Фронтовая переписка

Неловкость рук и пряность ночи. Краденные у битв часы Мы тратили, как между прочим, Как клали жизни на весы. Я - на войне, и я так... счастлив! Сгорая от стыда, я злюсь, Кусая ногти, чтобы счастье Не отпугнуть мозолью рук. Оставь их, раны, - кровоточат Они от боли, не от мук Слепой любви моей. Как хочешь, Я разверну полки вокруг, Я напишу иероглиф - имя На торсе собственной рукой. Пусть так зовут меня другие, Но хриплый отзвук - только твой. И по счетам для этой ночи Я нахожу десятый дом. У правды нашей гаснут очи. Забыто имя - в толстый том! Как хорошо, что свой гербарий И библиотеку - шум страниц, - Ты там, в Конохе все оставил. Иначе не хватило б спиц Колесам тысячным обозам. Но для шиноби честь и долг Сбираться в час, без сна, без позы, И, налегке вливаясь в полк, Не тратить время на обеты, Не рисовать черты, и лиц Запоминать лишь для банкетов Размытый образ небылиц Победных празднеств, и скитаний Вновь начинать унылый ход Из долга, чести, расставаний, Смертей, убийств, убийц, забот. Но эта ночь потерь не знает. Я выронил из рук свечу. Пусть воск расплавится, растает - Любви нет меры к палачу! Палач ногой во тьме болтает, Ему давно пора к врачу. Я не шучу. Не заживает Раненье слева по плечу... И бледность рук, и кожи тонкость Запомнит истинный гурман. Теперь любовь - искусный повар. Палач - обман. Палач - обман. И ночь, утаенное время У дней, в войне своей сырых, Я завещаю тем, кто имя Прочтет на досках гробовых. То имя, что расшито кровью На шелке кожи на живой. Нетрудно разгадать, в чем дело: В ноже и ране ножевой.