Всю жизнь были рядом, стали вместе.

POV Bill -Твою мать! – кое-как перетаскиваю еле живого брата обратно, на кровать. На лбу Тома появилась испарина, он тяжело дышит. Ему очень плохо… -Том, - сажусь на пол около кровати, - Том…-кладу руку ему на грудь, - Ты слышишь меня? Сейчас приедет скорая, потерпи. Все произошло так быстро, и я ужасно испугался. Не знал, что делать, но, все же, скорую я вызвать успел. Выходит, Тому и до этого было плохо, но он молчал? Герой хренов. Надо было раньше в больницу съездить, сейчас ведь все гораздо серьезней. Даже страшно осмотреть его руку, лучше доверить это врачам. Кстати, где они? Надо бы им позвонить, но телефон в другой комнате. А мне Тома даже на секунду оставить страшно. Такое ощущение, что еще немного и он перестанет дышать. Бледность его лица подтверждает то, что его состояние далеко не из лучших и, поэтому, повод для волнения есть. Боже, меня всего трясет. Это ужасно, когда видишь родного человека в таком состоянии. Страх окутывает такой, что хочется бежать. В мою больную голову тут же полезли страшные мысли: а если я его потеряю? Навсегда потеряю… Мне от этих мыслей не то, что плохо, мне УЖАСНО плохо. Ведь Том же даже главного не знает. Он не знает о моих чувствах к нему. Я о них никогда никому не говорил. Мало того, я их сам боялся. И боюсь до сих пор, но скрывать их, порой, очень тяжело. Например, сейчас. Так и хочется разрыдаться, видя, как плохо брату. Так хочется его обнять, но этим я ему не помогу. Дальше все было как в тумане. Я плохо соображал, что происходит и наблюдал за тем, как Тома кладут на носилки, как заносят в машину скорой помощи. Помню, как Том звал меня и тихо просил, чтобы я взял его за руку. *** -Поймите, ему сейчас категорически нельзя делать что-то этой рукой. У него было сильнейшее заражение, которое мы ели устранили. И любое неаккуратное действие может привести к плохим последствиям. Естественно, ни о какой игре на гитаре не может быть и речи. Этот вердикт врача для Тома будет сильнейшим ударом...И этот удар придется по мне, когда я скажу ему об этом. И, конечно же, наш концерт переносится. Я не пущу Тома в таком состоянии на сцену, сколько бы аргументов он не приводил. -Привет. – сажусь на стул рядом с кроватью Тома. -Угу.. -Ты как? -Нормально. – Отводит глаза в сторону. -Болит? – киваю на руку. -Концерта не будет? – перебивает меня, проигнорировав мой вопрос. -Ты шутишь? Какой концерт с твоей рукой?! Он замолчал, но я прекрасно знаю, что этот разговор просто так не закончится. -Том. Я все равно не пущу тебя на сцену. -Слушай, а какого хрена ты решаешь?! – повышает голос. -Потому что, если будешь решать ты, то останешься без руки! И тогда можешь распрощаться со своими гитарами и...бабами! Так как безрукий ты нахрен никому не нужен будешь, кроме меня! -Опять ты со своими бабами. – На тон ниже. – Задрал уже. -Они не мои. И, кстати, к тебе какая-то девушка приходила, но ее не пустили почему-то… Том вздохнул. -Потому что я попросил не пускать. – О-па. Надо же, с чего бы это? -Ты? – делаю недоумевающее лицо. -Ты плохо слышишь? Билл, отстань. Достал тут со своей болтовней. Да, действительно, чего это я? Ему только операцию сделали, ему покой нужен, а тут я приперся. -Куда ты? – делает взволнованные глаза Том, когда я собираюсь уходить. -Ну...тебе нужно отдохнуть. Я пойду... -Нет! – хватает меня за руку, - Останься. Ну что мне оставалось делать? Конечно же, я остался. А Том так и заснул, держа меня за руку.