Три четверти

Первые лучи осеннего солнца робко заглядывали в комнату. Щурясь, Галина Николаевна приоткрыла глаза. В золотом свете утра Круглова не было. Оглядевшись по сторонам, полковник накинула халат, обула тапочки и подошла к балкону. - Ты что, действительно спал на балконе? – женщина не скрывала удивления в голосе. - Галь, - Николай Петрович развернулся, - прости меня. Я был не прав. - У меня нет слов, - Рогозина была обескуражена искренностью майора. - Я вёл себя недостойно, - Коля уверенно продолжал. – Я не хотел тебя обидеть, поверь. Я не знаю, что на меня нашло. Нельзя играть с чувствами других людей. - Да ладно, Коль, с кем не бывает, - Галина попыталась улыбнуться. Получилось, как говорится, не очень. Извинения Круглова выбили её из колеи. - Что я должен сделать, чтобы ты меня простила? – майор улыбнулся. Галя задумалась. Такая возможность бывает раз в жизни – и её упускать нельзя. - Отнеси меня на руках в спальню, - загадочно предложила Рогозина. - И всё? - А ты хочешь что-то ещё? – полковник приподняла бровь. – Остальное только по договорённости сторон. - Как прикажите, - он легко подхватил Галину Николаевну на руки. Рогозина от неожиданности вскрикнула и, крепко ухватившись за мужскую шею, прижалась к Круглову. К сожалению, эти несколько шагов были слишком короткими. Галя растянулась на кровати словно кошечка, потягиваясь и улыбаясь. Майор долго смотрел на коллегу. - Ты мне что-то не договариваешь, - глава ФЭС приподнялась. – Я же вижу. Что? - Галь... – Николай Петрович не знал, как правильно начать разговор, чтобы не наткнуться на стену сопротивления. - Я слушаю, - полковник пыталась сохранить безразличие в голосе. – Да не тяни ты... - В общем, мне тут Иван справки навёл... – Круглов присел на край постели. - На Миронову? – руководительница соображала буквально молниеносно. Круглов молчал. Её голос стал тихим. – Ты вчера на неё так смотрел... Да ладно, Коль, я всё понимаю. Правда. - Ты о чём подумала, Галь? – неподдельно удивился заместитель. – Да я вообще не об этом. Я к тому вёл, что Миронова живёт в комнате напротив Чернова. Она наверняка что-то видела. Вот я и хотел начать общаться с ней, чтобы вызвать на открытый разговор. И всё. - И всё? – радостно отреагировала Галина. Но чтобы не вызвать новых вопросов, тут же изменилась в лице, натянув на себя маску полного безразличия. – А я-то себе уже такого надумала... - Какого «такого»? – поинтересовался мужчина. – Галь, запомни одно: мы работаем под прикрытием, у нас общая легенда, и что бы ни происходило внутри нашей пары, снаружи мы должны быть идеальными. - Тогда неважно, - резко отрезала Галина Николаевна. – И как мы собираемся с ней подружиться? – Николай загадочно взглянул на начальницу. – Нет! Я не пойду. Я уже к Чернову ходила. И где он теперь? - Тогда остаюсь только я, - улыбнулся майор ФЭС. – Смотри, ты сама выбрала меня. - Коль, только без самодеятельности, - предупредила заранее подруга. Часа через два Алёна Миронова пришла в гости к своим новым друзьям. Галя, как ни старалась, всё-таки никак не могла скрыть своего истинного отношения к новоиспечённой русалке. Это чувство граничило с недоверием и даже непонятной Галине Николаевне ревностью.