мне на зло может проторчать тут хоть всю пару, подкалывая меня как ещё этого не делал, а может у меня ещё будет время поготовиться, если я сейчас… Мотаю головой. - Да~,- наблюдая за моими эмоциями, он уловил момент, когда мне в голову пришла мысль согласиться с его идеей.- Да-да-да,- он медленно приблизился, не прекращая движений рукой. Изая ужасен, но честно говоря… Не это ли я люблю?.. Он не знает, когда нужно прекращать игру, точнее, для него это происходит только тогда, когда он видит новую, свежую эмоцию и цепляется за неё. Но большинство моих эмоций он уже видел. И всё равно, как червь, раскручивал на них и то ли пытался вывести меня же на новый уровень, то ли ему просто нужен был секс. А может, и то, и то, потому что не копаться внутри людей он не мог, чем бы сам ни был занят. Опустившись перед ним на колени, я почувствовала, как пальцами свободной руки поддел меня за подбородок, заставив посмотреть на него. Эта усмешка. - Не веди себя как мученица,- его пальцы прошлись по моей щеке.- Покажи, что на самом деле думаешь… - Я думаю, что тебе делать нечего,- нахмурившись и сжав его плоть в руке, я чуть усмехнулась.- Ты ещё пожалеешь…- короткий поцелуй, и он втягивает воздух сквозь стиснутые зубы. Его пальцы дёргано сжимаются в моих волосах, но он не применяет силу, когда я обхватываю губами его плоть. Меня очень забавляет его реакция, хотя я могу лишь слышать его. Он плавно дышит, стараясь не терять спокойствия так скоро. Я двигаюсь, помогая в такт рукой, заставляя себя не улыбаться, чтобы не задеть зубами, когда понимаю, как напряжены его бёдра. По его состоянию я чувствую, что он этого очень ждал, ещё до того, как даже вошёл в кабинет, и у него наверняка был план на случай, если бы я слиняла из кабинета, как только он спустит штаны. Сейчас это уже не важно, но отомстить хочется. У любого мужчины есть определённые точки на причинном месте, которые можно изучить ещё при первом разе, если быть внимательной. Конечно, в зависимости от организма, они могут отличаться, так что с самого начала следует смотреть на своего мужчину как на чистый лист, изучать его индивидуально. Так как Орихара был мне интересен, я была к нему внимательна – за исключением тех случаев, когда он выводил меня из себя – почти всё время, то есть, за пределами «спальни» в том числе. И у него, как у любого мужчины, были эти «точки». Я знала, как заставить его быстро кончить или как мучить хоть час напролёт, но это то, что называлось «делом». «План» всегда был только у него в голове. Он мог раздразнить меня саму, чтобы получить долгий процесс, а мог заявиться прямо на учёбу, как сейчас, в короткий перерыв и зажать, заранее зная, что времени у меня особо нет. Но самое ужасное происходило в абсолютно свободные дни, когда я отдыхала дома… Он прогнулся, отвлекая меня от дурацких воспоминаний. Я не смогла удержаться и положила ладонь ему на талию, ощущая, как он потрясающе гибок. Он тут же вздрогнул, вынудив меня оторваться, вне себя от любопытства, какое у него сейчас выражение на лице. И наткнуться на всезнающую усмешку. Рука от негодования сама сжалась на его достоинстве, заставив его губы дрогнуть. Он прикрыл глаза, и будто моля о пощаде, очень горячо и пошло выдохнул. Снова играет роль. Я вернулась к своему занятию, решив, что у меня нет на это времени. Пусть это закончится поскорее. Я продолжила, более активно, периодически как бы ненароком «постукивая» языком по нужной точке. И каждый раз он вздрагивал или стонал. Если бы у меня было больше времени, даже будь это всё спланировано до мельчайших подробностей, я бы не злилась на него, а просто наслаждалась. Его голос мне нравился, и иногда от его стонов просто голова кружилась. Впечатления от происходящего имитировать он не может. Точнее, скорее всего, может, но в этом нет смысла… Я давно привыкла к мысли, что хорошая интимная жизнь, как минимум, мне с ним обеспечена, и, не смотря на все его уловки, он нравился мне. Я не могла ему доверять в плане эмоций, но знала, что с ним я в безопасности – ещё одна история «на потом». В какой-то момент я почувствовала, как он напрягся сильнее, и пульсация стала чётче, и, решив помучить, прекратила, выпрямившись и получив беспредельное удовольствие от того, каким было его лицо. Беззащитное, покрасневшее. И как поменялось: как он нахмурился, а стон его приобрёл разочарованный оттенок. Когда он посмотрел вновь на меня, я увидела в его глазах то, что видела крайне редко. Он ненавидел меня за то, что я прекратила, всего секунду, но почти сразу взял себя в руки. Ощущение того, что я его задела, меня чуть ли не на седьмое небо отправило. Ненадолго. С оглушающей лёгкостью, как будто я была пушинкой, он поднял меня за плечи и усадил на один из столов. Мне не следовало этого делать, ведь сейчас это всё затянется… Где-то на задворках слуха взревела тревога, и я еле успела схватить его за руку. - Хо~,- он придвинулся лицом вплотную, при этом будучи наклонённым ко мне, отстранённым телом от меня, в слишком явной готовности сделать что-то на уровне от моей груди до бёдер. Я поджала губы и усилила хватку на его кулаке, сжимающем нож. Этот паразит пытался порезать мне одежду! Тем не менее, материться на него или как-то вообще негодовать я не ощущала возможным. Если я хоть на миг отвлекусь – он это сделает. - Иногда ты меня поражаешь,- его голос перешёл в шёпот, и от этого, честно говоря, я испытала ужас. Его лицо, с тонкими чертами и живым взгядом, способно было очень доходчиво отображать эмоции. Сейчас это было нетерпение, но отчего-то спокойное, как неведомый лютый зверь, которого кормят мелкими кусками, постоянно приговаривая: «Скоро, скоро, совсем скоро ты доберёшься до всей туши». Я не знала, как он ведёт себя на улице, и боялась узнать. И то, что второй раз в жизни я смогла остановить его, когда он так быстр, меня пугало. Первый раз был даже без ножа, но сути это не меняет. Собрав волю в кулак, я нахмурилась. - Хочешь этого – раздень как полагается,- мой голос всё-таки дрожит. Изая усмехается, и я вдруг ощущаю секундный приступ тошноты, от осознания, что он знает, без исключения, всё, что у меня на уме. И это его веселит. Хочется как малому ребёнку расплакаться и крикнуть: «Ничего ты не знаешь!»- как будто это могло бы защитить. Но даже если я выкину нечто подобное, не буду довольна сама. Мне нужна эта битва с ним, даже если я во много раз слабее. Я хочу ему противостоять, и хочу, чтобы он воспринимал меня хоть в 0,01% как противника. Если признать себя ребёнком, из напряжения не вынесшего ситуации, он перестанет на меня смотреть, как на способную отвечать вообще хоть что-то в принципе. Он медленно убирает нож, тут же находя другой выход. - Мне ещё встретиться с профессором,- поясняю, всё так же дрожа, и не сводя с него немигающего взгляда.- Я не могу этого сделать в порезанной одежде… - Это что, тебе профессор дорог?- он усмехается с ноткой удивления, держась лицом всё так же катастрофически близко. - Это мне моё образование дорого,- еле как я вспоминаю, как делать морду кирпичом. - А может, боишься опозориться перед людьми? Боишься их мнения о тебе?- он аккуратно расстегнул ширинку на моих штанах, не сводя с меня взгляда. Устанавливать какой-либо эмоциональный щит – он увидит, к тому же, это бесполезно. Я хмыкнула. - Всё зависит от уровня. Я ещё не знаю, каким может быть отношение людей ко мне, сложно сказать, боюсь ли,- я уткнулась лбом в его лоб. Он вдруг фыркнул. - Как скучно, уходить в вероятности,- его пальцы проникли позади под ткань штанов, и он чуть приподняв меня другой рукой, стянул их, собирая в складки на моих бёдрах. Утыкался сбоку мне то в шею, то в ухо, я слышала и ощущала его дыхание. Он быстро стянул с меня брюки и отправил их куда-то на другой стол. Придвинулся вплотную. Я абсолютно беззащитна, могу только держаться за его плечи – если он надвигается, я не могу даже напрячься, чтобы хоть как-то препятствовать. Чистая энергия, от объёма которой руки опускаются. Откуда он её только берёт?! Он, настроившись, проникнул в меня, глубоко вдыхая, не сводя взгляда с моего лица. С ним мне пришлось уже некоторое время назад начать принимать противозачаточные – ему что угодно могло взбрести в голову, лишь бы заставить меня волноваться. Пока я невольно дёрнулась от боли, он положил ладонь на моё лицо, пальцами поддевая под челюстью, чтобы я смотрела на него. Так как я не успела возбудиться, ощущение сухости мешало, и он вошёл, никак меня не подготовив. Чувствую, что всё ещё хмурюсь, пытаясь привыкнуть. - Вот она, эта первозданная боль,- он улыбнулся и вдвинулся полностью, крепко держа меня за бедро другой рукой,- хе~, никогда не надоест… - Вот садист,- прошипела ему в лицо. Он подался бёдрами назад, заставив меня резко вдохнуть от дискомфорта, и снова вдвинулся, специально с силой. И моя реакция заставила его улыбнуться шире. Я не успела напрячься, чтобы сдержать стон, и выдохнула слишком громко. - Кое-кто думал, что меня можно мучить,- он в очередной раз приподнял меня за подбородок, и от его холодного цепкого взгляда, но при этом улыбки на лице по спине пробежал холодок. Я сильно напряглась от такого выражения, мне захотелось убежать от него, быть как можно дальше, но в то же время проснулось острое желание поцеловать взасос так, чтобы упал. И он это увидел, и снова начал трястись от смеха. Следующим толчком он чуть не распял меня на столе – так резко, так грубо, что я вскрикнула прежде, чем поняла. - Уже в который раз вижу, что ты в меня влюблена,- он приспособился и начал двигаться, выходя лишь на чуть-чуть. Мои пальцы сами сжались на его плечах. Я откинула голову назад, не имея сил ответить, хотя обычно на то, чтобы с ним заспорить на эту тему у меня была их куча. - И это, что бы я ни сделал, работает…- снова грубо и сильно. Его пальцы сжались на моих бёдрах до боли, движения причинили максимум дискомфорта. Я вцепилась в волосы на его затылке, вроде бы с мыслью оттянуть, но сейчас без возможности хоть чуть-чуть отстраниться. Судорога пронзила каждую мышцу от его беспорядочных, подавляющих движений, и с каждым из них я только сильнее раскрывалась. Что только подтверждало его слова, чёрт их дери… Неширокая меховая оборка на куртке, прохладная ткань одежды, запах его тела… Порой мне хочется жить в его капюшоне, чтобы просыпаться и засыпать вместе с его запахом, чувствуя, как он двигается. Утыкаясь ему в шею носом, я чувствую, как напрягаются мышцы сбоку. Мне даже хочется укусить на мгновение, но, уже привыкнув к его движениям, я лишь с обожанием целую, коротко, быстро выражая желание не отпускать. Он дёргано прижимается и тихо смеётся мне в ухо, совершенно неожиданно проводя по нему языком. С непривычки я дёрнулась и сжала его бёдрами сильнее, так, что он даже прекратил движение. Возмущённо взглянула на него – знает ведь, как это странно по ощущениям для любого человека! Но Изая в ответ наиграно-легко начал целовать моё лицо, снова начав двигаться, в противоположность этой нежности ужасно грубо и быстро. Ему доставляло удовольствие ловить мои стоны прямо вот так, находясь лицом вплотную, и целуя в неожиданные места, вроде носа. Я захлёбывалась в ощущениях и не могла на это реагировать, меня начало швырять из жара в озноб, и я не могла сдержать стоны. Он будто специально довёл меня, потому что сейчас этим бессовестно пользовался – трогал везде, ласкал, и лез пальцами туда, куда я в сознательном состоянии ему не разрешала, если только он меня не связывал. Он чуть отстранился, чтобы видеть меня, и двигался всё так же напористо, но с небольшими паузами, давая ощутить всю силу и его всего внутри меня, до стиснутых зубов болезненно чётко. Ещё немного времени спустя, когда голова совсем кружилась, ему пришлось меня придерживать, но этого он и добивался. Я отклонилась чуть назад, но ненамного – он держал меня, прижимая к себе, не давая отстраниться, и от этого возникало ощущение уюта, чего-то родного. Удивительно, учитывая, с каким я сейчас человеком, но всё же… И как будто пролили краску, яркими, беспорядочными пятнами в голове вспыхивали чувства: волнение, возбуждение, удовольствие… И всё на фоне его запаха, которым я только и дышала. Из-за подобного состояния счастливой укуренности я не сразу уловила, когда он начал приближаться к концу. Каким-то одним движением меня просто «расшвыряло» в ощущениях. Хотелось и выгнуться как можно сильнее, и сжать его до хруста. Та критическая ситуация, которую можно сравнить со смертельной опасностью… Люди в такие моменты меняются. Или же проявляют себя в истинном свете. Изая говорил мне, что я очень сильная, но я в это не особо верила – не по сравнению с ним точно. А он не сравнивал… И в этот момент подумалось даже, что я обняла его так сильно, что не чувствую больше тела, но так, что точно удержу. Уверенность без колебаний. И он только сильнее подался ко мне, плотно прижавшись и практически «въехав» в мои губы с поцелуем. Так он это подразумевал под силой?.. Способность отвечать ему – это немало. Только подумав об этом, я тут же потеряла всякую цепь рассуждений – он поменял угол своих движений так, что начал задевать меня особо чувствительно. И с каждым таким толчком, как от какой-то особой точки, я приходила в экстаз. Помимо моей глубоко спрятанной, благо что адекватной влюблённости в него, был ещё один невыразимый плюс: Изая знал, как доставить удовольствие. Смутно видя его широкую усмешку и горящий взгляд, и понимая, что, полностью напряжённый, плавяще-горячий, он плотно прижимается ко мне, с силой двигаясь лишь бёдрами, я чувствовала от эмоций почти слёзы. То, что мы не можем сказать словами, говорят за нас слёзы. Я почти не плакала, не потому что сдерживалась или была гордой – просто как-то в голову даже не приходило. Но не с ним, не сейчас, не когда он внутри меня буквально, и по моему желанию. Это куда более ценно, чем когда он забирается в тебя морально и разнюхивает всю твою психологию изнутри. Ну, иногда. От ощущений запрокинув голову, я почувствовала, как он тут же судорожно прижался лицом к моей шее. Я чувствовала, как он дрожит, и от яростных эмоций не может меня укусить в очередной раз, хотя очень хочет. Изая вдвинулся с размаху снова, и на этот раз я, до того, как выдохнуть, испытала пик этого напряжения. По телу прошлась крупная дрожь, и я выгнулась так, как никогда бы не подумала, что смогу. Было безумное ощущение того, что из меня вырывается дух. Из горла вырвался стон… Орихара буквально добил меня, когда продолжил двигаться после этого. - Плохо… Тебе нельзя этого делать раньше меня…- он одним движением уложил меня перед собой на стол, удерживая мои руки по сторонам за запястья; слабость не давала мне сжать бёдра, а его движения скачками пробуждали возбуждение опять. И в то же время, расслабившееся после оргазма тело от иссушающего, стучащего в груди волнения болезненно дёргалось. Я только приготовилась потерпеть, как ещё пара движений – и Орихара с глухим стоном кончил. Он тут же как бы упал на меня, шумно, тяжело дыша мне в шею ртом. Я даже чувствовала моментами его зубы на коже, хотя он не прижимался. - … Понимаешь, почему нельзя?..- выдавил он чуть более серьёзно, чем обычно, выпуская мои руки и зарываясь пальцами мне в волосы. Я слабо кивнула. Он хотел, чтобы мне было хорошо, и если бы кончил первым – потом по-любому бы довёл бы меня. У него есть способы. Но главное тут то, что он думал обо мне. Обычно такого не происходит. Хотя, обычно я его и не опережала. Он подержался ещё немного так, и затем, открыв рот совсем рядом со мной, горячо выдохнул. Я вздрогнула. - Велоцираптор…- с выдохом говорю, смотря чуть прикрытыми глазами в потолок кабинета. Он со смешком поднялся на локтях. - Что?.. - Помнишь таких, из «Парка Юрского периода», хитрожопых, страшных?..- мне тяжело улыбаться, поэтому я лишь слабо усмехаюсь, всё так же устало, но сыто смотря на него. Изая сейчас не манерничает, не принимает других ролей, он просто такой, какой он есть. Когда он снова станет непроницаемым гением-психологом-садистом – лишь вопрос нескольких секунд. Сейчас он просто человек. - Когда ты так делаешь, ты на них похож,- заключила. Он, поперхнувшись воздухом, начал смеяться. Да так искренне, что я бы не поверила, что это он, если бы минуту назад мы бы оба не испытали такого удовольствия. Ещё немного отдохнув, он вышел, ловя мой томный выдох, отстранился. Я тут же свела бёдра, и от одного только этого усилия содрогнулась. Мышцы сводило от того, как я обнимала его недавно. Как будто после изнуряющей тренировки. Когда я немного отдышалась и с горем пополам оделась, он уже был некоторое время как в полном порядке, и только наблюдал за мной, оперевшись бёдрами о стол и крутя на пальце ключи. Это от этой самой аудитории. Выражение полной самоуверенности и какой-то насмешки снова вернулось к нему. Я сквасила невпечатлённую мордашку. Мне хотелось побыть ещё немного с ним, эмоциональным и открытым. - А теперь занимайся хорошо, сдай дипломную лучше всех и будь счастливой,- он улыбнулся уголками губ. Я тут же встрепенулась. - А ты уходишь? Надолго?- страха внутри не было, только голимый интерес, и такой сильный… Его ответ решит моё расписание на недели вперёд, а то и на месяца. - А-ха-ха! Ты сразу так оживилась!- он вдруг так развеселился, будто ему рассказали отличную шутку в самый подходящий момент.- Нет, нет, я буду рядом. Хотел увидеть, как отреагируешь. - Опять,- я устало вздыхаю.- Ты неисправим… - Увидимся вечером,- он двинулся к выходу из аудитории, на ходу подкидывая и ловя ключи, легко и просто, будто бы контролировал не только людей вокруг, но и само пространство. - «Будь счастливой», ха-ха…- он продолжил смеяться, вспомнив собственную фразу. Сам озвучил, сам посмеялся, вообще молодец. Для полноты картины я прицельно кинула в него какой-то тетрадкой. Надо же, попала. После таких моментов и появляется в голове: «Я люблю его,»- само собой, без всяких усилий даже, чтобы элементарно помыслить.